АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2388/17 

Екатеринбург

03 сентября 2025 г.

Дело № А60-18491/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 сентября 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Столяренко Г. М., Кочетовой О. Г.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании в режиме веб-конференции кассационные жалобы акционерного общества «БМ-Банк» (далее – общество «БМ-Банк», Банк) и финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 (далее – управляющий) на постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2025 по делу № А60-18491/2016 Арбитражного суда Свердловской области.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель общества «БМ-Банк» – ФИО3 (паспорт, доверенность от 24.04.2025 № 609);

представитель публичного акционерного общества «Банк ПСБ» (далее – Банк ПСБ) – ФИО4 (паспорт, доверенность от 10.06.2025 № 1506);

представитель акционерного общества «Банк Интеза» (далее – Банк Интеза) – ФИО5 (паспорт, доверенность от 07.06.2024 № 01-Е-24;

представитель публичного акционерного общества «Национальный Банк Траст» (далее – Банк Траст) – ФИО6 (паспорт, доверенность от 11.04.2024 № 11/АП/2024).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа принял личное участие финансовый управляющий ФИО2 (паспорт).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв управляющего, общества «БМ-Банк», ФИО7 на кассационные жалобы приобщаются к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Поступивший от Банка Траст отзыв на кассационную жалобу, судом округа не принимается и к материалам дела не приобщается, поскольку в нарушение статьи 279 АПК РФ отсутствуют доказательства заблаговременного направления его лицам, участвующим в деле. Поскольку отзыв подан в электронном виде через систему подачи документов «Мой арбитр», то таковой возвращению на бумажном носителе не подлежит.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2017 гражданин ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО8.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.04.2023 ФИО9 отстранена от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО2

Должник ФИО1 умер 24.04.2024.

В соответствии с определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.05.2024 при банкротстве ФИО1 применяются правила параграфа 4 главы Х Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), устанавливающего особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти.

В Арбитражный суд Свердловской области 08.05.2024 поступило заявление управляющего о признании недействительной сделкой действий  общества «БМ Банк» по получению денежных средств от реализации недвижимого имущества ФИО1 (домовладения) на территории Греческой Республики в рамках электронных торгов на официальной греческой онлайн-аукционной платформе eauction.gr 24.01.2024 по объявлению от 29.12.2023 № ПД 67/17-9-2015, размещенному в публичном доступе нотариусом Салоник Элиссавет Антониаду (идентификационный номер 111817541); применении последствий недействительности сделки в виде взыскания денежных средств в сумме 36 786 681 руб. 82 коп. (383 888 евро по курсу Банка России 95,8566 руб. за 1 евро на 25.01.2024), а также начисления процентов за неправомерное удержание денежных средств, уклонение от их возврата в сумме 3 696 759 руб. 99 коп. – за период с 25.01.2024 по 05.09.2024, с продолжением начисления по день фактической уплаты суммы долга (с учетом уточнения заявленных требований в порядке, предусмотренном положениями статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.02.2025 признана недействительной сделка по получению обществом «БМ Банк» денежных средств от реализации недвижимого имущества ФИО1 на территории Греческой Республики в рамках электронных торгов на онлайн-аукционной платформе eauction.gr 24.01.2024 по объявлению от 29.12.2023 № ПД 67/17-9-2015, размещенному в публичном доступе нотариусом г. Салоники Элиссавет Антониаду (идентификационный номер 111817541); применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества «БМ Банк» в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 35 608 262 руб. 75 коп., а также проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 25.01.2024 по 05.02.2025 в сумме 6 595 381 руб. 14 коп., с продолжением начисления процентов, начиная с 06.02.2025 по дату фактического погашения долга; в остальной части требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2025 определение суда первой инстанции изменено в части применения последствий недействительности сделки; определено, что денежные средства, вырученные от продажи недвижимого имущества ФИО1 на территории Греческой Республики в рамках электронных торгов на онлайн-аукционной платформе eauction.gr 24.01.2024, подлежат перечислению в конкурсную массу должника и распределению по правилам, установленным статьей 134 Закона о банкротстве.

Не согласившись с принятым судебным актом, управляющий и Банк обратились в суд округа с кассационными жалобами. 

В своей кассационной жалобе управляющий просит постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции. 

В кассационной жалобе управляющего указывается на необоснованность отказа суда апелляционной инстанции в применении последствий недействительности сделки, предусмотренных статьей 167 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве; обращает внимание, что основанием для такого отказа послужило письмо греческого нотариуса, которое не могло быть признано надлежащим доказательством внесения денежных средств в Фонд депозитов и кредитов; указанное обусловлено отсутствием в материалах дела подтверждения фактического перечисления средств, платежных документов или выписок со счетов, а также тем, что письмо было представлено после завершения рассмотрения дела в суде первой инстанции; полагает, что суд апелляционной инстанции не исследовал характер взаимоотношений Банка с греческими адвокатами, что ставит под сомнение достоверность представленных сведений.  

По мнению управляющего, судами не было учтено недобросовестное поведение Банка, выразившееся в игнорировании запросов суда о предоставлении информации, сокрытии данных о действиях по реализации имущества и уклонении от представления доказательств, позволяющих установить судьбу денежных средств; полагает, что суд апелляционной инстанции, признавая действия банка незаконными, тем не менее, уклонился от применения последствий недействительности такого поведения, что повлекло за собой нарушение интересов конкурсной массы и прав кредиторов должника на восстановление их законного положения; настаивает, что резолютивная часть судебного акта не содержит конкретизации действий, необходимых для возврата денежных средств, что делает невозможным его принудительное исполнение; отсутствие однозначных указаний при применении последствий недействительности сделки создает правовую неопределенность и лишает управляющего возможности реализовать свои права.  

В своей кассационной жалобе общество «БМ-Банк» просит судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

В обоснование доводов кассационной жалобы Банк указывает, что суды неправомерно поддержали позицию финансового управляющего, избравшего ненадлежащий способ защиты прав кредиторов; обращает внимание, что на момент предъявления требований в Греции отсутствовали прямые правовые ограничения для Банка как кредитора на обращение в иностранную юрисдикцию, что не было учтено при вынесении судебных актов; при этом суды проигнорировали возможность кредиторов защитить свои интересы через механизм распределения средств от реализации иностранного имущества в порядке разрешения разногласий (статья 60 Закона о банкротстве), несмотря на то, что такие действия не были предприняты по вине самих кредиторов.

Общество «БМ-Банк» обращает внимание, что материалы дела не содержат достоверных доказательств получения Банком денежных средств от реализации имущества в Греции; при этом представленные Банком выписки по счетам и справки подтверждают отсутствие соответствующих поступлений, что исключает возможность удовлетворения требований финансового управляющего; указывает, что судами не принято во внимание для оценки правомерности действий Банка введение международных санкций в 2022 году, которые объективно заблокировали возможность для Банка перевода средств из Греции.

Кроме того, Банк настаивает, что поведение финансового управляющего носит противоречивый характер и свидетельствует о недобросовестности заявленных требований; при этом управляющий, будучи осведомленным о наличии имущества должника в Греции с момента своего утверждения, не предпринял мер по установлению содержания применимого иностранного права и признанию своих полномочий через процедуру экзекватуры, соответственно, именно бездействие управляющего в данном вопросе лишило кредиторов возможности реализовать свои права, что не было должным образом оценено судами при принятии судебных актов.

Помимо изложенного, Банк акцентирует внимание на том, что суды нижестоящих инстанций ошибочно определили предмет спора, рассмотрев действия Банка через призму конкурсного оспаривания, а не в рамках разрешения разногласий между участниками дела о банкротстве, что привело к неправильной правовой квалификации обстоятельств, включая оценку разумности и добросовестности действий Банка; настаивает, что суды проигнорировали расходы, понесенные Банком в связи с реализацией имущества в Греции, а также бездействие иных кредиторов, которые не проявили интереса к участию в процессе. 

В отзывах на кассационные жалобы Банк Интеза, ФИО7 доводы кассационной жалобы управляющего поддерживают, просят оставить в силе судебный акт суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 08.09.2015 по делу № 2-7489/40 (15) исковые требования общества «Банк Москвы» к ФИО1 по договору поручительства от 09.10.2013 № ОКБ63/17-1/043-13 удовлетворены; с ФИО1 в пользу общества «Банк Москвы» взыскана задолженность в размере 174 717 978 руб. 12 коп., из которых: 169 587 066 руб. 21 коп. – основной долг; 3 154 168 руб. 19 коп. – проценты за пользование кредитом; 1 946 743 руб. 72 коп. – неустойка; 30 000 руб. – государственная пошлина

Судом выдан исполнительный лист серии № ФС008327265 от 04.03.2016 по делу № 2-7489/15.

Помимо этого, решением Кировского районного суда города Екатеринбурга от 15.09.2015 по делу № 2-7185/8 (15) удовлетворены исковые требования общества «Банк Москвы» к ФИО1 по договору поручительства от 10.10.2013 № ОКБ63/17-1/097-13; с ФИО1 в пользу общества «Банка Москвы» взыскана задолженность в сумме 94 954 140 руб. 98 коп., из которых: 94 390 623 руб. 09 коп. – сумма банковской гарантии; 283 954 руб. 14 коп. – вознаграждение за выдачу банковской гарантии; 107 977 руб. 82 коп. – неустойка; 141 585 руб. 93 коп. – комиссия осуществление платежа по банковской гарантии; 30 000 руб. – государственная пошлина.

Судом выдан исполнительный лист серии № ФС008335464 от 24.02.2016 по делу № 2-7185/8 (15).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.08.2016 в отношении ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов, в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 включено требование общества «БМ-Банк» (общество «Банк Москвы» 10.05.2016 сменило наименование) в сумме 285 501 645 руб. 09 коп., в том числе 270 876 721 руб. 58 коп. основного долга и 14 624 923 руб. 51 коп. неустойки.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 08.02.2017  ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества.

В ходе реализации имущества ФИО1 07.02.2018 общество «БМ-Банк» через своих уполномоченных адвокатов Димитриоса Бабиниотиса и Иоанны Вергети обратилось в суд первой инстанции г. Афины с заявлением о признании и приведении в исполнение решений иностранного суда (Кировского районного суда города Екатеринбурга).

Решением от 08.10.2018 № 1924/2019 суд первой инстанции г. Афины признал и привел в исполнение решение Кировского районного суда города Екатеринбурга от 08.09.2015 по делу № 2-7489/40 (15) и решение Кировского районного суда города Екатеринбурга от 15.09.2015 по делу № 2-7185/8 (15), сторонами которых являются компания-заявитель (общество «БМ-Банк») и ответчик (ФИО1).

На основании решения суда первой инстанции г. Афины от 08.10.2018 выдан исполнительный лист г-ну прокурору при суде первой инстанции г. Афины для вручения ФИО1 для ознакомления его с содержанием и наступления предусмотренных законом последствий, в котором определено, что должник обязуется оплатить в установленном законом порядке и своевременно эквивалент в евро суммы на основании официального курса российского рубля к евро на дату оплаты, которые были присуждены решениями Кировского районного суда города Екатеринбурга от 08.09.2015 по делу № 2-7489/40 (15) и от 15.09.2015 по делу № 2-7185/8 (15), а также суммы судебных расходов, вознаграждения за составление предписания и поручения на вручение, расходов на вручение предписания.

Впоследствии 29.12.2023 на сайте греческой онлайн-аукционной платформы eauction.gr в сети «Интернет» нотариусом г. Салоник Элиссавет Антониаду на основании акта № 13.847/2023 было размещено объявление № ПД 67/17-9-2015 о проведении 24.01.2024 с 10:00 до 12:00 часов повторного аукциона по продаже недвижимого имущества должника ФИО1, в пользу взыскателя общества «БМ-Банк», а именно:

– земельного участка общей площадью 4300 кв. м, расположенного в районе «Алонаки» муниципального сообщества Палиури г. Муниципальной единицы Паллини, муниципалитета Кассандра, Халкидики, который граничит на западе с собственностью Ахиллеаса Цацарониса, позже Нестора Манолиса и уже различными неизвестными владельцами, на севере – собственностью Георгиоса Митерозоса и уже его наследников, а на юге – поле святой церкви ФИО10; 

– жилого дома, расположенного на указанном земельном участке, общей площадью 177,60 кв. м, который согласно правоустанавливающему документу был приобретен по договору купли-продажи № 3163/14 от 14.10.2009 (передача объекта удостоверена нотариусом города Салоники Пенелопой Николау Михаэлиду (кассандровский ипотечный реестр от 23.10.2009, том 1155, номера 18 и 19).

Имущество должника 24.01.2024 реализовано на торгах по цене 383 888 евро.

Полагая действия общества «БМ-Банк» по получению денежных средств, вырученных от реализации недвижимого имущества должника на территории Греческой Республики, незаконными, управляющий обратился в суд с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции, установив, что Банк реализовал имущество должника без учёта интересов остальных кредиторов, что противоречит принципам конкурсного производства, признал сделку по получению обществом «БМ-Банк» денежных средств от реализации имущества должника в Греции недействительной, как совершённую с предпочтением в ущерб другим кредиторам. Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что общество «БМ-Банк», имея возможность раскрыть информацию о судьбе полученных средств, умышленно уклонился от предоставления доказательств; при этом посчитал, что управляющий представил достаточные доказательства того, что Банк получил денежные средства от продажи имущества, соответственно, бремя доказывания обратного перешло на Банк, как на лицо, располагающее информацией о движении денежных средств.

С учетом изложенного, суд первой инстанции в качестве последствий недействительности сделки взыскал с общества «БМ-Банк» в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 35 608 262 руб. 75 коп, полученные от реализации имущества, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 6 595 381 руб. 14 коп. с продолжением их начисления до момента уплаты полной суммы долга. 

Суд апелляционной инстанции, пересмотрев данный обособленный спор, изменил определение суда первой инстанции в части применения последствий незаконных действий Банка, определив, что денежные средства, вырученные от продажи недвижимого имущества ФИО1 на территории Греческой Республики подлежат перечислению в конкурсную массу должника и распределению по правилам, установленным статьей 134 Закона о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции руководствовался следующим.

Институт оспаривания сделок по правилам, предусмотренным законодательством о несостоятельности, предназначен для возврата в конкурсную массу должника активов, которые были отчуждены в ущерб интересам кредиторов должником или третьими лицами за его счет по подозрительным сделкам (статья 61.2 Закона о банкротстве), либо были получены одними кредиторами преимущественно перед другими (статья 61.3 Закона о банкротстве).

В силу статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности, сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве установлено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Как установлено судами, в период процедуры банкротства должника, на территории Греции обществом «БМ-Банк» инициировано судебное разбирательство по обращению взыскания и принудительной продаже имущества должника, находящегося на территории Греции, соответственно, действия Банка были направлены на получение преимущественного удовлетворения своих требований за счет реализации имущества, принадлежавшего должнику; при этом на дату инициирования судебного разбирательства Банк уже являлся кредитором ФИО1, чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, то есть Банк знал о проводимой в России процедуре несостоятельности (банкротства) должника и осознавал последствия совершениях процессуальных действий в иностранной судебной юрисдикции и необходимость учитывать интересы иных кредиторов ФИО1 в рамках настоящего дела.

С учетом того, что включенные в реестр требования Банка залогом имущества должника не обеспечены, требование Банка наравне с требованиями иных кредиторов должника включено в реестр требований кредиторов и никакими преимуществами при погашении задолженности согласно нормам национального законодательства не обладает, суды признали, что действия Банка по обращению взыскания на имущество должника в Греческой Республике нарушили принцип справедливого распределения активов между всеми участниками процесса банкротства, поскольку были направлены на преференциальное удовлетворение требований Банка. 

При этом суды проанализировали поведение Банка, как заявителя по настоящему делу о банкротстве, и его действия были признаны не способствующими эффективному проведению процедуры. 

В частности, судами установлено, что Банк обратился в суд с заявлением о признании ФИО1 банкротом, предложив кандидатуру финансового управляющего из НП СОАУ «Развитие» – ФИО8, которая исполняла обязанности управляющего с 22.08.2016 до отстранения 19.04.2023. В ходе процедуры банкротства должника конкурсный кредитор ФИО11 дважды обращался с жалобами на действия (бездействие) управляющего в 2020 году – из-за непринятия мер к истребованию у Банка документов об аресте греческого имущества должника, а в 2023 году – из-за непринятия мер по включению зарубежных активов в конкурсную массу должника. При рассмотрении первой жалобы судом выявлено, что ФИО9 направила запрос в Банк, но получила ответ об отсутствии у последнего запрашиваемых сведений и необходимости обратиться в соответствующие уполномоченные органы, в связи с чем в удовлетворении жалобы  было отказано. Однако при рассмотрении второй жалобы судом установлено, что, имея данные о возможном имуществе должника в Греции, управляющий ФИО9 более двух лет не предпринимала действий для его поиска и включения в конкурсную массу, что, наряду с другими нарушениями, стало основанием для ее последующего отстранения.

С учетом подобного противоречивого поведения Банка, суды первой и апелляционной инстанций отметили, что позиция Банка, ссылающегося на бездействие управляющего в части принятия мер по поиску имущества должника в Греческой Республике, не может быть учтена, поскольку ранее сам Банк не предоставил запрошенных сведений, что в своей совокупности вместе с длительным бездействием ФИО9 и отсутствием сотрудничества со стороны Банка привело к нарушению порядка реализации имущества должника в процедуре банкротства.

Судами также дана оценка поведению Банка в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора, который систематически уклонялся от предоставления суду полной и достоверной информации о судьбе средств, полученных от продажи имущества; несмотря на неоднократные запросы, Банк не раскрыл детали взаимодействия с греческими адвокатами Димитриосом Бабиниотисом и Иоанной Вергети, которые, как следует из материалов дела, представляли его интересы на территории Греческой Республики. Суды отметили, что отсутствие прозрачности в отношении действий Банка по обращению взыскания на имущество должника, находящегося на территории Греческой Республики, и характера отношений с третьими лицами лишило других кредиторов возможности проверить доводы Банка о правомерности его действий по продаже имущества и должника и юридической судьбе денежных средств, вырученных от продажи имущества должника.

Кроме того, суды указали, что поведение Банка характеризовалось внутренними противоречиями: с одной стороны, Банк в принципе отрицал наличие договорных отношений с греческими адвокатами, с другой – греческий суд в решении от 08.10.2018 прямо указал на их полномочия действовать от имени Банка, что в совокупности с иными обстоятельствами спора позволило судам заключить о злоупотреблении Банком своим процессуальными правами и попытках ввести суд в заблуждение. 

Таким образом, приняв во внимание, что процедура банкротства должника возбуждена в Российской Федерации по российскому законодательству, и, соответственно, регулируется специальными правилами, предусмотренными национальным законодательством о банкротстве; указав, что кредитор, чьи требования не обеспечены залогом имущества должника, не имеет права на преимущественное удовлетворение своих требований за счет имущества должника (статья 10 ГК РФ, статья 61.3 Закона о банкротстве), суды первой и апелляционной инстанций заключили, что у Банка отсутствовали какие-либо правовые основания для обращения взыскания на имущество должника, находящееся в иностранной юрисдикции. При этом, Банк, как профессиональный участник гражданского оборота, не мог не знать  о заведомой очевидности незаконности обращения взыскания на имущество ФИО1 и последующего получения средств от продажи иностранной недвижимости лишь одним из кредиторов (предпринявшим меры по взысканию задолженности, обращению взыскания с последующим приведением в исполнение судебных решений и наложением окончательного ареста) предпочтительно перед другими кредиторами, чьи требования установлены в реестре требований кредиторов в рамках проводимой в России процедуры банкротства. 

Учитывая изложенное, действия Банка, как кредитора должника, связанные с обращением взыскания на имущество должника, находящееся на территории Греческой Республики, после включения требований кредитора в реестр требований кредиторов ФИО1, квалифицированы судами, как направленные на обход установленного законодательством запрета на индивидуальные иски кредиторов к должнику, и подлежащими признанию недействительными применительно к статье 61.3 Закона о банкротстве.

При этом, рассматривая вопрос о применении последствий недействительности сделки, суд апелляционной инстанции исходил из следующих обстоятельств. 

Как следует из части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом того, что в отношении общества «БМ-Банк» как компании, входящей в группу компаний ВТБ, введены санкционные ограничения (Указ Президента США от 24.02.2022 № 14024, Постановление Совета Европейского Союза № 2022/580 от 08.04.2022), в том числе выразившиеся в блокировке активов Банка и запрета всем лицам в США/гражданам/резидентам США совершать операции с активами/имуществом Банка и компаний группы ВТБ, запрета в отношении группы компаний ВТБ (в которую входит и ответчик) на передачу каких-либо средств или экономических ресурсов прямо или косвенно в пользу или в интересах организаций, включенных в санкционный список и компании, в капитале которых участие Банка составляет прямо или косвенно 50% и более, Банк отключен от международной платежной системы SWIFT, в связи с чем суд апелляционной инстанции признал, что введение мер ограничительного характера следует предполагать достаточным для вывода об отсутствии у Банка после 08.04.2022 возможности фактически получить денежные средства в евро, предназначенные Банку от исполнения решений Кировского районного суда города Екатеринбурга на территории Греческой Республики. 

Судом апелляционной инстанции также принято во внимание, что согласно письму нотариуса Элиссавет Антониаду от 31.03.2025, после проведения аукциона по реализации недвижимого имущества должника, полученные аукционные поступления в сумме 383 888 евро внесены в Фонд депозитов и кредитов в пользу зарегистрированных кредиторов согласно списку, зарегистрированному под номером 14377/2024, и для получения указанной суммы необходимо подписать акт погашения долга у нотариуса, проводившего аукцион, а затем обратиться в Фонд депозитов и кредитов для получения причитающейся суммы, что расценено судом апелляционной инстанции как косвенное свидетельство невозможности получения Банком денежных средств от обращения взыскания на имущество должника в Греции и исполнения судебных актов на территории Греции. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что взыскание с Банка части денежных средств, причитавшихся ему в результате приведения в исполнение решений Кировского районного суда г. Екатеринбурга в порядке применения последствий недействительности сделки (части 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве) невозможно.

Однако в целях последующего соразмерного удовлетворения требований кредиторов и необходимости защиты конкурсной массы должника от возможного в будущем поступления ее в распоряжение Банка, суд апелляционной инстанции посчитал возможным применительно к пункту 1 статьи 60 Закона о банкротстве определить, что денежные средства, вырученные от продажи недвижимого имущества ФИО1 на территории Греческой Республики (земельный участок и жилой дом), подлежат перечислению в конкурсную массу должника ФИО1 и распределению по правилам, установленным статьей 134 Закона о банкротстве с учетом расходов на получение исполнения на территории Греческой Республики.

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным конкретным фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора и не свидетельствуют о неправильном применении норм права.

Доводы кассационной жалобы управляющего о необоснованном отказе суда апелляционной инстанции в применении последствий недействительности сделки, предусмотренных статьей 167 ГК РФ и пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, судом округа отклоняются, исходя из следующего. 

Как указано выше, суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципами всесторонности и полноты исследования доказательств (статья 71 АПК РФ), принял во внимание письмо греческого нотариуса, подтверждающего доводы Банка о нахождении денежных средств, полученных от реализации имущества должника на территории Греческой Республики, на счете Фонда депозитов и кредитов, в связи с чем справедливо посчитал, что с учетом введения санкционных ограничений в 2022 году против группы компании БТБ, в которую входит, в том числе и общество «БМ-Банк», отключения от международной платежной системы SWIFT для возможности зачисления денежных средств на корреспондентский счет Банка в России – доводы последнего о невозможности получения Банком указанных денежных средств являются весомыми, соответствующими текущей действительной ситуации. 

Несмотря на заявленные управляющим возражения относительно доказательственной силы письма Элиссавет Антониаду от 31.03.2025, управляющим и поддерживающими его позицию иными кредиторами не представлено достойного внимания обоснования того, что на момент рассмотрения спора по существу Банк изыскал способ фактически получить в свою пользу присужденные от реализации имущества должника денежные средства со счета Фонда депозитов и кредитов в период действия санкционных ограничений, что в совокупности с иными материалами дела позволили суду апелляционной инстанции заключить об отсутствии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде взыскания стоимости имущества должника с Банка.

Таким образом, отказывая в применении заявленных управляющим последствий недействительности сделок, судебная коллегия суда апелляционной инстанции, применительно к положениям пункта 2 статьи 167 ГК РФ, пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, основывалась на фактических обстоятельствах, связанных с невозможностью действительного получения Банком в настоящий момент денежных средств в результате совершения действий по обращению взыскания на имущество должника, находящегося на территории Греческой Республики, допустив вероятность последующего распределения денежных средств среди кредиторов должника в порядке, предусмотренном статьей 138 Закона о банкротстве. 

Доводы кассационной жалобы управляющего о том, что резолютивная часть судебного акта суда апелляционной инстанции не содержит конкретизации действий, необходимых для возврата денежных средств, что делает невозможным его принудительное исполнение, создает правовую неопределенность и лишает управляющего возможности реализовать свои полномочия по управлению имуществом должника, – судом округа отклоняются как несостоятельные и не свидетельствующие о наличии оснований для отмены состоявшегося судебного акта. 

В рассматриваемом случае, защита конкурсной массы при применении последствий недействительности действий Банка по обращению взыскания на имущество должника, осуществленная судом апелляционной инстанции, соответствует целям института банкротства. В целях соблюдения баланса интересов конкурсной массы и иных кредиторов должника, судом апелляционной инстанции справедливо исключено преимущественное удовлетворение требований общества «БМ-Банк» (статья 61.3 Закона о банкротстве); при этом денежные средства, в настоящий момент находящиеся в греческом Фонде депозитов и кредитов, признаны подлежащими включению в конкурсную массу и последующему распределению среди кредиторов должника через соблюдение принципа паритета (pari passu). 

Утверждение заявителя кассационной жалобы о правовой неопределенности резолютивной части судебного акта несостоятельно, поскольку суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципом процессуальной эффективности, справедливо ограничился констатацией юридически значимого факта – признания недействительными действий Банка по получению денежных средств от реализации недвижимого имущества ФИО1 на территории Греческой Республики и необходимости распределения средств по правилам российского законодательства о банкротстве. Последующая детализация процедурных шагов относится к компетенции финансового управляющего в рамках экзекватуры им судебного акта об утверждении его финансовым управляющим имуществом должника и реализации на территории Греческой Республики принятого судебного акта, констатирующего недобросовестность действий Банка при обращении взыскания на имущество должника и недопустимости получения им индивидуального, преимущественно перед иными кредиторами, удовлетворения своих требований за счет денежных средств, вырученных от продажи зарубежных активов должника. 

При этом приведение в исполнение настоящего судебного акта греческим судом в рамках процедуры экзекватуры в любом случае будет основываться на преюдициальном значении установленных российским судом фактов недобросовестности Банка при обращении взыскания на имущество должника и необходимости учета обстоятельств того, что в рассматриваемом случае применимое право к сделке – российское, поскольку предметом спора является распределение средств в рамках процедуры банкротства, инициированной в Российский Федерации. В связи с чем при соблюдении управляющим процедуры экзекватуры судебного акта, подтверждающего его полномочия, греческий суд, учитывая квалификацию действий Банка как недействительной по российскому законодательству, должен будет исходить из факта того, что финансовой управляющий в рассматриваемом случае будет являться единственным уполномоченным лицом для распоряжения средствами, полученными после реализации имущества должника на территории Греческой Республики, что исключает возможность их получения Банком и обеспечивает соблюдение принципа равного удовлетворения требований кредиторов.

Довод кассационной жалобы Банка о том, что финансовым управляющим избран ненадлежащий способ защиты, противоречит положениям статьей 20.3, 61.1 – 61.9 Закона о банкротстве, прямо наделяющим управляющего полномочиями по оспариванию действий, направленных на вывод активов из конкурсной массы. В данном случае выбор управляющим способа защиты обусловлен спецификой трансграничного характера имущественных отношений и необходимостью защиты интересов конкурсной массы должника и его кредиторов от недобросовестных действий Банка по сокрытию информации о принадлежности должнику имущества на территории Греческой Республики и его последующей реализации. Выбранный управляющим способ защиты права соответствует целям конкурсного производства – обеспечению равенства кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве) и принципу удовлетворения требований кредиторов за счет конкурсной массы, формируемой в порядке, предусмотренном статьями 129, 131 Закона о банкротстве, поскольку оспаривание действий Банка как недобросовестного участника процедуры банкротства является единственным эффективным механизмом возврата активов в конкурсную массу. 

Ссылка Банка на необходимость защиты прав кредиторов в рамках механизма, предусмотренного положениями статьи 60 Закона о банкротстве, признается судом округа несостоятельной, поскольку данная норма подлежит применению при наличии разногласий между кредиторами и управляющим в рамках уже выявленного имущества и не может применяться к оспариванию действий третьих лиц, совершивших односторонние действия, направленные на вывод активов из конкурсной массы должника. В свою очередь, Банк, обратившись в греческий суд с требованием о признании и приведение в исполнение решения Кировского районного суда г. Екатеринбурга в обход процедуры банкротства, не обладая при этом какой-либо преференцией в отношении спорного имущества, лишил других кредиторов возможности участвовать в распределении средств, что создает препятствия к применению механизма разрешения разногласий по вопросу распределения денежных средств, полученных Банком – после самостоятельной инициации процедуры экзекватуры российского судебного акта исключительно в свою пользу.  

Утверждение Банка об отсутствии прямых запретов в национальном законодательстве на обращение в иностранную юрисдикцию с самостоятельным иском об обращении взыскания на активы должника противоречит сущности процедуры банкротства как специального режима расчетов с кредиторами, которая в состоит в реализации принципа равенства кредиторов, и с позитивной стороны проявляется в равном распределении имущественной массы среди кредиторов, находящихся в одинаковом положении, и предоставлении им равного права на управление и контроль за процедурой распределения активов должника. Отсутствие прямого законодательного запрета на обращение кредитора с самостоятельным иском в иностранную юрисдикцию не отменяет обязанности кредитора действовать в соответствии с положениями о введении моратория, не допускающего индивидуальное удовлетворение требований кредиторов, о необходимости включения требования в реестр требований кредиторов для получения удовлетворения на коллективной основе, о коллективном способе расчетов, о пропорциональном удовлетворении при недостаточности средств, об оспаривании преимущественного удовлетворения. 

Доводы кассационной жалобы Банка о бездействии финансового управляющего не могут быть приняты во внимание судом округа, поскольку, несмотря на получение управляющим сведений о наличии у должника имущества в Греции после своего назначения в 2023 году, указанное не освобождает Банк от обязанности действовать в соответствии с правилами, установленными положениями статьи 134 Закона о банкротстве. Ссылки на противоречивое поведение управляющего и иных кредиторов должника, которые на протяжении длительного времени не предпринимали мер к установлению имущества должника на территории Греческой Республики, не свидетельствуют о законности действий Банка, поскольку обязанность финансового управляющего по установлению местонахождения имущества должника не исключает обязанности Банка действовать в соответствии с принципами добросовестности и равного удовлетворения требований кредиторов за счет конкурсной массы, формируемой в порядке, предусмотренном статьями 129, 131 Закона о банкротстве.  

Вопреки доводам кассационной жалобы, аргументы Банка о невозможности получения денежных средств вследствие санкционных ограничений были учтены судом апелляционной инстанции при определении последствий недействительности сделки. При этом фактическое нахождение денежных средств от реализации имущества должника в Фонде депозитов и кредитов Греции не отменяет признания действий Банка недобросовестными.

Таким образом, все аргументы финансового управляющего и Банка, приведенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка, при этом иное толкование заявителями положений законодательства, а также иная оценка обстоятельств рассматриваемого дела не свидетельствуют о нарушении судом норм права, а потому не опровергают правильность выводов апелляционного суда.

Постановление суда апелляционной инстанции соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, не выявлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2025 по делу № А60-18491/2016 Арбитражного суда Свердловской области оставить без изменения, кассационные жалобы акционерного общества «БМ-Банк» и финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

Судьи                                                                                    Г.М. Столяренко 

                                                                                              О.Г. Кочетова