АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, 

<

...>, тел. 

<

***>

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-12275/2023

Дело № А57-3429/2022

г. Казань

13 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 13 октября 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Коноплевой М.В., Советовой В.Ф.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Мавлютовой И.М.,

при участии в судебном заседании до и после перерыва посредством веб-конференции представителей:

Федеральной налоговой службы – ФИО1, доверенность от 16.01.2025; 

ФИО2 – ФИО3, доверенность от 15.07.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 14.02.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2025

по делу № А55-3429/2022

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Примекс-Регион» ФИО4 о привлечении ФИО2, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Примекс-Регион»,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Примекс-Регион» (далее – общество «Примекс-Регион», должник) его конкурсный  управляющий  ФИО4 (далее – конкурсный управляющий)  обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ответчик) и  ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 14.02.2025, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2025, заявление удовлетворено частично. Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Примекс-Регион»; производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, ФИО2 просит определение от 14.02.2025 и постановление от 02.06.2025 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит следующие доводы:

- банкротство должника обусловлено исключительно внешними факторами – уходом с рынка  основных контрагентов (АО «Бритиш Американ Тобакко-Спб», ООО «Консар») и введением ограничительных мер в период пандемии COVID-19;

- в материалах дела отсутствуют достоверные и достаточные доказательства фиктивности документооборота с обществом с ограниченной ответственностью «Сфера Услуг Бизнеса» (далее – общество «Сфера Услуг Бизнеса»);

- услуги, за которые возник долг и в счет погашения которого переданы объекты недвижимости, реально оказывались обществом «Сфера Услуг Бизнеса» на объектах клиентов должника; налоговая проверка не подтвердила фиктивность документооборота с указанным обществом, никаких доначислений по этому обоснованию не было;

- отчуждение объектов недвижимости в пользу общества «Сфера Услуг Бизнеса» являлось сделкой с предпочтением, а не сделкой, причинившей вред кредиторам;

- на момент совершения сделок с обществом «Сфера Услуг Бизнеса» ФИО2 не знал и не мог знать о наличии задолженности перед кредиторами, требования которых впоследствии были включены в реестр;

- у ответчика имелся разумный экономический план погашения задолженности за счет реализации имущества должника;

- ФИО2 не получил никакой личной выгоды от сделки по передаче имущества обществу «Сфера Услуг Бизнеса», активы должника не выводились аффилированным лицам;

- суды не учли нарушение принципа эстоппеля со стороны Федеральной налоговой службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган), которая, начисляя налог на добавленную стоимость (далее – НДС) по сделкам с обществом «Сфера Услуг Бизнеса», фактически признавала их действительными;

- суды не установили даты объективного банкротства;

- судами необоснованно отказано в назначении судебной экспертизы.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий и  уполномоченный орган, ссылаясь на законность и обоснованность принятых судебных актов, просят оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал  доводы, изложенные в кассационной жалобе; представитель  уполномоченного органа, напротив, возражал против удовлетворения   жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной    жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Судебные акты в части отказа в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности  за непередачу конкурсному управляющему документации должника, за неподачу  заявления о банкротстве,  а также в части отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении  ФИО5 к субсидиарной ответственности лицами, участвующими  в обособленном споре, не обжалованы, в связи с чем на основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность судебных актов в указанной части судом кассационной инстанции не проверяется.

Проверив законность судебных актов в обжалуемой части в соответствии со статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной  жалобы, отзывов на нее, судебная коллегия считает, что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами, общество «Примекс-Регион»   зарегистрировано в качестве юридического лица 26.08.2013, основным видом его деятельности являлась  деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений.

Единственным участником должника является ФИО2, он же занимал должность руководителя в период с 26.08.2013 по 27.12.2022.

Ссылаясь на то, что незаконные действия руководителя по выводу активов должника (нежилых помещений и денежных средств) в пользу общества «Сфера Услуг Бизнеса» и ФИО5 (супруга ФИО2 в период с 29.05.2009 по 21.10.2020) привели к банкротству общества «Примекс-Регион», конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании  статьи  61.11  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Разрешая спор в обжалуемой части и удовлетворяя заявленные конкурсным управляющим требования, суд первой инстанции     руководствовался положениями статьи  61.10, подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53), и исходил из наличия оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Судом установлено, что в период с 26.09.2019 по 14.08.2020 в отношении должника проводилась выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления налогов и сборов за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, по результатам которой была выявлена недоимка по обязательным платежам в размере 330 021,66 руб., впоследствии включенная в реестр требований кредиторов.

В период проведения выездной налоговой проверки по соглашениям  об отступном от 21.10.2019 №1 и № 2 должник передал в собственность общества «Сфера Услуг Бизнеса» 4 объекта недвижимости общей кадастровой стоимостью 44 903 297, 87 руб.

Указанные объекты недвижимости были переданы должником в счет погашения кредиторской задолженности, возникшей из оформленных между ним и обществом «Сфера Услуг Бизнеса» договоров на оказание услуг от 01.01.2018 №№ 2, 3, 4, 5, от 01.04.2018 № № 6, 7, по условиям которых общество «Сфера Услуг Бизнеса» приняло на себя обязательства по оказанию услуг по уборке производственных и служебных помещений, а также прилегающих территорий.

В соответствии с книгами покупок общества «Примекс-Регион» за период с 31.01.2018 по 30.09.2018 должником у общества  «Сфера Услуг Бизнеса» приобретены клининговые услуги на общую сумму 55 744 073, 92 руб., из которых оплачено всего 1 608 120 руб., остальная сумма - 54 135 953, 92 руб. числилась в виде кредиторской задолженности. Указанная задолженность обществом «Сфера Услуг Бизнеса» с должника не взыскивалась.

Проанализировав информацию и материалы, полученные  уполномоченным органом в ходе проведения выездной налоговой проверки в отношении должника, суд первой инстанции  пришел к выводу о том, что должник передал по соглашениям об отступном объекты недвижимости фиктивному контрагенту в отсутствие каких-либо реальных хозяйственных отношений с ним.

Судом первой инстанции отмечено, что совокупность таких обстоятельств, как отсутствие у общества «Сфера Услуг Бизнеса» имущества,  земельных участков, транспортных средств, персонала, затрат на оплату труда, неподписание договора аренды офисного помещения, отсутствие в договорах с должником существенных условий, исключение общества «Сфера Услуг Бизнеса» из Единого государственного реестра юридических лиц как недействующего юридического лица,  свидетельствует о мнимости сделок  об оказании услуг; договоры на оказание услуг оформлены  с целью создания видимости наличия у должника обязательств перед контрагентом, несуществующих в реальности.

Судом принято внимание и то, что полученные по соглашениям об отступном объекты недвижимости не были использованы обществом «Сфера Услуг Бизнеса» в предпринимательской деятельности и спустя менее 2 месяцев (19.12.2019 и 24.12.2019) были отчуждены без проведения расчетов иному юридическому лицу; факт погашения задолженности перед обществом «Сфера Услуг Бизнеса» на сумму 52 500 000 руб. в бухгалтерском балансе должника не отражен (кредиторская задолженность по итогам 2019 года уменьшилась всего на 809 000 руб.); сведения о наличии дебиторской задолженности в сумме 44 903 297, 87 руб. в бухгалтерском балансе общества «Сфера Услуг Бизнеса» отсутствуют.

Также судом первой инстанции установлено, что в 2019 году, в период, предшествующий проведению выездной налоговой проверки, и в ходе ее проведения, должником со ссылкой на  договор от 13.06.2018 № А-4 и с назначением платежа «за аренду клинингового оборудования» в адрес  ФИО5 перечислены денежные средства в размере 2 571 000 руб.

Оценив в совокупности документы, представленные сторонами спора, приняв во внимание, что на момент оформления договора и совершения платежей ФИО5 являлась супругой руководителя и единственного участника должника, договор аренды оборудования заключен до государственной регистрации ФИО5 в качестве индивидуального предпринимателя, ее доходы не позволяли приобрести оборудование, являющееся предметом договора, после развода с ФИО2 (21.10.2020) клининговое (либо какое-либо другое) оборудование в аренду ФИО5 никому не сдавалось и не отчуждалось, суд первой инстанции констатировал  мнимость отношений по договору аренды от 13.06.2018 № А-4 и пришел к выводу о безвозмездном перечислении должником  в пользу аффилированного лица денежных средств в размере 2 571 000 руб.

При этом, как установил суд, на момент безвозмездной передачи должником недвижимого имущества  обществу «Сфера Услуг Бизнеса» и перечисления денежных средств в адрес ФИО5 в отсутствие равноценного встречного предоставления с ее стороны у должника имелись обязательства не только перед уполномоченным органом в размере 330 021,66 руб., но и перед ТСН «Эллада» в размере 531 719,62 руб., которая возникла  в период с 25.10.2017 по 15.11.2019.

Проанализировав финансовые показатели должника, структуру реестра требований кредиторов должника и период  возникновения обязательств перед кредиторами, суд первой инстанции  пришел  к выводу о том, что действия ФИО2 по выводу активов должника (недвижимого имущества и денежных средств) на общую сумму 47 447 297, 87 руб.  по мнимым сделкам  в условиях прекращения расчетов с кредиторами (общий размер требований кредиторов, включенных в реестр составляет 12 160 724,57 руб.), явились объективной причиной банкротства общества «Примекс-Регион».

Отклоняя довод ответчика о внешних причинах банкротства должника (уход контрагентов, пандемия), суд указал, что вывод активов был осуществлен до указанных событий, а ухудшение финансового состояния напрямую связано с безвозмездным отчуждением имущества.

Довод об отсутствии умысла отклонен судом первой инстанции  с указанием на то, что ФИО2, как руководитель, знал или должен был знать о реальных обязательствах должника, между тем совершил сделки, приведшие к невозможности осуществления расчетов с кредиторами.

Отклоняя довод ответчика об отсутствии вреда от отчуждения непрофильных активов, суд первой инстанции  отметил, что эти активы могли быть использованы для погашения требований кредиторов.

При этом судом установлено, что в связи с отчуждением недвижимого имущества в адрес общества «Сфера Услуг Бизнеса» должником была подана налоговая декларация по НДС за 3 квартал  2020 года с исчисленной  суммой налога к уплате -  9 337 429 руб., однако иные активы, достаточные для погашения задекларированной суммы, у должника отсутствовали как на момент заключения соглашений об отступном, так и на момент представления налоговой декларации.

Указанная задолженность в установленный срок не уплачена и включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Саратовской области от 21.10.2022 по настоящему делу.

Довод ФИО2 о наличии у него экономического плана  погашения задолженности за счет реализации оставшегося у должника нежилого помещения и взыскания имеющейся дебиторской задолженности отклонен судом первой инстанции  ввиду непредставления доказательств, подтверждающих реальные попытки реализации имущества в целях расчета с кредиторами.

При этом судом отмечено, в ходе конкурсного производства была проведена оценка недвижимого имущества; в соответствии с отчетом ООО «Единая служба оценки» от 03.05.2023 № 20230419-О рыночная стоимость помещения с кадастровым номером 64:48:050361:159 составляет 2 113 000 руб.; конкурсным управляющим проведены торги по реализации указанного имущества, в результате которых помещение было продано   за 7 818 100 руб., что составляет всего 64,2% от общей  суммы требований кредиторов, включенных в реестр (12 160 724,57 руб.).

В отношении довода о наличии у должника дебиторской задолженности суд указал, что задолженность ООО Специализированный застройщик «СК «Система» перед должником по договору долевого участия в строительстве многоквартирного дома была уступлена должником по договору от 09.10.2020 ООО «Трейд Компани».

Довод ответчика о расторжении договора уступки от 09.10.2020    отклонен судом первой инстанции как документально не подтвержденный, а также противоречащий частичным исполнением ООО Специализированный застройщик «СК «Система» обязательств перед новым кредитором (ООО «Трейд Компани») путем погашения долга в размере 3 000 000 руб. 

Приняв во внимание, что в настоящее время не все мероприятия процедуры конкурсного производства завершены, расчеты с кредиторами не произведены, в связи с чем размер ответственности ответчика определить невозможно, суд первой инстанции производство по заявлению в соответствующей части признал подлежащим приостановлению до окончания расчетов с кредиторами должника.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции в обжалуемой части и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2  

Довод ответчика о том, что судом первой инстанции не установлена дата наступления объективного банкротства, а также не дана оценка приводимым доводам о причинах банкротства должника, отклонены апелляционным судом.

Как указал суд апелляционной инстанции, судом первой инстанции подробно проанализированы приведенные ФИО2 предполагаемые причины банкротства общества «Примекс-Регион» и установлено, что неудовлетворительное финансовое состояние должника возникло задолго до указанных ответчиком обстоятельств, а вывод денежных средств в пользу супруги руководителя должника  существенно ухудшил положение должника и не позволил ему рассчитаться с кредиторами; ответчик, осознавая на протяжении 2019 года увеличение негативных тенденций в финансово-хозяйственной деятельности подконтрольного общества «Примекс-Регион», с 2019 года начал осуществлять вывод актива должника, что не соотносится с добросовестными действиями контролирующих должника лиц.

Суд апелляционной инстанции также отметил, что исходя из предмета и основания предъявленного конкурсным управляющим и удовлетворенного судом первой инстанции к ФИО2 требования (совершение убыточных сделок), установление конкретной даты объективного банкротства и возникших после нее обязательств для определения размера ответственности правового значения  не имеет; кроме того, размер ответственности, подлежащей взысканию с ответчика за невозможность полного погашения требований кредиторов по обязательствам должника (статьи 61.11 Закона о банкротстве),  поглощает размер ответственности  за неисполнение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

По этой же причине суд апелляционной инстанции отклонил и довод ответчика о необоснованном отказе судом первой инстанции в назначении по делу судебной экспертизы.

Также апелляционным судом отмечено, что ФИО2 не была передана конкурсному управляющему документация должника; первичные документы, на основании которых могла бы быть проведена экспертиза, о проведении которой ходатайствовал ответчик, в материалах дела отсутствуют и лицами, участвующими в обособленном споре, не представлены.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в судебных актах в обжалуемой части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу разъяснений, данных в пункте 16 постановления Пленума № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 19 постановления Пленума № 53, при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, установив, что в результате недобросовестных действий единственного участника и руководителя должником совершены сделки по выводу активов на основании фиктивной (мнимой) задолженности на значительную сумму, кратно превышающую общий размер требований кредиторов,  включенных в реестр,  повлекшие  невозможность погашения требований кредиторов и явившиеся  причиной банкротства должника,   суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в связи с чем правомерно удовлетворили требование конкурсного управляющего в соответствующей части.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Довод заявителя кассационной жалобы о необоснованном использовании судами выводов, содержащихся в решении №18/08 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения от 30.11.2021, ввиду того, что по итогам рассмотрения возражений должника на акт выездной налоговой проверки  налоговым органом не была установлена фиктивность документооборота с   обществом «Сфера Услуг Бизнеса», никаких доначислений по этому обоснованию не было,  отклоняется судом округа.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров.

Таким образом, суды при решении вопроса о реальности взаимоотношений между должником и его контрагентом, оценивая доводы лиц, участвующих в деле, обоснованно приняли во внимание материалы налоговой проверки; правила доказывания судами не нарушены.

Приведенный в кассационной жалобе довод заявителя о том, что банкротство должника было обусловлено объективными внешними факторами (уход контрагентов, пандемия), был  предметом тщательного исследования судов первой и апелляционной инстанций, получил надлежащую оценку и обоснованно отклонен ими.

Суды установили, что резкое снижение поступлений денежных средств (на 56, 21 % в 2019 году по сравнению с 2018 годом) произошло до введения ограничений, связанных с пандемией COVID-19, и было напрямую связано с выводом активов в пользу общества «Сфера Услуг Бизнеса» и ФИО5 в октябре 2019 года; уход с рынка ключевых контрагентов произошел после формирования основной задолженности, включенной в реестр требований кредиторов.

Основания для переоценки данных выводов у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Довод заявителя кассационной жалобы о нарушении уполномоченным органом принципа эстоппеля отклоняется судом округа, поскольку само по себе исчисление от сделки подлежащего к уплате в бюджет налога и отсутствие по этому факту претензий со стороны налогового органа не свидетельствует о возмездном характере такой  сделки.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении спора и могли повлиять на законность судебных актов в обжалуемой части либо опровергнуть выводы судов; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом тщательного исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены судебных актов в обжалуемой части и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 14.02.2025 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2025 по делу № А57-3429/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                        Н.А. Третьяков

Судьи                                                                               М.В. Коноплева                                                                                          В.Ф. Советова