ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-73641/2021

01 августа 2022 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     26 июля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 августа 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  судьи И.Н.Барминой,

судей   Е.А.Герасимовой, Н.А.Морозовой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при неявке участвующих в деле лиц, 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-13495/2022) ООО «Продтрейд+» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.04.2022 по делу № А56-73641/20211 (судья Шведов А.А.), принятое

по заявлению ООО «Продтрейд+»

ответчики: ФИО2, ФИО3,

о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, 

установил:

ООО «Продтрейд+» (далее – заявитель, кредитор) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о привлечении контролирующих должника лиц ФИО2 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 4 168 323,21 руб. по обязательствам ООО «Компания Альвина» (адрес: 195273, Санкт-Петербург, ул. Руставели, д. 12, литер А, ОГРН: 

<

***>; далее – должник).

Истец при рассмотрении дела в суде первой инстанции в связи со смертью ответчика ФИО3 уточнил исковые требования, просил: привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 4 168 323,21 руб.; в случае установления факта незаконных действий ответчика и установления в действиях последнего признаков преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного кодекса РФ (преднамеренное банкротство), вынести частное определение и в соответствии с частью 4 статьи 188.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) направить его копию в Следственный комитет Российской Федерации;  прекратить производство по исковому заявлению в отношении ответчика ФИО3

В обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности истец сослался на положения статьи 9, пункта 1 статьи 61.12, а также пунктов 2 и 4 статьи 61.11 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Решением от 01.04.2022 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 отказано. Тогда как производство по исковому заявлению ООО «Продтрейд+» в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности прекращено.

Истец обратился с апелляционной жалобой на решение суда первой инстанции, в которой просит рассмотреть дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции; произвести замену стороны истца по данному делу на ООО «Компания Прод Трейд» (ИНН: 

<

***>), решение суда первой инстанции отменить; принять по делу новый судебный акт, которым требования истца удовлетворить в полном объеме.

В обоснование жалобы истец сослался на то, что должник с начала 2017 года испытывал нехватку оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств; в период с 01.01.2017 по 31.12.2019 кредиторская задолженность должника существенно возросла, что свидетельствует об ухудшении платежеспособности организации, в связи с чем считает, что должник с 01.01.2017 являлся неплатежеспособным, а следовательно, не позднее 01.02.2017 руководитель должника ФИО2 обязан был обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд.

Кроме того, податель жалобы указывает, что на протяжении всего периода с момента возбуждения дела о банкротстве контролирующее должника лицо – ФИО2 уклоняется от передачи документов бухгалтерского учета и отчетности и иных документов и информации. Согласно объяснениям истца, отсутствие сведений о дебиторской задолженности об условиях данных договоров и опосредующих состояние расчетов по ним не позволило кредиторам прийти к выводу о возможности пополнения конкурсной массы за счет имеющейся дебиторской задолженности, в частности, не представилось возможным определить момент истечения сроков исковой давности по указанным сделкам, установить идентификационные данные лиц – должников Общества, что создало условия, при которых дальнейшее финансирование процедуры конкурсного производства должника стало нецелесообразным. Податель жалобы также указывает на то, что судом первой инстанции нарушены нормы процессуального права, выразившееся в том, что суд не предоставил истцу возможности ознакомиться с отзывом ответчика, представленном за один день до судебного заседания в отсутствии сведений о заблаговременном направлении истцу отзыва и прилагаемых документов.

Также истец указал на направление в суд первой инстанции ходатайства о процессуальном правопреемстве со ссылкой на договор цессии №4/2021 от 28.08.2021, заключенный между истцом и ООО «Компания Прод Трейд», которое не было рассмотрено судом первой инстанции. И поскольку дело было рассмотрено без участия ООО «Компания Прод Трейд», истец считает, что вынесенное решение нарушает его права и обязанности, в связи с чем оно подлежит отмене по безусловным основаниям. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2, выражая согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что все документы и материальные ценности были переданы им следующему руководителю должника – ФИО3, тогда как признаки банкротства возникли в 2019 году, а не 01.01.2017, как указывает истец.

До начала судебного заседания от истца поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела.

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев указанное ходатайство, с учетом готовности дела к рассмотрению апелляционным судом, наличия в материалах дела правовой позиции истца, и принимая во внимание ограниченные полномочия апелляционного суда по приобщению к материалам дела дополнительных доказательств (часть 2 статьи 268 АПК РФ), не усматривает предусмотренных статьями 158, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отложения рассмотрения апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 19.06.2018 между ООО «Продтрейд+» (поставщик) и ООО «Компания Альвина» (покупатель) заключен договор поставки от №58/18, согласно которому поставщик обязуется поставить, а покупатель принять и оплатить товар.

Ссылаясь на неисполнение покупателем принятых на себя обязательств по оплате поставленного ему поставщиком товара, ООО «Продтрейд+» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ООО «Компания Альвина» о взыскании задолженности по договору поставки от 19.06.2018 №58/18.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 по делу №А56-90394/2019 с ООО «Компания Альвина» в пользу ООО «Продтрейд+» взыскано 3 926 334 руб. задолженности по договору поставки и 258 711 руб. неустойки.

Указав на неисполнение должником вступившего в законную силу решения суда по делу №А56-90394/2019, ООО «Продтрейд+» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Компания Альвина» несостоятельным (банкротом).

Определением от 17.06.2020 в отношении ООО «Компания Альвина» возбуждено производство по делу №А56-25883/2020 о несостоятельности (банкротстве). 

Определением от 07.10.2020 по указанному делу в отношении ООО «Компания Альвина» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4, в реестр требований кредиторов должника включены требования ООО «Продтрейд+» в размере 3 909 612,21 руб. основного долга и 258 711 руб. неустойки.

Определением от 29.04.2021 производство по делу №А56-25883/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Компания Альвина» прекращено в связи с отсутствием у должника денежных средств на финансирование процедуры банкротства.

В этой связи, реализуя права, предоставленные статьями 61.14, 61.19 Закона о банкротстве, указывая на то, что требования истца остались непогашенными, и возложив ответственность за указанное на контролирующих должника лиц, истец обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд, в котором просит, с учетом уточнения, привлечь ФИО2 к субсидиарной ответственности. 

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности заявитель указал на невозможность полного погашения требований заявителя вследствие необращения ФИО2 в суд с заявлением о признании ООО «Компания Альвина» несостоятельным (банкротом) не позднее 01.02.2017, поскольку на указанную дату общество уже обладало признаками неплатежеспособности, ООО «Компания Альвина» в лице его руководителя ФИО2 продолжило принимать на себя обязательства по договору от 19.06.2018 №58/18 вплоть до 12.04.2019, будучи уже неспособным погашать текущие счета (в период невозможности исполнения со стороны должника взятых на себя обязательств перед кредиторами), а также на непередачу временному управляющему документации общества, касающейся финансово-хозяйственной деятельности, что затруднило выявление  временным управляющим каких-либо активов, впоследствии к прекращению производства по делу по основанию, предусмотренному абзацем восьмым пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «Компания Альвина» создано 04.06.2015 по решению единственного участника ФИО2, который с момента образования общества в качестве юридического лица по 02.04.2020 являлся генеральным директором.

В результате заключения между ФИО2 и ФИО3 договора купли-продажи долей участия в обществе, участником ООО «Компания Альвина» с размером долей в размере 100 % стал ФИО3, который исполнял обязанности руководителя Общества.

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Настоящее заявление поступило после указанной даты, следовательно, к рассматриваемым правоотношениям в части процессуально-правовых норм подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Так как обстоятельства, связанные с необращением ответчика в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, имели место до введения в действие Законом № 266-ФЗ главы III.2 Закона о банкротстве, к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм подлежат применению положения Закона №134-ФЗ, а к спорным правоотношениям в части непередачи документации должника, которая не могла иметь место ранее 07.10.2020 (дата вынесения определения о введении процедуры наблюдения), подлежат применению материально-правовые нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Возможность привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника на основании статьи 9 Закона о банкротстве возникает при наличии совокупности условий: возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в абзацах два, пять пункта 1 данной статьи, установление даты возникновения данного обстоятельства; неподача соответствующим лицом заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым руководитель привлекается к субсидиарной ответственности. 

Между тем, как верно указано судом первой инстанции, истцом не приведены доказательства, свидетельствующие о наступлении условий, позволяющих привлечь руководителя к ответственности по указанному основанию, а именно: не доказана неплатежеспособность должника по состоянию на 01.01.2017.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

Между тем, как установлено судом первой инстанции на основании данных бухгалтерского баланса и отчета о финансовых результатах на 31.12.2017, 31.12.2018 и 31.12.2019, ООО «Компания Альвина» на конец 2017 года имело основные средства на сумму 395 000 руб., на конец 2018 года - 1 561 000 руб., на конец 2019 года - 1 297 000 руб., запасы в виде готовой продукции на складе на сумму 25 824 000 руб., 40 071 000 руб., 45 586 000 руб. соответственно, дебиторскую задолженность в размере 6 616 000 руб., 3 494 000 руб., 3 207 000 руб. соответственно. 

Тогда как кредиторская задолженность за 2017 год составляла 32 581 000 руб., за 2018 год – 43 314 000 руб., за 2019 год – 46 987 000 руб.

В этой связи, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что истцом не доказаны признаки неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества должника по состоянию на 01.01.2017 и наличие у руководителя должника обязанности по обращению до 01.02.2017 в арбитражный с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). 

Согласно признанию ответчика, кризисное финансовое положение возникло у должника только в 2019 году, в связи с неисполнением контрагентами должника своих обязательств по погашению дебиторской задолженности и/или возврату ранее полученных займов, которые не зависели от воли ФИО2, утратившего полномочия руководителя должника 02.04.2020.

Недоказанность наличия хотя бы одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, является основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

Кроме того, апелляционный суд обращает внимание на то, что заявителем не представлены доказательства наличия у должника требования какого-либо кредитора, исполнение обязательств перед которым исключило бы возможность осуществления расчетов с иными кредиторами. Включенная в реестр требований кредиторов должника задолженность перед ООО «Продтрейд+» данному критерию не отвечает, поскольку в реестре требований кредиторов должника отсутствуют неисполненные обязательства перед иными кредиторами.  Между тем, из буквального смысла положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве как в действующей, так и в прежней редакции следует, что для начала исчисления срока на обращение руководителя должника в суд с заявлением должника, необходимо одновременно наличие неисполненных обязательств как минимум перед двумя кредиторами, при том, чтобы исполнение требований перед одним кредитором исключало бы возможность расчетов с иными кредиторами.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве, субсидиарная ответственность бывшего руководителя должника возлагается лишь в части тех неисполненных требований, которые возникли после истечения срока для обращения в суд с заявлением должника. Сведения о наличии у должника требований перед кредиторами, возникшими до 01.01.2017, которые до настоящего времени не исполнены, и исключили погашение обязательств перед истцом, отсутствуют.

При таких обстоятельствах суд первой пришел к верному выводу, что на указанную заявителем дату ни одно условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве не возникло, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявления в данной части. 

Рассмотрев заявление истца в части наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц по подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции также обоснованно отказал в удовлетворении заявления, указав, что ФИО2 является ненадлежащим ответчиком по заявлению о привлечении контролирующих должника лиц по данному основанию.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Между тем, как верно указано судом первой инстанции, по состоянию 07.10.2020 ФИО2 уже не являлся руководителем должника, передав 02.04.2020 полномочия генерального директора должника ФИО3, который с указанной даты одновременно являлся его единственным участником.

Таким образом, ФИО2 не является субъектом ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Судебный акт об обязании ФИО2 передать документацию должника временному управляющему, которым было бы установлено ее наличие у предыдущего руководителя должника, в материалах дела отсутствует и в деле №А56-25883/2020 не выносился.

В этой связи, суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, ввиду отсутствия доказательств наличия у ФИО2 каких-либо документов, пришел к верному выводу, что заявителем не доказана причинно-следственная связь между непередачей временному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований заявителя.

Доводы жалобы о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы. Кроме того, указанные апеллянтом процессуальные нарушения не являются основанием для безусловной отмены обжалуемого судебного акта и, если и имели место, то не привели к принятию незаконного судебного акта.

Истец, будучи осведомленным при обращении с апелляционной жалобой о содержании обжалуемого судебного акта и с изложенными ответчиком возражениями, новые доводы и/или обстоятельства, опровергающие доводы ответчика и выводы суда первой инстанции, не заявил. Представитель истца в судебное заседание не явился, его явка не была признана судом первой инстанции обязательной.

Довод жалобы о направлении в суд первой инстанции ходатайства о процессуальном правопреемстве опровергается материалами дела. Через систему «Мой арбитр» 17.03.2022 в материалы дела поступило ходатайство об уточнении исковых требований, в котором не содержалось требование о процессуальном правопреемстве, а в приложении к ходатайству отсутствовала ссылка на договор цессии и ходатайство о процессуальном правопреемстве, несмотря на то, что они были представлены в качестве приложений к ходатайству об уточнении исковых требований. 

При этом самостоятельное ходатайство о процессуальном правопреемстве, соответствующее требованиям статей 48, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истцом в систему «Мой арбитр» не загружено, истец явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил, соответствующее ходатайство в судебном заседании поддержано не было.

В то же время, исходя из положений статьи 48 указанного Кодекса, истец не лишен права обратиться с ходатайством о процессуальном правопреемстве в суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Расходы по госпошлине по апелляционной жалобе распределены по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение арбитражного суда первой инстанции от 01.04.2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.Н. Бармина

 

Судьи

Е.А. Герасимова

 Н.А. Морозова