АРБИТРАЖНЫЙ СУД  САХАЛИНСКОЙ ОБЛАСТИ

И М Е Н Е М   Р О С С И Й С К О Й  Ф Е Д Е Р А Ц И И

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А59-2983/2017

г. Южно-Сахалинск

31 августа 2017 года.

Резолютивная часть решения объявлена 29 августа 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 31 августа 2017 года.

Арбитражный суд Сахалинской области в составе судьи              Портновой О. А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Солнцевский угольный разрез» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к Федеральному государственному унитарному предприятию «Военизированная горноспасательная часть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице филиала «Сахалинский военизированный горноспасательный отряд ФГУП «ВГСЧ» об урегулировании разногласий при заключении договора, 

при участии представителей:

от истца – ФИО2 по доверенности от 30.12.2016 года, ФИО3 по доверенности от 28.08.2017 года, 

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 24.05.2017 года, ФИО5 по доверенности от 16.012017 года,

У С Т А Н О В И Л :

Общество с ограниченной ответственностью «Солнцевский угольный разрез» (далее – Истец, Общество) обратилось в суд с иском к государственному унитарному предприятию «Военизированная горноспасательная часть» (далее – Ответчик, ВГСЧ) в лице филиала «Сахалинский военизированный горноспасательный отряд ФГУП «ВГСЧ» об урегулировании разногласий при заключении договора.

В обоснование иска указано, что Ответчик является организацией, с которой Истец обязан заключить договор на горноспасательное обслуживание опасных производственных объектов.

20 июня 2017г. ВГСЧ направило в адрес Общества оферту о заключении Договора на горноспасательное обслуживание опасных производственных объектов на 3 квартал 2017 года N 13 от 20.06.2017 года (далее – проект Договора).

По результатам рассмотрения проекта Договора, Общество подписало его с протоколом разногласий.

ВГСЧ, рассмотрев протокол разногласий, подписало его с протоколом согласования разногласий, не согласившись с замечаниями Общества.

Разногласия при заключении Договора возникли у сторон относительно следующих условий Договора:

1. Пункт 3.1. Договора: 

В проекте Договора указано: «Стоимость горноспасательного обслуживания Заказчика по настоящему договору составляет: 

за июль 2017 года, август  2017 года - 55 548,87 (пятьдесят пять тысяч пятьсот сорок восемь) рублей 87 копеек (в том числе НДС 18% 8473 рублей 56 копеек) ежемесячно; 

за сентябрь 2017 года -1 268 862,65 (один млн. двести шестьдесят восемь тысяч восемьсот шестьдесят два) рубля 65 копеек (в том числе НДС 18% 193 555 рублей 32 копейки)»

Истец, не согласившись с указанной редакцией Договора, в протоколе разногласий указал на необходимость согласования цены в размере 55 548,87 рублей ежемесячно (включая август 2017 года).

Полагает, что ВГСЧ действует недобросовестно и умышленно понуждает Общество заключить договор на выгодных для истца условиях в части размера оплаты услуг за сентябрь, стоимость услуг за сентябрь 2017 в 22 раза превышает стоимость этой же услуги в июле и августе 2017 года.

2. Пункт 3.2. Договора: 

В проекте Договора указано: «Заказчик производит оплату ежемесячно в размере 1/3 от стоимости горноспасательного обслуживания. Заказчик производит авансовый платеж не позднее 10-го числа текущего месяца в размере не менее 30 % от месячной стоимости, оставшаяся часть месячной стоимости - до 10-го числа следующего месяца путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя».

Истец (Заказчик) предложил данный пункт в своей редакции:  «Заказчик производит оплату ежемесячно в размере, определенном в пункте 3.1. настоящего договора в следующем порядке: Заказчик производит авансовый платеж не позднее 10-го числа текущего месяца в размере не менее 30 % от месячной стоимости, оставшаяся часть месячной стоимости - до 10-го числа следующего месяца путем перечисления денежных средств на расчетный счет Исполнителя».

Истец полагает, что в предложенной Ответчиком редакции допущено смысловое противоречие указанных условий, а именно размер «1/3 от стоимости горноспасательного обслуживания» не соответствует размеру «не менее 30 % от месячной стоимости». При этом условие «ежемесячности» оплаты и её порядок, предложенный Ответчиком во втором предложении пункта 3.2, является понятным и не вызывает спора.

3. Пункт 3.7. Договора: 

В проекте Договора указано: «В стоимость горноспасательного обслуживания не включается:

а) горноспасательные работы;

б) технические и специальные работы;

в) отбор проб и анализ качества состава воздуха;

г) первичное и дополнительное обучение работников, членов ВГК и ИТР;

д) оплата расходов, связанных с переездом, проживанием и выполнением работ, в случае привлечения по согласованию с Заказчиком дополнительных подразделений Исполнителя к ликвидации сложных аварий.

Работы, перечисленные подпунктами «б», «в», «г» п. 3.7 настоящего Договора, выполняются по отдельным договорам и оплачиваются Заказчиком в установленном в них порядке.

Оплата выполненных горноспасательных работ, предусмотренных подпунктами «а» и «д», оплачиваются Заказчиком по фактическим объемам».

В протоколе разногласий Истец (Заказчик) предложил данный пункт «исключить», так как в договоре четко определен перечень мероприятий в рамках горноспасательного обслуживания, в связи с чем фиксация иных функций ВГСЧ, который могут осуществляться по отдельным договорам, в рассматриваемом договоре не требуется, поскольку не имеет отношения к правоотношениям в рамках горноспасательного обслуживания.

4. Пункт 4.8 Договора:

В проекте Договора указано: «Заказчик несет имущественную ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работников Исполнителя при выполнении ими аварийно-спасательных работ на ОПО Заказчика, если он причинен в результате виновных действий работников Заказчика или проявления вредоносных свойств источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ), установленных в результате расследования несчастного случая на производстве.

Заказчик компенсирует расходы Исполнителя по возмещению пострадавшим в результате аварии работникам Исполнителя (членам семей погибших) морального вреда в размере, установленном судебными актами.

Заказчик компенсирует Исполнителю понесенные расходы на погребение в части, не покрытой страховым возмещением по договору обязательного страхования ответственности владельца опасного объекта»

В протоколе разногласий Общество предложило иную редакцию п. 4.8 Договора: «Заказчик несет имущественную ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью работников Исполнителя при выполнении ими аварийно-спасательных работ на ОПО Заказчика, если он причинен в результате виновных действий работников Заказчика».

Истец полагает, что компенсация социальных выплат работникам регулируется Трудовым Кодексом Российской Федерации, Гражданским Кодексом РФ, Федеральным законом Российской Федерации «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» и иными правовыми актами, в том числе Положением о денежном довольствии личного состава военизированных горноспасательных частей угольной промышленности, утвержденного Приказом Минтопэнерго РФ от 18.05.2000 № 145, Положением о денежном довольствии личного состава военизированных горноспасательных частей, утвержденного Приказом Минэнерго России от 26.08.2009 N9378, которыми предусмотрена имущественная ответственность работодателя по возмещению вреда здоровью в случае заболевания либо гибели работника ВГСЧ вследствие выполнения им аварийно- спасательных и технических работ.

5. Пункт п. 4.9 Договора:

В проекте Договора указано: «В случае досрочного расторжения настоящего Договора по инициативе Заказчика последний компенсирует Исполнителю фактически понесенные расходы, связанные с исполнением обязанностей по настоящему Договору, расходы, которые Исполнитель понес в счет еще не оказанных услуг с момента отказа Заказчика от настоящего Договора, не предполагая его досрочного расторжения, а также все расходы Исполнителя, связанные с досрочным расторжением настоящего Договора (в том числе расходы, связанные с выплатой работникам Исполнителя, подлежащим увольнению в связи с расторжением настоящего Договора, заработной платы, выходных пособий, и другие расходы)».

В протоколе разногласий Общество просило согласовать п. 4.9 Договора в следующей редакции: «В случае досрочного расторжения настоящего Договора по инициативе Заказчика последний компенсирует Исполнителю фактически понесенные расходы, связанные с исполнением обязанностей по настоящему Договору», так как расходы Исполнителя, которые будут иметь место после одностороннего отказа Заказчика от исполнения Договора и будут связаны с организационно-штатными мероприятиями в рамках трудовых отношений с работниками военизированной части (сокращение, увольнение и пр.) не могут быть возложены на Общество, поскольку данные расходы не связаны с теми правоотношениями, которые складываются между сторонами по Договору на горноспасательное обслуживание опасных производственных объектов.

6. Пункт 6.1 Договора:

В проекте Договора указан в следующей редакции: «Настоящий договор заключен на срок с 01.07.2017г. по 30.09.2017г.» 

В протоколе разногласий Общество просило согласовать условие следующим образом: «Настоящий договор заключен на срок с 01.07.2017г. по 30.08.2017г.»

Поскольку ВГСЧ в протоколе согласования разногласий не согласилось с предложенной Обществом редакцией пунктов 3.1, 3.2, 3.7, 4.8, 4.9, 6.1 проекта Договора, Общество заявило настоящий иск об урегулировании разногласий при заключении договора.

Определением суда от 13 июля 2017 года исковое заявление принято к производству, назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании на 07 августа 2017 года.

В предварительном судебном заседании представитель ответчика с иском не согласился, в отзыве на иск указал на то, что Договор подписан Истцом 20.06.2017 года с протоколом разногласий, которые не согласованы ВГСЧ (протокол согласования разногласий от 30.06.2017 года).

В то же время, Общество приняло Договор на первоначальных условиях, во исполнение условий Договора, Истец осуществил платеж в размере 55 548 (пятьдесят пять тысяч пятьсот сорок восемь) рублей 87 копеек, что подтверждается платежным поручением № 4895 от 11.07.2017 (копия прилагается). В указанную сумму входит платеж за горноспасательное обслуживание за июнь 2017 года и авансовый платеж за горноспасательное обслуживание в июле 2017 года. Следовательно, Истец признал наличие заключенного между сторонами Договора и факт оказания услуг Ответчиком, а также подтвердил акцепт Договора на условиях Ответчика.

В отношении доводов Истца в части необоснованного увеличения размера оплаты услуг за сентябрь 2017 года, Ответчик в отзыве на иск указал, что в соответствии с ч. 3 ст. 20 ФЗ № 151 от 22.08.1995 «Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей» (далее - ФЗ № 151) финансовое обеспечение деятельности профессиональных аварийно-спасательных служб, профессиональных аварийно-спасательных формирований, созданных в иных (не казенные, не бюджетные и не автономные учреждения) организационно-правовых формах,  осуществляется на договорной основе за счет осуществления уставной деятельности и иных источников финансирования, не противоречащих законодательству Российской Федерации.

Согласно п. 3 Положения о военизированных горноспасательных частях, находящихся в ведении Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 28.01.2012 №45 (далее - Положение), военизированные горноспасательные части в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляют на договорной основе горноспасательное обслуживание организаций, ведущих горные и другие работы на опасных производственных объектах организации независимо от ее формы собственности.

Пунктом 23 Положения установлено, что военизированные горноспасательные части осуществляют горноспасательное обслуживание, иные виды аварийно- спасательных и технических работ (мероприятий) и другие работы (услуги) вне выполнения государственного задания (государственного заказа) по оказанию государственных услуг (работ) на возмездной основе за счет средств организаций.

Таким образом, Ответчик осуществляет свою деятельность исключительно за счет средств, полученных от обслуживаемых им на договорной основе организаций.

Увеличение стоимости горноспасательного обслуживания в сентябре 2017 года обусловлено тем, что стоимость гоноспасательного обслуживания определяется исходя из годовой стоимости содержания подразделения с составом и численностью, необходимой для обслуживания организаций на основании нормативных документов, регламентирующих деятельность ВГСЧ.

В ходе реструктуризации угольной промышленности (ликвидации угольных шахт) численность горноспсателей была сокращена до нормативного уровня, позволяющего обслуживать единственную действующую в регионе угольную шахту ООО «Сахалинуголь-6» (далее - Шахта). 

Финансирование расходов Филиала должно было обеспечиваться на договорной основе Шахтой в полном объеме. Однако состав сил и средств Филиала, рассчитанный для обслуживания Шахты, позволял принять на обслуживание 9 разрезов, 3 карьера, 1 обогатительную установку (далее - Разрезы), в связи с чем, доля финансирования Шахты была уменьшена (90% от объема содержания), а остальные 10% финансировали Разрезы.

Стоимость содержания Филиала в 2017 году составила 77,8 млн. руб., исходя из численности 44 единицы, 6 из которых - управление филиала, 38 - личный состав взвода, в т.ч. 35 единиц оперативного состава, непосредственно связанного с готовностью к выезду и руководством горноспасательными работами (4 горноспасательных отделения) и 2 техника-лаборанта. 

В связи с консервацией Шахты, обусловленной банкротством ООО «Сахалинуголь-6», с сентября 2017 года содержание вышеуказанной численности Филиала оказалось невозможным и нормативно необоснованным, однако, учитывая, что на Сахалине функционируют горнодобывающие организации открытых работ, Ответчиком было принято решение провести значительное сокращение численности Филиала, и в соответствии с Нормативами довести её в сентябре текущего года до уровня, позволяющего осуществлять горноспасательное обслуживание действующих Разрезов, поэтому с 08 августа 2017 года численность Филиала составила 16 единиц, 15 из которых - оперативного состава, непосредственно связанного с готовностью к выезду (3 горноспасательных отделения), которая является оптимальной для горноспасательного обслуживания только объектов ведения горных работ открытым способом. 

Годовые расходы на содержание вышеуказанной численности Филиала составят 25,2 млн. руб. в год, в ценах 2017 года, исходя из указанной нормативной численности, социальных, материальных и прочих расходов, установленных нормативной базой ВГСЧ, в связи финансирование расходов на содержание преобразованного Филиала было распределено на заказчиков горноспасательного обслуживания (Разрезы), исходя из их производственных показателей. 

Относительно п. 3.2 Договора указано, что если Истец настаивает на предложенной им редакции п. 3.2 Договора Ответчик оставляет данный вопрос на усмотрение суда.

Относительно п. 3.7 Договора указал на то, что согласно п. 1.1 Договора (предмет Договора), Исполнитель принимает на себя горноспасательное обслуживание поверхностных опасных производственных объектов (далее - ОПО) Заказчика, в соответствии с перечнем (Приложение № 1), а Заказчик обязуется оплатить Исполнителю стоимость горноспасательного обслуживания в соответствии с условиями настоящего Договора.

В стоимость Договора включены расходы, которые можно рассчитать при заключения Договора. Аварийные, технические и другие специальные работы можно рассчитать только по их фактическому выполнению. Поэтому исполнение иных обязательств, предусмотренных п. 3.7, возможно только в рамках заключения иных договоров и отдельной оплаты по ним, что и оговорено в указанном пункте во избежание неправильного толкования предмета Договора.

Включение п. 3.7 в Договор не нарушает прав Истца и не противоречит законодательству Российской Федерации.

Относительно п. 4.8 Договора  указано, что исходя из смысла положений ст. 1079 ГК РФ у Заказчика всегда есть право доказать свою невиновность. 

Относительно п. 4.9 Договора указано, что финансовое обеспечение деятельности Ответчика, в том числе прав и гарантий спасателей, осуществляется из денежных средств, получаемых Ответчиком при исполнении обязательств перед заказчиками на договорной основе. 

Относительно п. 6.1 Договора указано, что исходя из сложившейся практики заключения договоров ФГУП «ВГСЧ» в лице филиала «Сахалинский ВГСО» ФГУП «ВГСЧ» с Заказчиками в 2017 году, все договоры заключались ежеквартально. 

Ссылку истца на то, что филиал «Сахалинский ВГСО» ФГУП «ВГСЧ» включен приказом Управления Федеральной антимонопольной службы по Сахалинской области от 10.09.2007 № 129-П в реестр хозяйствующих субъектов, имеющих на рынке определенного товара долю более 35 % по виду деятельности: «Горноспасательное, аварийно-спасательное обслуживание организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев)» считает необоснованной, так как филиал «Сахалинский ВГСО» ФГУП «ВГСЧ» поставлен на учет в налоговом органе на территории РФ только 06.04.2011 г. 

Определением суда от 07.08.2017 года подготовка по делу завершена, назначено судебное заседание на 24 августа 2017 года, в котором объявлялся перерыв до 29 августа 2017 года до 11 часов 30 минут.

Представитель истца в судебном заседании поддержала иск, просит урегулировать разногласия по п. 3.1, 3.2, 3.7, 4.8, 4.9 Договора (как указано в иске), в отношении п. 6.1 требования об урегулировании разногласий не поддержала.

Кроме того, представитель истца заявила ходатайства о назначении судебной экспертизы по делу по вопросу об установлении Ответчиком монопольно высокой цены договора, а также о соответствии и обоснованности указанной Ответчиком цены договора установленным требованиям законодательства, а также ходатайство об отложении судебного заседания для уточнения иска.

Для проведения экспертизы Истцом заявлено ходатайство об истребовании у Ответчика документов.

Представители ответчика иск не признали по основаниям, изложенным в отзыве на иск, представили документы об оплате Истцом услуг в августе 2017 года, а также подписанный сторонами акт оказания услуг по договору за июль 2017 года.

В отношении заявленных ходатайств высказались против их удовлетворения.

Выслушав пояснения представителей сторон, исследовав материалы дела, суд отказывает в удовлетворении иска, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 24 Закона РФ «О недрах» эксплуатация предприятий по добыче полезных ископаемых допускаются только при обеспечении безопасности жизни и здоровья работников этих предприятий и населения в зоне влияния работ, связанных с пользованием недрами.

Органы государственной власти, пользователи недр обязаны обеспечить соблюдение требований по безопасному ведению работ, связанных с пользованием недрами.

Органы государственного горного надзора в пределах своей компетенции обеспечивают государственное нормативное регулирование вопросов безопасности работ, связанных с пользованием недрами, а также выполняют контрольные функции.

Непосредственную ответственность за обеспечение безопасных условий работ, связанных с пользованием недрами, несут руководители предприятий, независимо от того, проводят эти предприятия работы в соответствии с предоставленной им лицензией или привлекаются для выполнения работ по договору.

Основными требованиями по обеспечению безопасного ведения работ, связанных с пользованием недрами, являются, в том числе,  разработка и проведение мероприятий, обеспечивающих охрану работников предприятий, ведущих работы, связанные с пользованием недрами, и населения в зоне влияния указанных работ от вредного влияния этих работ в их нормальном режиме и при возникновении аварийных ситуаций.

Мероприятия по выполнению основных требований об обеспечении безопасного ведения работ, связанных с пользованием недрами, включаются в планы или схемы развития горных работ, которые подлежат согласованию с органом государственного горного надзора. Порядок подготовки, рассмотрения и согласования планов или схем развития горных работ по видам полезных ископаемых устанавливается Правительством Российской Федерации.

Все работы, связанные с повышенной опасностью при пользовании недрами, проводятся на основании лицензий на соответствующий вид деятельности.

Пользователи недр, ведущие подземные горные работы, должны обслуживаться профессиональными горноспасательными службами, а ведущие буровые работы при разведке и разработке нефтяных и газовых месторождений - профессиональными службами по предупреждению и ликвидации открытых нефтяных и газовых фонтанов на основе договоров, заключаемых пользователями недр с такими службами.

Данная норма согласуется со ст. 10 Федерального закона "О промышленной безопасности опасных производственных объектов", предусматривающей, что в целях обеспечения готовности к действиям по локализации и ликвидации последствий аварии организация, эксплуатирующая опасный производственный объект, наряду с прочим обязана: заключать с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями договоры на обслуживание, а в случаях, предусмотренных данным Законом, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами России, - создавать собственные профессиональные аварийно-спасательные службы или профессиональные аварийно-спасательные формирования, а также нештатные аварийно-спасательные формирования из числа работников.

Согласно ст. 2 Федерального закона "О промышленной безопасности опасных производственных объектов" опасными производственными объектами в соответствии с настоящим Федеральным законом являются предприятия, указанные в Приложении 1 к настоящему Федеральному закону, согласно которому к категории опасных производственных объектов относятся объекты, на которых используются, хранятся, транспортируются в указанных в приложении 2 к настоящему Федеральному закону количествах такие опасные вещества, как воспламеняющиеся, окисляющие, горючие, взрывчатые, токсичные, высокотоксичные и вещества, представляющие опасность для окружающей среды, а также ведутся горные работы (за исключением добычи общераспространенных полезных ископаемых и разработки россыпных месторождений полезных ископаемых, осуществляемых открытым способом без применения взрывных работ), работы по обогащению полезных ископаемых.

Согласно информации, размещенной на сайте ООО «Солнцевский угольный разрез», последний имеет бессрочную лицензию на эксплуатацию взрывопожароопасных и химически опасных производственных объектов I, II, III классов опасности (№ ВХ-77-000593 от 21.08.2015 года, срок действия – бессрочно), по видам работ, указанных в лицензии (в том числе, использование, хранение, транспортировка воспламеняющихся, окисляющих, горючих, взрывчатых, токсичных, высокотоксичных и веществ, представляющих опасность для окружающей среды, а также ведутся горные работы (за исключением добычи общераспространенных полезных ископаемых и разработки россыпных месторождений полезных ископаемых, осуществляемых открытым способом без применения взрывных работ), работы по обогащению полезных ископаемых.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что Общество относится к категории лиц, обязанных  заключать с профессиональными аварийно-спасательными службами или с профессиональными аварийно-спасательными формированиями договоры на обслуживание ведения своих работ.

Указанная обязанность имеется у Общества в силу осуществляемого им вида деятельности.

В соответствии со ст. ст. 1, 7 Федерального закона от 22.08.1995 N 151-ФЗ (ред. от 18.07.2017) "Об аварийно-спасательных службах и статусе спасателей" аварийно-спасательная служба - это совокупность органов управления, сил и средств, предназначенных для решения задач по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций, функционально объединенных в единую систему, основу которой составляют аварийно-спасательные формирования.

В соответствии с законодательством Российской Федерации аварийно-спасательные службы, аварийно-спасательные формирования могут создаваться: на постоянной штатной основе - профессиональные аварийно-спасательные службы, профессиональные аварийно-спасательные формирования; на нештатной основе - нештатные аварийно-спасательные формирования; на общественных началах - общественные аварийно-спасательные формирования.

Профессиональные аварийно-спасательные службы, профессиональные аварийно-спасательные формирования, выполняющие горноспасательные работы, создаются решениями Правительства Российской Федерации по представлению федерального органа исполнительной власти, специально уполномоченного на решение задач в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, согласованному с заинтересованными федеральными органами исполнительной власти.

Указом Президента РФ от 11.07.2004 года № 868 установлено, что в систему Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий входят аварийно-спасательные и поисково-спасательные формирования, военизированные горноспасательные части, образовательные, научные, медицинские, санаторно-курортные и иные учреждения и организации, находящиеся в ведении Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.

Указом Президента РФ от 06.05.2010 года № 554 на Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий возложена  функция по руководству деятельностью военизированных горноспасательных частей.

Постановлением Правительства РФ от 28.01.2012 года № 45 утверждено Положение о военизированных горноспасательных частях, находящихся в ведении Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий, согласно которому военизированные горноспасательные части, находящиеся в ведении Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (далее - военизированные горноспасательные части) предназначены для выполнения работ по спасанию людей, предупреждению и ликвидации аварий и чрезвычайных ситуаций на территориях организаций, ведущих горные и другие работы на опасных производственных объектах угольной, горнодобывающей, металлургической промышленности и подземного строительства (далее соответственно - организации, опасные производственные объекты), в период их строительства, реконструкции, эксплуатации, ликвидации или консервации (далее - горноспасательное обслуживание).

Военизированные горноспасательные части имеют в своем составе военизированные горноспасательные отряды, взводы, пункты, горноспасательные отделения и т.д.

В силу п. 7 указанного Положения военизированные горноспасательные части осуществляют такие основные задачи, как поддержание в постоянной готовности органов управления, сил и средств военизированных горноспасательных частей к выполнению задач по горноспасательному обслуживанию организаций; горноспасательное обслуживание организаций.

Согласно Уставу ФГУП «ВГСЧ» (размещен на сайте http://www.фгупвгсч.рф) последнее на территории Сахалинской области  имеет филиал – «Сахалинский военизированный горноспасательный отряд» ФГУП «ВГСЧ».

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что ВГСЧ является профессиональной организацией в области выполнения работ по спасанию людей, предупреждению и ликвидации аварий и чрезвычайных ситуаций на территориях организаций, ведущих горные и другие работы на опасных производственных объектах угольной, горнодобывающей, металлургической промышленности и подземного строительства, в период их строительства, реконструкции, эксплуатации, ликвидации или консервации, то есть работ по горноспасательному обслуживанию.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ВГСЧ является лицом, обязанным заключать договоры по горноспасательному обслуживанию опасных производственных объектов предприятий Сахалинской области, ведущих работы, связанные с повышенной опасностью при пользовании недрами.

В соответствии со ст. 426 ГК РФ публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.).

В публичном договоре цена товаров, работ или услуг должна быть одинаковой для потребителей соответствующей категории. Иные условия публичного договора не могут устанавливаться исходя из преимуществ отдельных потребителей или оказания им предпочтения, за исключением случаев, если законом или иными правовыми актами допускается предоставление льгот отдельным категориям потребителей.

Отказ лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы не допускается.

При необоснованном уклонении лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, от заключения публичного договора применяются положения, предусмотренные пунктом 4 статьи 445 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что 20.06.2017 года ВГСЧ направило в адрес Общества проект Договор № 13 от 20.06.2017 года на горноспасательное обслуживание опасных производственных объектов Ответчика на 3 квартал 2017 года (июль, август, сентябрь).

Указанный проект Договора подписан ВГСЧ.

Со стороны Общества проект Договора подписан с протоколом разногласий 26.06.2017 года, согласно которому Общество не согласилось с редакцией пунктов 3.1, 3.2, 3.7, 4.8, 4.9 и 6.1 договора.

05.07.2017 года ВГСЧ направило Обществу протокол согласования разногласий от 30.06.2017 года, которым отказалось согласовать условия, предложенные Обществом по спорным пунктам.

07.07.2017 года Общество обратилось в суд с иском об урегулировании разногласий в части пунктов 3.1, 3.2, 3.7, 4.8, 4.9 Договора.

В соответствии с ч. 2 ст. 445 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно для стороны, направившей оферту (проект договора), и ей в течение тридцати дней будет направлен протокол разногласий к проекту договора, эта сторона обязана в течение тридцати дней со дня получения протокола разногласий известить другую сторону о принятии договора в ее редакции либо об отклонении протокола разногласий.

При отклонении протокола разногласий либо неполучении извещения о результатах его рассмотрения в указанный срок сторона, направившая протокол разногласий, вправе передать разногласия, возникшие при заключении договора, на рассмотрение суда.

Учитывая, что обязанной стороной в смысле ст. 445 ГК РФ является ВГСЧ, соответственно, Общество, получившее от ВГСЧ оферту (проект Договора), в установленный указанной нормой права срок (в данном случае 26.06.2017 года, то есть до даты начала оказания услуг по Договору) направило обязанной стороне (ВГСЧ) протокол разногласий, который не принят обязанной стороной, о чем указано в протоколе согласования разногласий от 30.06.2017 года, полученном Обществом 05.07.2017 года, в связи с чем Общество, как контрагент обязанной стороны, обратилось в суд с иском об урегулировании разногласий при заключении договора.

В то же время, 11.07.2017 года Общество произвело предоплату по договору за июль 2017 года платежным поручением № 4895 от 11.07.2017 года.

Таким образом, к моменту начала оказания услуг по Договору (к 01.07.2017 года) Общество, направившее в адрес ВГСЧ протокол разногласий по договору, не обладало информацией о согласовании предложенной Обществом редакции проекта Договора.

Об отказе в согласовании протокола разногласий Общество уведомлено 05.07.2017 года (дата получения протокола согласования разногласий, в котором отказано в согласовании редакции Общества).

В то же время 11.07.2017 года, то есть после получения от ВГСЧ информации о непринятии условий спорных договоров в редакции Общества,  последнее, тем не менее, произвело оплату по Договору за июль 2017 года (авансовый платеж).

Кроме того, 31.07.2017 года сторонами подписан акт № 202 об оказании ВГСЧ в пользу Общества услуг в июле 2017 года по договору № 13 от 20.06.2017 года, а платежным поручением № 5867 от 10.08.2017 года Общество оплатило остаток стоимости услуг за июль 2017 года и авансовый платеж за август 2017 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что при отсутствии согласия ВГСЧ на предложенные Обществом условия Договора,  Общество, извещенное об этом 05.07.2017 года, тем не менее, принимало от ВГСЧ услуги по Договору и оплачивало их 11.07.2017 и 10.08.2017 года в размере и на условиях, указанных в проекте Договора в редакции, предложенной ВГСЧ.

Как разъяснено в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.05.1997 N 14 "Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров", с иском о понуждении заключить публичный договор вправе обратиться только контрагент коммерческой организации, обязанной его заключить.

В тех случаях, когда потребитель пользуется услугами (энергоснабжение, услуги связи и т.п.), оказываемыми обязанной стороной, однако от заключения договора отказывается, арбитражные суды должны иметь в виду следующее.

Фактическое пользование потребителем услугами обязанной стороны следует считать в соответствии с пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации как акцепт абонентом оферты, предложенной стороной, оказывающей услуги (выполняющей работы). Поэтому данные отношения должны рассматриваться как договорные.

В соответствии с п. 58 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума ВАС РФ N 8 от 01.07.1996 (ред. от 24.03.2016) "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении преддоговорных споров, а также споров, связанных с исполнением обязательств, необходимо иметь в виду, что акцептом, наряду с ответом о полном и безоговорочном принятии условий оферты, признается совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором (пункт 3 статьи 438).

Следует учитывать, что для признания соответствующих действий адресата оферты акцептом Кодекс не требует выполнения условий оферты в полном объеме. В этих целях для квалификации указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо, получившее оферту (в том числе проект договора), приступило к ее исполнению на условиях, указанных в оферте и в установленный для ее акцепта срок.

Учитывая, что фактически с 01.07.2017 года услуги по договору оказываются Обществу и оплачиваются им при наличии неурегулированных разногласий, суд приходит к выводу о том, что Договор № 13 от 20.06.2017 года заключен сторонами в редакции, предложенной ВГСЧ, то есть без учета разногласий, заявленных Обществом.

В соответствии со ст. 446 ГК РФ в случаях передачи разногласий, возникших при заключении договора, на рассмотрение суда на основании статьи 445 настоящего Кодекса либо по соглашению сторон, условия договора, по которым у сторон имелись разногласия, определяются в соответствии с решением суда.

Таким образом, урегулирование разногласий в судебном порядке возможно на стадии заключения договора, а именно, до его заключения сторонами (преддоговорной спор), тогда как при наличии заключенного сторонами Договора № 13 от 20.06.2017 года урегулирование по нему разногласий в судебном порядке исключено.

При этом суд учитывает, что Общество, являясь лицом, заинтересованным в заключении договора в силу возложенной на него обязанности по обеспечению безопасного ведения работ, с предложением о заключении договора в адрес ВГСЧ не обращалось, доказательства обратного суду не представлены.

Проект Договора направлен Обществу обязанным лицом (ВГСЧ) 20.06.2017 года, то есть  за 10 дней до начала оказания услуг по нему.

Общество подписало проект Договора с разногласиями 26.06.2017 года.

Документы о дате вручения Обществом Ответчику проекта Договора с протоколом разногласий не представлены.

Протокол согласования разногласий подписан ВГСЧ 30.06.2017 года.

С учетом отсутствия в деле документов о дате вручения ответчику протокола разногласий, а также принимая во внимание дату составления протокола согласования разногласий (30.06.2017 года) суд приходит к выводу о том, что протокол разногласий вручен ответчику 30.06.2017 года, то есть за один день до начала оказания услуг по Договору.

В соответствии с положениями ст. 445 ГК РФ в ситуации, когда публичный договор направлен для подписания обязанной стороной и контрагент этой стороны направил протокол разногласий к договору, для обязанной стороны установлен 30-дневный срок ответа о принятии или отклонении протокола разногласий.

Таким образом, при отсутствии у Ответчика, как обязанной стороны публичного договора, права на предъявление в суд иска о понуждении к заключению договора и/или об урегулировании разногласий при его заключении, Истец, тем не менее, не принял мер к своевременному заключению договора с учетом установленных в ст. 445 ГК РФ сроков урегулирования разногласий по нему, а, начав с 01.07.2017 года пользоваться услугами Ответчика, 07.07.2017 года заявил настоящий иск.

Указанные обстоятельства, по мнению суда, свидетельствует о недобросовестном поведении Общества при заключении Договора, тогда как по смыслу ст. 1, 10 ГК РФ осуществление гражданских прав должно быть добросовестным.

Доводы истца о необоснованном установлении стоимости услуг на август 2017 года правового значения для данного спора не имеют, так как при наличии заключенного сторонами договора, изменение его условий допускается в порядке ст. 450 ГК РФ, то есть по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором, либо по требованию одной из сторон по решению суда в установленных указанной нормой права случаях.

Кроме того, несоответствие условий заключенного сторонами публичного договора требованиям действующего законодательства РФ может быть основанием для признания договора (части договора) недействительным.

При этом в силу п. 84 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной.

Кроме того, при предъявлении к лицу требований, основанных на условиях недействительной (ничтожной) сделки, указанное лицо вправе ссылаться на ничтожность таких условий договора.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; иными способами, предусмотренными законом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что Истцом  избран ненадлежащий способ защиты нарушенного права, так как при наличии оснований для изменения условий заключенного договора, Истец вправе требовать изменения условий договора, а при наличии оснований считать условия договора недействительными, истец вправе требовать признания их таковыми в судебном порядке, а при ничтожности условий договора – требовать применения последствий ничтожности сделки (части сделки).

С учетом изложенного, суд отказал в удовлетворении ходатайств истца о проведении экспертизы установленной Ответчиком стоимости услуг и об истребовании документов для ее проведения.

В удовлетворении ходатайства Истца об отложении судебного заседания для уточнения иска судом также отказано, так как по смыслу ст. 49 АПК РФ уточнение иска по спору об урегулировании разногласий при заключении договора возможно в отношении условий договора, об урегулировании которых возник спор, тогда как в рассматриваемом случае суд пришел к выводу о заключении договора сторонами в предложенной ВГСЧ редакции, в связи с чем вопрос о том, какие условия договора подлежат урегулированию в судебном порядке, значения не имеет.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 167-176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

СудьяО. ФИО6