1272/2022-34266(2) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А 

http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-81652/2021

05 марта 2022 года

г. Санкт-Петербург

  Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2022 года  

Судья Тринадцатого арбитражного апелляционного суда Трощенко Е.И., 

рассмотрев без вызова сторон апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-927/2022) ООО "МОБАКС ПРО" на решение Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.12.2021 по делу № А5681652/2021 (судья Яценко О.В.), в порядке упрощенного производства  

по иску ООО "ЗИНГЕР СПб" к ООО "МОБАКС ПРО" о взыскании 

в порядке упрощенного производства  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ЗИНГЕР СПб" (далее – истец)  обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  с иском к обществу с ограниченной ответственностью "МОБАКС ПРО" (далее –  ответчик) и с учетом принятого судом увеличения размера исковых требований в  порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  (далее – АПК РФ) просил взыскать с ответчика 120 000 руб. компенсации за  нарушение исключительного права на товарный знак № 266060 (ZINGER).  

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства на основании  статьи 226 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –  АПК РФ).  

Решением суда (резолютивная часть) от 30.11.2021 с общества с  ограниченной ответственностью "Мобакс Про" в пользу общества с ограниченной  ответственностью "Зингер СПб" взыскано 60 000 руб. компенсации, 75 руб.  судебных расходов на приобретение спорного товара, 111 руб. почтовых расходов и  2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В  удовлетворении остальной части иска отказано.  

Судом первой инстанции 15.12.2021 изготовлено мотивированное решение.  

Ответчик, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих  значение для дела, неправильное применение норм материального и  

процессуального права, просит решение суда отменить, принять по делу новый  судебный акт.  

По мнению подателя жалобы, нарушен процесс, так как истец направил  ответчику письмо без уведомления о вручении, истец не направил ответчику иск с  приложениями, суд не рассмотрел ходатайство ответчика о переходе к  рассмотрению дела по общим правилам судопроизводства, в деле отсутствуют  доказательства приобретения товара истцом, истец не доказал реализацию  ответчиком товара с изображением, указанным истцом.  

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он против её  удовлетворения возражал.  

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в  апелляционном порядке по правилам статьи 272.1 АПК РФ без вызова сторон, по  имеющимся в деле доказательствам.  

 Из материалов дела следует, истец является обладателем исключительных  прав на товарный знак № 266060.  

 Ссылаясь на использование ответчиком указанного товарного знака без  какого-либо разрешения истца, установленное 13.02.2021 в торговой точке,  расположенной по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, пом. 281, истец обратился в арбитражный суд с настоящим  иском о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права  использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при  сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование  товарного знака.  

 Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования частично. 

 Суд апелляционной инстанции, рассмотрев материалы дела, проверив  правильность применения судом норм материального и процессуального права,  оценив доводы апелляционной жалобы, считает, что решение подлежит изменению.  

Как полагает податель жалобы, нарушен процесс, так как истец направил  ответчику письмо без уведомления о вручении, истец не направил ответчику иск с  приложениями.  

 Данный довод подлежит отклонению, поскольку у ответчика была  возможность ознакомиться с материалами дела в электронном виде, путем подачи  в суд электронной заявки.  

 По мнению ответчика, суд не рассмотрел ходатайство о переходе к  рассмотрению дела по общим правилам судопроизводства.  

 Указанный довод подлежит отклонению. 

 Согласно пункту 1 части 1 статьи 227 АПК РФ в порядке упрощенного  производства подлежат рассмотрению дела по исковым заявлениям о взыскании  денежных средств, если цена иска не превышает для юридических лиц восемьсот  тысяч рублей, для индивидуальных предпринимателей четыреста тысяч рублей.  

По формальным признакам указанное дело относится к перечню дел,  подлежащих рассмотрению в порядке упрощенного производства.  

Во втором абзаце пункта 18 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 "О некоторых вопросах применения  судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном  производстве" (далее - Постановление № 10) разъяснено, что если по формальным  признакам дело относится к категориям дел, названным в частях 1 и 2 статьи 227  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, то оно должно быть  рассмотрено в порядке упрощенного производства, о чем указывается в  

определении о принятии искового заявления (заявления) к производству. Согласие  сторон на рассмотрение данного дела в таком порядке не требуется.  

В силу части 5 статьи 227 АПК РФ суд выносит определение о рассмотрении  дела по общим правилам искового производства или по правилам  административного судопроизводства, если в ходе рассмотрения дела в порядке  упрощенного производства удовлетворено ходатайство третьего лица о вступлении  в дело, принят встречный иск, который не может быть рассмотрен по правилам,  установленным настоящей главой, либо если суд, в том числе по ходатайству одной  из сторон, пришел к выводу о том, что: 1) порядок упрощенного производства может  привести к разглашению государственной тайны; 2) необходимо выяснить  дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства,  а также провести осмотр и исследование доказательств по месту их нахождения,  назначить экспертизу или заслушать свидетельские показания; 3) заявленное  требование связано с иными требованиями, в том числе к другим лицам, или  судебным актом, принятым по данному делу, могут быть нарушены права и  законные интересы других лиц.  

Согласно пункту 33 Постановления № 10 обстоятельства, препятствующие  рассмотрению дела в порядке упрощенного производства, указанные в части 5  статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, могут  быть выявлены как при принятии искового заявления (заявления) к производству,  так и в ходе рассмотрения этого дела.  

Судом первой инстанции не установлено оснований, предусмотренных  частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  для рассмотрения дела по общим правилам искового производства.  

Возражения стороны относительно рассмотрения дела в порядке  упрощенного производства и несогласие ответчика с иском не являются  основаниями для рассмотрения дела по общим правилам.  

 Суд первой инстанции не допустил процессуальных нарушений, влекущих  отмену судебного акта.  

Как полагает податель жалобы, в деле отсутствуют доказательства  приобретения товара истцом, истец не доказал реализацию ответчиком товара с  изображением, указанным истцом.  

 Данные доводы подлежат отклонению в связи со следующим. 

 Как следует из материалов дела, истом были представлены надлежащие  доказательства (спорный товар, кассовый чек и видеозапись), которые в  совокупности подтверждают факт нарушения исключительных прав истца.  

 Ответчиком не оспаривается, что торговая точка, зафиксированная на видео, а  также чек не принадлежат ответчику.  

 Спорный товар является контрафактным по многим признакам.  

 В частности, первая буква Z в надписи ZINGER на спорном товаре находится в  щите, на обратной стороне упаковке не содержится наименования изготовителя,  правообладателя, а также знаков утилизации.  

 Кроме того, на товар крепиться специальная медалька, всегда есть  голограммы, надпись ZINGER на самом товаре.  

 В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской  Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие  исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на  средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой  результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим  закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом  

на результат интеллектуальной деятельности, если указанным Кодексом не  предусмотрено иное.  

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать  другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или  средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием  (разрешением).  

Другие лица не могут использовать соответствующие результат  интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия  правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом.  Использование результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными  Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия  правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную  Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации  лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.  

Согласно части 1 статьи 1484 ГК РФ, лицу, на имя которого зарегистрирован  товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право  использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса  любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный  знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.  

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный  знак. При этом товарный знак может быть использован как при его нанесении на  товар (в соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ), так и при  изготовлении самого товара в виде товарного знака.  

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не  только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом, в том числе  при изготовлении самого товара в виде товарного знака. При этом исключительное  право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров,  работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности  путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на  этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже,  продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся  в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или  перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации  (часть 2 данной статьи).  

Согласно части 3 той же статьи, никто не вправе использовать без разрешения  правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении  товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или  однородных товаров, если в результате такого использования возникнет  вероятность смешения.  

Факт продажи контрафактного товара установлен судом первой инстанции и  подтверждается товарным чеком, видеосъемкой, произведенной при приобретении  спорного товара в вышеуказанной торговой точке и изученной судом первой и  апелляционной инстанций; самим закупленным истцом у ответчика товаром.  

Согласно абзацу 3 пункта 55 Постановления Верховного Суда Российской  Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского  кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10)) при рассмотрении  дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что  законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых  устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому  

при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60  ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания,  предусмотренные процессуальным законодательством.  

Факт неправомерного распространения контрафактных материальных  носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не  только путем представления кассового или товарного чека или иного документа,  подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний  (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или  видеозаписи.  

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия  на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они  производятся, не требуется.  

Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не  является информацией о его частной жизни, в том числе информацией,  составляющей личную или семейную тайну.  

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются  полученные в предусмотренном Арбитражным процессуальным кодексом  Российской Федерации и другими федеральными законами порядке сведения о  фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или  отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц,  участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для  правильного рассмотрения дела.  

Согласно части 2 статьи 64 и части 2 статьи 89 АПК РФ аудио- и видеозаписи  допускаются в качестве доказательств по делу.  

Ведение видеозаписи (в том числе и скрытой камерой) в местах, очевидно и  явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или  правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты  гражданского права, что соответствует статье 14 ГК РФ и части 2 статьи 45  Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый вправе защищать  свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.  

Оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии со  статьей 71 АПК РФ, апелляционная инстанция считает, что факт нарушения  ответчиком принадлежащих истцу исключительных прав подтвержден.  

Доказательства того, что истец как обладатель исключительных прав на  товарный знак N 266060 дал ответчику свое согласие на его использование, в  материалах дела отсутствуют.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных  настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной  деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного  права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от  нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация  подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом  правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания  размера причиненных ему убытков.  

Пункт 4 статьи 1515 ГК РФ предусматривает два варианта определения  компенсации за незаконное использование товарного знака:  

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по  усмотрению суда исходя из характера нарушения;  

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен  товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования  товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых  

обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного  знака.  

Истец обратился в суд с требованием о взыскании компенсации, размер  которой определил в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в сумме 120 000 руб.  

В обоснование заявленного требования истец предоставил в материалы дела  лицензионный договор от 26.02.2019, заключенный между ООО "ЗИНГЕР Спб"  (лицензиат) и ООО "Глобал" (лицензиар), согласно которому лицензиару  предоставляется право использования товарного знака № 266060 в отношении  товаров 06, 08, 14, 21, 26 класса МКТУ и услуг 35, 42 классов МКТУ.  

Срок действия договора определен с момента подписания по 01.11.2021.  

В соответствии с пунктом 2.1. лицензионного договора за предоставление  права использования товарного знака Лицензиат уплачивает Лицензиару  ежеквартальное вознаграждение в размере 60 000 руб.  

Указанный договор, недействительным не признан, о его фальсификации  лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не  исключен. Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене,  которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование спорного товарного знака, в материалы дела не представлены.  

В соответствии с пунктом 61 Постановления N 10, если правообладателем  заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости  права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной  модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера  компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем  способом, который использовал нарушитель.  

Как видно из материалов дела, двукратная стоимость права использования  товарного знака определена истцом в размере 120 000 руб.  

Суд первой инстанции снизил размер компенсации до 60 000 руб. 

Апелляционный суд считает, что решение суда подлежит изменению по  следующим основаниям.  

Пунктами 1.2 и 1.3 лицензионного договора от 26.02.2019 лицензиару  предоставлено право использовать товарный знак на территории Российской  Федерации в отношении товаров, включенных в 06, 08, 14, 21, 26 классы по  Международной классификации товаров и услуг (МКТУ), а также услуг 35, 42 классов  МКТУ.  

Согласно пункту 2 статьи 1482 ГК РФ исключительное право на товарный знак  может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в  отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения  товарного знака:  

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые  производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках  и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории  Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся  на территорию Российской Федерации;  

2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг,  а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;  

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах  адресации.  

Такой же объем прав предоставлен лицензиату пунктами 1.3.1 - 1.3.5  лицензионного договора.  

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что в рассматриваемом  случае предприниматель, занимающийся розничной торговлей, нарушил право на  товарный знак путем продажи товара, на котором имелось изображение товарного  знака истца.  

Таким образом, принадлежащий истцу товарный знак был использован при  продаже товара, относящегося к 8 классу МКТУ, в то время как лицензиар  предоставил лицензиату неисключительную лицензию в отношении всех товаров  06, 08, 14, 21, 26 класса МКТУ.  

Доказательств реализации ответчиком товаров 06, 14, 21, 26 класса МКТУ  материалы дела не содержат.  

Согласно пункту 2.1 договора ежеквартальное (3 месяца) вознаграждение по  лицензионному договору установлено 60 000 руб.  

Апелляционный суд считает, что при определении компенсации в двукратном  размере стоимости права использования объекта интеллектуальной собственности,  определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно  взимается за правомерное использование такого объекта, рассчитанной истцом на  основании цены лицензионного договора, следует исходить из того, что срок  использования нарушителем исключительного права, который должен учитываться  при определении размера компенсации, должен соответствовать сроку, на который  в обычной хозяйственной практике предоставляется право использования  результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.  

Суд апелляционной инстанции при расчете компенсации полагает возможным  исходить из минимального срока предоставления права использования результата  интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации сроком на один  месяц.  

Принимая во внимание установленное пунктом 2.1 лицензионного договора от  26.02.2019 вознаграждение в размере 60 000 руб. за три месяца, компенсация по  настоящему делу рассчитана исходя из пяти классов товаров.  

Таким образом, лицензионное вознаграждение в сумме 60 000 руб.,  определенное договором, не может быть признано ценой, которая при сравнимых  обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного  знака.  

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров истцом  в материалы дела не представлено, а суд не вправе изменять выбранный истцом  порядок определения компенсации за использование товарного знака,  апелляционный суд приходит к выводу о возможности использования положений  указанного лицензионного договора для расчета размера компенсации в порядке  пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.  

Двукратный размер компенсации за использование товарного знака исходя из  цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное  использование такого объекта, в данном случае составит 8 000 руб. (60 000 руб.  размер вознаграждения в квартал : 3 месяца : 5 классов МКТУ в отношении  которых предоставлена неисключительная лицензия х 1 товар относящийся к 8  классу МКТУ х 2) в месяц.  

На основании изложенного исковые требования о взыскании компенсации,  размер которой определяется на основании пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, подлежат  удовлетворению в размере 8 000 руб.  

В остальной части апелляционный суд не находит оснований для  удовлетворения исковых требований.  

Удовлетворение требования истца о взыскании компенсации в меньшем  размере, чем был им изначально заявлен, является частичным удовлетворением  иска, не связано с удовлетворением ходатайства ответчика о снижении размера  компенсации ниже минимального размера, что по смыслу положений абзаца  второго части 1 статьи 110 АПК РФ влечет отнесение судебных расходов на лиц,  участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых  требований.  

Требование истца о взыскании 5 000 руб. расходов на фиксацию нарушения  права не подтверждены материалами дела, в связи с чем обоснованно отклонены  судом первой инстанции.  

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272.1 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 15.12.2021 по делу № А56-81652/2021 изменить, изложив резолютивную  часть решения в следующей редакции.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "МОБАКС ПРО" в  пользу общества с ограниченной ответственностью «ЗИНГЕР СПб» компенсацию за  незаконное использование прав на товарный знак № 266060 в сумме 8 000 руб., 307  руб. расходов на оплату государственной пошлины, 5 руб. расходов на  приобретение товара, 7 руб. 40 коп. почтовых расходов.  

В остальной части в иске отказать. 

 Вещественные доказательства по делу уничтожить в установленном законом  порядке.  

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.  

Судья Е.И. Трощенко