﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

11 октября 2021 года

Дело №

А56-12367/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Бычковой Е.Н., судей Воробьевой Ю.В., Мирошниченко В.В.,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «Огнеупорные решения» Семенова А.Н. (доверенность от 22.07.2019), 

рассмотрев 06.10.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ГК Энергогаз» на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 по делу № А56-12367/2020,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Торговый дом «Средневолжский» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Группа компаний «Измельчитель», адрес: 199004, Санкт-Петербург, Средний пр. В.О., д. 4, лит. Б, пом. 8Н, ОГРН 1167847113720, ИНН 7801302133 (далее – Общество), несостоятельным (банкротом). 

Определением от 14.05.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Телесин Алексей Вячеславович. 

Решением от 28.01.2021 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего Телесина А.Ю.

Акционерное общество «ГК Энергогаз» (далее – АО «ГК Энергогаз») 01.06.2020 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов. требования в размере 52 763 254,40 руб. задолженности; 8 275 940,05 руб. процентов на сумму займа; процентов на сумму займа, начисляемых на сумму 30 200 000 руб. по ставке 69% годовых, начиная с 01.06.2020 по дату фактической оплаты; процентов за сумму займа, начисляемых на сумму 16 500 000 руб. по ставке 4,5% годовых, начиная с 01.06.2020 по дату фактической оплаты.

Определением от 20.11.2020 требование АО «ГК Энергогаз» в размере 8 159 168,91 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 заявление ООО «ГК Энергогаз» о процессуальном правопреемстве удовлетворено, произведена замена кредитора АО «ГК Энергогаз» на его правопреемника ООО «ГК Энергогаз» в связи с реорганизацией общества в форме преобразования. Определение от 20.11.2020 изменено. Требование ООО «ГК Энергогаз»  в сумме 52 763 254 руб. основного долга и 8 159 168,91 руб. процентов за пользование займом признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В кассационной жалобе ООО «ГК Энергогаз», ссылаясь на неправильное применение апелляционным судом норм материального права, а также на несоответствие его выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить постановление апелляционного суда в части удовлетворения требования в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в данной части направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Податель кассационной жалобы указывает, что сама по себе аффилированность кредитора и должника не является основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора. Податель жалобы полагает, что договоры займа заключены на рыночных условия, сторонами осуществлялся частичный возврат денежных средств.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Огнеупорные решения» просит оставить в силе принятый по делу судебный акт, считая его обоснованным и законным.

В судебном заседании представитель ООО «Огнеупорные решения» возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

 Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, 14.04.2017 должником и АО «ГК Энергогаз» заключен договор займа № 52, в соответствии с которым АО «ГК Энергогаз» предоставило должнику заем в размере 36 030 000 руб. сроком по 31.03.2018 под 7,5% годовых.

К указанному договору 29.12.2017 было подписано дополнительное соглашение № 1 об изменении срока возврата сумма займа на 29.12.2018 и изменении процентной ставки до 6% годовых.

К указанному договору 29.12.2018 было подписано дополнительное соглашение № 2 об изменении срока возврата сумма займа на 29.12.2019.

Сумма займа по указанному договору должником была возвращена. Однако проценты за пользование суммой займа, предусмотренные 3.1. договора, уплачены не в полном размере. Сумма неуплаченных процентов составила 1 993 422,91 руб. 

Должником и АО «ГК Энергогаз»  20.11.2017 был заключен договор займа № 64, в соответствии с которым АО «ГК Энергогаз»  предоставило должнику заем в размере 30 200 000 руб. сроком по 31.10 2018 под 7,5% годовых.

К указанному договору было подписано дополнительное соглашение № 1 об изменении срока возврата сумма займа на 31.12.2018 и изменении процентной ставки до 6% годовых.

Позднее к указанному договору было подписано дополнительное соглашение № 2 об изменении срока возврата сумма займа на 29.12.2019.

Сумма займа по указанному договору должником возвращена не была. Таким образом, размер задолженности по возврату суммы займа по указанному договору составляет 30 200 000 руб.

Проценты за пользование суммой займа, предусмотренные 3.1 договора уплачены не в полном размере. Сумма неуплаченных процентов по состоянию на 31.05.2020 составила 3 955 198 руб. 95 коп.

Должником и АО «ГК Энергогаз»  26.03.2018 заключен договор займа № 69, в соответствии с которым АО «ГК Энергогаз»  предоставило должнику заем в размере 16 500 000 руб. сроком по 28.02.2019 под 6% годовых.

К указанному договору 27.02.2019 было подписано дополнительное соглашение № 1 об изменении срока возврата сумма займа на 31.12.2019.

К указанному договору 29.12.2018 было подписано дополнительное соглашение № 2 об изменении процентной ставки до 4,5% годовых.

Сумма займа по указанному договору должником возвращена не была. Таким образом, размер задолженности по возврату суммы займа по указанному договору составляет 16 500 000 руб.

Проценты за пользование суммой займа, предусмотренные 3.1 договора, уплачены не в полном размере. Сумма неуплаченных процентов по состоянию на 31.05.2020 составила 1 890 943,63 руб. 

Должником и АО «ГК Энергогаз»  07.11.2018 заключен договор займа № 77, в соответствии с которым АО «ГК Энергогаз»  предоставило должнику заем в размере     10 000 000 руб.  сроком по 31.08.2019 под 6% годовых.

К указанному договору 27.02.2019 было подписано дополнительное соглашение № 1 об изменении срока возврата сумма займа на 31.12.2019.

К указанному договору 09.01.2020 было подписано дополнительное соглашение № 2 об изменении процентной ставки до 4.5% годовых.

Сумма займа по указанному договору должником возвращена частично. Размер задолженности по возврату суммы займа по указанному договору составляет 6 063 254,40 руб. 

Проценты за пользование суммой займа, предусмотренные 3.1 договора, уплачены не в полном размере. Сумма неуплаченных процентов по состоянию на 31.05.2020 составила 436 374,56 руб. 

Ссылаясь на наличие у Общества задолженности по заемным обязательствам в сумме 61 039 194,05 руб., из которых 52 763 254,40 руб. - основной долг, 8 275 940,05 руб. - проценты на сумму займа по состоянию на 31.05.2020, АО «ГК Энергогаз»   обратилось в суд с настоящим заявлением.

Впоследствии кредитор уточнил требование в части суммы процентов за пользование займом и просил включить в реестр проценты в сумме                     8 159 168,91 руб. 

Суд первой инстанции, исследовав представленные документы, признал обоснованным требование в сумме 8 159 168,91 руб. и включил в третью очередь реестра требований кредиторов требование АО «ГК Энергогаз»  в указанной части.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции. Суд апелляционной инстанции, признал обоснованным требование кредитора   в сумме 52 763 254 руб. основного долга и 8 159 168,91 руб. процентов за пользование займом. Установив аффилированность кредитора и должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявленное АО «ГК Энергогаз»  требование является требованием о возврате компенсационного финансирования, в связи с чем оно подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. 

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела и проверив правильность применения апелляционным судом норм материального и процессуального права, полагает, что нормы права применены правильно, а выводы этого суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100  Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Поскольку требование рассматривается в деле о банкротстве (несостоятельности), во избежание создания искусственной задолженности в реестре требований кредиторов суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также самого должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 и пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Из материалов дела следует и сторонами не оспаривается факт перечисления денежных средств должнику и возникновение у него обязанности по возврату 52 763 254 руб. основного долга и 8 159 168,91 руб. начисленных процентов.

Вместе с тем, исходя из положений статьи 2 Закона о банкротстве, а также положений статьи 10 ГК РФ, в рамках дела о несостоятельности ограничиваются права кредиторов, являющихся заинтересованными лицами по отношению к требованиям иных, независимых кредиторов.

Указанное положение нашло отражение в правовой позиции, приведенной в пункте 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), в соответствии с которым требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Указанное правило применяется независимо от вида финансирования должника и степени имущественного кризиса.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 3.1 и 3.2 Обзора, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа или невостребование контролирующим лицом займа, изначально предоставленного не в условиях имущественного кризиса, в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве (статья 9 Закона), принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов. Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

В том же положении, что и контролирующее лицо, находится кредитор, не обладающий контролем над должником, аффилированный с последним, предоставивший компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

При этом в ситуации, когда аффилированные должник и кредитор имеют одного конечного бенефициара, предполагается, что финансирование предоставлено по указанию контролирующего лица, пока не доказано иное (пункт 4 Обзора).

Согласно пункту 3.4 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц», не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях данного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 (редакции от 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом (пункт 1 статьи 53 ГК РФ).

Таким образом, действия юридического лица в гражданском обороте всегда выражаются в действиях связанных с ним конкретных физических лиц, которые и формируют волеизъявление юридического лица.

Как установлено судом апелляционной инстанции и подтверждается выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении кредитора и должника, протоколом общего собрания АО «ГК Энергогаз» от 21.11.2019, пояснительной запиской к бухгалтерской отчетности кредитора за 2019 год, на дату заключения спорных договоров займа Кузнецов Евгений Александрович являлся единоличным исполнительным органом, а также акционером, владеющим 75% акций кредитора (АО «ГК Энергогаз»), и одновременно единоличным исполнительным органом и единственным участником должника (Общества), при этом должник  и кредитор располагались по одному адресу: 199004, Санкт-Петербург, пр. Средний В.О., д. 4, лит. Б, пом. 8Н.

Основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очередности).

Как установлено судом апелляционной инстанции и  подтверждается материалами дела, на протяжении 2016-2018 годов АО «ГК Энергогаз»  предоставило краткосрочные займы аффилированному с ним должнику по договорам от 12.04.2016, 11.10.2016, 14.04.2017, 30.11.2017, 26.03.2018, 07.11.2018, а также по другим договорам займа всего на сумму 147 153 747,58 руб. При этом, полученные от АО «ГК Энергогаз»  займы должник в тот же период времени передал в качестве займов иным, связанным с должником и кредитором организациям.

Как следует из условий договоров займа, а также имеющихся в материалах дела актов сверки кредитора и должника, все договоры займа, заключенные в период 2016 - 2018 годов, предусматривали начисление и уплату процентов за пользование займами.

В соответствии с пунктами 6, 8, 15, 16 Положения по бухгалтерскому учету 15/2008 «Учет расходов по займам и кредитам» (далее - ПБУ) начисленные проценты по займам и кредитам подлежали учету должником в составе расходов и должны были оказывать влияние на финансовый результат.

В материалы дела представлены бухгалтерские балансы и отчеты о прибылях и убытках должника за 2016-2019 годы, из которых следует, что в нарушение положений вышеуказанных пунктов ПБУ должник в 2016, 2017, 2018 годах не включал начисленные проценты по всем вышеуказанным договорам займа в состав расходов, что свидетельствует о целенаправленных действиях должника по сокрытию убытка.

Из заключения временного управляющего должником Телесина А.Ю. по итогам процедуры наблюдения о наличии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства следует, что деятельность должника в 2017-2019 годах велась со значительным убытком, имеются признаки преднамеренного банкротства.

С учетом изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции обоснованно заключил, что допущенные должником в 2016-2018 годах искажения бухгалтерского учета, связанные с неучетом в составе расходов процентов за пользование займами, сокрытие в отчетности убытков подтверждают факт того, что деятельность должника в момент предоставления займов, которые заявлены кредитором для включения в реестр, была заведомо убыточной, а сам должник находился в состоянии имущественного кризиса, о чем контролирующее должника и кредитора лицо Кузнецов Е.А. не мог не знать.

Из представленных в материалы дела документов следует, что после наступления согласованного в договорах срока возврата займа меры к его истребованию не предпринимались, дополнительными соглашениями сроки возврата займов и уплаты процентов по ним неоднократно продлевались. Новые займы предоставлялись должнику при наличии задолженности по погашению ранее предоставленных займов, что не соответствует цели и правовой природе заемных отношений.

Разумного экономического обоснования предоставления займов на подобных условиях заявитель не представил. При этом невостребование в разумный срок займов также является формой финансирования должника, изъятие которого повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника.

Доказательства того, что внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, также не представлено.

С учетом изложенных обстоятельств дела и приведенных норм права, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу, что требование  ООО «ГК Энергогаз» подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Поскольку при рассмотрении дела нормы материального права применены апелляционным судом правильно и нормы процессуального права не нарушены, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2021 по делу № А56-12367/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «ГК Энергогаз»  – без удовлетворения.

Председательствующий

Е.Н. Бычкова

Судьи

 

Ю.В. Воробьева

 В.В. Мирошниченко