АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-66872/2020

Дело № А55-20502/2018

г. Казань

12 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 ноября 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 12 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Герасимовой Е.П., Ивановой А.Г.,

при участии:

ФИО1 – паспорт,

при участии представителя:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПРОМТЕХМАРКЕТ» ФИО2 – ФИО3, доверенность от 17.09.2020,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ПРОМТЕХМАРКЕТ» ФИО2

на определение Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020

по делу № А55-20502/2018

по заявлению (вх. № 36200 от 27.02.2019) конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промтехмаркет», (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промтехмаркет» (далее – ООО «Промтехмаркет», должник) возбуждено определением Арбитражного суда Самарской области от 26.07.2018 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Новые газовые технологии» (далее – ООО «НГТ»).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 14.09.2018 в отношении ООО «Промтехмаркет» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утверждена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 14.11.2018 ООО «Промтехмаркет» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Конкурсный управляющий ООО «Промтехмаркет» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (с учетом уточнения) о привлечении ФИО1 (далее – ФИО1, ответчик) как руководителя должника к субсидиарной ответственности.

 Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, конкурсный управляющий ООО «Промтехмаркет» ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В обоснование жалобы приведены доводы о неправильном применении судами норм права, о несоответствии выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего должником поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

ФИО1 полагая принятые по спору судебные акты законными и обоснованными просил оставить их без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения, по основаниям, изложенным в отзыве на жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующих обстоятельств.

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий должником ссылался на положения пункта 1, подпункта 1,2 пункта 2 статьи 61.11, статьи 61.12 Закона о банкротстве, указав на неисполнение обязанности по обращению бывшего руководителя с заявлением о банкротстве после 13.06.2017, а также на причинение существенного вред имущественным правам кредиторов в результате совершения ФИО1 неправомерной сделки 24.12.2015 по отгрузке угля в адрес ООО «Правильный выбор».

По мнению конкурсного управляющего, указанная сделка – договор поставки от 24.12.2015 № 01/15 заключена на заведомо невыгодных для должника условиях и фактически привела к банкротству ООО «Промтехмаркет».

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами апелляционный суд исходили из следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве должника возбуждено на основании заявления кредитора ООО «НГТ». 

В основу заявления положено решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.11.2016 по делу № А56-39577/2016. В соответствии с данным решением с ООО «ПРОМТЕХМАРКЕТ» в пользу ООО «НГТ» взыскана задолженность по контракту на поставку угля от 24.12.2015, в соответствии с условиями которого ООО «НГТ» произвело поставку угля в адрес ООО «ПРОМТЕХМАРКЕТ» на общую сумму 10 644 984 руб.

В соответствии с условиями поставки оплата поставленной продукции должна была быть произведена в течении 45 календарных дней. Крайний срок для оплаты всей поставленной продукции 30.06.2016.

По состоянию на 30.06.2016 ООО «ПРОМТЕХМАРКЕТ» оплатило 320 160 руб., в связи с чем задолженность по оплате за поставленный товар составила более 10 миллионов рублей. 

Данные о задолженности отражены в бухгалтерском балансе ООО «ПРОМТЕХМАРКЕТ» за 2017 год, который был представлен в налоговый орган 30.03.2017. В этом же балансе в разделе дебиторская задолженность указана сумма 10 824 000 руб., которая, как выяснилось в ходе процедуры банкротства должника, представляет собой задолженность ООО «Правильный выбор».

09.01.2017 ООО «Правильный выбор» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о банкротстве и 13.06.2017 введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. 

Таким образом, суды указали, что по состоянию на 13.06.2017 отсутствовала возможность истребования задолженности от ООО «Правильный выбор».

Согласно позиции конкурсного управляющего, руководитель должника должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ПРОМТЕХМАРКЕТ» несостоятельным банкротом в срок не позднее 13.07.2017. Однако руководитель должника указанную обязанность не исполнил.

В настоящий момент в реестр требований кредиторов должника включен один кредитор – ООО «НГТ» с суммой требований 10 857 207 руб.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в указанной части, суды отклонили доводы конкурсного управляющего о том, что после указанной им даты деятельность компании должника фактически не велась, не было никаких новых контрактов, от реализации которых могли быть получены деньги для расчетов с кредитором.

При этом суды указали, заявление о признании ООО «Промтехмаркет» несостоятельным (банкротом) подано ООО «НГТ» в Арбитражный суд Самарской области 20.07.2018.

Обязательства должника перед ООО «НГТ» возникли ранее наступления тех обстоятельств, с которыми конкурсный управляющий связывает возникновение признаков неплатежеспособности.

За период с 13.07.2017 по 20.07.2018 обязательства ООО «Промтехмаркет» не увеличились, что подтверждает отсутствие оснований для возложения на контролирующего должника лица субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

На основании изложенного суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Довод конкурсного управляющего имуществом должника о недобросовестности руководителя должника отклонен судами, поскольку не подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Судами установлено, причиной возникновения признаков несостоятельности должника стало неисполнение обязательств со стороны ООО «Правильный выбор» перед должником на сумму 10 418 144 руб. долга.

При этом, действуя добросовестно, директор ООО «Промтехмаркет» ФИО1 предпринимал все меры для погашения задолженности перед ООО «НГТ».

Кроме того, на момент заключения договора поставки от 24.12.2015 № 01/15 ООО «Правильный выбор» являлось платежеспособным контрагентом, о чем свидетельствуют сведения о заключенных и исполненных ООО «Правильный выбор» государственных контрактах.

Как следует из представленного в материалы дела ответа ФНС России в лице МИФНС № 26 по Санкт-Петербургу от 21.02.2020 № 31-10-05/009468 на запрос суда от 20.01.2020 структура бухгалтерского баланса ООО «Правильный выбор» за 12 месяцев 2014 года по состоянию на 31.03.2015 являлась положительной, размер обязательств ООО «Правильный выбор» не превышал размер его активов.

Основными заказчиками ООО «Правильный выбор» являлись учреждения, финансируемые за счет бюджетов различных уровней, ООО «Правильный выбор» не значился в перечне недобросовестных поставщиков, имел положительный бухгалтерский баланс на едином лицевом счете открытого акционерного общества «РЖД».

Кроме того, поставка угля в адрес ООО «Правильный выбор» осуществлялась железнодорожным транспортом, что возлагает на грузополучателя дополнительные финансовые обязательства, в соответствии с распоряжением ОАО «РЖД» от 05.08.2013 № 1685р «Об утверждении Положения о порядке взаимодействия между ОАО «РЖД» и пользователем услуг железнодорожного транспорта при организации расчетов и оплате провозных платежей, сборов, штрафов, иных причитающихся ОАО «РЖД» платежей с использованием Единого лицевого счета (ЕЛС) клиента при перевозках грузов и/или порожних вагонов, а также Соглашения об организации расчетов». В частности, являясь грузополучателем ООО «Правильный выбор» обязано было обеспечивать наличие на соответствующих субсчетах своего лицевого счета денежных средств, достаточных для взимания причитающихся ОАО «РЖД» платежей, с учетом сумм по незавершенным перевозкам.

Таким образом, у ФИО1 отсутствовали основания сомневаться в положительной деловой репутации покупателя угля, что исключает квалификацию данной сделки как сделки на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Довод конкурсного управляющего должника о том, что условие об отсрочке платежа, предоставленной должником ООО «Правильный выбор» в рамках договора поставки от 24.12.2015 № 01/15 свидетельствует о нарушении контролирующим должника лицом принципов добросовестности и разумности, правомерно признан судами несостоятельным, поскольку при сложившихся обстоятельствах предоставление отсрочки платежа соответствовало обычаям делового оборота. ООО «НГТ» также предоставляло должнику отсрочку платежа.

Таким образом, доводы конкурсного управляющего о неблагонадежности контрагента по сделке с которым руководитель должника заключил договор, неисполнение которого привело к образованию дебиторской задолженности, признаны судами несостоятельными.

Доказательств совершения ФИО1 неправомерных действий или бездействий, повлекших банкротство должника, судами не установлено, в материалы дела не представлено.

Напротив, судами отмечено, заключение договора с контрагентом полностью отвечало целям деятельности ООО «Промтехмаркет», было направлено на извлечение прибыли в рамках обычной хозяйственной деятельности должника.

Как следует из материалов дела, указание на ООО «Правильный выбор», как на грузополучателя угля содержалось в заявках на поставку угля, направленных должником в адрес ООО «НГТ» и в спецификациях к контракту на поставку угля от 25.12.2015, подписанных обеими сторонами.

Таким образом, ООО «НГТ» было известно о конечном грузополучателе поставленного угля, что исключает виновность руководителя должника в совершении сделки.

При этом сам по себе факт заключения договора поставки от 24.12.2015 № 01/15 не влечет причинение ущерба кредитору.

Доводы конкурсного управляющего должника о величине субсидиарной ответственности, исходя из размера требований кредитора ООО «НГТ», включенного в реестр требований кредиторов должника, правомерно признаны судами неправомерными.

Задолженность перед ООО «Правильный выбор» является дебиторской.

Дебиторская задолженность, возникшая в результате исполнения договора, по своей правовой природе не является убытками и подлежит рассмотрению вне рамок дела о банкротстве. Как указывалось ранее, бывшим руководителем должника предпринимались меры по принудительному взысканию задолженности.

Договор поставки от 24.12.2015 № 01/15 заключен и исполнялся в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Согласно представленному в материалы дела анализу сделок ООО «Промтехмаркет» за весь период исследования представленных документов не позволило временному управляющему должника выявить сделки и действия (бездействие) органов управления ООО «Промтехмаркет», не соответствующие законодательству Российской Федерации. Кроме того, не были выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям.

В соответствии с заключением временного управляющего ООО «Промтехмаркет» о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Промтехмаркет» от 22.10.2018 вероятная причина возникновения неплатежеспособности - банкротство крупного дебитора, покупателя каменного угля «Правильный выбор».

Наличие у контрагента задолженности перед предприятием-банкротом не является безусловным основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суды пришли к выводу, что договор поставки, как и возникновение дебиторской задолженности, соответствуют обычной хозяйственной деятельности должника.

Доказательств того, что руководитель должника действовал от имени должника с целью доведения общества до банкротства, судами не установлено.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим обстоятельств, являющихся основанием (совокупности всех требуемых законом условий) для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по заявленным им основаниям.

Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) в Закон о банкротстве внесены изменения, вступающие в силу со дня его официального опубликования.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Квалифицируя действия ответчика по правилам главы III.2 Закона о банкротстве «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», суд первой инстанции учитывает, что обстоятельства, послужившие основанием для предъявления конкурсным управляющим имуществом должника требования о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, имели место в период 2015 - 2016 годы.

По смыслу пункта 1 статьи 4 ГК РФ действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом. В связи с этим, положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ правила о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Судами установлено, в обоснование заявленного требования конкурсный управляющий указал на заключение должником неправомерной сделки 24.12.2015. Данный период относится к периоду действия Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ в ред. от 13.07.2015 «О несостоятельности (банкротстве)» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.10.2015). Положения данного документа (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 186-ФЗ) применяются арбитражными судами при рассмотрении дел о банкротстве, производство по которым возбуждено после 29.09.2015.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (ред. от 13.07.2015) предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий: неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 закона; возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Соответственно, для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (статья 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 Закона о банкротстве с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

По смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности) добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 305-ЭС17-13670(3)).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 18 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, контролирующее должника лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в случае, когда его действия (бездействие), повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац 2 пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

По смыслу названных положений Закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В соответствии с абзацем 1 пункта 22 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Согласно абзацу 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Поскольку по своей правовой природе субсидиарная ответственность тождественна с отношениями по возмещению вреда, при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности подлежат применению подходы, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, следует, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53, в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явилась ли совершенная контролирующим лицом от имени должника сделка необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделка не оказала, но причинила должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

При этом Закон о банкротстве не содержит критериев, по которым возможно квалифицировать вред как существенный или несущественный.

В этой связи с учетом аналогии пункта 2 статьи 61.2, статьи 78 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» существенным вредом может быть признан вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Как следует из пункта 20 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 суд в рамках дела о банкротстве может взыскать убытки по правилам статей 15, 393 ГК РФ, при этом убытки могут быть взысканы только с контролирующего должника лица.

Оценив в порядке статьи 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, суды первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для взыскании с ФИО1 убытков от сделки по поставке угля ООО «Правильный выбор», указав, что договор поставки от 24.12.2015 № 01/12 был заключен и исполнялся в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, в связи с чем дебиторская задолженность, возникшая в результате исполнения договора, по своей правовой природе не является убытками и подлежит рассмотрению вне рамок дела о банкротстве.

Исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды пришли к обоснованному выводу о том, что конкурсным управляющим ООО «Промтехмаркет» не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2020 по делу № А55-20502/2018 оставить без изменений, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяА.Р. Кашапов 

СудьиЕ.П. Герасимова 

А.Г. Иванова