ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-24621/2021

город Ростов-на-Дону

27 июля 2024 года

15АП-9825/2024

 

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 27 июля 2024 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Димитриева М.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии посредством веб-конференции:

от ФИО2: представитель по доверенности от 26.05.2022 ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 по делу № А32-24621/2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Прагма-Юг",

ответчик: ФИО2

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Прагма-Юг" (далее – ООО "Прагма-Юг", должник) конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Прагма-Юг".

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, признаны доказанными наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО "Прагма-Юг", производство по заявлению конкурсного управляющего должника приостановлено в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обжаловал определение суда первой инстанции от 22.05.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции при вынесении обжалуемого определения не принял во внимание доводы ФИО2 о наличии у него в исследуемый период проблем со здоровьем, а именно оперативное вмешательство и прохождение длительной реабилитации. Также податель апелляционной жалобы указывает, что суд первой инстанции не дал оценку доводам о самовольном захвате гражданином ФИО5 автомобильной и другой техники ООО "Прагма-Юг", что фактически и привело к парализации деятельности должника. Заявитель жалобы отмечает, что частично документы должника (печати, штампы, учредительные и правоустанавливающие документы) были переданы конкурсному управляющему. Также ответчик указывает, что конкурсный управляющий самоустранился и систематически уклонялся от получения документов должника. При этом ФИО2 отмечает, что исполнить определения суда о передаче документов должника в Федеральную службу судебных приставов Российской Федерации на основании исполнительного листа он не мог, поскольку не мог установить в какой именно отдел Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации необходимо передать названные документы. По мнению заявителя жалобы вышеуказанное вероятно являлось следствием того, что исполнительный лист конкурсным управляющим на исполнение не предъявлялся.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный кредитор должника унитарная некоммерческая организация – микрокредитная компания "Фонд микрофинансирования субъектов малого и среднего предпринимательства Краснодарского края" просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителя ответчика, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано от 30.10.2021 № 199 (7161).

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.03.2022 в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано 26.03.2022 № 52.

В рамках названного дела о несостоятельности (банкротстве) ООО "Прагма-Юг" конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон от 29.07.2017 № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Ранее институт субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве уже реформировался - переход от положений статьи 10 в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ к редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В этой связи информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, были выработаны определенные правовые позиции относительно подлежащих применению материальных норм.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, являющихся основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В ситуации, когда контролирующее должника лицо совершило действия (бездействие) до 01.07.2017, а заявление о привлечении его к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после указанной даты, подлежат применению процессуальные нормы главы III.2 Закона о банкротстве. В то же время суду следует руководствоваться материально-правовыми правилами статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции, применимой к спорным правоотношениям, с учетом разъяснений пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации".

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.11.2021 № Ф08-9154/2021 по делу № А63-7281/2020.

Поскольку управляющий с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности обратился 15.08.2022, то указанное заявление подлежит рассмотрению с учетом изменений, внесенных в Закон о банкротстве Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо - лицо, физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно статье 61.10 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо - лицо, физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона;

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

5) на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с Федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Положения подпункта 2 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности: организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Положения подпункта 4 пункта 2 указанной статьи применяются в отношении единоличного исполнительного органа юридического лица, а также иных лиц, на которых возложены обязанности по составлению и хранению документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами.

По общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума № 53).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пункту 6 статьи 61.20 Закона о банкротстве привлечение лица к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 - 61.13 названного Федерального закона, не препятствует предъявлению к этому лицу требования, предусмотренного пунктом 1 названной статьи, в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий должника указал, что ФИО2 с 21.06.2005 по настоящее время являлся руководителем и единственным учредителем должника.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено, что ФИО2 является контролирующим должника лицом.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал, что ответчик в нарушение установленных законом обязательств, не передал ему документацию должника.

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Согласно пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Ответственность, установленная в пункте 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 7, статья 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402 Федерального закона "О бухгалтерском учете" (далее - Закон № 402-ФЗ)) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 32, статьей 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества.

Согласно пункту 1 статьи 7 Закона № 402-ФЗ ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Руководитель экономического субъекта, за исключением кредитной организации, обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета.

Согласно пунктам 1 - 2 статьи 29 Закона № 402-ФЗ первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней, документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы, связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета, в том числе средства, обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности электронной подписи, подлежат хранению экономическим субъектом.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета, материальных ценностей не позволит конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, направленные на формирование конкурсной массы и проведению расчетов с кредиторами, в том числе принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Факт непредставления руководителем должника определенных документов бухгалтерской отчетности и учета конкурсному управляющему сам по себе не может быть положен в обоснование удовлетворения заявленных требований, в том числе в связи с отсутствием доказательств виновности действий бывшего руководителя должника и отсутствием причинно-следственной связи между противоправными действиями руководителя должника и невозможностью формирования конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть выше названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на ответчика в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона № 134-ФЗ возложено бремя опровержения данной презумпции, в частности, что документы в полном объеме переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, этим же определением суд обязал руководителя должника не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Также суд обязал руководителя должника предоставить временному управляющему по его запросу бухгалтерскую и иную документацию должника, необходимую для проведения анализа финансового состояния должника.

Поскольку судебный акт ответчиком добровольно не исполнен, временный управляющий должника ФИО4 обратился в суд с ходатайством о выдаче исполнительного листа для принудительного исполнения вышеназванного судебного акта. 10.01.2022 выдан исполнительный лист № ФС 034472352.

Между тем, ФИО2, как руководителем должника, требования пункта 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не выполнены.

Доказательств обратного, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела не содержат.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 09.03.2022 в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Этим же судебным актом суд обязал руководителя (ликвидатора) должника в течение 3-х дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

Таким образом, ФИО2, как руководитель должника, должен был подготовить и передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника.

На основании заявления конкурсного управляющего арбитражным судом выдан исполнительный лист для принудительного исполнения решения суда от 09.03.2023 в части обязания руководителя должника ООО "Прагма-Юг" в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему должника.

Таким образом, ФИО2, как руководителем должника, не выполнены требования пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО2 передана конкурсному управляющему только часть документов должника, а именно уставные документы и печать предприятия. Однако, как верно установил суд первой инстанции, до настоящего время бывший руководитель должника не передал конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, что существенно затрудняет ведение процедуры конкурсного производства.

Суд апелляционной инстанции указывает, что на исполнительный орган в силу закона возложена обязанность по хранению всех внутренних, финансовых, бухгалтерских и иных документов общества. Соответственно требование о передаче подлежащих обязательному хранению документов должно предъявляться к лицу, ранее являвшемуся руководителем юридического лица.

Действуя разумно и добросовестно, именно генеральный директор, исполняя свои обязанности единоличного исполнительного органа, обязан организовать процесс передачи документов новому руководителю (конкурсному управляющему), обеспечив соответствующую фиксацию этого процесса, при этом не имеет правового значения где, у кого и как они хранятся/находятся.

При отсутствии таких доказательств, бывший руководитель должника несет риск наступления неблагоприятных последствий (неисполнении/ненадлежащего исполнения своих обязанностей руководителя) в силу действующего законодательства.

Доказательств передачи всех документов должника в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 не представлено, равно как и не предоставлено доказательств невозможности исполнения требования управляющего.

Установленные судом первой инстанции обстоятельства передачи конкурсному управляющему уставных документов и печати должника не свидетельствуют об исполнении бывшим руководителем должника возложенной обязанности по передаче документов новому руководителю (конкурсному управляющему).

В отсутствие первичной документации должника, конкурсный управляющий объективно лишен возможности провести полный анализ финансового состояния должника, проанализировать все сделки должника, сформировать конкурсную массу с целью удовлетворения требований кредиторов, что является основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

Так, согласно сообщению в ЕФРСБ от 16.02.2022, невозможно провести проверку на наличие признаков преднамеренного банкротства, поскольку руководством и соответствующими должностными лицами должника не были представлены необходимые для проведения анализа сделок документы. Вывод по фиктивному банкротству не сделан в связи с отсутствием необходимой информации.

Из общедоступных источников в сети Интернет следует, что сведения о предоставлении должником отчетности за период с 2017 года отсутствуют. В реестре налоговой службы юридический адрес должника значится как недостоверный (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице - 25.06.2020), сведения об уплаченных налогах с 2022 года отсутствуют. Оборотные активы по состоянию на 31.12.2026 составляли: всего активы баланса - 17837 тыс. руб., в том числе: оборотные активы - 3817 тыс. руб., запасы - 9300 тыс. руб., дебиторская задолженность - 4071 тыс. руб., прочие оборотные активы - 14020 тыс. руб.

Кроме того, за должником значится значительное количество транспортных средств, о чем будет указано ниже.

При этом суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ФИО2 о том, что бухгалтерская и иная документация должника не передана по причине ее изъятья со стороны ФИО5, поскольку действия ФИО2 по передаче документации должника третьим лицам на хранение на бездоговорной основе и последующая утрата данной документации не снимает ответственность по хранению документации должника с его руководителя.

Также является необоснованным довод о невозможности передачи документов по причине болезни с учетом длительности бездействия и умышленного уклонения исполнения судебных актов об обязании передать документы.

Как следует из материалов дела, временный управляющий должника, а затем и конкурсный управляющий направляли в адрес ответчика уведомления-запросы с 2021 года, судебные акты также в течение многих лет не исполнялись.

Кроме того, ухудшение состояния здоровья лица не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает его от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом ФИО2 также не раскрыл суду, какое именно заболевание воспрепятствовало ему исполнить обязанности, возложенные на него Законом о банкротстве, не обосновал какие действия им были предприняты для исключения неблагоприятных последствий для должника. Суду также не представлены доказательства перепоручения исполнения обязательств единоличного исполнительного органа должника другому лицу в период прохождения лечения.

В связи с неисполнением руководителем должника обязанности по передаче конкурсному управляющему первичной документации бухгалтерского учета, документов подтверждающих наличие дебиторской задолженности, а также имущества и товарноматериальных ценностей, конкурсный управляющий лишен возможности выявить какое-либо имущество или права требования, принадлежащие должнику, и вследствие этого удовлетворить требования кредиторов, взыскать дебиторскую задолженность должника с целью возврата имущества в конкурсную массу, что влечет причинение вреда кредиторам.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к верному выводу о необходимости привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют).

В качестве следующего основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указал, что ответчик причинил существенный вред имущественным правам кредиторов должника.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров. Причиной банкротства должны быть именно недобросовестные и явно неразумные действия ответчика, которые со всей очевидностью для любого участника гражданского оборота повлекут за собой нарушение прав кредиторов должника.

Судом установлено, что ответчиками причинен существенный вред имущественным правам кредиторов (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 названного закона) ввиду следующего.

В январе 2018 года по договоренности директора ООО "Прагма-Юг" ФИО2 и ФИО5 на территорию ООО "УК "Высокий Берег" бывшего кирпичного завода (адрес: 

<

...>), завезено имущество должника, а именно:

- высокоскоростная машина по производству пакетов HBS-26EAB заводской/серийный номер 000912, 2013 года выпуска;

- седельный тягач-молоковоз КАМАЗ 65116-N3 ГРЗ Е272МК123;

- полуприцеп "МАЗ" 13,6 м.;

- полуприцеп-рефрижератор "КАМАЗ";

- автомашина СКАНИЯ 82 ГРЗ В824АУ93;

- грузовой фургон, автомобиль RENAULT PREMIUM 300 (молоковоз) ГРЗ А681КУ123;

- автомобиль ГАЗ-33106 ГРЗ Н977АХ123.

Таким образом, с января 2018 года транспортные средства должника, необходимые ему для извлечения прибыли, находились на территории сторонней организации.

При этом ФИО2 не представил в материалы спора документы, в соответствии с которыми движимое имущество должника передано третьему лицу (ООО "УК "Высокий Берег").

Ответчик также не представил в материалы спора доказательства возмездности передачи спорного имущества третьему лицу.

Судом первой инстанции установлено, что в процедуре конкурсного производства по итогам осмотра местонахождения имущества должника конкурсным управляющим и представителем залогового кредитора унитарной некоммерческой организации – микрокредитная компания "Фонд микрофинансирования субъектов малого и среднего предпринимательства Краснодарского края" составлены акты осмотра имущества и установлено, что на указанной бывшим директором должника ФИО2 территории по адресу: 

<

...>, находилась только часть указанного в акте от 03.04.2023 имущества, а именно:

1. автомобиль СКАНИЯ 82 грузовой, фургон, ГРЗ В824АУ93, который не пригоден к эксплуатации;

2. автомобиль RENAULT PREMIUM 300 (цистерна) БЕЛЫЙ ГРЗ А681КУ123, который не пригоден к эксплуатации;

3. автомобиль КАМАЗ 65116 грузовой тягач седельный ГРЗ Е272МК123, который не пригоден к эксплуатации.

При этом местонахождение иного имущества должника: высокоскоростной машины по производству пакетов HBS-26EAB заводской/серийный номер 000912, 2013 года выпуска; автомобиля ГАЗ-33106 грузового, ГРЗ Н977АХ123; автомобиля - HYUNDAI GRAND SANTA FE; ГРЗ Т123НК123, не установлено.

Из пояснений ФИО2 конкурсному управляющему следует, что автомобиль ГАЗ-33106 грузовой, ГРЗ Н977АХ123 находится в аресте судебных приставов. Однако о том, когда, на каком основании и каким-именно отделом судебных приставов указанное имущество изъято у ООО "ПРАГМА-ЮГ" ФИО2 информация не предоставлена.

Кроме того, ФИО2 скрыл место нахождения залогового имущества – автомобиля HYUNDAI GRAND SANTA FE; ГРЗ Т123НК123. ФИО2 в пояснениях от 22.05.2024 указал на то, что данный автомобиль попал в дорожно-транспортное происшествие, остатки транспортного средства реализованы ФИО2, денежные средства потрачены на операцию и реабилитацию по инвалидности.

Между тем документы, подтверждающие указанные обстоятельства, в материалы спора не представлены. Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, приведенные пояснения ответчика не снимают с него ответственность по сохранности залогового имущества и передачу его в любом состоянии в конкурсную массу должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что ФИО2 безосновательно, в отсутствие надлежащим образом оформленных документов, оставил на территории сторонней организации движимое имущество должника (транспортные средства, необходимые для осуществления коммерческой деятельности должника), иную часть движимого имущества не передал в конкурсную массу должника.

Доказательств того, что в отношении должника (ответчика) совершены умышленные преступные действия, имущество выбило из владения, распоряжения должника по не зависящим от ответчика обстоятельствам, в материалы дела не представлено, факт обращения в правоохранительные органы таким доказательством не является, вступившего в силу приговора суда не имеется. также не представлено доказательств того, что возбуждено уголовное дело в отношении конкретного лица, установлено лицо, совершившее преступление, ответчик признан потерпевшим.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника).

Также суд первой инстанции обоснованно указал, что в связи с фактическим состоянием выявленного имущества, суммы денежных средств от его реализации будет недостаточно для соразмерного удовлетворения требований кредиторов, в том числе требований обеспеченных залогом движимого имущества.

Вопреки требованиям процессуального закона (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) ответчиком в опровержение указанных доводы не представлены доказательства о достаточности суммы денежных средств от его реализации имущества должника для соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о необходимости привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве (полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника).

Также суд первой инстанции верно установил, что ответчик подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу в суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Неисполнение руководителем должника обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением должника контролирующим должник лицом является основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции установил, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.10.2021 во вторую очередь реестра требований должника включено требование налогового органа в размере 64 466,59 руб. недоимки по уплате взносов на обязательное пенсионное страхование; в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование налогового органа в размере 1 178 794,97 руб.

Из требования уполномоченного органа следует, что задолженность должника перед бюджетом образовалась в результате неуплаты налог на добавленную стоимость за V квартал 2017 года и I квартал 2018 года, страховых взносов по решению выездной налоговой проверки, налога на прибыль за шесть месяцев 2017 года, транспортного налога за 2017 год.

Таким образом, судом первой инстанции установлено, что ответчик должен был обратиться в суд с заявлением о признании ООО "Прагма-Юг" несостоятельным (банкротом) во II квартале 2018 года.

Между тем, ФИО2 не выполнил требования статьи 9 Закона о банкротстве, что привело к увеличению задолженности, возникновению новых обязательств.

С соответствующим заявлением в арбитражный суд более чем через три года, после прекращения должником хозяйственной деятельности (03.06.2021), обратился кредитор – уполномоченный орган.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее, она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Таким образом, суд первой инстанции приходит к верному выводу о том, что ФИО2 не исполнил свою обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Учитывая изложенное, ответчик обоснованно привлечен к субсидиарной ответственности по пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Учитывая, что реализация имущества должника до настоящего времени не завершена, суд первой инстанции пришел к выводу о невозможности определения размера субсидиарной ответственности ответчика и необходимости приостановления производства по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами должника. В указанной части лица, участвующие в деле, судебный акт не обжаловали, апелляционная жалоба доводов по существу не содержит.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 22.05.2024 по делу № А32-24621/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                                    Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                                   М.Ю. Долгова

 

М.А. Димитриев