ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-36484/2021

10 июля 2023 года

г. Санкт-Петербург

/тр.7

Резолютивная часть постановления объявлена  05 июля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 июля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  судьи Тарасовой М.В., 

судей  Герасимовой Е.А., Кротова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

при участии:

от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 21.07.2021), 

от АО Банк «МБСП» – представителя ФИО4 (доверенность от 02.12.2022), 

от ФИО5 – представителя ФИО6 (доверенность от 13.02.2023), 

от финансового управляющего – представителя ФИО7 (доверенность от 30.03.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-12832/2023) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2023 по обособленному спору №А56-36484/2021/тр.7 (судья Сайфуллина А.Г.), принятое по заявлению ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, 

установил:

АО «МБСП» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК «АСВ») 23.04.2021 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании ФИО5 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 11.05.2022 заявление АО «МБСП» в лице ГК «АСВ» принято к производству. 

Определением суда первой инстанции от 24.08.2021 производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 прекращено. 

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 определение суда первой инстанции от 24.08.2021 отменено, заявление АО «МБСП» в лице ГК «АСВ» признано обоснованным, в отношении ФИО5 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8.

ФИО2 (далее – кредитор) обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении задолженности в размере 155 700 000 рублей – основной долг,  25 779 218,29 рублей – проценты за пользование чужими денежными( средствами, исчисленные за период с 14.12.2018 по 05.10.2021, в реестр требований кредиторов, одновременно заявив ходатайство о восстановлении срока на предъявление требований.

Определением от 03.04.2023 арбитражный суд отказал в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 03.04.2023 отменить, включить требование в реестр ФИО5

В обоснование податель жалобы указывает следующее: вывод суда об отсутствии доказательств передачи в установленной законом форме объектов недвижимого имущества кредитором должнику противоречит материалам дела, не соответствует фактическим обстоятельствам и в нарушение статьи 69 АПК РФ не учитывает обстоятельств, установленных Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 13.04.2021 по делу №33-298/2021, о том, что объекты недвижимости при заключении должником мнимого договора купли-продажи имущества кредитору ФИО2 не передавались. Апеллянт также ссылается на то, что судом первой инстанции необоснованно и неверно применен по аналогии подход, изложенный в Определении ВС РФ от 17.10.2016 №307-ЭС15-17721 (4) о порядке исчисления срока на оспаривание подозрительных сделок должника с объектами недвижимости, право собственности на которые подлежит государственной регистрации, поскольку в данном случае основанием для регистрации права собственности за должником является судебный акт - Апелляционного определение Санкт-Петербургского городского суда от 13.04.2021 делу №33-298/2021. Регистрация права собственности на имущество, физически возвращенное кредитором ФИО2 в конкурсную массу ФИО5, вопреки указанию суда первой инстанции не является необходимым условием для возникновения права на предъявление реституционного требования. Надлежащим доказательством для целей предъявления реституционного требования кредитора ко включению в реестр является фактическая передача вещи во владение должника. Кредитор ссылается на недобросовестные действия финансового управляющего, который уклоняется от выполнения мероприятий по формированию конкурсной массы и инвентаризации имущества должника, включая регистрацию права собственности ФИО5 на нежилое здание и земельный участок, расположенные по адресу Санкт-Петербург, набережная реки Малой Невки, дом 35, литера Г, возникшее на основании судебного акта.

В отзыве ФИО5 просит оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, поскольку полагает, что в действительности у ФИО2 отсутствовали денежные средства для оплаты имущества, платежи носили транзитный характер, оплата фактически не состоялась.

Кредитор представил возражения на отзыв должника.

Банк МБСП (АО) в отзыве просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы, полагая судебный акт законным и обоснованным.

В суд апелляционной инстанции 04.07.2023 поступил отзыв финансового управляющего на апелляционную жалобу, который судом апелляционной инстанции к материалам дела не приобщен и во внимание не принят в связи с отсутствием доказательств его заблаговременного направления другим лицам, участвующим в деле, и получения его указанными лицами (часть 2 статьи 262 АПК РФ). Поскольку отзыв подан в апелляционный суд в электронном виде, оснований для его возврата на бумажном носителе не имеется.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании представитель кредитора поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе; иные участники возражали против отмены судебного акта.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, возражения должника и Банк МБСП (АО) в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для отмены судебного акта.

Как подтверждается материалами дела, между должником и ФИО2 16.11.2018 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - нежилого здания, расположенного по адресу Санкт-Петербург, наб. реки Малая Невка, д.35, лит. Г. с земельным участком. 

Впоследствии должник обратился в Петроградский районный суд города Санкт-Петербурга с исковым заявлением о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества и применении последствий недействительности сделки.

 Решением Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от 25.06.2020 по делу №2-1522/2020 в удовлетворении исковых требований ФИО5 отказано.

 Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 13.04.2021 по делу №33-298/2021 решение Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от 25.06.2020 по делу №2-1522/2020 отменено; договор купли-продажи от 16.11.2018 признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде частичной двусторонней реституции: 

- о возврате должнику нежилого здания, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, наб. реки Малая Невка, д.35, лит. Г.; 

- о взыскании с должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 42 000 000 рублей. 

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 15.09.2021 по делу №88-15319/2021 апелляционное определение от 13.04.2021 отменено в части взыскания с ФИО5 в пользу ФИО2 42 000 000 рублей, в отмененной части дело передано на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. В остальной части апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 13.04.2021 оставлено без изменения. 

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 15.02.2022 по делу №33-927/2022 в применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с должника в пользу ФИО2 денежных средств по договору купли-продажи от 16.11.2018 отказано. 

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 22.06.2022 по делу №88-10367/2022 апелляционное определение от 15.02.2022 отменено, дело передано на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. 

Определением Санкт-Петербургского городского суда от 11.10.2022 по делу №33- 17729/2022 решение Петроградского районного суда города Санкт-Петербурга от 25.06.2020 по делу №2-1522/2020 в части отказа в применении последствий недействительности сделки в виде возврата денежных средств, оплаченных ФИО2 по договору купли-продажи от 16.11.2018 отменено, с должника в пользу ФИО2 взысканы 42 000 000 рублей. 

Впоследствии, определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.01.2023 по делу №8Г-506/2023 Апелляционное определение Санкт-Петербургского городского суда от 11.10.2022 по делу №33-17729/2022 в части взыскания с должника в пользу ФИО2 42 000 000 рублей, отменено, в отмененной части принято новое решение о взыскании с должника в пользу ФИО2 денежных средств в сумме 155 700 000 рублей, оплаченных ФИО2 по договору купли-продажи от 16.11.2018. 

Указывая на то, что должником определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.01.2023 в части уплаты кредитору денежных средств исполнено не было, ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнений принятых судом в порядке, предусмотренном статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования в размере 155 700 000 рублей – основной долг; 25 779 218,29 рублей – проценты за пользование чужими денежными средствами, исчисленные за период с 14.12.2018 по 05.10.2021.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая положения статей 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснения в пункте 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), а также то, что размер реституционного требования установлен определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.01.2023 по делу №8Г-506/2023 в сумме 155 700 000 рублей, но доказательств возврата имущества в конкурсную массу не представлено, суд первой инстанции отказал во включении задолженности в реестр.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, а заявления о таких разногласиях подлежат возвращению без рассмотрения, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Исходя из данной нормы вступивший в законную силу судебный акт является достаточным подтверждением обоснованности заявленного требования, в том числе, его размера, что исключает необходимость проверки материальных оснований возникновения заявленного требования.

В рассматриваемом случае требование кредитором заявлено на основании вступившего в законную силу судебного акта - определения Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25.01.2023 по делу №8Г-506/2023, что исключает возможность рассмотрения разногласий по требованию кредитора о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера.

 Как следует из текста вышеуказанного определения и всех предыдущих судебных актов нижестоящих судов, вынесенных по вопросу мнимости договора от 16.11.2018, порядка применения последствий в виде двойной реституции, судами дана оценка правоотношениям сторон, с ФИО5 в пользу ФИО2 взысканы денежные средства в порядке двусторонней реституции в размере 155 700 000 рублей основного долга.

В этой связи возражения процессуальных оппонентов ФИО2, основанные на том, что финансирование сделки осуществлялось не за счет собственных денежных средств, а имущественной массы семьи Б-вых, подлежат отклонению, как направленные на переоценку выводов суда общей юрисдикции, изложенных во вступивших в законную силу судебных актах (часть 3 статьи 69 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с тем, что у кредитора не возникло право на предъявление требований к должнику в связи с невозвратом имущества в конкурсную массу, выводы суда первой инстанции в указанной части со ссылкой на пункт 27 постановления №63 основаны на неправильном применении материальных норм права.

Из обстоятельств, установленных вышеуказанными судебными актами, следует, что спорное имущество из фактического владения должника не выбывало, договор носил мнимый характер, направленный на сокрытие активов Б-вых. При этом сделка признана ничтожной в судебном порядке, в связи с чем основанием для перехода права собственности на должника будет являться судебный акт, что не учтено судом первой инстанции при принятии решения об отказе в удовлетворении требований.

Так, в силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Основания для государственной регистрации прав установлены в статье 17 Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее - Закон о государственной регистрации).

Согласно абзацу шестому 6 пункта 1 статьи 17 Закона о государственной регистрации основаниями для государственной регистрации наличия, возникновения, прекращения, перехода, ограничения (обременения) прав на недвижимое имущество и сделок с ним являются, в частности, вступившие в законную силу судебные акты.

В пункте 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.07.2009 №132 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами статьей 20 и 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» разъяснено, что основанием для государственной регистрации прав на недвижимое имущество в соответствии со статьей 28 Закона о регистрации являются судебные акты, в резолютивной части которых имеется вывод о принадлежности имущества определенному лицу на вещном или обязательственном праве (наличии обременения или ограничения права), подлежащем государственной регистрации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзаце втором пункта 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - ЕГРП).

В этой связи следует согласиться с позицией ФИО2, что препятствий для регистрации права собственности за должником с момента признания договора купли-продажи ничтожной сделкой не имеется.

Доводы финансового управляющего о том, что кредитор до настоящего момента не предоставил ему заверенную копию судебного акта, расценивается апелляционным судом критически, поскольку вопросы формирования конкурсной массы и работы с активами должника всецело являются обязанностью финансового управляющего, который не лишен возможности получить такой документ самостоятельно и завершить процесс возврата имущества должнику посредством регистрации перехода права собственности. 

Указанное обстоятельство не могло служить поводом для признания требования кредитора необоснованным, поскольку находится в сфере контроля финансового управляющего, принимая во внимание, что имущество из владения должника за время рассмотрения споров с ним не выбывало. 

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что у кредитора возникло право на предъявление требований к должнику, в том числе связанных с начислением процентов за пользование чужими денежными средствами в заявленном размере.

Как разъяснено в пункте 29.1 постановления №63, если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом. 

По аналогичным правилам определяется момент, с которого начисляются предусмотренные законом (например, статьей 395 ГК РФ) или договором проценты (с учетом статей 4 и 126 Закона о банкротстве) на восстановленное требование кредитора.

Как следует из материалов дела, имущество из владения должника не выбывало, тогда как платежами от 13.12.2018, 20.12.2018, 25.12.2018, 27.12.2018 в счет исполнения по ничтожной сделке в адрес должника кредитор перечислил денежные средства в общем размере 155 700 000 рублей.

Проверив расчет процентов по каждому платежу, за период с 14.12.2018 (с учетом даты первого платежа и всех последующих) по 05.10.2021 (дата объявления резолютивной части о введении процедуры реструктуризации долгов), апелляционный суд полагает его арифметически верным, в связи с чем признает обоснованность начисленных штрафных санкций в размере 25 779 218,29 рублей.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из того, что ФИО5 было доподлинно известно о недобросовестной цели совершения договора, а значит, и об отсутствии оснований для использования денежных средств с даты их получения.

Принимая во внимание факт обоснованности предъявленного требования кредитора к должнику, суд апелляционной инстанции полагает, что очередность его погашения должна быть понижена в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 названного Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Понижение очередности восстановленного требования является ответственностью особой природы, на что указано в абзаце 6 пункта 27 постановления № 63,  в связи с этим при отсутствии неправомерного поведения или вины кредитора в совершении оспоренной сделки такая ответственность к этому кредитору не применяется и его восстановленное требование удовлетворяется по правилам пункта 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

Судебными актами по вопросу о признании сделки от 16.11.2018 ничтожной  установлено, что спорный договор был заключен исключительно в целях причинения вреда кредиторам ФИО5, в частности, АО «МБСП».

Учитывая явно недобросовестное поведение ФИО2 в совершении оспоренной сделки, к этому кредитору должны быть применены правила об ответственности и его восстановленное требование удовлетворяется по аналогии с правилами пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, то есть за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

При таком положении суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что задолженность ФИО5 перед ФИО2 в общем размере 181 479 218,29 рублей является обоснованной и подлежащей удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований, включенных в реестр.

Судебный акт вынесен при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, неправильном применении норм материального права, что в силу части 1 статьи 270 АПК РФ  является основанием для его отмены.

Существенных нарушений процессуальных норм суд апелляционной инстанции не установил.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.04.2023 по обособленному спору №А56-36484/2021/тр.7 отменить, принять по делу новый судебный акт.

Признать задолженность ФИО5 перед ФИО2 в размере 181 479 218,29 рублей обоснованной и подлежащей удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после погашения требований, включенных в реестр.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

М.В. Тарасова

Судьи

Е.А. Герасимова

 С.М. Кротов