﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень	Дело № А27-395/2015

Резолютивная часть постановления объявлена  13 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  14 января 2020 года

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			 Малышевой И.А.,

судей							     Доронина С.А.,

								     Ишутиной О.В.,-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного  управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Аквамаркет» Плотницкого Дмитрия Игоревича на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 22.07.2019 (судья                     Васильева Ж.А.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 (судьи Зайцева О.О., Кудряшева Е.В., Фролова Н.Н.) по делу №  А27-395/2015 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Аквамаркет» (ИНН 4205057414,                       ОГРН 1034205069942), принятые в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Аквамаркет» Плотницкого Дмитрия Игоревича о признании недействительной сделки должника, совершенной с обществом с ограниченной ответственностью «Альфа» (ИНН 4205234261,                                ОГРН 1114205043589), а также последующих сделок, заключенных между обществом с ограниченной ответственностью «Альфа» и обществом с ограниченной ответственностью «ПИР» (ИНН 4205300108,                                ОГРН 1144205020420) и применении последствий недействительности сделок.

УСТАНОВИЛ:

Определением от 13.04.2015 возбуждено производство по делу               № А27-395/2015 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Аквамаркет», город Кемерово (ОГРН 1034205069942, ИНН 4205057414).

Решением от 22 декабря 2015 года Арбитражный суд Кемеровской области признал общество с ограниченной ответственностью «Аквамаркет», город Кемерово (ОГРН 1034205069942, ИНН 4205057414, ООО «Аквамаркет», далее по тексту – ООО «Аквамаркет», должник) несостоятельным (банкротом) и открыл конкурсное производство. Конкурсным управляющим утверждён Плотницкий Дмитрий Игоревич (далее по тексту - конкурсный управляющий).

В деле о несостоятельности (банкротстве) должника конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании недействительной сделки должника, совершённой с обществом с ограниченной ответственностью «Альфа», город Кемерово (ИНН 4205234261,ОГРН 1114205043589, далее по тексту - ООО «Альфа») по отчуждению оборудования, перечень которого приведен в заявлении (130 единиц), а также последующих сделок по отчуждению указанного оборудования на основании договоров купли-продажи № 1-1/15, № 2-1/15, №3-1/15, № 4-1/15, № 5-1/15, № 6-1/15 ,заключенных в период с 20 по 29 января 2015 года между ООО «Альфа» и обществом с ограниченной ответственностью «ПИР», город Кемерово (ОГРН 1144205020420, ИНН 4205300108, далее по тексту - ООО «ПИР»).

Определением от 22.07.2019 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит отменить определение суда от 22.07.2019 и постановление апелляционного суда от  21.10.2019 с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Соглашаясь с выводами судов об отсутствии доказательств пропуска срока исковой давности, конкурсный управляющий считает, что при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделок между аффилированными лицами судами первой и апелляционной инстанции неверно распределено бремя доказывания, что привело к принятию ошибочных судебных актов по существу спора. Полагает, что отсутствие в договорах, заключенных между аффилированными лицами, указания на то, что имущество не является новым, а также признаков, позволяющих идентифицировать оборудование, является следствием согласованного поведения аффилированных лиц, которые не имели разногласий при заключении договора и не стремились идентифицировать его предмет; ссылается на  невозможность представить документы, подтверждающие наличие имущества должника по состоянию на 01.01.2015, поскольку конкурсному управляющему какие-либо документы руководителем должника, не заинтересованным в их представлении,  не передавались; указывает на отсутствие доказательств приобретения ООО «Альфа» имущества, которое впоследствии было реализовано ООО «ПИР», поскольку до 20.01.2015 операций, свидетельствующих о приобретении оборудования, по счетам ООО «Альфа» нет.  Полагает, что сведений банка о наличии у должника имущества в предбанкротный период в совокупности с доказательствами приобретения аналогичного имущества аффилированным с ним лицом, созданным  незадолго до начала процедуры банкротства должника, достаточно для возникновения у конкурсного управляющего обоснованных предположений  о том, что  аффилированные лица (должник, ООО «Альфа» и ООО «ПИР»)  безвозмездно вывели из конкурсной массы должника ликвидный актив (хлебопекарное оборудование) в преддверии банкротства, после чего конечный бенефициар (ООО «ПИР») продолжил осуществление деятельности с использованием оборудования должника.

Конкурсный управляющий считает также  ошибочными выводы судов об аффилированности ООО «Альфа» с 19.01.2015 (с даты назначения Казаевой Н.Г. директором), поскольку до указанной даты согласно анализу финансового состояния ООО «Аквамаркет»  за период с 2012 по 2014 г. г. на счёт ООО «Альфа» перечислены денежные средства в сумме 325 млн. руб., значительная часть которых  пришлась на 2014 год, с указанием в качестве оснований платежа оплаты за товары, услуги, по договорам, при том, что основным видом деятельности ООО «Альфа» является покупка и продажа нежилых зданий и помещений, что, по мнению кассатора, свидетельствует о непредставлении встречного обеспечения и наличии отношений финансовой зависимости ООО «Альфа» от должника.

Указывает на создание ООО «ПИР» Казаевой-Яковлевой Н.С. 10.12.2014, то есть в период, совпадающей с датой назначения её матери Казаевой Н.Г. директором ООО «Альфа», примерно за один месяц до приобретения оборудования на общую сумму 41 088 025,49 руб.,  а также отсутствие у ООО «ПИР» и  ООО «Альфа» активов, позволяющих   оплатить оборудование,   отсутствие  оплаты за оборудование, что свидетельствует о безвозмездной его передаче с целью сокрытия от кредиторов вновь созданному аффилированному лицу, то есть о злоупотреблении правом.

Кассатор считает, что с учётом установленных судами отношений аффилированности руководителей должника с ответчиками именно ООО «Альфа» должно было опровергнуть сомнения конкурсного управляющего и доказать, что оно приобрело оборудование, реализованное ООО «ПИР»,  у иного лица (не у должника),  процессуальная пассивность указанного лица должна оцениваться как отказ в опровержении факта приобретения оборудования у должника. Полагает, что суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства в вызове и допросе свидетеля.

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в рассмотрении обособленного спора, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие их представителей в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ, суд округа приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения кассационной жалобы и  отмены судебных актов с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В своих выводах коллегия судей исходит из следующего.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и подтверждено материалами дела, в рамках проведения мероприятий по розыску имущества должника конкурсный управляющий запросил финансовую отчётность у банков, которые предоставляли должнику кредиты, в результате чего установил, что ООО «Аквамаркет» при оформлении заявок на выдачу кредитных средств предоставляло в банки расшифровку по строке 1150 по состоянию на 30 сентября 2014 года с перечнем основных средств, машин и оборудования (том 429  л. д. 43-52). Фактически у должника данное имущество отсутствовало.

В ходе производства по делу о банкротстве конкурсным управляющим были выявлены лица, аффилированные с должником, в числе которых ООО «ПИР», руководителем которого в спорный период  являлась                         Казаева -  Яковлева Н.С.- супруга  Яковлева К.А. (руководителя должника), а также ООО «Альфа», руководителем которого в спорный являлась   Казаева Н.Г. -мать Казаевой - Яковлевой Н.С. (руководителя ООО «ПИР») и  теща Яковлева К.А.(руководителя должника), в связи с чем им был сделан запрос в налоговый орган о представлении сведений об имуществе указанных лиц, в ответ на который получен перечень оборудования, представленный обществом «ПИР» в инспекцию для получения льготы по налогу на имущество в 2017 году, перечень которого  в большей части позиций совпадал с перечнем оборудования, содержащимся в расшифровке основных средств должника по строке 1150 по состоянию на 30 сентября 2014 года (том 429 л. д. 38-42).

В подтверждение приобретения оборудования ООО «ПИР»  у                             ООО «Альфа»  инспекцией представлены договоры купли-продажи № 1-1/15 от 20 января 2015 года, № 2-1/15 от 20 января 2015 года, № 3-1/15 от 21 января 2015 года, № 4-1/15 от 21 января 2015 года, №5-1/15 от 28 января 2015 года, № 6-1/15 от 29 января 2015 года и акты приёма-передачи оборудования к ним (в копиях) (том 429 л. д. 25-37).

Полагая, что данное оборудование было отчуждено должником аффилированному с ним лицу - ООО «ПИР» с использованием реквизитов другого аффилированного лица - ООО «Альфа», соответствующие сделки между аффилированными лицами следует рассматривать как единую сделку по безвозмездному выводу ликвидного имущества должника и уменьшению конкурсной массы, конкурсный управляющий  должника просил признать их недействительными и применить последствия недействительности сделок, вернув имущество в конкурсную массу, опираясь на положения                          статей 61.1,61.2, 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту-Закон о банкротстве),           ст. ст. 10,168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту-ГК РФ).

В удовлетворении требований конкурсного управляющего отказано. При этом судом первой инстанции установлено и отражено в тексте определения, что с 19 января 2015 года  (то есть на даты подписания договоров между указанным обществом и ООО «ПИР») ООО «Альфа» являлось лицом, аффилированным с ООО «ПИР» и ООО «Аквамаркет» по мотиву наличия родственных связей руководителей данных организаций; по актам от                      24 декабря 2015 года и от 18 января 2016 года документация конкурсному управляющему была передана, но договоры купли-продажи оборудования, поименованного в перечне основных средств на 30 сентября 2014 года, в состав данной документации не включены, что явилось основанием для вывода судов об отсутствии доказательств принадлежности имущества должнику. Суды также указали на невозможность идентификации имущества, переданного  ООО «ПИР»  по спорным сделкам.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к заключению о том, что выводы судов двух инстанций об отсутствии доказательств принадлежности должнику имущества, переданного по договорам между ООО «Альфа» и  ООО «ПИР», сделаны при неполном исследовании обстоятельств дела,  в результате неверного применения норм процессуального права при распределении бремени доказывания по спорам о признании недействительными сделок между аффилированными лицами.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

По пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве также может быть оспорена сделка, совершённая должником в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате которой был причинён вред имущественным правам кредиторов и другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63                               «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Постановление № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания её недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определённых пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 настоящего постановления).

Кроме того, согласно абзацу четвертому пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25               «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учётом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В силу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Распределение бремени доказывания в споре должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования и заявленных ответчиком возражений с учётом установленных специальными нормами права доказательственных презумпций.

В настоящем споре при рассмотрении ходатайства об истечении срока исковой давности судами обоснованно применён  подход, изложенный в пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункте 32 Постановления № 63, заключающийся в том, что исковая давность для арбитражного управляющего начинает течь с момента его субъективной осведомлённости об обстоятельствах, являющихся основаниями для оспаривания сделки, выводы судов двух инстанций в данной части никем не оспариваются, оснований для иной правовой их оценки на стадии кассационного обжалования не имеется.

Отказывая в удовлетворении требования конкурсного управляющего по мотиву отсутствия у него доказательств принадлежности должнику имущества и невозможности его идентификации с имуществом, переданным по договорам с ООО «ПИР», при достоверно установленной судами аффилированности руководителя должника с руководителями иных участников оспариваемых сделок, суды первой и апелляционной инстанции не  приняли во внимание разъяснения, приведённые в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017, а также правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2018 № 305-ЭС17-6779 по делу   №  А40-181328/2015, о том, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним лица  в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов, в связи с чем в таких ситуациях  подлежит применению повышенный стандарт доказывания, при котором обязанность опровергать обоснованные сомнения конкурсного управляющего, представляющего интересы конкурсных кредиторов, в том числе при формировании конкурсной массы в целях удовлетворения требований кредиторов, возлагается на аффилированные стороны сделки.

В целях недопущения ущемления прав  кредиторов на получение адекватного удовлетворения требований за счёт конкурсной массы  указанный стандарт подлежит применению и в спорах о признании недействительными сделок по отчуждению имущества должника в преддверии банкротства, при рассмотрении которых судам следует учитывать, что способность конкурсного управляющего подтвердить надлежащими (первичными)  документами принадлежность должнику имущества  в случае получения из независимых источников информации о наличии такого имущества у должника в предбанкротный период объективно ограничена, поскольку является производной от  поведения бывшего руководителя должника, так как  обязанность по хранению первичных учётных документов, подтверждающих совершение хозяйственной операции, до признания должника банкротом возложена на его руководителя и назначенных им  должностных лиц   (статьи 7,9 Федерального закона от 06.12.2011   № 402-ФЗ «О бухгалтерском учёте») и не может быть исполнена никем иным. 

В силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по её передаче управляющему.

Отсутствие в перечне переданных бывшим руководителем должника конкурсному управляющему документов, подтверждающих права должника на определённое имущество,  может быть обусловлено как фактическим отсутствием документов, так и незаинтересованностью бывшего руководителя должника в их передаче конкурсному управляющему, в том числе ввиду незаинтересованности бывшего руководителя в установлении факта вывода ликвидных активов должника в предбанкротный период через аффилированных с ним лиц. Отсутствие заинтересованности в розыске ликвидного имущества должника может являться  и причиной отсутствия подробной идентификации оборудования в договорах, заключенных между аффилированными лицами, а также отсутствия письменных договоров между должником и ООО «Альфа»,  поскольку данные обстоятельства способны затруднить розыск активов должника при его банкротстве и таким образом воспрепятствовать формированию конкурсной массы. Кроме того, в отношениях между аффилированными лицами цепочкой последующих сделок с разным субъектным составом таких лиц может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества конечному приобретателю, что также может являться причиной отсутствия письменного договора между должником и  ООО «Альфа» при  непосредственной передаче имущества должника конечному выгодоприобретателю - ООО «ПИР». 

Установленные по делу судами  фактические обстоятельства, а именно, взаимозависимость руководителей должника,  ООО «Альфа» и ООО «ПИР» в рассматриваемый период,  наличие в банке в предбанкротный период сведений об имуществе должника, которое составляет единый комплекс и перечень элементов которого  по большинству позиций соответствует имуществу аффилированного с  должником контрагента - ООО «ПИР», созданного незадолго до подачи заявления о банкротстве должника (в декабре 2014 года), фактическое отсутствие у должника в период банкротства оборудования и оплаты за него  свидетельствуют о наличии у конкурсного управляющего объективных оснований для  сомнений в том, что оборудование, используемое одним из аффилированных лиц (ООО «ПИР»), приобретённое по договорам ООО «Альфа» без оплаты,  было получено ООО «Альфа» (продавцом) от иных контрагентов, а не передано должником в преддверии банкротства по безвозмездной сделке в целях вывода ликвидного актива.

Суд округа принимает во внимание, что даты заключения представленных в дело договоров между ООО «Альфа» и ООО «ПИР» (с 20 января 2015 года по 29 января 2015 года) совпадают с датами поступления первых заявлений о признании должника банкротом в Арбитражный суд Кемеровской области и оставления их без движения (21 января 2015 года,       27 января 2015 года согласно публичным сведениям информационного ресурса «Картотека арбитражных дел»).

В связи с этим конкурсный управляющий,  имеющий затруднения в получении доказательств по сделкам между аффилированными лицами и принявший  адекватные меры для получения доказательств (обратившийся с запросами к бывшему руководителю должника и известным ему контрагентам, с ходатайствами об истребовании документов в суд),  вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определённые доказательства, которые  он смог получить в сложившейся ситуации  из независимых источников и которые с учётом поведения иных участников спора могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается заявитель, при отсутствии их опровержения другой стороной спора (доказательства опровержимой презумпции prima facie). В рассматриваемой ситуации такими доказательствами являются полученная конкурсным управляющим из банка расшифровка основных средств должника по сроке 1150 по состоянию на 30 сентября 2014 года, а также сведения налогового органа  о  приобретении комплекса оборудования с аналогичным назначением в собственность ООО «ПИР» в январе 2015 года.

Обоснованные сомнения конкурсного управляющего в добросовестности  участников сделки, аффилированность которых установлена судами, должны истолковываться в пользу  конкурсного управляющего, осведомлённость аффилированных лиц об имущественном положении должника презюмируется, в связи с чем  именно на  них возлагается обязанность по опровержению сомнений конкурсного управляющего, а не наоборот.  

ООО «Альфа» как  продавец имущества по оспариваемым договорам, заключенным с ООО «ПИР», действуя разумно и добросовестно, с учётом интересов заявителя, не имело объективных препятствий  для раскрытия необходимой для рассмотрения спора информации об основаниях приобретения имущества, реализованного им по договорам с ООО «ПИР» в январе 2015 года, в опровержение доводов конкурсного управляющего о безвозмездном выбытии одноимённого имущества должника в преддверии банкротства. Такие документы были истребованы судом первой инстанции при рассмотрении спора определением от 15 января 2019 года  (т. 429                 л. д. 92 - 94).Определение  было получено, но не исполнено ООО «Альфа» без указания причин. Следовательно, обоснованные сомнения конкурсного управляющего не были опровергнуты аффилированной стороной сделки.

Оценивая представленные в дело доказательства, суд первой инстанции не принял во внимание то, что с учётом специфики оспаривания сделок, заключенных в преддверии банкротства должника между аффилированными с ним лицами,  нежелание стороны сделки (в данном случае - ООО «Альфа») представить доказательства приобретения спорного оборудования у иных лиц,  опровергающие доводы конкурсного управляющего о том, что данное имущество безвозмездно выбыло из активов должника, должно быть квалифицировано как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано, со ссылкой на конкретные документы  (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

Таким образом, судом первой инстанции неверно применены нормы процессуального права при распределении бремени доказывания в рамках данного обособленного спора. Данная ошибка не исправлена  апелляционным судом.

Судами также  не были исследованы обстоятельства приобретения имущества ООО «Альфа» и ООО «ПИР», не выяснялся  вопрос о цели приобретения оборудования ООО «Альфа» (с учётом специфики оборудования и видов деятельности данного общества)  и о наличии у данных обществ достаточных ресурсов, необходимых для приобретения дорогостоящего оборудования (с учётом их аффилированности и факта создания ООО «ПИР» в декабре 2014 года, приобретения им  оборудования в январе 2015 года).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведённой, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде округа, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду округа подменять суды первой и второй инстанций, что недопустимо.

Поскольку в рассматриваемом обособленном споре судами неверно распределено бремя доказывания и не установлены фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, обжалуемые судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции по мотиву несоответствия выводов, содержащихся в судебных актах, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций (п. 3 ч. 1 ст. 287,ч. 1 ст. 288 АПК РФ).

При новом рассмотрении дела суду первой инстанции следует учесть изложенное, устранить отмеченные недостатки, установить обстоятельства дела с учётом приведённого выше порядка распределения бремени доказывания, выяснить основания приобретения ООО «Альфа» имущества, реализованного ООО «ПИР» по договорам купли-продажи № 1-1/15 от 20 января 2015 года, № 2-1/15 от 20 января 2015 года, № 3-1/15 от 21 января 2015 года, № 4-1/15 от 21 января 2015 года, №5-1/15 от 28 января 2015 года, № 6-1/15 от 29 января 2015 года, либо применить правовые последствия непредставления ООО «Альфа» таких документов с учётом приведённой выше правовой позиции о распределении бремени доказывания, а также выяснить  обстоятельства приобретения оборудования, а именно: цель приобретения оборудования ООО «Альфа» (с учётом его назначения и деятельности, осуществляемой данным обществом в спорный период),  наличие у  ООО «ПИР», созданного в декабре 2014 года, финансовой возможности  для приобретения оборудования общей стоимостью свыше                   41 млн. руб. в январе 2015 года,   причины неисполнения обязанности по оплате оборудования ООО «Альфа» и ООО «ПИР», сведения о мерах по взысканию стоимости оборудования, принятых его продавцом.  Суду надлежит оценить представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, на основании чего принять законный и обоснованный судебный акт в соответствии с нормами материального права, регулирующими спорные отношения, распределить расходы на уплату государственной пошлины.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 22.07.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 по делу № А27-395/2015 отменить. Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий 						     И.А. Малышева

Судьи											С.А. Доронин

												О.В. Ишутина