/

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-313/18 

Екатеринбург

28 марта 2018 г.

 

Дело № А60-9219/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 21 марта 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 марта 2018 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Кангина А.В., Рогожиной О.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Коркина Анатолия Вениаминовича на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2018 по делу № А60-9219/2017 Арбитражного суда Свердловской области. 

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Коркина А.В. – Шпилева Н.Н. (доверенность от 21.09.2017);

Федеральной налоговой службы (далее – уполномоченный орган) – Неволина Е.В. (доверенность от 12.03.2018).

 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.04.2017 в отношении открытого акционерного общества «Хладокомбинат «Норд» (далее – общество «Хладокомбинат «Норд», должник), ОГРН 1026602957479, введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – наблюдение.

Коркин А.В. обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 25 151 623 руб. 74 коп., в том числе 24 000 000 руб. основного долга, 1 151 623 руб. 74 коп. процентов по договорам займа от 07.09.2011 № 34, от 10.01.2012 № 1, от 01.07.2014 (с учетом уменьшения размера требования, принятого судом в порядке ч. 1 ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением арбитражного суда от 26.10.2017 в отношении должника введена процедура финансового оздоровления сроком до 19.10.2018. Исполняющим обязанности административного управляющего назначена Ильичева Ирина Сергеевна.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: Неофитиди Иван Григорьевич, Печерских Елена Ивановна, Яковлев Василий Геннадьевич, Неофитиди Эльвира Равильевна, Белканова Ю.Ю.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 30.10.2017 (судья Савицкая К.А.) требование Коркина А.В. включено в реестр требований кредиторов общества «Хладокомбинат «Норд» в заявленном размере. 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда                  от 23.01.2018 (судьи Мартемьянов В.И., Данилова И.П., Нилогова Т.С.) определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявления Коркина А.В. отказано.

В кассационной жалобе Коркин А.В. просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

По мнению заявителя, в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции была исследована и установлена экономическая целесообразность займов, которая заключалась в получении процентов, выплачиваемых                      обществом «Хладокомбинат «Норд». Заявитель отмечает, что получение займов от физического лица выгоднее и целесообразнее по сравнению с иными источниками получения займов.

Заявитель обращает внимание на то, что Коркин А.В. не имел достаточного количества прав для принятия решений, которые могли бы определять хозяйственную деятельность общества «Хладокомбинат «Норд», единственной целью выдачи займов для Коркина А.В. являлось получение процентов более высоких, чем проценты по вкладам в кредитных организациях. Помимо этого, заявитель уточняет, что займы предоставлялись за счет имеющихся у должника вкладов в публичном акционерном обществе «Сбербанк России» (далее – Сбербанк России).

Заявитель считает, что выводы суда апелляционной инстанции о предоставлении должнику займа за счет денежных средств, полученных от общества «Хладокомбинат «Норд», не соответствуют действительности, поскольку суммы перечислений денежных средств не совпадают. Кроме того, соответствующие выводы касаются иных отношений, не входящих в предмет рассмотрения.

Коркин А.В. указывает, что на момент выдачи займов кредиторская задолженность своевременно погашалась, предприятие успешно функционировало, основания ожидать наступления банкротства отсутствовали и какого-либо смысла в увеличении кредиторской задолженности не было. Заявитель полагает, что судебные акты, на которые сослался суд апелляционной инстанции, не имеют преюдициального значения; позиция судов относительно отказа во включении в реестр требований кредиторов должника требований иных лиц не может быть применена к настоящему делу.

В письменном дополнении к кассационной жалобе Коркин А.В. отмечает, что опосредованно владеет менее 20% акций общества «Хладокомбинат «Норд»; заемные средства, которые были предоставлены Коркиным А.В. должнику, последний направлял на погашение кредитных обязательств, за счет них осуществлял уплату налогов и оплату задолженности перед поставщиками. Судом апелляционной инстанции не был сделан вывод о формальном характере займов или создании искусственной задолженности, суд не установил причинение вреда кредиторам, между тем необоснованно лишил кредитора возможности возвратить заемные средства. 

В судебном заседании уполномоченным органом заявлено ходатайство об отложении судебного разбирательства с целью ознакомления с кассационной жалобой и дополнениями к ней. Судом кассационной инстанции отказано в удовлетворении данного ходатайства ввиду отсутствия предусмотренных ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований. Невозможность ознакомления с кассационной жалобой и дополнениями к ней до судебного заседания уполномоченным органом не обоснована.  

Представитель Коркина А.В. в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал, уполномоченный орган просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы, оставить судебный акт суда апелляционной инстанции без изменения.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Хладокомбинат «НОРД» (заемщик) и Коркиным А.В. (займодавец) были заключены договоры займа от 07.09.2011 № 34, от 10.01.2012 № 1,                           от 01.07.2014. В соответствии с указанными договорами заимодавец передавал заемщику денежные средства, а заемщик обязался возвратить указанные денежные средства в порядке и в срок, предусмотренные названными договорами и выплатить проценты на сумму займа.

В соответствии с договором займа от 07.09.2011 № 34 заемщику предоставлялись денежные средства в сумме 8 000 000 руб., которые подлежали возврату в срок до 31.12.2014; впоследствии дополнительными соглашениями срок возврата займа изменялся; согласно дополнительному соглашению от 29.12.2014 № 4 заемные средства подлежали возврату в течение пятнадцати календарных дней с момента получения требования займодавца, в этот же срок подлежали уплате проценты. 

В самом договоре займа проценты за пользование заемными средствами не были установлены; данный вопрос урегулирован сторонами подписанием дополнительных соглашений. 

Денежные средства предоставлены в распоряжение заемщика, что подтверждается представленным в  дело платежным поручением от 07.09.2011 № 825634. 

По договору займа от 10.01.2012 № 1 заемщику предоставлялись денежные средства в сумме 12 000 000 руб., которые подлежали возврату в срок до 10.01.2015; впоследствии дополнительными соглашениями срок возврата займа изменялся; согласно  дополнительному соглашению от 02.10.2014 № 3 заемные средства подлежали возврату в течение пятнадцати календарных дней с момента получения требования займодавца, в этот же срок подлежали уплате проценты.

Договором установлено, что за пользование заемными средствами подлежат уплате проценты в размере 9,82% годовых (п. 1.2); в дальнейшем размер процентной ставки изменялся, о чем сторонами подписывались дополнительные соглашения. 

Передача заемщику заемных средств в сумме 12 000 000 руб. подтверждается заявлением физического лица на перевод денежных средств от 27.01.2012. 

По договору займа от 01.07.2014 № 1 заемщику предоставлялись денежные средства в сумме 7 000 000 руб., которые подлежали возврату в срок до 01.07.2016; впоследствии дополнительными соглашениями срок возврата займа изменялся; согласно дополнительному соглашению от 02.10.2014 № 2 заемные средства подлежали возврату в течение пятнадцати календарных дней с момента получения требования займодавца. 

Размер процентной ставки за пользование заемными средствами неоднократно изменялся, о чем сторонами также подписывались дополнительные соглашения. 

Передача заемщику заемных средств в сумме 7 000 000 руб. подтверждается заявлением физического лица на перевод денежных средств от 01.07.2014. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 14.03.2017 по заявлению общество «Хладокомбинат «Норд» возбуждено дело о его несостоятельности (банкротстве); определением арбитражного суда от 17.04.2017 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве, – наблюдение; определением арбитражного суда от 26.10.2017 – процедура финансового оздоровления. 

Коркин А.В., ссылаясь на наличие на стороне должника неисполненного денежного обязательства по возврату суммы займа и уплате процентов за пользование заемными средствами по вышеуказанным договорам займа, обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника в общей сумме 25 151 623 руб. 74 коп., в том числе 24 000 000 руб. основного долга, 1 151 623 руб. 74 коп. процентов по договорам займа. В подтверждение своих требований кредитор представил договоры займа, доказательства предоставления денежных средств должнику, кроме того, акты сверки по состоянию на 31.12.2016, из которых следует, что задолженность признана обществом «Хладокомбинат «Норд». 

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что факт выдачи займа подтвержден документально, в отсутствие доказательств его возврата задолженность в заявленном размере подлежит включению в реестр требований кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции определение суда отменил, в удовлетворении заявления Коркина А.В. отказал, посчитав, что займы были использованы вместо механизма увеличения уставного капитала юридического лица, их предоставление имело своей целью создание подконтрольной кредиторской задолженности, что не соответствует принципу добросовестного поведения.

Арбитражный суд Уральского округа оснований для отмены судебного акта не усматривает в силу следующего. 

Согласно положениям абзаца первого п. 6 ст. 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено данным пунктом.

Предъявленные к должнику требования рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов.

В соответствии с п. 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно п. 1 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу с п. 1, 2 ст. 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. Если иное не предусмотрено договором займа, сумма беспроцентного займа может быть возвращена заемщиком досрочно.

Факт предоставления Коркиным А.В. обществу «Хладокомбинат «Норд» денежных средств по вышеуказанным договорам займа подтверждается материалами дела и не оспаривается; доказательств возврата полученных заемных средств в сумме 24 000 000 руб. не представлено. Между тем, как обоснованно отметил суд апелляционной инстанции, данное обстоятельство само по себе основанием для включения требования заявителя в реестр требований кредиторов должника не является. 

Судом установлено, что Коркин А.В. является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку он в 2012 – 2014 г. являлся членом совета директоров общества «Хладокомбинат «Норд», кроме того, является владельцем 50% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «СП-Инвест», которому принадлежит 73,09% уставного капитала общества с ограниченной ответственностью «Норд-Фрост», которое в свою очередь владеет 50,65% акций должника.       

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что заинтересованное  по отношению к должнику лицо является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства. Однако заявление указанным лицом требований в рамках дела о банкротстве предполагает исследование обстоятельств, связанных с предоставлением займа, а на заинтересованное лицо возлагается бремя доказывания разумных экономических мотивов для этого. 

В силу абзаца восьмого ст. 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (п. 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

Исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного. 

При этом, если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (п. 3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой ст. 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны участника (акционера) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208, от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2)).

При этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве, п. 8 ст. 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Выводы суда апелляционной инстанции об отсутствии оснований для включения в реестр требований кредиторов общества «Хладокомбинат «Норд» требования заинтересованного по отношению к должнику лица, входящего в состав его органов управления и опосредованно владеющего акциями должника, соответствуют вышеуказанному правовому подходу. 

Суд исследовал вопрос о фактических основаниях выдачи займов; заявитель требования дал пояснения, что денежные средства предоставлялись обществу для осуществления текущей хозяйственной деятельности, на эти же обстоятельства сослался в кассационной жалобе и дополнении к ней, где указал, что за счет полученных займов общество «Хладокомбинат «Норд» получило возможность рассчитаться по обязательствам перед поставщиками, погасить задолженность по выданному Сбербанком России кредиту, по налоговым платежам. Учитывая данные обстоятельства, принимая во внимание тот факт, что предоставление займов было обусловлено недостаточностью собственных денежных средств должника, выданные займы должником не возвращались, а заявитель не требовал их возврата, заключая соглашения о продлении срока действия договоров займа, суд верно указал, что фактические отношения должника и кредитора не складывались как отношения заемщика и займодавца, а являлись отношениями по развитию бизнеса, когда за счет предоставляемых должнику заемных средств аффилированное лицо стремилось минимизировать негативные результаты своего косвенного воздействия на хозяйственную деятельность должника, что было обусловлено принятием неэффективных управленческих решений, приведших к кризисной ситуации банкротства. С учетом того, что принятые меры по непубличному дофинансированию деятельности должника не позволили осуществить санацию контролируемого предприятия, такой кредитор несет риск негативных последствий, его требование в деле о банкротстве не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов, в реестр требований кредиторов должника включению не подлежит. Таким образом, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления Коркина А.В.    

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта апелляционной инстанции на основании ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

Таким образом, обжалуемый судебный акт следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.01.2018 по делу № А60-9219/2017 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационную жалобу Коркина Анатолия Вениаминовича – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Г.М. Столяренко 

 

Судьи                                                                          А.В. Кангин 

 

                                                                                     О.В. Рогожина