АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-6754/2023

Дело № А12-15387/2022

г. Казань

11 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 августа 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ольховикова А.Н.,

судей Сибгатуллина Э.Т., Хлебникова А.Д., 

при участии представителей в Арбитражном суде Волгоградской области:

индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 07.06.2022), 

индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 12.08.2020),

при участии представителей в Арбитражном суде Поволжского округа:

Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области – ФИО5 (доверенность от 09.01.2023 № 23), ФИО6 (доверенность от 09.01.2023 № 07),

Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области - ФИО6 (доверенность от 09.01.2023 № 25),

в отсутствие:

третьего лица – Инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве - извещено надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи кассационную жалобу Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области 

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023

по делу № А12-15387/2022

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304345318100192, ИНН 

<

***>), заинтересованные лица: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области (Волгоградская область, г. Камышин, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), Управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (г. Волгоград, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), третьи лица: Инспекция Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве (г. Москва, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), индивидуальный предприниматель ФИО3 (ОГРНИП 317344300037918, ИНН 

<

***>), о признании незаконным решения,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ФИО1, предприниматель, заявитель) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области (далее – Межрайонная ИФНС России № 3 по Волгоградской области, налоговый орган, инспекция) от 01.12.2021 № 09-35/7 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены Инспекция Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве, индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 23.01.2023 по делу № А12-15387/2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023 по делу № А12-15387/2022 решение Арбитражного суда Волгоградской области от 23.01.2023 отменено, по делу принят новый судебный акт. Признано недействительным решение Межрайонной ИФНС России № 3 по Волгоградской области от 01.12.2021 № 09-35/7 о привлечении ИП ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения по статье 119, пункту 3 статьи 122, пункту 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в виде штрафа в общем размере 14 246 905 руб., доначисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 24 176 669 руб., пени по НДС в сумме 4 593 510 руб. 47 коп., по упрощенной системе налогообложения (далее – УСН) в сумме 8 357 055 руб. 14 коп., пени по УСН в сумме 1 545 893 руб. 29 коп. В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.

В кассационной жалобе Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 3 по Волгоградской области просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, ссылаясь на нарушение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание проведено путем использования систем видеоконференц-связи, организованной Арбитражным судом Волгоградской области. 

Третье лицо - Инспекция Федеральной налоговой службы № 31 по г. Москве явку своих представителей в судебное заседание не обеспечило, о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещено.

В соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ жалоба рассматривается в отсутствие лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, кассационная инстанция не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России № 3 по Волгоградской области проведена выездная налоговая проверка ФИО1, по результатам которой составлен акт от 22.06.2021 № 09-31/4.

По результатам рассмотрения акта и иных материалов налоговой проверки инспекцией вынесено решение от 01.12.2021 № 09-35/7 о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения по статье 119, пункту 3 статьи 122, пункту 1 статьи 126 НК РФ в виде штрафа в общем размере 14 246 905 руб. Кроме того, данным решением доначислены НДС, единый налог, уплачиваемый в связи с применением УСН, в общей сумме 32 619 333 руб., начислены пени в размере 6 160 221 руб. 99 коп. Также налогоплательщику предложено уменьшить единый налог на вмененный доход (далее – ЕНВД) за 2017-2019 годы в общем размере 36 039 руб.

Основанием для доначисления сумм налогов, привлечения к налоговой ответственности по статье 119 НК РФ и в соответствующей части по пункту 3 статьи 122 НК РФ, послужили выводы налогового органа о неправомерной неуплате налогов в результате занижения доходов и заявления налоговых вычетов в результате создания схемы минимизации налоговых обязательств с привлечением ФИО3, осуществляющего предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющего статус индивидуального предпринимателя, главы крестьянского (фермерского) хозяйства.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 11.03.2022 № 363 решение инспекции оставлено без изменения.

ФИО1 оспорил решение инспекции в судебном порядке.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к иным выводам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление № 53), под налоговой выгодой для целей настоящего постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами либо целями делового характера (пункт 3 Постановления № 53).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (пункт 9 Постановления № 53).

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 Кодекса при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Принимая во внимание, что судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой (при уплате налогов в большем размере) не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, если соответствующая налоговая экономия получена в связи с осуществлением реальной хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных налоговым законодательством ограничений в применении специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным НК РФ.

Действия, направленные в обход установленных главой 26.2 Налогового кодекса ограничений в применении УСН как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства, могут быть квалифицированы в качестве злоупотребления правом. Установив, что имело место распределение доходов от реализации товаров (работ, услуг) между несколькими лицами, которыми прикрывалась фактическая деятельность другого (одного) хозяйствующего субъекта, обладавшего необходимыми ресурсами для ее ведения, но не отвечавшего установленным законом условиям для применения УСН (так называемое "дробление бизнеса") налоговый орган вправе консолидировать доходы и исчислить налоги соответствующему плательщику по общей системе налогообложения, на что обращено внимание в пункте 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018. 

Судами установлено, что ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 30.06.2003 и в проверяемом периоде (2017, 2018, 2019 годы) применял упрощенную систему налогообложения (УСН), объект налогообложения - доходы (6%) и применял систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности (ЕНВД-15%).

ФИО3 в проверяемом периоде (2017, 2018, 2019 годы) находился на общей системе налогообложения, являлся плательщиком НДС, осуществлял предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имел статус индивидуального предпринимателя, главы крестьянского (фермерского) хозяйства. При этом был освобожден от уплаты НДФЛ от предпринимательской деятельности на основании положений пункта 14 статьи 217 НК РФ (не подлежат обложению налогом на доходы физических лиц доходы членов крестьянского (фермерского) хозяйства, получаемые в этом хозяйстве от производства и реализации сельскохозяйственной продукции, а также от производства сельскохозяйственной продукции, ее переработки и реализации, - в течение пяти лет считая с года регистрации указанного хозяйства).

Инспекция по результатам выездной налоговой проверки пришла к выводу о создании ФИО1 схемы по перераспределению товарных потоков и выручки от реализации готовой продукции между ним и ФИО3 По результатам проверки  заявителю доначислен УСН исходя из доходов, полученных ФИО3 за проверяемый период, а также признано незаконным применение налоговых вычетов по НДС на основании счетов-фактур, выставленных ИП ФИО3 

Суд апелляционной инстанции, исследовав установленные по делу обстоятельства в их совокупности, пришел к выводу о недоказанности налоговым органом факта создания заявителем схемы разделения бизнеса при отсутствии деловой цели, а также признал, что каждое из вышеуказанных лиц вело самостоятельную деятельность. 

В качестве оснований для принятия оспариваемого решения налоговый орган исходил из следующих доводов: аффилированность (взаимозависимость) участников схемы ИП ФИО1 - ФИО3; осуществление производственной деятельности по одному и тому же адресу; фактическое управление деятельностью участников схемы одним лицом; определение реализации готовой продукции в зависимости от режима налогообложения покупателя: покупателям для деятельности, облагаемой НДС, - ФИО3, и для деятельности, не облагаемой НДС, - ИП ФИО1; дробление покупателей с целью получения налоговой выгоды; отсутствие у подконтрольного лица (участника схемы) ИП ГКФХ ФИО3 трудового потенциала, необходимого для самостоятельного осуществления производственной деятельности, связанной с переработкой сельскохозяйственной продукции, переход работников от ИП ФИО1 к ИП ГКФХ ФИО3; ИП ФИО1 нес все расходы, связанные с оплатой коммунальных услуг за подконтрольное ему лицо - ИП ГКФХ ФИО3; использование участниками схемы общей интернет-платформы в "Интернете"; отсутствие регистрации в органах государственной власти в сфере отношений, связанных с охраной окружающей среды; фактическое ведение совместного бизнеса.

При исследовании данных доводов налогового органа суд апелляции отметил следующее.

ФИО3 работал у ФИО1 в должности менеджера до 01.04.2017. После увольнения с 18.04.2017 ФИО3 зарегистрировался в качестве главы крестьянского (фермерского) хозяйства (основной вид деятельности - выращивание овощей, бахчевых, корнеплодных и клубнеплодных культур, грибов и трюфелей).

ФИО3 в проверяемый период являлся собственником земельных участков площадью 664 кв. м и 140 000 кв. м из земель сельскохозяйственного назначения, арендовал  земельный участок для сельскохозяйственного производства площадью 114 315 кв. м. Также ФИО3 имел в собственности  транспортные средства:

В проверяемом периоде ФИО3 осуществлялось производство сельскохозяйственной продукции, которая реализовывалась и перерабатывалась с учетом арендованного у ФИО1 имущества. Им были сданы региональные формы статистического наблюдения формы N 6-рег за 2017-2020 гг. были сданы ИП ГКФХ ФИО3 в установленные сроки.

ФИО3 признан победителем конкурса по отбору хозяйств, имеющих право на получение грантов, на поддержку начинающих фермеров,  имеет удостоверение от 14.04.2017 о повышении квалификации по программе «Проектирование агробизнеса начинающего фермера».

28 ноября 2017 года ИП ГКФХ ФИО3 по договору купли-продажи у ООО «Флайт-М» приобретено оборудование - конвейер наклонный (элеватор) .

Таким образом, ФИО3 имел как основные средства (транспорт, оборудование, земельные участки), так и профессиональные знания для ведения самостоятельной деятельности по производству сельскохозяйственной продукции с 2017 года.

В рамках выездной проверки инспекцией были проанализированы договоры займов от 12.05.2017 N б/н, от 15.05.2017 N б/н, от 16.05.2017 N б/н, заключенные между ФИО1 и ФИО3 Согласно данным договорам, ФИО1 ("займодавец") передает в собственность ФИО3 ("заемщик") денежные средства в размере 990 000 рублей. Заемщик обязуется возвратить займодавцу суммы займа в 2020 году. За пользование суммой займа взимаются проценты в размере 9 процентов годовых. Проценты начисляются до дня возврата суммы займа.

Денежные средства были направлены ФИО3 на приобретение запчастей, оргтехники, электроприборов и др., таким образом налоговым органом установлено, что денежные средства были использованы в деятельности крестьянско – фермерского хозяйства. 

Кроме того, займы ФИО3 возвращены заявителю в полном размере, а также выплачены проценты по всем трем договорам.

Между тем в оспариваемом решении отсутствует анализ деятельности ФИО3 как производителя сельскохозяйственной продукции. Также отсутствует информация о том, каким образом в налоговой и бухгалтерской отчетности ФИО3 отражался факт производства сельскохозяйственной продукции.

Налоговый орган претензий к ФИО3 в связи с освобождением от уплаты НДФЛ от предпринимательской деятельности в соответствии с пунктом  14 статьи 217 НК РФ не предъявлял.

ФИО1 в свою очередь указал, что никогда не занимался производством сельскохозяйственной продукции, осуществлял переработку приобретенной продукции. 

Отклоняя довод налогового органа об аффилированности (взаимозависимости) ФИО1 и  ФИО3, апелляционный суд указал, что работа у заявителя, использование заемных денежных средства не может само по себе свидетельствовать о том, что ФИО3 не вел самостоятельной деятельности.

ФИО3 в проверяемом периоде осуществлял выращивание и реализацию огурцов. Так, ООО «Агросемцентр» в ответ на требование налогового органа сообщило, что ФИО3 приобретались семена огурца, договор подписывал лично ФИО3 в офисе общества.

Также суд апелляции учитывал свидетельские показания множества лиц, подтвердивших руководство ФИО3 деятельностью своих работников, прием на работу, выплату заработной платы,  выращивание сельскохозяйственной продукции, переработку огурцов и томатов на конвейере.

Судом апелляции отмечено, что в решении налогового органа отсутствует информация о том, какие работники и когда переходили от ФИО1 к ФИО3 Также не имеется доказательств того, что работники ФИО3 принимались на работу ФИО1, что заявитель выплачивал им заработную плату.

ФИО3 понес затраты по оплате услуг ООО "Спецавтотранс" по размещению отходов производства, также понесены затраты по приобретению капельной ленты, семян, удобрений, соли, этикеток, пищевых добавок, специй и т.д.

Также в материалы дела представлены приходные кассовые ордера, данные кассы, платежные поручения за период с июля 2017 года по сентябрь 2020 года по платежам по аренде, пени за просрочку арендной платы

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности налоговым органом факта создания заявителем схемы разделения бизнеса в целях получения необоснованной налоговой выгоды. Также отмечено, что осуществление ФИО3 и ФИО1 аналогичных видов деятельности по переработке продукции, как и возможное ведение данной деятельности ими совместно, по одному адресу не может являться основанием для объединения доходов предпринимателей от данного вида деятельности и доходов ФИО3 от выращивания сельскохозяйственной продукции, и вменение указанного дохода ФИО1

Судом второй инстанции отмечено, что при определении доходов ФИО1 с учетом доходов ФИО3 ФИО1 не утрачивает право на применение УСН (статьи 346.13 НК РФ) и не является плательщиком НДС. Однако НДС доначислен на основании счетов-фактур, выставленных ФИО3 покупателям,  без учета заявленных ФИО3 налоговых вычетов. Кроме того, при определении действительной налоговой обязанности заявителя инспекцией не учтено, что ФИО3 являлся собственником основных средств, используемых в предпринимательской деятельности (земельных участков, транспортных средств, конвейера и т.д.), в этой связи подлежали учету суммы налогов, уплаченные ФИО3

Апелляционный суд учитывал, что ФИО3 применялась общая система налогообложения, им выставлялись счета-фактуры при реализации товаров (работ, услуг) с НДС, продавцами товаров (работ, услуг) ему выставлялись счета-фактуры с НДС. Следовательно, по спорным хозяйственным операциям у покупателя товаров (работ, услуг) возникает право на применение налоговых вычетов по НДС, а у продавца - обязанность по уплате НДС в бюджет. При таких обстоятельствах выводы налогового органа о получении как ФИО1 необоснованной налоговой выгоды по НДС за проверяемый период признаны необоснованными.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции признал недействительным оспариваемое решение налогового органа в части доначисления НДС в сумме 24 176 669 руб., пени по НДС в сумме 4 593 510,47 руб., УСН в сумме 8 064 007,96 руб., пени по УСН в сумме 1 478  970,58 руб., привлечения к налоговой ответственности по статье 119 и в соответствующей части по пункту 3 статьи 122 НК РФ. 

По эпизоду доначисления УСН в сумме 9 968,93 руб., пени в сумме 2 018,66 руб., штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ судом второй инстанции установлено следующее.

По результатам  проверки налоговым органом установлено, что на счет заявителя в 2017-2018 г. поступили денежные средства в размере 166 148,90 руб. от ФИО7 за продукцию производства ФИО1

Налогоплательщик признал вывод налогового органа по данному эпизоду обоснованным и с возражениями на акт представил платежные поручения от 09.11.2021 NN 177-180 об уплате доначисленных сумм УСН за 2017, 2018 годы в сумме 9 969 руб., пени в сумме 2 300,57 руб.

Также налогоплательщиком по месту учета в налоговый орган представлены уточненные налоговые декларации по УСН за 2017-2018 годы (корректировка N 1) с внесенными исправлениями в части отражения в доходной части спорных сумм.

Однако в оспариваемом решении налогового органа данные обстоятельства не нашли отражение.

Поскольку на момент вынесения решения налогового органа спорная сумма УСН и пени уплачена налогоплательщиком в соответствующий бюджет, о чем было известно налоговому органу, суд второй инстанции признал, что основания для доначисления и предложения уплатить спорные суммы отсутствуют.

В отношении привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности судебная коллегия в апелляционной инстанции исходила из положений подпункта 1 пункта 4 статьи 81 НК РФ и указала, что в рассматриваемом случае уточненная налоговая декларация представлена налогоплательщиком после того, как налоговым органом обнаружена неполнота отражения сведений в налоговой декларации, приводящих к занижению УСН, в этой связи налогоплательщик не подлежит освобождению от ответственности.

Однако налогоплательщик по данному эпизоду привлечен к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ – за неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия),  совершенные умышленно.

Апелляционный суд учитывал положения статей 101, 106, 110 НК РФ и пришел к выводу, что решение налогового органа не содержит обоснования того, какие конкретно доказательства позволили сделать вывод о наличии умысла в действиях налогоплательщика, об осознании им противоправного характера своих действий по рассматриваемому эпизоду.

Напротив, установленные обстоятельства вменяемого налогового правонарушения не свидетельствуют о том, что предприниматель осознавал противоправный характер своих действий, желал либо сознательно допускал наступление вредных последствий в виде непоступления в бюджет налога.

Выявленные нарушения - неотражение выручки от реализации товара в доходной части от одного физического лица не носили массового характера; были признаны налогоплательщиком; и налог, и пени уплачены заявителем до момента вынесения решения налогового органа.

На основании вышеизложенного суд апелляционной инстанции признал оспариваемое решение налогового органа недействительным в части доначисления заявителю УСН в сумме 9 968,93 руб., пени в сумме 2018,66 руб., привлечения к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ.

По эпизоду доначисления оспариваемым решением УСН в сумме 283  079 руб. за 2017, 2018 годы., пени в сумме 64 904,05 руб., штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ судом апелляции установлено следующее.

На страницах 63-64 оспариваемого решения налогового органа отражено, что в результате нарушения положений статьи 346.21 НК РФ ФИО1 неправомерно завысил сумму страховых взносов, уменьшающих сумму УСН, исчисленную за налоговый период, в т.ч. за 2017 год - 148 499 руб.; за 2018 – 134 580 руб. Также указано, что в период 2017-2018 годы ИП ФИО1 применял пониженные тарифы страховых взносов. Сумма исчисленных страховых взносов составила:  ОПС за 2017 год - 526 663 руб.;  ОПС за 2018 год - 450 636 руб.

Из таблицы, приведенной в решении, следует, что сумма, уплаченная за отчетный период 2017 год, страховых взносов по данным налогоплательщика составила 675 162 руб., по данным налогового органа – 526 663 руб.; за 2018 год  по данным налогоплательщика составила 585 216 руб., по данным налогового органа – 450 636 руб. Иной информации решение налогового органа по указанному эпизоду не содержит.

Апелляционный суд руководствовался положениями пункта 8 статьи 101 НК РФ и пришел к выводу о том, что оспариваемое решение налогового органа по рассматриваемому эпизоду не содержит описания обстоятельств совершенного предпринимателем налогового правонарушения, описания того, как они установлены проведенной проверкой, не содержит ссылок на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства.

Также апелляционный суд учитывал противоречивость объяснений налогового органа, указывавшего, что нарушений при исчислении страховых взносов в ходе проверки не установлено, страховые взносы предпринимателем уплачены, а также то, что обоснование доначисления УСН по данному эпизоду касаются только 2017 года. 

При этом из объяснений следует, что «для исчисления и уплаты налога в ОПС (страховая часть) налогооблагаемая база составила за 2017 год 2 633 315,83 руб. (зарплата работников ИП ФИО1)... ОПС - 526 663,17 руб. (2 633 315,83 руб. х20%)». Однако оспариваемое решение налогового органа не содержит каких-либо данных  о налогооблагаемой базе в сумме 2 633 315,83 руб. (зарплата работников ИП ФИО1); доказательств неверного исчисления страховых взносов не представлено; страховые взносы предпринимателю оспариваемым решением не доначислены.

На основании изложенного судебная коллегия в апелляционной инстанции пришла к выводу о недоказанности налоговым органом вменяемого заявителю нарушения.

Кроме того, судебной коллегией установлено, что решение налогового органа не содержит обоснования того, на основании исследования каких конкретных доказательств налоговая инспекция пришла к выводу о наличии умысла в действиях налогоплательщика, об осознании им противоправного характера своих действий по рассматриваемому эпизоду. В этой связи привлечение к ответственности по данному эпизоду по пункту 3 статьи 122 НК РФ признано неправомерным.

По эпизоду доначисления УСН в сумме 85 608,86 руб., пени в сумме 20 818,23 руб., штрафа по пункту 3 статьи 122 НК РФ суд апелляции признал оспариваемое решение инспекции незаконным в части взыскания штрафа.

Так, ФИО1 в проверяемом периоде (2017, 2018, 2019 годы) находился на упрощенной системе налогообложения (УСН), объект налогообложения доходы (6%) и применял систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход для отдельных видов деятельности (ЕНВД-15%).

По результатам проверки налоговый орган пришел к выводу, что ФИО1 в проверяемом периоде неправомерно, в нарушение положений статьи 346.26 НК РФ применял ЕНВД по объекту нестационарной торговой сети, расположенной по адресу: Волгоградская обл., Камышинский р-н, х. Торповка, ул. Южная, д. 2, используемому для реализации продукции собственного производства.

В связи с указанным нарушением налоговый орган оспариваемым решением предложил налогоплательщику уменьшить ЕНВД за 2017-2019 годы в общем размере 36 039 руб. и доначислил от спорной реализации продукции собственного производства УСН в сумме 85  608,86 руб., пени в сумме 20 818,23 руб.

По данному эпизоду судебная коллегия согласилась с выводом налогового органа о занижении заявителем УСН, поскольку реализация продукции собственного производства в силу положений статьи 346.27 НК РФ не признается розничной торговлей для целей применения ЕНВД.

Однако, с учетом того, что решение налогового органа не содержит обоснования того, на основании исследования каких конкретных доказательств налоговая инспекция пришла к выводу о наличии умысла в действиях налогоплательщика, об осознании им противоправного характера своих действий по рассматриваемому эпизоду,  судебная коллегия признала недоказанным квалификацию данного нарушения по пункту 3 статьи 122 НК РФ. 

Судебная коллегия находит выводы суда апелляционной инстанции верными, основанными на объективном исследовании представленных в материалы дела доказательств. Апелляционный суд обоснованно отметил, что приведенные в оспариваемом решении налогового органа сведения о предпринимательской деятельности заявителя и его контрагента свидетельствуют об определенном построении хозяйственных отношений между субъектами, однако не раскрывают того, каким образом налогоплательщиком достигнута налоговая экономия. При таких обстоятельствах суд второй инстанции пришел к выводу о недоказанности создания схемы разделения бизнеса и получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, в этой связи признал решение инспекции о доначисления налогов недействительным.

Суд кассационной инстанции находит, что оценка представленных сторонами доказательств произведена судом апелляционной инстанций с соблюдением положений статьи 71 АПК РФ, основана на правильном применении норм материального права, а сделанные им выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам и сделаны с учетом разъяснений, содержащихся в Постановлении №53.

Доводы кассационной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом апелляционной инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении норм материального и процессуального права.

Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2023 по делу № А12-15387/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                            А.Н. Ольховиков 

 

Судьи                                                                                  Э.Т. Сибгатуллин 

 

                                                                                               А.Д. Хлебников