АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-827/2020

г. Петропавловск-Камчатский

31 июля 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 июля 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 31 июля 2020 года.

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания     ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело 

по иску акционерного общества «Международный аэропорт Петропавловск-Камчатский (Елизово)» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к акционерному обществу «Страховое общество газовой промышленности» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании  94 931,83 руб.,

при участии:

от истца: ФИО2 – представитель по доверенности от 19.02.2020 № 015/макс (сроком до 01.03.2021), диплом ВСВ 1368625, выдан 20.06.2005 (рег. номер 1871/22),

от ответчика: не явились,

установил:

акционерное общество «Международный аэропорт Петропавловск-Камчатский (Елизово)» (далее – АО «МАПК(Е)», истец; адрес: 684000, 

<

...>) обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с исковым заявлением, в котором просит взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (далее – АО «СОГАЗ», ответчик; адрес юридического лица: 107078, 

<

...>; адрес филиала: 683000, 

<

...>) 94 931,83 руб., в том числе: 71 403 руб. – разница между фактически выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом; 7 528,83 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 28.05.2019 по 18.08.2019; 6 000 руб. компенсации расходов по транспортировке (эвакуации) автомобиля с места аварии; 10 000 руб. расходов по оплате независимой оценки.

Требования заявлены со ссылкой на статьи 15, 309,  310, 395, 927, 929, 930 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору страхования транспортных средств на страховой случай «автокаско» по риску «ущерб».

Определением от 21.02.2020 исковое заявление принято к производству суда. В соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства, установлены процессуальные сроки для представления сторонами доказательств и иных документов и пояснений.

Ответчик в установленный судом срок представил отзыв на исковое заявление, в котором выразил несогласие с исковыми требованиями, полагая, что свои обязательства страховщик исполнил надлежащим образом. Указывает, что при определении размера страховой выплаты страховщик руководствовался выводами независимой технической экспертизы ООО «МЭАЦ» № 1318 МТ 2303/AOND№001-01F00 от 27.12.2018 и выводами эксперта. Полагает представленное истцом экспертное заключение ненадлежащим доказательством, ссылаясь на приложенную к отзыву рецензию. Представил экспертное заключение от 27.12.2019, согласно которому стоимость восстановительного ремонта с учетом износа заменяемых деталей составляет 382 800 руб., без учета износа – 394 090,50 руб.

Ознакомившись с представленными возражениями, изучив доводы искового заявления, суд определением от 20.04.2020 перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и разъяснил сторонам право обратиться с ходатайством о назначении судебной экспертизы с целью устранения противоречий относительно стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства. 

Этим же определением истцу предложено представить экспертное заключение, положенное в основу определения страховой выплаты согласно представленному отзыву (ООО «МЭАЦ» № 1318 МТ 2303/AOND№001-01F00 от 27.12.2018).

Определением от 20.05.2020 о назначении дела к судебному разбирательству ответчику повторно предложено представить экспертное заключение, на который он ссылается в обоснование своих возражений, однако данный документ страховая компания суду не представила, дополнительных пояснений не направила, распорядившись процессуальными правами по своему усмотрению.

В судебное заседание ответчик не явился, о месте и времени его проведения извещен надлежащим образом по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе путем публикации судебного акта на сайте суда в сети Интернет, в связи с чем дело рассмотрено в его отсутствие на основании статьи 156 АПК РФ.

Представитель истца в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме. Представила пояснительное письмо к экспертному заключению, устраняющее противоречия, на которые ссылался ответчик. Полагает, что выполненное экспертное заключение соответствует установленным требованиям, а произведенный расчет рыночной стоимости восстановительного ремонта ответчиком не опровергнут. Обращает внимание на грубое нарушение ответчиком установленных сроков рассмотрения обращения страхователя о выплате страхового возмещения, в том числе на запрос дополнительных документов по истечении установленных сроков. Поясняет, что затребованные дополнительно документы были в тот же день сданы страховщику. Указывает, что поскольку страховщик, несмотря на запросы страхователя, отказался предоставить акт осмотра и иные документы, на основании которых определена страховая выплата, истец был вынужден самостоятельно организовать осмотр, куда также был приглашен, однако не явился представитель ответчика, и на основании акта этого осмотра проведена независимая экспертиза. То экспертное учреждение, которое представлено ответчиком в материалы дела, выполнено на основании акта осмотра, составленного по инициативе истца для организации независимой экспертизы.

Заслушав пояснения представителя истца, изучив доводы ответчика, изложенные в возражениях на иск, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

В соответствии с принятыми ответчиком правилами страхования средств транспорта и гражданской ответственности в редакции от 10.07.2018 (далее – Правила страхования) между истцом (страхователь) и ответчиком (страховщик) заключен договор страхования – полис страхования средств транспорта № 1318 МТ 2303/AON от 24.12.2018 (далее – договор от 24.12.2018) по виду страхования «автокаско» (раздел 6 договора) сроком действия до 24.12.2019 (раздел 7 договора).

Под термином «автокаско» согласно пункту 3.6.1 Правил страхования понимается вид страхования одновременно по рискам «ущерб» и «хищение, угон».

Объектом страхования согласно разделу 4 договора от 24.12.2018 и приложению к нему является «парк ТС в количестве 2 единиц», а именно: транспортные средства NISSAN X-TRAIL (ПТС 470X 698569) и NISSAN X-TRAIL (ПТС 780X 580138).

В разделе 6 договора от 24.12.2018 определены страховая стоимость – 3 280 000 руб.,  страховая сумма – 3 280 000 руб., «неагрегатная», страховая премия – 98 400 руб.

В разделе 9 договора от 24.12.2018 стороны согласовали, что размер страховой выплаты определяется без учета износа, выбран способ определения размера страховой выплаты – ремонт на СТОА страховщика. 

Во исполнение принятых на себя обязательств истец оплатил установленную разделом 6 договора от 24.12.2018 страховую премию в сумме 98 400 руб., что подтверждается платежным поручением от 24.12.2018 № 7202.

04.04.2019 в 5 часов 30 минут на улице Ленина в г. Елизово Камчатского края водителем страхователя, управлявшим автомобилем NISSAN X-TRAIL (регистрационный номер 

<

***>), застрахованным в рамках договора от 24.12.2018, совершено столкновение с автомобилем Toyota Corolla Axio (регистрационный номер 

<

***>), о чем истец незамедлительно уведомил ГИБДД г. Елизово, инспектором которой по факту дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) вынесено определение от 04.04.2019 о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении водителя принадлежащего истцу транспортного средства. 

05.04.2019 о наступлении страхового случая истец уведомил страховщика.

Факт уведомления страховщика о произошедшем ДТП именно 05.04.2019 сторонами не оспаривается. Напротив, и истец в поданном иске, и ответчик в возражении на него указывают именно это дату поступления заявления истца о наступлении страхового случая в страховую компанию.

03.06.2019 истец обратился к ответчику с требованием о выдаче направления на ремонт транспортного средства либо мотивированного отказа в страховом возмещении в течение трех рабочих дней. Поводом для направления данного требования, согласно его содержанию, послужило неисполнение ответчиком с 05.04.2020 установленных договором от 24.12.2018 и Правилами страхования обязательств по направлению страхователю акта осмотра, принятию решения по заявленному событию и оформлению направления на ремонт на СТОА страховщика (в случае признания события страховым случаем). 

Письмом от 11.06.2019, поступившем истцу 21.06.2019 согласно штампу входящей корреспонденции, ответчик уведомил истца, что в представленном страхователем комплекте документов отсутствуют копия определения о возбуждении дела об административном правонарушении и копия протокола об административном правонарушении, копия постановления об административном правонарушении (если таковые составлялись), необходимые  для принятия решения по заявленному событию от 04.04.2019, в связи с чем рассмотрение заявления АО «МАПК(Е)» приостановлено до предоставления перечисленных документов. 

Как указывает истец (а ответчиком иных сведений не представлено) сразу после получения (не позднее следующего дня) недостающие документы были переданы страховщику по месту его нахождения.

АО «СОГАЗ» признало заявленное событие страховым случаем и на основании ремонта-калькуляции № 1318 МТ 23 от 16.08.2019 составлен страховой акт № 1318 МТ 2303/AOND№001 по страховому случаю по риску «ущерб/хищение, угон», которым определен размер страховой выплаты в сумме 447 197 руб.

Платежным поручением от 19.08.2019 № 52016 указанная сумма перечислена истцу.

Не согласившись с размером выплаченного страхового возмещения, истец поручил обществу с ограниченной ответственностью «Стандарт Оценка» определить стоимость восстановительного ремонта транспортного средства. 

09.09.2019 истец вручил ответчику претензию, в которой выразил несогласие с суммой страховой выплаты, полагая, что она не включает стоимость ремонта подушек безопасности. Истец попросил ответчика предоставить стоимость возмещения по указанному ремонту.

11.09.2019 оценочной компанией на основании акта осмотра транспортного средства от 29.08.2019 № 197/09 подготовлено экспертное заключение № 197/09-Э, которым рыночная стоимость восстановительного ремонта определена в размере 518 600 руб.

24.09.2019 истцом получен ответ АО «СОГАЗ» на претензию от 09.09.2019, в котором сообщалось, что Правилами страхования не предусмотрена передача по требованию клиента документов выплатного дела, в связи с чем у страховщика нет оснований для предоставления расчета страхового возмещения. При этом ответчик предложил истцу ознакомиться с таким расчетом, обратившись в офис страховщика. 

24.09.2019 истец снова вручил ответчику претензию, в которой просил возместить ущерб за подушки безопасности, не принятый в первичный расчет, и принять в расчет предлагаемую калькуляцию, приложенную к претензии.

В ответ на указанную претензию АО «СОГАЗ» направило письмо от 14.10.2019, полученное истцом 21.10.2019, в котором сообщалось, что согласно произведенному страховщиком расчету о стоимости восстановления поврежденного транспортного средства ущерб за подушки безопасности был учтен и рассчитан, выплата страхового возмещения осуществлена в полном объеме. Оснований для доплаты возмещения не имеется. 

Претензией от 14.11.2019, полученной ответчиком 04.12.2019, истец, ссылаясь на нарушение страховщиком сроков осуществления страховой выплаты, предъявил требование об уплате процентов за пользование чужими денежными средствами, разницы между фактически выплаченным страховым возмещением и реальным ущербом, расходов на проведение экспертизы и на эвакуацию транспортного средства до места ремонта.

Письмом от 10.01.2020 ответчик на полученную претензию ответил отказом, что послужило основанием для обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями.  

Согласно пункту 1 статьи 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

На основании пункта 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.

Как разъяснено в пункте 24 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» (далее – Информационное письмо № 75), обязательство страховщика по выплате страхового возмещения возникает из договора страхования и не является ответственностью за убытки, причиненные в результате страхового случая. После вступления договора страхования в силу у страховщика возникает собственное обязательство выплатить при наступлении страхового случая определенную денежную сумму в порядке, на условиях и в сроки, которые указаны в договоре.

Факт наступления страхового случая в виде повреждения транспортного средства сторонами не оспаривается и подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. Таким образом, с учетом положений статьи 929 ГК РФ, на стороне страховой компании возникло обязательство по выплате страхового возмещения.

Пунктом 1 статьи 943 ГК РФ предусмотрено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне, либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2 статьи 943 ГК РФ).

В настоящем случае договор страхования от 24.12.2018 заключен сторонами в соответствии с Правилами страхования, на которые имеется ссылка в договоре.

При заключении договора стороны согласовали выплату страхового возмещения в виде ремонта на СТО по выбору Страхователя. 

Исходя из правовых позиций сторон, спорным являлся вопрос о размере подлежащих возмещению истцу убытков (страхового возмещения).

Порядок определения размера ущерба и размера страховой выплаты при повреждении транспортного средства, дополнительного оборудования, а также хищении установленных на транспортном средстве отдельных частей, деталей, узлов, агрегатов регламентирован в пункте 12.4 Правил страхования и зависит от варианта определения размера ущербы, выбранного в договоре страхования (пункт 12.4.1 Правил страхования).

Согласно договору от 24.12.2018 стороны выбрали способом определения размера ущерба и страховой выплаты – ремонт на СТОА страховщика, без учета износа (раздел 9 договора).

В соответствии с пунктом 12.4.1 «б» Правил страхования при выборе варианта «ремонт на СТОА страховщика» размер ущерба определяется на основании документов за фактически выполненный ремонт поврежденного транспортного средства на СТОА, с которой Страховщиком заключен договор на техническое обслуживание и ремонт транспортных средств, на основании направления, выдаваемого Страховщиком Страхователю (Выгодоприобретателю). 

В случае невозможности проведения ремонта поврежденного транспортного средства, дополнительного оборудования на СТОА Страховщика, определение размера ущерба производится Страховщиком на основании калькуляции затрат по восстановлению поврежденного транспортного средства, дополнительного оборудования, составленной по расценкам СТОА Страховщика в соответствии с пунктами 12.4.1 «а», 12.4.3, 12.4.3.1 Правил страхования.

Пункт 12.4.1 «а» определяет порядок определения размера ущерба «по калькуляции затрат Страховщика», а именно: на основании калькуляции затрат по восстановлению поврежденного транспортного средства, дополнительного оборудования, составленной Страховщиком в соответствии с пунктами 12.4.3, 12.4.3.1 Правил страхования, или по его поручению экспертной, в том числе автоэкспертной организацией, бюро товарных экспертиз или другой компетентной организацией, осуществляющей деятельность в установленном законодательством порядке. Если Страховщик не имеет возможности организовать проведение экспертизы в целях составления калькуляции затрат по восстановлению поврежденного транспортного средства, дополнительного оборудования, Страхователь (Выгодоприобретатель) по письменному согласованию со Страховщиком организует проведение такой экспертизы своими силами с последующим возмещением расходов на ее проведение Страховщиком. Если Страховщик не согласен с размером ущерба, определенным в экспертном заключении (в частности, при завышении трудоемкости, среднерыночной стоимости нормо-часа, запасных частей, при включении в размер ущерба стоимости устранения повреждений, не обусловленных страховым случаем, и т.п.), он вправе самостоятельно рассчитать стоимость ремонта на основании справочных систем, указанных в пункте 12.4.3 Правил страхования, и произвести Страхователю страховую выплату в неоспариваемой части.

Пунктом 12.4.3 Правил страхования установлено, что при 12.4.3 при составлении калькуляции затрат по восстановлению поврежденного застрахованного транспортного средства, дополнительного Оборудования или согласовании документов СТОА за фактически выполненный ремонт поврежденного застрахованного транспортного средства, дополнительного оборудования приоритетными являются нормативы (трудоемкости) указанные в справочных системах «АУДАТЕКС», «АВТОБАЗА», «СИЛЬВЕР ДАТ», «ПС-Комплекс», а при отсутствии в них необходимых нормативов для данного транспортного средства – «ДАТ», «МОТОР», «МИТЧЕЛ» и др. или нормативы заводов-изготовителей.

Согласно пункту 12.4.3.1 Правил страхования в возмещаемые Страховщиком затраты на восстановительный ремонт, вызванный страховым случаем, включаются расходы на запасные части (включая стоимость доставки запасной части к месту ремонта), расходные материалы и работы, определяемые согласно среднерыночным расценкам на нормо-часы, запасные части и расходные материалы, действующим в регионе проведения ремонта поврежденного транспортного средства, дополнительного оборудования. 

Таким образом, исходя из согласованных сторонами условий страхования и доказанного факта наступления страхового случая, а также признания данного случая страховым, ответчику в силу принятых по договору обязательств надлежало организовать ремонт поврежденного транспортного средства, путем выдачи направления на ремонт на СТОА страховщика.

Поскольку согласно утверждению ответчика, не оспоренному истцом, в Камчатском крае отсутствует СТОА, с которой у АО «СОГАЗ» заключен договор на техническое обслуживание и ремонт транспортных средств, размер причиненного истцу ущерба согласно абзацу второму пункта 12.4.1 «б» Правил страхования подлежал определению в соответствии с пунктами 12.4.1 «а», 12.4.3, 12.4.3.1 Правил страхования.

Как отмечено ранее, пункт 12.4.1 «а» предусматривает два способа определения размера ущерба: на основании калькуляции затрат по восстановлению поврежденного транспортного средства, составленной в соответствии с пунктами 12.4.3, 12.4.3.1 Правил страхования, или экспертной организацией по поручению страховщика. При этом организация экспертизы может быть также возложена на страхователя по согласованию со страховщиком при отсутствии у последнего такой возможности, а при несогласии страховщика с результатом организованной страхователем экспертизы, он вправе выплатить страховое возмещение в неоспариваемой части на основе собственных расчетов.

В возражениях на иск ответчик указывает, что в связи с отсутствием в регионе СТОА для ремонта поврежденного транспортного средства, страховщик заменил способ возмещения на денежную форму возмещения суммы ущерба на основании калькуляции, подтвержденной экспертным заключением ООО «МЭАЦ». При этом далее по тексту возражений ответчик указывает, что при определении размера выплаты страхового возмещения страховщик руководствовался выводами независимой технической экспертизы ООО «МЭАЦ» № 1318 МТ 2303/AOND№001-01F00 от 27.12.2018. 

Из изложенного следует, что из двух способов, предусмотренных пунктом 12.4.1 «а» Правил страхования, ответчиком избран способ определения размера ущерба на основании калькуляции, составленной экспертной организацией, осуществляющей деятельность в установленном законодательством порядке.

Поскольку между сторонами возникли принципиальные разногласия относительно правильности определения размера страхового возмещения, суд неоднократно (в определениях от 20.04.2020 и от 20.05.2020) предлагал ответчику представить экспертное заключение, на основании которого, по утверждению самого ответчика, определена стоимость страхового возмещения в сумме 447 197 руб. 

Однако истец предложением суда не воспользовался и не представил экспертное заключение, положенное в основу определения стоимости страхового возмещения, выплаченного истцу. Также среди представленных страховщиком материалов выплатного дела отсутствует акт первоначального осмотра поврежденного транспортного средства, исходя из которого определен размер ущерба.

Истец, в свою очередь, не получив от ответчика разъяснений по вопросу определения суммы страхового возмещения и полагая, что страховщиком учтены не все повреждения, подлежащие ремонту, организовал проведение независимой экспертизы для установления фактического размера ущерба, поручив ее выполнение ООО «Стандарт Оценка». Экспертным учреждением произведен осмотр транспортного средства (акт от 29.08.2019) и составлен отчет от 11.09.2019 № 197/09-Э, которым сумма восстановительного ремонта определена в размере 518 600 руб. 

Результаты независимой оценки доведены до сведения страховщика, который, возражая против исковых требований, представил экспертное заключение, выполненное ООО «МЭАЦ» 27.12.2019 на основе акта осмотра ООО «Стандарт Оценка» от 29.08.2019. Согласно выводу ООО «МЭАЦ» размер восстановительных расходов поврежденного транспортного средства составляет 394 090,50 руб. (без учета износа). 

Ссылаясь на рецензию на отчет ООО «Стандарт Оценка» от 11.09.2019 № 197/09-Э, подготовленную также ООО «МЭАЦ», ответчик считает представленный истцом отчет недостоверным доказательством, выполненным с нарушением установленных требований. В частности, согласно рецензии ООО «Стандарт Оценка» при определении рыночной стоимости использовало устаревшие методические рекомендации, не отразило, исходя из каких данных определена стоимость нормо-часа ремонтных работ, а также необоснованно включило в расчет стоимости ремонта часть деталей и узлов без полной разборки и диагностики с фотоматериалами.

В ходе судебного разбирательства экспертным учреждением по запросу истца даны пояснения относительно замечаний рецензента. В частности, представлено пояснительное письмо к экспертному заключению № 197/09-Э, согласно которому при определении видов ремонтных воздействий на детали, имеющие повреждения, эксперт руководствовался результатом технического осмотра на станции технического осмотра с применением средств технического контроля. При проведении осмотра выявлены повреждения, которые зафиксированы фотоматериалом и описаны в акте осмотра. Проведение осмотра производилось на подъемнике с частичной разборкой сопутствующих элементов. Характер, локализация и степень механических повреждений при проведении осмотра предполагали необходимость полной замены данных деталей, поскольку проведение ремонтных воздействий невозможно. Величина нормо-часа работ на ремонтные работы определена на основе анализа рынка авторемонтных услуг Камчатского края, которая является достоверной и применяется на территории края при производстве ремонтных работ на СТОА. При расчете использовались актуальные методические рекомендации 2018 года, а указание в отчете устаревших методических рекомендаций является технической опечаткой. 

В силу статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» отчет независимого оценщика, составленный по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным Законом, признается документом, содержащим сведения доказательственного значения, а итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в таком отчете, носит рекомендательный характер.

Заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу (часть 3 статьи 86 АПК РФ). Следовательно, заключения независимых оценщиков (специалистов), являются доказательствами, которые оцениваются судом наряду с другими доказательствами и обстоятельствами дела, а вопрос о достоверности величины ущерба, причиненного в результате страхового случая, и отраженного в заключении независимого оценщика, исследуется судом в рамках каждого конкретного спора.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Проанализировав пояснения эксперта, суд приходит к выводу, что они в полной мере устраняют имевшие место противоречия, и с учетом изучения отчета ООО «Стандарт Оценка» от 11.09.2019 № 197/09-Э, суд признает его допустимым и надлежащим доказательством. Экспертиза соответствует всем необходимым требованиям, выполнена по результатам визуального осмотра, зафиксированного акт от 29.08.2019, не имеющим пороков формы и содержания. В экспертизе приведено полное исследование по спорному вопросу, при этом при расчете стоимости восстановления транспортного средства экспертом применялся сертифицированный программный продукт «АУДАТЕКС», что соответствует требованиям пункта 12.4.3 Правил страхования, устанавливающего приоритетные при расчетах справочные системы. В отчете указаны сведения о квалификации составившего его эксперта, который включен в реестр экспертов-техников, протоколом от 12.05.2015 № 3 принято решение о его профессиональной аттестации, сведения о заинтересованности эксперта у суда отсутствуют. 

Ответчик экспертное заключение, представленное истцом, достаточными доказательствами не опроверг, противоречия, на которые указывал рецензент, устранены пояснениями эксперта, а выполненный 27.12.2019 отчет ООО «МЭАЦ», определяющий размер страхового возмещения в меньшем, чем даже выплачено, размере, не принимается судом в качестве надлежащего доказательства, опровергающего выводы экспертного заключения № 197/09-Э, поскольку составлено без проведения визуального осмотра поврежденного транспортного средства, а лишь на основе акта, составленного иным экспертным учреждением.

При этом ответчик, действуя разумно и добросовестно, как заинтересованный в исходе дела участник процесса, не был лишен возможности документально подтвердить размер выплаченного страхового возмещения, представив то экспертное заключение, которое было положено в основу его определения согласно доводам отзыва. Однако ответчик ни данное заключение, ни первоначальный акт осмотра, ни пояснений составленной калькуляции суду не представил, о назначении судебной экспертизы ходатайства не заявил, воспользовавшись предоставленными ему процессуальными правами по своему усмотрению.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ стороны пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Неисполнение предусмотренной частью 1 статьи 65 АПК РФ обязанности по доказыванию обоснованности возражений является основанием для их отклонения, вне зависимости от причин, по которым эта обязанность не могла быть исполнена.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что ответчиком не подтвержден размер выплаченного истцу страхового возмещения и не опровергнут фактический размер ущерба, заявленный истцом на основании заключения независимой экспертизы. 

В связи с чем суд находит подлежащим удовлетворению требование истца о взыскании с ответчика разницы между выплаченным страховым возмещением (447 197 руб.) и фактическим размером ущерба (518 600 руб.) в сумме 71 403 руб. 

Поскольку отчет ООО «Стандарт Оценка» от 11.09.2019 № 197/09-Э признан судом надлежащим доказательством, а требования истца, обоснованные выводами указанного экспертного заключения, – подлежащими удовлетворению, расходы АО «МАПК(Е)» в сумме 10 000 руб., понесенные в связи с организацией независимой экспертизы (платежное поручение от 06.11.2019 № 6843), подлежат взысканию в его пользу с ответчика в качестве убытков, понесенных для восстановления нарушенного права на выплату возмещения по договору (статья 15 ГК РФ).

Также суд находит обоснованным требование истца о взыскании с ответчика расходов в сумме 6 000 руб., связанных с транспортировкой (эвакуацией) транспортного средства с места аварии, поскольку обязанность страховщика возмещать указанные расходы прямо установлена пунктом 12.4.8 Правил страхования, факт несения этих расходов и их размер подтверждены документально (договор от 25.01.2019, акт от 04.04.2019 № 4, платежное поручение от 30.04.2019 № 2252). При этом размер расходов не превышает предельно допустимой суммы компенсации, установленной в пункте 12.4.8 Правил страхования – 0,5 % от страховой суммы, которая по каждому из двух автомобилей установлена в размере 1 640 000 руб. (приложение к договору страхования, представленное ответчиком вместе с возражениями на иск). 

В связи с изложенным указанные расходы также подлежат взысканию с ответчика в пользу истца на основании статей 15, 929, 943 ГК РФ, пункта 12.4.8 Правил страхования.

Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных в сумме 7 528,83 руб. на выплаченное ответчиком страховое возмещение (447 197 руб.) за период с 28.05.2019 (дата, следующая за днем окончания 30-дневного срока для выдачи направления на ремонт или направления мотивированного отказа) по 18.08.2019 (дата, предшествующая дню фактического поступления денежных средств).

Статьей 395 ГК РФ предусмотрено, что за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств.

Пункт 24 Информационного письма № 75 разъясняет, что обязательство страховщика по выплате страхового возмещения является денежным и за его неисполнение (ненадлежащее исполнение) страховщик несет ответственность на основании статьи 395 ГК РФ.

Из совокупного анализа пунктов 12.3.1, 12.3.2 и 12.3.7 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью заключенного между сторонами договора страхования от 24.12.2018, следует, что для страховщика установлен срок, равный 30 рабочим дням, для принятия решения по заявлению об осуществлении страховой выплаты и осуществления такой выплаты, либо выдаче направления на ремонт, либо направлению мотивированного отказа в выплате, который исчисляется с даты получения от Страхователя (Выгодоприобретателя), компетентных органов, экспертных организаций последнего из необходимых документов, предусмотренных пунктом 12.1 (кроме подпункта 12.1.7) Правил. 

Пунктом 12.1.12.1 Правил страхования установлено, что в случае выявления факта предоставления Страхователем (Выгодоприобретателем) документов, недостаточных для принятия Страховщиком решения об  осуществлении  страховой   выплаты,   и  (или)   ненадлежащим   образом   оформленных документов в соответствии с требованиями настоящих Правил и (или) договора страхования страховщик обязан принять их и уведомить об этом подавшее заявление на страховою выплату лицо с указанием перечня недостающих и (или) ненадлежащим образом оформленных документов. При этом срок, указанный в пункте 12.3 Правил, не начинает течь до  предоставления   последнего  из  необходимых  и  надлежащим  образом  оформленных документов. 

Согласно пояснениям истца и ответчика о наступлении страхового случая страхователь уведомил страховщика 05.04.2019 путем подачи соответствующего заявления с приложением обосновывающих документов. Следовательно, 30-дневный срок для принятия решения по заявлению, исчисляемый в рабочих днях, истек 24.05.2019.

Вместе с тем, на копии представленного в материалы дела заявления о событии указана иная дата его принятия – 08.04.2019, и при исчислении 30-дневного срока с этой даты следует, что решение по вопросу обращения истца ответчик должен был принять не позднее 27.05.2020.

Истцом рассчитываются проценты, начиная с 28.05.2019, что соответствует началу периода просрочки платежа с учетом даты подачи заявления 08.04.2019.

При этом суд не находит оснований для применения к рассматриваемым правоотношениям пункта 12.1.12.1 Правил страхования, исходя из следующего.

Как разъяснено в пункте 4 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, в случае сомнений относительно толкования условий договора добровольного страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора должно применяться толкование, наиболее благоприятное для потребителя (contra proferentem).

Оценивая положения пункта 12.1.12.1 Правил страхования во взаимосвязи с пунктами 12.3.1, 12.3.2 и 12.3.7 Правил страхования, исходя из их общего смысла и буквального их содержания (статья 431 ГК РФ), в том числе применительно к статье 1 ГК РФ, суд приходит к выводу, что получив заявление страхователя 08.04.2019, страховщик обязан был решить вопрос об организации восстановительного ремонта либо осуществления страховой выплаты в течение 30 рабочих дней, то есть не позднее 28.05.2019, а в случае недостаточности документов – заблаговременно уведомить об этом страхователя также до истечения указанного срока. 

При этом установленный абзацем четвертым пункта 12.1.12.1 Правил страхования 15-дневный срок, исчисляемый в рабочих днях, для уведомления физических лиц о выявленном факте недостаточности документов, суд признает равным образом применимым и к страхователям – юридическим лицам ввиду отсутствия иного установленного для этого срока и с учетом недопустимости произвольного установления страховщиком как контрагентом в гражданских правоотношениях сроков на такое уведомление.

Соответственно, о недостаточности документов ответчик должен был уведомить истца не позднее 29.04.2020.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

По общему правилу, установленному статьей 314 ГК РФ, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 314 ГК РФ, статьи 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока – в разумный срок, кредитор считается просрочившим (статьи 328 или 406 ГК РФ).

Если наступлению обстоятельства, с которым связано начало течения срока исполнения обязательства, недобросовестно воспрепятствовала или содействовала сторона, которой наступление или ненаступление этого обстоятельства невыгодно, то по требованию добросовестной стороны это обстоятельство может быть признано соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 1 статьи 6, статья 157 ГК РФ).

Применительно к рассматриваемым правоотношениям судом установлено, что истец был уведомлен о необходимости представить дополнительные документы лишь 21.06.2019, то есть уже за пределами вышеуказанного 30-дневного срока, а именно: спустя почти месяц после его истечения и только после получения запроса АО «МАПК(Е)» от 03.06.2019 относительно результатов рассмотрения поданного им заявления, – что не соответствует принципам добросовестного поведения и разумного ожидания. На данные обстоятельства также указывал истец в поданном исковом заявлении и ранее в направленных ответчику претензиях.

Учитывая изложенное, а также поведение истца, принимавшего все необходимые меры к своевременному и полному исполнению предъявляемых к нему требований, и характер документов, которые дополнительно запросил страховщик, суд признает наступившим обязательство АО «МАПК(Е)» по предоставлению страховщику всех необходимых документов для решения вопроса об осуществлении страховой выплаты в первоначальную дату обращения (08.04.2019), что влечет необходимость исчисления 30-дневного срока на исполнение страховщиком встречных обязательств именно с этой даты, то есть  до 27.05.2019 включительно. 

Материалами дела установлено, что сумма страхового возмещения в размере 447 197 руб. перечислена на счет истца лишь 19.08.2019, что подтверждает доводы АО «МАПК(Е)» о допущенной ответчиком просрочке исполнения обязательства по выплате страхового возмещения в период с 28.05.2019 по 18.08.2019. Дата фактического перечисления денежных средств (19.08.2019) не включена истцом в период просрочки, что является его правом.

Проверив произведенный истцом расчет процентов, суд находит его арифметически верным, а заявленное истцом требование о взыскании процентов в сумме 7 528,83 руб. – подлежащим удовлетворению в заявленном размере. 

Таким образом, заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, в связи с чем по правилам статьи 110 АПК РФ понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика и также подлежат взысканию в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» в пользу акционерного общества «Международный аэропорт Петропавловск-Камчатский (Елизово)» 71 403 руб. страховой выплаты, 7 528,83 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 6 000 руб. расходов по транспортировке (эвакуации) автомобиля с места аварии, 10 000 руб. расходов по оплате независимой оценки, 3 797 руб. расходов по оплате государственной пошлины, а всего – 98 728,83 руб.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья                         О.А. Душенкина