ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А25-2825/2017

29 марта 2019 года

г. Ессентуки

Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 марта 2019 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Луговой Ю.Б., судей: Марченко О.В., Сулейманова З.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «АЭНП», ФИО2 и ФИО3 (в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) 

на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2019 по делу № А25-2825/2017 (судья К.Х. Салпагаров), 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АЭНП» 

о включении требований в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 400 000 000 руб. 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «АЭНП»: ФИО4 – представителя по доверенности от 09.07.2018;

от публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная компания Северо-Запада»: ФИО5 – представителя по доверенности № 287 от 10.12.2018, ФИО6 – представителя по доверенности № 151 от 23.05.2018, ФИО7 – представителя по доверенности № 286 от 10.12.2018;

от публичного акционерного общества «Архэнергосбыт»: ФИО8 – представителя по доверенности от 15.01.2019;

от общества с ограниченной ответственностью «ТГК-2 Энергосбыт»: ФИО9 – представителя по доверенности № 18 от 09.01.2019;

от публичного акционерного общества «Вологодская сбытовая компания»: ФИО10 – представителя по доверенности от 24.08.2018,

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) публичного акционерного общества «Архангельская сбытовая компания» (далее – должник, ПАО «Архангельская сбытовая компания», ПАО «АСК») общество с ограниченной ответственностью «АЭНП» (далее – ООО «АЭНП») обратилось в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 400 000 000 руб. основного долга, мотивированное наличием  задолженности по договору поручительства.

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2019 в удовлетворении заявления отказано. Суд пришел к выводу, что совокупность сделок: выдача векселя, договор купли-продажи векселя, передачи векселя в залог, кредитный договор, договор поручительства являются недействительными (притворными) сделками, призванными прикрыть другую сделку по передаче денежных средств от компании Спаркель Сити Инвест ЛДТ и обременению поручителей в том числе ПАО «АСК» соответствующими денежными обязательствами.

Действия ООО «АЭНП» по подаче заявления о включении требований в реестр квалифицированы судом как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «АЭНП» обратилось в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции от 09.01.2019 отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований и включении задолженности в реестр требований кредиторов.

ООО «АЭНП» полагает, что судом принято решение о правах и обязанностях, не привлеченных к участию в обособленном споре лиц — ФИО11, ФИО2 и ФИО3 К числу таких выводов, ООО «АЭНП» относит утверждения суда об аффилированности названных лиц с ПАО «Архэнергосбыт». По мнению ООО «АЭНП», указанные выводы суда свидетельствуют о наличии у названных лиц возможности давать обязательные для исполнения ПАО «Архэнергосбыт» указания, что в свою очередь с учетом положений статьей 61.10 и 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) свидетельствует о наличии у ФИО11, ФИО2 и ФИО3 статуса контролирующих должника лиц. При таких обстоятельствах обжалуемое определение суда может иметь преюдициальное значение в случае возбуждения в рамках дела о банкротстве ПАО «Архэнергосбыт» производства по заявлению о привлечении названных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Податель жалобы также указывает на ошибочность выводов суда первой инстанции об аффилированности лиц, участвующих в сделках, на которых ООО «АЭНП» основывает свои требования. ООО «АЭНП» утверждает, что суд положил в основу этих выводов Отчет Due Diligence Report по компании Спаркель Сити Инвест ЛДТ, который не соответствует требованиям относимости и допустимости доказательств. 

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

ФИО2 (далее – ФИО2) и ФИО3 (далее – ФИО3) в порядке статьи 42 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) обратились в апелляционный суд с жалобами на определение суда от 09.01.2019, одновременно заявив ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу апелляционных жалоб. По мнению ФИО2 и ФИО3 принятый по обособленному спору судебный акт затрагивает их права и интересы, поскольку содержит суждения относительно фактического контроля над должником. Данные обстоятельства, как указывают ФИО2 и ФИО3, могут являться основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по долгам ПАО «Архэнергосбыт». 

Определением апелляционного суда от 06.03.2019 жалобы приняты к производству. Вопрос о восстановлении срока апелляционного обжалования назначен к рассмотрению в судебном заседании совместно с апелляционными жалобами.

Должник, общества с ограниченной ответственностью «ТГК-2 Энергосбыт» (далее – ООО «ТГК-2 Энергосбыт») в отзыве на жалобы указали на законность и обоснованность вынесенного определения, просили в удовлетворении жалоб отказать, определение от 09.01.2019 оставить без изменения.

В отзыве на апелляционные жалобы публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная компания Северо-Запада» (далее – ПАО «МРСК СЗ») просило производство по жалобам ФИО2 и ФИО3 прекратить, определение оставить без изменения.

Информация о времени и месте рассмотрения жалоб вместе с соответствующими файлами размещена 13.02.2019 и 08.03.2019 на сайте http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 АПК РФ.

Представитель апеллянта в судебном заседании заявил ходатайства о вызове в качестве свидетелей: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО15.

Представителем апеллянта также заявлено ходатайство об истребовании доказательств по делу: выписок по счетам ПАО «Вологдаэнергосбыт», ПАО «Архэнергосбыт», АО «Роскоммунэнерго», АО «ФинЭнергоИнвест»; заверенных копий реестров акционеров; сведений об участниках ООО «Базисэнерго Трейд» за период с 27.07.2017 по настоящее время, а также сведений об участниках ООО «Центр частного права электроэнергетики» за период с 27.07.2017 по настоящее время.

Судебная коллегия, рассмотрев указанные ходатайства с учетом мнения лиц, участвующих в обособленном споре, отказала в их удовлетворении на основании следующего.

В силу части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 36 от 28.05.2009 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» (далее - Постановление Пленума № 36) разъяснено, что поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 Кодекса повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; принятие судом решения об отказе в удовлетворении иска (заявления) ввиду отсутствия права на иск, пропуска срока исковой давности или срока, установленного частью 4 статьи 198 Кодекса, без рассмотрения по существу заявленных требований; наличие в материалах дела протокола судебного заседания, оспариваемого лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в нем сведений о ходатайствах или иных заявлениях, касающихся оценки доказательств. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

По смыслу указанных разъяснений следует, что суд апелляционной инстанции не вправе принимать во внимание новые доводы лиц, участвующих в деле, и новые доказательства в случае отсутствия оснований, предусмотренных частью 2 статьи 268 АПК РФ.

Вопреки требованиям пункта 26 Постановления Пленума № 36, части 2 статьи 268 АПК РФ указанные ходатайства ООО «АЭНП» в суде первой инстанции не заявлялись.

Кроме того, указанные ходатайства не являются в смысле статей 67, 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами.

В судебном заседании представитель апеллянта настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы, просил определение отменить, жалобу удовлетворить; представители ПАО «МРСК СК», должника, ООО «ТГК-2 Энергосбыт», ПАО «Вологодская сбытовая компания» в судебном заседании просили определение оставить без изменения, жалобы - без удовлетворения.

Дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, в соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 и 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив доводы апелляционных жалоб ФИО2 и ФИО3, апелляционный суд пришел к выводу, что производство по апелляционным жалобам подлежит прекращению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 1 статьи 257 АПК РФ лица, участвующие в деле, а также иные лица в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, вправе обжаловать в порядке апелляционного производства решение арбитражного суда первой инстанции, не вступившее в законную силу.

Статьей 42 АПК РФ установлено, что лица, не участвовавшие в деле, о правах и об обязанностях которых арбитражный суд принял судебный акт, вправе обжаловать этот судебный акт, а также оспорить его в порядке надзора по правилам, установленным настоящим Кодексом. Такие лица пользуются правами и несут обязанности лиц, участвующих в деле.

В силу пункта 1 Постановления Пленума № 36 при применении статей 257, 272 АПК РФ арбитражным судам апелляционной инстанции следует принимать во внимание, что право на обжалование судебных актов в порядке апелляционного производства имеют как лица, участвующие в деле, так и иные лица в случаях, предусмотренных Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. К иным лицам в силу части 3 статьи 16 и статьи 42 Кодекса относятся лица, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В связи с этим лица, не участвующие в деле, как указанные, так и не указанные в мотивировочной и/или резолютивной части судебного акта, вправе его обжаловать в порядке апелляционного производства в случае, если он принят о их правах и обязанностях, то есть данным судебным актом непосредственно затрагиваются их права и обязанности, в том числе создаются препятствия для реализации их субъективного права или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Пунктом 2 Постановления Пленума № 36 установлено, что в случае, когда жалоба подается лицом, не участвовавшим в деле, суду надлежит проверить, содержится ли в жалобе обоснование того, каким образом оспариваемым судебным актом непосредственно затрагиваются права или обязанности заявителя. 

Из анализа указанных норм права следует, что для возникновения права на обжалование судебных актов у лиц, не привлеченных к участию в деле, необходимо, чтобы оспариваемые судебные акты затрагивали их права и обязанности, были приняты непосредственно о правах и обязанностях этих лиц.

Из текста обжалуемого определения не следует, что суд первой инстанции пришел к выводам о наличии у ФИО11, ФИО2 и ФИО3 возможности давать обязательные для исполнения ПАО «Архэнергосбыт» указания.

Обжалуемое определение суда вынесено по итогам рассмотрения заявления о включении требований ООО «АЭНП» в реестр требований кредиторов ПАО «Архэнергосбыт» и судом не устанавливался круг контролирующих должника лиц.

Сама по себе возможность привлечения лица к субсидиарной ответственности не доказывает непосредственное нарушение прав и обязанностей такого лица судебным актом, принятым по обособленному спору о включении требований кредитора в реестр.

Следовательно, оснований полагать, что обжалуемым судебным актом затронуты права ФИО2 и ФИО3 не имеется.  

В связи с чем производство по апелляционным жалобам ФИО2 и ФИО3 подлежит прекращению применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

По существу обособленного спора, судом установлено следующее.

Определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.04.2018 в отношении ПАО «АСК» введена процедура наблюдения сроком на 5 месяцев, временным управляющим должника утверждена ФИО16

Сообщение о признании ПАО «АСК» несостоятельным (банкротом) и введении процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» № 65 от 14.04.2018 за № 77032582590, на официальном сайте – 13.04.2018.

12.05.2018 ООО «АЭНП» обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 400 000 000 руб. основного долга.

В обоснование заявленных требований ООО «АЭНП» сослалось на следующие обязательства, не исполненные должником.

29.09.2017 между «ББР Банк» АО (далее - банк, залогодержатель) и АО «ФинЭнергоИнвест» (далее – заемщик, АО «ФЭИ») заключен договор о кредитной линии (для юридических лиц и предпринимателей) № КЛ-17/0969 (далее - кредитный договор), в соответствии с которым банк предоставил заемщику кредит в размере 400 000 000 руб. (том 1, л. д. 18 – 28).

В соответствии с пунктом 1.2.3 кредитного договора, за пользование кредитом подлежат начислению проценты из ставки 14,5 % годовых за каждый день использования.

В соответствии с пунктом 7.1 кредитного договора, в случае неисполнения должником обязательств по кредитному договору (как по возврату суммы основного долга, так и по уплате процентов за пользование кредитом) заемщик уплачивает банку пени в размере 0,15% от суммы неисполненного обязательства за каждый день просрочки.

В соответствии с пунктом 3.1 кредитного договора заемщик обязан возвратить банку сумму каждого транша, выданного на основании настоящего договора, в течение 30 календарных дней со дня его выдачи, но в любом случае не позднее срока действия кредитной линии.

Денежные средства в размере 400 000 000 руб.  выданы заемщику в полном объеме, что подтверждается банковским ордером № 3009 от 29.09.2017 (том 1, л. д. 48).

29.09.2017 в целях надлежащего исполнения заемщиком обязательств по кредитному договору между банком и Компанией Спаркель Сити Инвест ЛТД (далее - залогодатель) заключен договор залога векселей № 3-17/0969/0970, в соответствии с которым залогодатель передал залогодержателю в залог принадлежащий ему на праве собственности вексель, права требования по векселям, а также все права требования, вытекающие из долговых обязательств векселедателя (том 1, л. д. 34 – 39).

Согласно пункту 1.3 договора залога, заложенные векселя оцениваются сторонами в сумму равную 400 000 000 руб.

Также в целях надлежащего исполнения заемщиком кредитного договора между банком и ПАО «Архэнергосбыт» (далее - поручитель) 23.10.2017 заключен договор поручительства № П-17/0969/1059 от 23.10.2017, в соответствии с которым поручитель принял на себя обязательства нести солидарную ответственность перед банком по обязательствам должника, возникшим из договора о кредитной линии № КЛ-17/0969 от 23.10.2017 (том 1, л. д. 41 – 47).

В соответствии с пунктом 1.3 договора поручительства, поручитель отвечает перед банком за неисполнение заемщиком обязательств по кредитному договору в том же объеме как и заемщик, включая обязательства по возврату кредита (основного долга), уплате процентов за пользование кредитом, комиссии за установление и поддержание лимита кредитной линии, неустоек, (пеней/или штрафов), возмещению расходов по взысканию задолженности заемщика и других убытков, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства заемщиком.

Вследствие обращения взыскания на предмет залога, у залогодателя возникло право регрессного требования к должнику.

Между Компанией Спаркель Сити Инвест ЛТД и ООО «АЭНП» заключен договор цессии соответствии с которым права требования перешли к ООО «АЭНП»                   (том 1, л. д. 64 – 69).

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 АПК РФ, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленного требования, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, определенным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Возражая против заявленных требований, кредиторы поставили под сомнение реальность сделок, положенных в основу возникновения обязательства ПАО «Архэнергосбыт» на общую сумму 400 000 000 руб. 

Вопрос наличия фактических обстоятельств, совокупность которых позволяет признать сделку недействительной в соответствии со статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) в том числе мнимость, притворность сделки и злоупотребление правом, разрешается судами при оценке имеющихся в обособленном споре доказательств и доводов участвующих в деле лиц.

В соответствии со статьей 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. 

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 11.07.2017 по делу № А40- 201077/2015).

В соответствии с отчетом Due Diligence Report от 19.09.2018, подготовленным на основе сведений, содержащихся в официальном реестре организаций Республики Кипр, стопроцентным владельцем акций компании является копания Telconet Capital LTD Partnership (К-вы острова). Дочерними компаниями являются Okko Holding LTD (Кипр) и Yota Holding LTD (Кипр). Учредительные документы, представленные Sparkel City Invest LTD в материалы дела, касаются первого (номинального) учредителя – Profel Services LTD (Кипр), который был сменен на текущего учредителя Telconet Capital LTD Partnership через два месяца после учреждения компании.

Согласно выписке из торгового реестра были внесены следующие изменения в состав учредителей: с 03.06.2014 по 13.08.2014 учредителем являлся Profel Services LTD – 100% доля участия, с 13.08.2014 по настоящее время – Telconet Capital LTD Partnership – 100% доля участия.

Конечным бенефициаром Sparkel City Invest LTD является Альберт Авдолян, связанный с бенефициаром группы МРСЭН Эльдаром ФИО17 родственными связями. Согласно Схеме взаимосвязей АКБ «Мосуралбанк», опубликованной на официальном сайте Банка России, в спорный период ФИО11 являлся бенефициаром группы компаний МРСЭН, ему принадлежало 39,4% в ООО «Центр частного права электроэнергетики», которое в свою очередь владело 19% АО «МРСЭН». Также Эльдару ФИО17 принадлежало 49,5% в ООО «БазисЭнерго Трейд», которое владело, в свою очередь, 19% АО «МРСЭН».

Кроме того, по сведениям, опубликованным в открытых источниках информации (в том числе на официальном сайте Министерства энергетики, промышленности и связи Ставропольского края), собственником ЗАО «Южная Энергетическая компания» является Альберт Авдолян, по данным выписки из ЕГРЮЛ директором указанной компании является ФИО18, ранее входивший в органы управления АО «МРСЭН», ПАО «ВСК», АО «РКЭ», ПАО «АСК», АО «Хакасэнергосбыт» (далее – АО «ХЭС»), ПАО «Челябэнергосбыт» (далее – ПАО «ЧЭС»), что следует из отчетов эмитентов – сбытовых компаний, опубликованных в публичном доступе.

ФИО19 в период с 15.12.14 по 09.08.15 являлся директором Sparkel City Invest LTD. 

История изменения руководителей (согласно приложению № 1 к выписке из торгового реестра): 03.06.2014-15.12.2014 – руководитель Georgios Georgiou, Cyprus, Director; 15.12.2014-09.08.2015 – руководитель Albert Avdolyan, Russia, Director; 09.08.2015-19.02.2016 – руководитель Olga Tcacenco Mavrou, Cyprus, Director; с 19.02.2016 – руководитель Vikentios Vikentiou, Cyprus, Director.

Кроме того, из выписки по счетам Sparkel City Invest LTD, представленным АО «ББР Банк» следует, что источником выдаваемых счетам Sparkel City Invest LTD третьим лицам займов в 2017 являлся зачастую сам Альберт Авдолян, что также показывает его взаимосвязь с Sparkel City Invest LTD.

Также факт аффилированности прослеживается в отнесении связанной компании счетам Sparkel City Invest LTD (ООО «Окко» ОГРН 

<

***> – дочерняя компания Okko Holding LTD, которая в свою очередь является дочерней Sparkel City Invest LTD согласно отчету Due Diligence Report по Sparkel City Invest LTD от 19.09.2018) к группе взаимосвязанных заемщиков вместе со Сбытовыми компаниями группы МРСЭН (подтверждается заявкой на кредитный комитет № 1338 от 20.12.17, № 1381 от 27.12.17).

Кроме того, в материалы дела АО «ББР Банк» предоставлены: заявка в кредитный комитет от 18.10.2017 № 1073 и решения кредитного комитета от 20.10.2017 № 1073, в которых Альберт Авдолян и ПАО «ВСК», ПАО «АСК», ООО «Море», ООО «Окко», АО «Финэнергосбыт», АО «РКЭ» указаны как группа взаимосвязанных заёмщиков. 

ФИО20, указанный в выписках из торговых реестров Республики Кипр в отношении Sparkel City Invest LTD, предоставленных в материалы дела, и адрес, указанный в заявке на кредитный комитет от 18.10.2017 № 1073 АО «ББР Банк» совпадают.

Связанные лица определяются по критериям абзаца 3 статьи 64, статьи 64.1. Федеральный закон от 10.07.2002 № 86-ФЗ «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)» (далее – Закон № 86-ФЗ). 

Согласно абзацу 3 статьи 64 Закона № 86-ФЗ группой связанных заемщиков признаются заемщики (юридические и (или) физические лица) в случае, если один из заемщиков контролирует или оказывает значительное влияние на другого заемщика (других заемщиков) или если заемщики находятся под контролем или значительным влиянием третьего лица (третьих лиц), не являющегося (не являющихся) заемщиком (заемщиками). Контроль и значительное влияние определяются в соответствии с Международными стандартами финансовой отчетности, признанными на территории Российской Федерации.

В целях настоящего Федерального закона к группе связанных заемщиков кредитной организации (банковской группы) относятся также заемщики (юридические и (или) физические лица), связанные таким образом, что ухудшение экономического положения одного лица может явиться причиной неисполнения (ненадлежащего исполнения) другим лицом (другими лицами) обязательств перед кредитной организацией (банковской группой), в частности, в силу того, что юридические и (или) физические лица предоставили непосредственно или через третьих лиц денежные средства, полученные от кредитной организации (банковской группы) по договору займа (кредита, депозита), другому лицу или группе лиц по договору займа (кредита, депозита); исполнение обязательств юридических и (или) физических лиц по договору займа (кредита, депозита) перед кредитной организацией осуществляется одним и тем же третьим лицом, не являющимся лицом, обязанным перед кредитной организацией (банковской группой) по договору займа (кредита, депозита).

Согласно статьи 61.4 Закона № 86-ФЗ под связанным с кредитной организацией юридическим лицом в целях настоящего Федерального закона понимается юридическое лицо, которое контролирует кредитную организацию или оказывает на нее значительное влияние, либо юридическое лицо, деятельность которого контролирует или на которое оказывает значительное влияние кредитная организация.

Согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов кредитора и должника допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

По смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств фактической аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. Так, судом на это лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Если стороны рассматриваемого дела действительно являются аффилированными, к требованию истца должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой истец должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) указано, что по объективным причинам, связанным с тем, что они не являлись участниками правоотношений по спору, инициированному упомянутыми лицами, независимые кредиторы и арбитражный управляющий ограничены в возможности представления достаточных доказательств, подтверждающих их доводы. В то же время они должны заявить такие доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и имеющим с ним общий интерес кредитором.

Суд первой инстанции, с учетом анализа имеющихся в деле доказательств, пришел к обоснованному выводу, что направленность действий АО «ББР Банк» на приобретение Sparkel City Invest LTD прав требований к ПАО «АСК» для контролируемого банкротства с использованием схемы экономически необоснованных сделок – выдача банком векселя с одновременной его продажей в адрес Sparkel City Invest LTD, и обратным принятием их в залог по выданному в этот же день (29.09.2017) кредиту в адрес АО «ФЭИ», а также досрочное обращение взыскания на указанный вексель с возвратом его банку свидетельствует о фактической аффилированности Sparkel City Invest LTD и АО «ББР Банк».

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. 

О злоупотреблении правом со стороны кредитной организации может свидетельствовать, например, совершение банком сделок не в соответствии с их обычным предназначением (не для создания дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств), а в других целях, таких как:

− участие банка в операциях по неправомерному выводу активов;

− получение банком безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

− реализация договоренностей между банком и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя (залогодателя), при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.

О не типичности делового оборота при оформлении кредитного договора свидетельствуют следующие факты.

Так, согласно Решению кредитного комитета от 20.10.2017 № 1073 производится оценка заёмщиков и поручителей при условии передачи в залог принадлежащих Sparkel City Invest LTD векселей.

При этом сам вексель выдан только 23.10.2017. Таким образом, АО «ББР Банк» рассчитывало принять в залог не существующую ценную бумагу.

Кроме того, АО «ББР Банк» при оценке наличия обязательств у заёмщиков и поручителей не приняло в расчёт обязательства ПАО «АСК» перед Sparkel City Invest LTD по договорам займа № 1 от 28.07.2017, № 3 от 10.08.2017, № 4 от 18.08.2017 и № 2 от 28.07.2017. При этом АО «ББР Банк» знало об указанных обязательствах о чем свидетельствует тот факт, что на странице 47 заявки на кредитный комитет от 18.10.2017 № 1073 указано примечание, что заёмные средства могут быть направлены на погашение обязательств перед Sparkel City Invest LTD.

Приведенные обстоятельства свидетельствует о нетипичном поведении АО «ББР Банк» при рассмотрении вопроса о выдаче кредитов взаимосвязанной группе заёмщиков.

Также вызывает сомнение полнота представленных документов, поскольку в заявке на кредитный комитет от 18.10.2017 № 1073 на первой странице рассматривается группа взаимосвязанных заёмщиков: Альберт Авдолян, ПАО «ВСК», ПАО «АСК», ООО «Море», ООО «Окко», АО «ФЭИ» и АО «РКЭ». При этом в суд представлены сведения по анализу финансово-экономического состояния ПАО «ВСК», ПАО «АСК», АО «ФЭИ», АО «РКЭ». Сведения об анализе взаимосвязанных лиц Альберта Авдоляна, ООО «Море» и ООО «Окко» отсутствуют.

Также о несоответствии обычаям делового оборота и существу вексельного обязательства свидетельствуют действия АО «ББР Банк» и Sparkel City Invest LTD по принятию векселя к платежу до срока наступления платежа, с начислением процентов по нему.

В случае, когда векселедатель обусловил предъявление векселя к платежу не ранее определенной даты, срок для предъявления течет с указанной даты, ранее которой вексель предъявляться к платежу не может (абзац 2 статьи 34, статья 77 Положения о переводном и простом векселе, утвержденного Постановлением ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937 № 104/1341). 

По смыслу параграфа 3 главы 23 ГК РФ залог имущества служит для обеспечения выполнения обязательства должника, в рассматриваемом случае – по кредитному договору.

Согласно пункту 13 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25.07.1997 № 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте» (далее - Информационное письмо № 18), если в векселе указано, что предъявление его к платежу не может иметь место ранее определенного срока, то согласно части 2 статьи 34 Положения годичный срок для предъявления векселя к платежу начинает течь с наступления этого срока.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют документально подтвержденные полномочий лиц, подписавших векселя. 

Согласно пункту 4 Информационного письма № 18 подписание векселя от чужого имени с превышением полномочий обязывает самого подписавшего и не влечет недействительности обязательств иных лиц, поставивших свои подписи на векселе.

Также нетипичным поведением является обращение взыскание на предмет залога (векселя) при условии наличия условий о безакцептном списании со счетов заемщика и поручителей в договорах, что свидетельствует о направленности действий АО «ББР Банк» на возникновение регрессного требования Sparkel City Invest LTD к заемщику и поручителям.

В материалы дела не предоставлены требования о полном досрочном исполнении обязательств по возврату денежных средств по кредитной линии от 23.10.2017, направленных в адрес АО «ФЭИ», а также поручителей ПАО «АСК», АО «РКЭ», АО «ХЭС», а также не предоставлено доказательств оплаты другими поручителями АО «РКЭ», АО «ХЭС» в адрес АО «ББР Банк» по договору кредитной линии от 29.09.2017 № КЛ- 17/0969.

О недобросовестности поведения залогодателя свидетельствует также отсутствие действий с его стороны по проверки факта просрочки выполнения заемщиком обязательств по кредитному договору, факта возникновения у банка права на досрочное истребование всей суммы задолженности с заемщика по договору, с целью реализации полномочий, предоставленных статьей 364 ГК РФ.

Оспаривая факт аффилированности ФИО2 и ФИО11 с АО «ББР Банк» и ФИО3, ООО «АЭНП» утверждает, что ФИО3, обладая одним голосом в состоящем из семи членов совете директоров ПАО «Челябэнергосбыт», не мог оказать влияние на принимаемые обществом решения и давать обязательные к исполнению указания. Одновременно ООО «АЭНП» ссылается на имеющиеся в материалах дела письменные пояснения АО «ББР Банк», которым суд первой инстанции не дал оценки.

Вместе с тем, суд первой инстанции не формулировал вывода о том, что ФИО3 мог оказать влияние на принимаемые ПАО «Челябэнергосбыт» решения и давать обязательные к исполнению указания.

Вхождение ФИО3 в совет директоров ПАО «Челябэнергосбыт» указывает лишь на взаимную согласованность действий АО «ББР Банк», компании Спаркель Сити Инвест ЛТД и группы компаний ООО «МРСЭН».

Таким образом, приведенные в апелляционной жалобе ООО «АЭНП» доводы не порочат выводов суда первой инстанции об аффилированности лиц, участвующих в сделках, на которых ООО «АЭНП» основывает свои требования.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора суд первой инстанции на основании представленных в материалы дела прямых и косвенных доказательств установил юридическую и фактическую аффилированность заемщика (АО «ФинЭнергоИнвест») фактического займодавца (компания Спаркель Сити Инвест ЛТД) через брак детей конечных бенефициаров названных компаний — ФИО11 и ФИО2 

Из представленных в материалы дела документов видно, что спорное финансирование от компании Спаркель Сити Инвест ЛТД предоставлено в период, когда ФИО21 и ФИО22 состояли в зарегистрированном браке.

Поскольку участвующие в настоящем обособленном споре независимые кредиторы должника настаивали на том, что финансирование от компании Спаркель Сити Инвест ЛТД фактически прикрывает собой отношения по докапитализации (участию в капитале) АО «ФинЭнергоИнвест», суд первой инстанции поставил на обсуждение вопрос о разумных экономических мотивах выбора конструкции займов и привлечения фнансирования от аффилированного лица.

ООО «АЭНП» при рассмотрении дела судом первой инстанции разумную экономическую цель и мотивы получения заемного финансирования от аффилированной иностранной компании не пояснило.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции о недействительности совокупности положенных в основу требований ООО «АЭНП» сделок на основании статей 10 и 168 ГК РФ подтверждается представленными в материалы дела доказательствами. 

Ссылка ООО «АЭНП» на учредительные документы компании Спаркель Сити Инвест ЛТД в обоснование возможности осуществления деятельности по выдаче займов подлежит отклонению, так как в материалы дела представлены учредительные документы компании Спаркель Сити Инвест ЛТД по состоянию на момент учреждения компании (2014 год). При этом доказательства актуальности учредительных документов компании Спаркель Сити Инвест ЛТД на момент совершения спорных сделок (в том числе доказательства того, что в эти документы не вносились изменения или дополнения) не представлены.

Доводы жалобы о том, что каждое из перечисленных судом оснований само по себе недостаточно для констатации мнимости сделки, подлежат отклонению, так как суд первой инстанции правильно оценил все указанные основания в совокупности и пришел к обоснованному выводу о том, что уступка совершена лишь для вида и с целью обеспечить номинальное участие в процедурах банкротства не иностранной компании, а учрежденного в соответствии с законодательством Российской Федерации ООО АЭНП».

Заявителем не представлено доказательств, исключающих разумные сомнения в реальности долга и наличии оснований для включения заявленных требований в реестр.

Доводы апелляционной жалобы ООО «АЭНП» о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права не нашли подтверждения.

Ошибочная ссылка суда первой инстанции на положения главы III.1 Закона о банкротстве, регулирующей основания и порядок признания недействительными подозрительных сделок должника не привела к принятию неправильного судебного акта.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Арбитражный суд первой инстанции полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены судебного акта, не допущено.

Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

На основании вышеизложенного, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины судом не рассматривается, поскольку согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционные жалобы на определения арбитражных судов, вынесенные в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), государственной пошлиной не облагаются.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь статьями 42, 117, 266, 268, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

в удовлетворении ходатайств ФИО2 и ФИО3 о восстановлении срока на апелляционное обжалование отказать.

Производство по апелляционным жалобам ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2019 по делу № А25-2825/2017 прекратить.

Определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 09.01.2019 по делу № А25-2825/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АЭНП» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо - Кавказского округа в месячный срок через Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Председательствующий

Ю.Б. Луговая

         СудьиО.В. Марченко 

З.М. Сулейманов