АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЯМАЛО-НЕНЕЦКОГО АВТОНОМНОГО ОКРУГА

г. Салехард, ул. Республики, д.102, тел. (34922) 5-31-00, 

www.yamal.arbitr.ru, e-mail: info@yamal.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

Дело № А81-994/2020

г. Салехард

12 августа 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 10 августа 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 12 августа 2020 года.

 

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа в составе судьи Садретиновой Н.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация "Илир" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) к Прокуратуре Ямало-Ненецкого автономного округа (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) об оспаривании представления от 11.11.2019 №03-02-19/2476,

при участии в судебном заседании:

от заявителя - общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация "Илир" - ФИО2, по доверенности от 07.11.2018 (диплом ВСГ 2140833);

от Прокуратуры Ямало-Ненецкого автономного округа - ФИО3 по доверенности от 14.08.2019 года (выдана сроком на один год) (служебное удостоверение ТО № 260621), Фролова Т.Ю. – помощник прокурора г. Салехарда, проводившая проверку ООО ЧОО «Илир»; 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью частная охранная организация "Илир" обратилось в арбитражный суд с заявлением к Прокуратуре Ямало-Ненецкого автономного округа об оспаривании представления от 11.11.2019 №03-02-19/2476.

Обществом с ограниченной ответственностью частная охранная организация "Илир" представлены в суд дополнительные пояснения по делу, которые приняты судом к рассмотрению, а также приобщены к материалам дела приложенные к ним документы, доказательства.

От прокуратуры ЯНАО в суд поступили возражения на заявление Общества.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования.

Представитель прокуратуры в судебном заседании поддержал доводы ранее представленных в суд возражений на заявленные Обществом требования.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, оценив имеющиеся в деле доказательства, исследовав в порядке ст. 71 АПК РФ материалы дела, отзыв на заявленные требования, суд считает необходимым принять во внимание следующее.

Из материалов дела следует и установлено судом, Прокуратурой г. Салехарда проведена проверка деятельности ООО ЧОО «Илир» на предмет соблюдения  законодательства в сфере охранной деятельности. По результатам проверки обществу вынесено представление от 11.11.2019 года исх. №03-02-10/2476, в соответствии с которым предписано безотлагательно рассмотреть представление с участием представителя прокуратуры города и принять меры, направленные на устранение указанных нарушений и недопущения их впредь; за допущенные нарушения действующего законодательства, а также ненадлежащее  исполнение своих должностных обязанностей, рассмотреть вопрос о привлечении в соответствии со ст. 192 ТК РФ к дисциплинарной ответственности виновных лиц;  о дате, времени и месте рассмотрения представления  уведомить заблаговременно прокуратуру города, о результатах рассмотрения представления и принятых мерах сообщить в прокуратуру в установленный законом месячный срок.

Не согласившись с представлением, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

По смыслу ст. ст. 65, 198 и 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания наличия права и факта его нарушения оспариваемыми актами, решениями, действиями (бездействием) возложена на заявителя, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, решения, действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия (совершения), возлагается на орган или лицо, которые приняли данный акт, решение, совершили действия (допустили бездействие).

Исходя из ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязательным условием для принятия решения об удовлетворении заявленных требований о признании ненормативного акта недействительным (решения, действий, бездействия незаконными) является установление судом совокупности юридических фактов: во-первых, несоответствия таких актов (решения, действий, бездействия) закону или иному нормативному правовому акту, а во-вторых, нарушения ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии со ст. 1 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" (далее - Закон о прокуратуре) прокуратура Российской Федерации осуществляет от имени Российской Федерации надзор за исполнением действующих на ее территории законов.

Согласно положениям п. 1 ст. 21 Закона о прокуратуре предметом надзора является соблюдение Конституции Российской Федерации и исполнение законов, действующих на территории Российской Федерации, федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации, представительными (законодательными) и исполнительными органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, а также органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций.

Проведение органами прокуратуры проверок является одним из способов осуществления прокурорского надзора за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина, в частности, государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, их должностными лицами, органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций.

Основанием для проведения прокурорской проверки является поступившая в органы прокуратуры информация о требующих принятия мер прокурором фактах нарушения законов, прав и свобод человека и гражданина, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения проверки (п. 2 ст. 21, п. 2 ст. 26 Закона о прокуратуре).

Прокурорские проверки могут быть документарными и выездными, плановыми и внеплановыми. Это следует из содержания п. 1 ст. 22 Закона о прокуратуре, п. 15 Приказа Генеральной прокуратуры России от 07.12.2007 N 195 "Об организации прокурорского надзора за исполнением законов, соблюдением прав и свобод человека и гражданина" (далее - Приказ N 195).

Порядок и сроки проведения прокурорской проверки определены п. п. 2 - 15 ст. 21 Закона о прокуратуре.

Решение о проведении проверки принимает прокурор или его заместитель на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения проверки (п. п. 2, 3 ст. 21 Закона о прокуратуре).

В решении указываются цели, основания и предмет проверки (абз. 1 п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре).

Требовать при ее проведении предоставления информации, документов и материалов или их копий, не связанных с целями и (или) не относящихся к предмету проверки, прокурор не вправе (п. 2.3 ст. 6 Закона о прокуратуре).

Решение о проведении прокурорской проверки доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня ее начала, решение о расширении предмета проверки или о начале новой - не позднее дня принятия (п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре).

При осуществлении надзора органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы и должностных лиц, не вмешиваются в оперативно-хозяйственную деятельность организаций (п. 2 ст. 21, п. 2 ст. 26 Закона о прокуратуре).

В случае получения прокуратурой материалов и обращений о нарушениях в сферах, где функции контроля (надзора) осуществляют иные государственные или муниципальные органы, по требованию прокурора соответствующими органами проводится внеплановая проверка поступившей информации (п. п. 1, 4 ст. 22 Закона о прокуратуре, п. 3 ч. 2 ст. 10 Федерального закона от 26.12.2008 N 294-ФЗ "О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля").

По решению прокурора для осуществления экспертно-аналитических функций при проведении проверки могут привлекаться представители иных государственных органов (п. 13 ст. 21 Закона о прокуратуре).

Если по итогам проверки выявлено нарушение закона, прокурор обязан принять соответствующие меры прокурорского реагирования.

Требования прокурора, вытекающие из его полномочий, перечисленных в статьях 9.1, 22, 27, 30 и 33 Закона о прокуратуре, подлежат безусловному исполнению в установленный срок (п. 1 ст. 6 Закона о прокуратуре).

При этом из указаний, содержащихся в п. 13 Приказа N 195, следует, что при внесении актов реагирования необходимо оценивать возможные негативные последствия исполнения требований прокурора, имея в виду, что акты реагирования должны быть направлены не на разрушение существующих правоотношений, а на их корректировку и приведение в соответствие с действующим законодательством.

Согласно п. 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 N 2-П осуществление органами публичной власти соответствующих контрольно-надзорных функций и полномочий требует надлежащих нормативных оснований, организационных и процедурных правил проведения проверочных мероприятий, с тем чтобы проверяемые некоммерческие организации и причастные к их деятельности лица не оказывались в положении единственно объекта государственной деятельности, но имели реальные возможности для эффективной, включая судебную, защиты своих прав и законных интересов, в том числе в отношении оснований, характера и последствий действий и решений контролирующих органов, притом что сами контрольно-надзорные мероприятия не должны быть для некоммерческих организаций чрезмерно обременительными и необоснованно препятствовать их нормальной деятельности.

Согласно п. 5.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.02.2015 N 2-П с учетом характера возложенных на прокуратуру Российской Федерации публичных функций, связанных с поддержанием правопорядка и обеспечением своевременного восстановления нарушенных прав и законных интересов граждан и их объединений, предполагается, что органы прокуратуры должны адекватно реагировать с помощью всех доступных им законных средств на ставшие известными факты нарушения законов независимо от источника информации, включая информацию, полученную прокурором самостоятельно на законных основаниях. Такой подход нашел отражение в Приказе N 195, согласно п. 6 которого органам прокуратуры поручено проводить проверки исполнения законов на основании поступившей к ним информации (обращений граждан, должностных лиц, сообщений средств массовой информации и т.п.), а также других материалов о допущенных правонарушениях, требующих использования прокурорских полномочий, в первую очередь - для защиты общезначимых или государственных интересов, прав и законных интересов групп населения, трудовых коллективов, репрессированных лиц, малочисленных народов, граждан, нуждающихся в особой социальной и правовой защите; при этом к поводам прокурорской проверки отнесены материалы уголовных, гражданских, арбитражных и административных дел, результаты анализа статистики, прокурорской и правоприменительной практики, а также другие материалы, содержащие достаточные данные о нарушениях законов.

Таким образом, в действующем правовом регулировании допускается осуществление прокурорского надзора за исполнением законов не только в связи с конкретными обращениями (так называемые инцидентные основания) и, соответственно, не исключается возможность проведения прокурорских проверок, в том числе в отношении организаций, в инициативном порядке, основания и поводы для которых тем не менее не могут определяться произвольно, - они должны быть связаны с конкретными сведениями, указывающими на наличие в деятельности организации и ее должностных лиц признаков нарушений законов, притом что неопределенность в отношении правовой квалификации таких фактов не может быть устранена посредством взаимодействия органов прокуратуры с государственным органом, осуществляющим федеральный государственный надзор за деятельностью организаций.

Поскольку при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры в силу положений п. 2 ст. 21 и п. 1 ст. 22 Закона о прокуратуре не подменяют иные государственные органы и вправе требовать от руководителей и других должностных лиц организации проведения проверок по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям, автоматическое возбуждение прокурорской проверки в каждом случае наличия у органов прокуратуры конкретных сведений, позволяющих предполагать, что организация отступила в своей деятельности от требований законодательства, без предварительного использования ими возможностей, позволяющих выяснить существенные для правовой оценки деятельности организации обстоятельства посредством обращения к соответствующему государственному органу, создавало бы необоснованные препятствия для ее нормальной работы.

Таким образом, поскольку осуществление прокурором надзорной функции непосредственно затрагивает права и свободы проверяемых лиц, о начале проведения прокурорской проверки и о расширении в связи с выявленными признаками иных нарушений законов оснований ее проведения - в силу ст. 24 (часть 2) Конституции Российской Федерации - должно выноситься самостоятельное мотивированное решение, подлежащее доведению до сведения проверяемого лица, по крайней мере, в момент начала проверки. Иной подход подрывал бы лежащий в основе взаимоотношений личности и государства конституционный принцип поддержания доверия к действиям публичной власти и приводил бы к необоснованному ущемлению гарантированной Конституцией Российской Федерации государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 45, часть 1).

Приведенные выше положения имеют универсальный характер и распространяются как в отношении проверок некоммерческих, так и коммерческих организаций. Реализация правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 17.02.2015 N 2-П, нашла свое закрепление в Федеральном законе от 07.03.2017 N 27-ФЗ, которым были внесены изменения в ст. 21 Закона о прокуратуре.

Из установленных фактических обстоятельств дела следует, что 10 октября 2019 года и.о. прокурора г. Салехарда Васюк А.Д. принято решение N561 о проведении проверки  ООО ЧОО «Илир» с целью проверки исполнения законодательства в сфере охранной деятельности (т. 1 л.д. 36). Срок проведения проверки с 10.10.2019 года по 08.11.2019 года.

Проведение проверки было поручено помощнику прокурора г. Салехарда Фроловой Т.Ю.

Проверка проводилась  по заданию прокуратуры округа от 10.10.2019 года (т. 1 л.д. 27-35).

При таких обстоятельствах у прокуратуры имелись законные основания для проведения в отношении заявителя проверки, решение о проведении проверки от 10.10.2019 года №561 было принято при наличии достаточных к тому оснований.

Вместе с тем, как указывалось выше, введенное Федеральным законом от 07.03.2017 N 27-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О прокуратуре Российской Федерации" правовое регулирование порядка проведения прокурорами проверок предусматривает обязательные требования к проведению таких проверок, в том числе, решение о проведении проверки принимается прокурором или его заместителем и доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки, при этом в решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки (п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре); срок проведения проверки не должен превышать 30 календарных дней со дня начала проверки и может быть продлен в исключительных случаях, связанных с необходимостью проведения прокурором дополнительных проверочных мероприятий в рамках указанной проверки, по решению прокурора или его заместителя (п. 4 ст. 21 Закона о прокуратуре); при проведении проверки прокурор вправе требовать от руководителей и других должностных лиц указанных органов представления необходимых документов и материалов или их копий, статистических и иных сведений в сроки и порядке, которые установлены п. п. 2, 2.1, 2.3, 2.4, 2.5 ст. 6 Закона о прокуратуре; выделения специалистов для выяснения возникших вопросов; проведения проверок по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям, ревизий деятельности подконтрольных или подведомственных им организаций (абз. 2 ч. 1 ст. 22 Закона о прокуратуре).

Как  утверждает заинтересованное лицо и представило в материалы дела соответствующие доказательства, решение о проведении проверки от 10.10.2019 года №561 было направлено в адрес ООО ЧОО «Илир» посредством электронной почты, а также вручено представителю Общества нарочно, о чем, по мнению прокуратуры, свидетельствует личная подпись лица, которому вручено решение,  на данном акте.

Суд не принимает указанные документы в качестве надлежащих документов, подтверждающих факт получения, вручения решения №561 от 10.10-.2019 года ООО ЧОО «Илир».

Так, из решения о проведении проверки №561 в отношении ООО ЧОО «Илир» следует, что оно (решение) было принято 10.10.2019 года.

При этом данное решение было направлено в адрес общества 09.10.2019 года, что прокуратура подтверждает приложенной к своим возражениям распечаткой электронного письма, согласно которой 09.10.2019 года в 10:05 при помощи почтового сервиса mail.ru с адреса salekhard.prok@mail.ru на адрес info@sibilir.com был направлен файл с названием – Решение о проведении проверки в отношении ООО «ИЛИР».pdf.

Суд отмечает, что  решение, датированное 10.10.2019 года, принятое во исполнение задания прокуратуры округа от 10.10.2019 года, не могло быть направлено в адрес Общества 09.10.2019 года, то есть за день (09.10.2019) - до вынесения самого решения (10.10.2019).

Представленная заинтересованным лицом в материалы дела, распечатка с электронной почты, не отвечает критерию допустимости доказательств, поскольку скриншот подтверждает лишь создание письма и его отправление по указанному адресу электронной почты, но не доказывает получение письма адресатом, то есть ООО ЧОО «Илир».

Кроме того, из представленного доказательства следует, что данное письмо было отправлено якобы посредством почтового сервиса mail.ru, при этом из анализа адресной строки файла с расширением *.html наглядно видно, что он был распечатан не с почтового сервиса www.mail.ru, а с жесткого диска персонального компьютера с нахождением по адресу c://Users/elenr/Desktop/Mail.ru, что является рабочим столом на персональном компьютере некоторого пользователя elenr. Это свидетельствует о том, что доказательство было получено не вследствие распечатки электронного письма с его первоисточника в неизменном виде с сервиса mail.ru, а из файла на компьютере с расширением *.html, в которые могут вноситься изменения.

Как утверждает заявитель, в адрес ООО ЧОО «Илир» 09.10.2019 года не поступали от прокуратуры г. Салехарда какие-либо электронные письма, что подтверждает скриншот почтовой программы outlook обо всех письмах, которые когда-либо поступали в адрес общества с адреса salekhard.prok@mail.ru.

Также, заинтересованное лицо утверждает о том, что решение №561 от 10.10.2019 года было вручено охраннику 11.10.2019 года, о чем якобы свидетельствует отметка о получении, сделанная на решении.

Между тем, имеющаяся на решении от 10.10.2019 года отметка о вручении решения 11.10.2019 также не может служить доказательством надлежащего извещения законного представителя ООО ЧОО «Илир», так как невозможно установить, кому именно вручено данное решение ввиду отсутствия расшифровки подписи лица, получившего его.

Иных доказательств вручения решения о проведении проверки №561 от 10.10.2019 года уполномоченному представителю Общества  в материалы дела заинтересованным лицом не представлено.

Учитывая, что ООО ЧОО «Илир» отрицает факт получения решения о проведении проверки, факт уведомления о начале проведения проверки, суд пришел к выводу  о том, что руководитель или иной уполномоченный представитель ООО ЧОО «Илир» не были ознакомлены с решением о проведении проверки, не были уведомлены о начале проведения проверки.

Таким образом, материалами дела не подтверждается соблюдение органами прокуратуры установленного п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре срока доведения до сведения юридического лица решения о проведении проверки.

Доказательств обратного суду не представлено.

Как утверждает заинтересованное лицо, из содержания вышеприведенных норм в их взаимной связи следует, что основанием для внесения представления прокурора могут быть не только факты нарушения законодательства, выявленные по результатам прокурорской проверки, проведенной в порядке пунктов 3 - 14 статьи 21 Закона о прокуратуре в отношении конкретного проверяемого юридического лица, но также и иные сведения о нарушениях, о которых стало известно прокурору, в том числе, в ходе межведомственного взаимодействия с органами государственной власти, местного самоуправления. Если прокурором проводятся мероприятия в рамках межведомственного взаимодействия, сбор информации из открытых источников, без взаимодействия с нарушителем, и в рамках таких мероприятий установлен факт нарушения законодательства и не требуется дополнительных мероприятий, то прокурором не выносится решение о проведении проверки, а выносится акт реагирования.

Действительно, в действующем правовом регулировании допускается осуществление прокурорского надзора за исполнением законов не только в связи с конкретными обращениями и, соответственно, не исключается возможность проведения прокурорских проверок в инициативном порядке.

Между тем, как установлено судом выше, согласно пункту 2 статьи 21 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-1 "О прокуратуре Российской Федерации" при осуществлении надзора за исполнением законов органы прокуратуры не подменяют иные государственные органы. Проверка исполнения законов проводится на основании поступившей в органы прокуратуры информации о фактах нарушения законов, требующих принятия мер прокурором, в случае, если эти сведения нельзя подтвердить или опровергнуть без проведения указанной проверки.

Решение о проведении проверки принимается прокурором или его заместителем и доводится до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня начала проверки. В решении о проведении проверки в обязательном порядке указываются цели, основания и предмет проверки. В случае, если в ходе указанной проверки получены сведения, указывающие на наличие в деятельности проверяемого органа (организации) иных нарушений законов, требующих принятия мер прокурором, подтвердить или опровергнуть которые невозможно без проведения проверки, прокурор или его заместитель принимает мотивированное решение о расширении предмета указанной проверки или решение о проведении новой проверки и доводит принятое решение до сведения руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемого органа (организации) не позднее дня его принятия (пункт 3 статьи 22 Закона о прокуратуре).

Из обстоятельств дела, в том числе содержания акта проверки, оспариваемого представления следует, что в рассматриваемом случае Прокурором фактически были проведены проверочные мероприятия в порядке пункта 2 статьи 21 Закона о прокуратуре. Более того, как утверждает прокуратура, были осуществлены выезды в места осуществления деятельности ООО ЧОО «Илир», а именно в образовательные учреждения, в ходе которых и были выявлены ряд нарушений охранного законодательства. Кроме того, как утверждает прокуратура, в ходе проверки привлекался сотрудник Росгвардии, в присутствии которого проводились проверки образовательных учреждений. Полученные в ходе таких мероприятий сведения были использованы для подтверждения выводов о несоблюдении обществом требований охранного законодательства при оказании услуг по охране  образовательных учреждений.

Доводы об обратном не принимаются судом, поскольку противоречат представленным в материалы дела доказательствам.

Вместе с тем, в материалы настоящего дела не представлены доказательства вручения или направления в адрес Общества решения №561 о проведении проверки или доведения информации о проведении проверки в установленный п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре срок, что свидетельствует о нарушении порядка проведения прокурорской проверки, установленного статьей 21 Закона о прокуратуре.

Кроме того, в судебном заседании помощник прокурора г. Салехарда, проводившая проверку деятельности Общества, пояснила, что в отношении заявителя, а также в отношении образовательных учреждений проводилась проверка соблюдения требований антитеррористической защищенности.

Однако, суд отмечает, что в решении №561 от 10.10.2019 года указана иная цель проверки, а именно соблюдение законодательства в сфере охранной деятельности, при этом, мотивированного решения о расширении предмета проверки, как требует п. 3 ст. 22 Закона о прокуратуре, не выносилось.

Более того, согласно представленному в материалы дела заданию Прокуратуры ЯНАО от 10.10.2019 года исх. №7/4-46-2019 «О проведении проверки исполнения законодательства об охранной деятельности», в соответствии поручением Президента РФ и заданием Генеральной прокуратуры РФ от 25.09.2019 года прокурорам городов, районов надлежало организовать проверки исполнения законодательства в сфере охранной деятельности и контроля за ней. В пункте 4 раздела 1 указанного задания  приведен перечень тех вопросов, которые подлежали проверке в частных охранных организациях. Анализ данных вопросов, показал, что перед прокурорами городов, районов не ставилась задача проверки соблюдения частной охранной организацией законодательства об антитеррористической защищенности, одним из вопросов для проверки было соблюдение ЧОО лицензионных требований и условий. Что и было фактически сделано прокуратурой, а именно заинтересованным лицом  осуществлялась проверка соблюдения Обществом лицензионных требований и условий при осуществляемой охранной деятельности.

Суд также отмечает, что в указанном задании Прокуратуры ЯНАО от 10.10.2019 года исх. №7/4-46-2019 «О проведении проверки исполнения законодательства об охранной деятельности»  также перечислены организации, которые подлежат проверке. Суд отмечает, что в данном списке находятся территориальные подразделения организаций ведомственной охраны, территориальные подразделения вневедомственной охраны войск национальной гвардии, частные охранные организации, организации, осуществляющие обучение и подготовку персонала охранный предприятий и дополнительное профессиональное образование их руководителей, отделение лицензионно-разрешительной работы, территориальные органы МВД России, Следственного комитета России. Таким образом, образовательные учреждения, за исключением перечисленных выше, не подлежали надзору со стороны прокуратуры в соответствии с указанным заданием от 10.10.2019 года, на которое ссылается прокуратура в решении о проведение проверки №561 от 10.10.2019 года.

В силу изложенных обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что в рассматриваемом случае, прокуратурой г. Салехарда  проверялась деятельность ООО ЧОО «Илир» на предмет соблюдения законодательства об охранной деятельности, в ходе которой, как утверждает заинтересованное лицо, проверялись объекты, на которых осуществляет Общество свою деятельность, к участию в проверке привлекался представитель Росгвардии, поэтому, суд полагает, что применительно к рассматриваемому спору, вынесение решения о проведении проверки, а также доведения его до сведения уполномоченного лица Общества, в установленный п. 3 ст. 21 Закона о прокуратуре, срок, являлось обязательным.

Что фактически и было сделано прокуратурой, а именно было вынесено решение №561 от 10.10.2019 года. Однако, принятое решение не было доведено до проверяемого лица – ООО ЧОО «Илир». Информация о проведении проверки не доведена до руководителя или иного уполномоченного представителя проверяемой организации в срок, установленный абзацем 1 части 3 статьи 21 Закона о прокуратуре.

Материалами дела подтверждается, что заявителем было получено только представление об устранении нарушений охранного законодательства от 11.11.2019 года.

Данное нарушение суд находит существенным, нарушающим право лица знать о проводимых в отношении него надзорным органом проверочных мероприятиях и представлять при этом свои объяснения и возражения в ходе данных мероприятий и по результатам их проведения.

Кроме того, из возражений прокуратуры от 17.03.2020 года следует, что проверка соблюдения лицензионных требований в образовательных учебных заведениях МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №2», МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №3», МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №4» и МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №6» и ГБОУ ЯНАО «Ямальский полярный агроэкономический техникум», была проведена 08.11.2019 года, что подтверждается представленным актом от указанной даты.

Между тем, как утверждает заявитель и доказательств обратного в материалы дела заинтересованным лицом не представлено, в указанный день никаких проверок прокуратурой г. Салехарда в образовательных учебных заведениях не проводилось, ни к одному охраннику общества помощник прокурора города Салехарда Фролова Т.Ю. и какие-либо сотрудники ОЛРР Управления Росгвардии по ЯНАО не подходили, предъявить какие-либо документы о деятельности общества не просили и каких-либо кнопок тревожной сигнализации, находящихся в распоряжении охранников, не нажимали.

Именно по этой причине, данный акт от 08.11.2019 года, не содержит какой-либо конкретизации,  в нем не упоминаются какие-либо конкретные сотрудники охраны, которые находились на постах в момент проведения предполагаемой проверки, не указано конкретное время, в которое проверялось конкретное образовательное учреждение, не указывается конкретно, в каком образовательном учреждении и в какое время была проверяющими нажата тревожная кнопка и в какое образовательное учебное заведение не приехала группа быстрого реагирования, отсутствуют подписи каких-либо работников ООО ЧОО «Илир» и представителей образовательных учебных заведений.

Таким образом, из акта проверки невозможно установить в каких  образовательных учреждениях, в какое время помощник прокурора города Салехарда Фролова Т.Ю. и какие-либо сотрудники ОЛРР Управления Росгвардии по ЯНАО проводили проверку соблюдения ООО ЧОО «Илир» законодательства об охранной деятельности.

Допрошенная в судебном заседании по делу, состоявшемся 16.07.2020 года, в качестве свидетеля помощник прокурора города Салехарда Фролова Т.Ю., вначале пояснила, что нажатие кнопки тревожной сигнализации в ГБОУ ЯНАО «Ямальский полярный агроэкономический техникум» производилось 25.10.2019 года, однако, каких-либо подтверждений данному обстоятельству в материалы дела не представлено. Затем прокуратура представила в материалы дела претензию указанного образовательного учреждения, согласно которой 16.10.2019 года (не 25.10.2019 года) было осуществлено нажатие тревожной кнопки. Однако, из данного документа не следует, что нажатие кнопки осуществлено в ходе проверки или в присутствии представителя прокуратуры, или в присутствии представителя Росгвардии. Анализ претензии свидетельствует о наличии со стороны Общества нарушений положений заключенного контракта на оказание охранных услуг, то есть данная претензия никого отношения к проводимой прокуратурой проверке на основании решения №561 от 10.10.2019 года не имеет.

В отношении иных образовательных учреждений представитель прокуратуры не смогла пояснить, в какие конкретно даты, в какое время и на каких конкретно объектах  проводилась проверка, в том числе нажималась тревожная кнопка.

Более того, допрошенный  в судебном заседании по делу, состоявшемся 16.07.2020 года, в качестве свидетеля в лице представителя Росгвардии по ЯНАО ФИО4 пояснил суду, что от Росгвардии только он занимается проверками и сотрудники Росгвардии в школы с целью проверки как самостоятельно, так и с участием прокуратуры, не выезжали, кнопки тревожной сигнализации не нажимали.

Законный представитель Общества, который смог бы дать пояснения относительно  осуществляемой деятельности, наличия необходимых документов, оборудования, транспортных средств и т.д., в ходе проверки не присутствовал, более того, как установлено судом выше, не был извещен о проведении данной проверки.

Затем, допрошенная в судебном заседании по делу, состоявшемся 16.07.2020 года, в качестве свидетеля, Фролова Т.Ю.  пояснила, что проверка проводилась на основании документов, полученных от заказчиков в рамках исполняемых контрактов, а также информации, полученной от Росгвардии. Между тем, данные документы не подтверждают факта проведения проверки прокуратурой в отношении общества, а лишь только свидетельствуют о наличии договорных отношений между ООО ЧОО «Илир» и заказчиком охранных услуг.

Относительно дополнительно представленных в ходе судебного заседания, состоявшегося 10.08.2020 года, документов, а именно письма Департамента образования г. Салехарда от 24.07.2020 года с приложенными к нему документами, суд отмечает следующее.

Как установлено судом выше, проверка проводилась в период с 10.10.2019 года по 08.11.2019 года. Из приложенных к вышеуказанному письму Департамента образования документов, лишь два документа соотносятся с периодом проверки, а именно  претензия №1 от 06.11.2019 года и акт №25 от 01.11.2019 года, согласно которым ООО ЧОО «Илир» не приступило к исполнению заключенного контракта на охрану объекта образовательного учреждения МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №4» , в связи с чем, Обществу в соответствии с условиями контракта начислены штрафные санкции в размере 2641 руб. 66 коп. То есть в указанных документах отсутствует какая-либо информация относительно  соблюдения охранной организацией лицензионных требований. Все иные приложенные к письму Департамента образования документы датированы концом ноября 2019 года – декабрем 2019 года, то есть изданы после проведения проверки в отношении заявителя, поэтому, содержащаяся в них информация не могла быть положена в основу оформленных по результатам проверки процессуальных документов (акта проверки, представления).

Суд также считает необходимым отметить, что сведения, отраженные в письме Департамента образования МО г. Салехарда о проведении 01.11.2019 года совместно с работниками прокуратуры города Салехард проверки соблюдения законодательства об антитеррористической защищенности объекта образования, в том числе соблюдение условий контракта от 18.10.2019 года №0190300002119000466/СОШ 4, по результатам которой якобы составлен акт №25 контроля исполнения контракта, не соответствуют фактическим обстоятельствам, которые следуют из данного акта №25.

Так, как следует из акта №25 от 01.11.2019 года, данный документ составлен по результатам контроля исполнения исполнителем условий контракта, а не по результатам проверки соблюдения законодательства об антитеррористической защищенности объекта образования,  в ходе проверки не присутствовали представители прокуратуры города Салехарда. Акт был составлен лишь тремя представителя заказчика - МБОУ «Средняя общеобразовательная школа №4». В данном акте зафиксирован факт отсутствия Общества на объекте охраны 01.11.2019 года, никаких иных нарушений при проведении вышеназванного контроля установлено не было.

При этом, заявитель представил письменные пояснения относительно факта отсутствия на объекте охраны 01.11.2019 года, согласно которым 28.10.2019 года обществом в адрес МБОУ «СОШ №4» было направлено информационное письмо с разъяснениями обязательных требований закона в сфере частной охранной деятельности, которые исполнитель и заказчик в рамках контракта об оказании охранных услуг обязаны исполнить до начала оказания охранных услуг с запросом с этой целью необходимых документов и информации. К таким обязательным требованиями при обеспечении пропускного режима относятся:

а)с учетом установленного заказчиком на своих объектах пропускного и объектового режимов стороны контракта обязаны разработать и согласовать между собой должностную инструкцию охранника на объекте охраны (требование абз. 2 статьи 12.1 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 (ред. от 02.08.2019) "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации") в соответствии с типовыми требованиями к должностной инструкции частного охранника, утвержденными приказом МВД РФ от 22.08.2011 №960.

Разработка инструкции согласно типовым требованиям возможна только при участии заказчика, так как согласно типовым требованиям в них необходимо прописать: перечень лиц и (или) должностей заказчика, исполнение законных распоряжений которых, в соответствии с представленными им полномочиями, обязательно для частного охранника (п. 10.3), требования заказчика к посетителям объекта охраны (п. 10.5).

В соответствии с п. 4 правил должностная инструкция составляется в двух экземплярах. Первый экземпляр должностной инструкции направляется в орган внутренних дел по месту нахождения соответствующего объекта охраны в сроки, установленные для уведомления частной охранной организацией органов внутренних дел о начале оказания охранных услуг. Второй экземпляр должностной инструкции хранится в частной охранной организации. Копия должностной инструкции, заверенная подписью руководителя и печатью частной охранной организации, находится на объекте охраны.

б)уведомить о начале оказания охранных услуг территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного в сфере частной охранной деятельности, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Данный порядок урегулирован правилами уведомления частной охранной организацией территориального органа Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации о начале и об окончании оказания охранных услуг, утвержденными Постановление Правительства РФ от 23.06.2011 N 498 "О некоторых вопросах осуществления частной детективной (сыскной) и частной охранной деятельности" (в редакции №3 от 09.09.2015 года, действующей на момент спорных правоотношений).

В соответствии с пунктом 2 правил Частная охранная организация обязана в письменной форме или в электронной форме посредством заполнения соответствующей интерактивной формы в федеральной государственной информационной системе "Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)" (www.gosuslugi.ra) уведомить уполномоченный орган, выдавший лицензию на осуществление частной охранной деятельности, а также уполномоченный орган по месту охраны имущества (расположения объекта охраны) в следующие сроки:

- не менее чем за 12 часов до начала осуществления оказания услуг: в виде вооруженной охраны объектов или имущества, за исключением охраны объектов путем принятия мер реагирования на сигнальную информацию технических средств охраны, по обеспечению внутриобъектового и пропускного режимов на объектах, по обеспечению порядка в местах проведения массовых мероприятий.

При этом к данному уведомлению в соответствии с п.4 правил уведомлений должен быть приложен один экземпляр оригинальной инструкции охранника, на объекте охраны, согласованной между заказчиком и охранной организацией.

Как утверждает заявитель, заказчик в лице МБОУ «СОШ №4» затянул со своей стороны предоставление необходимых документов для разработки инструкции, а также ее согласование по причине возникших между сторонами разногласий в ее содержании, в связи с чем общество не успело проинформировать Управление Росгвардии по Красноярскому краю и Управление Росгвардии по ЯНАО за 12 часов до начала оказания охранных услуг (01.11.2019 года 00 час. 00 мин.) с предоставлением согласованной инструкции.

По указанной причине, только после того как были представлены заказчиком необходимые документы, разработана и согласована должностная инструкция охранника на объекте охраны и представлена с уведомлением в уполномоченные органы, МБОУ «СОШ №4» 01.11.2019 года в 20.00 по акту передало обществу под охрану свое образовательное учебное заведение. Дата и время передачи объекта под охрану были обоюдно определены заказчиком и исполнителем с учетом сложившейся ситуации и по данному вопросу между сторонами контракта не было разногласий.

А так как общество приступило к оказанию услуг согласно акту только 01.11.2019 года в 20.00, у прокуратуры не имелось оснований обвинять общество в нарушении лицензионных требований до того, как общество официально приступило к оказанию охранных услуг.

Кроме того, заявитель утверждает о том, что ООО ЧОО «Илир» соответствует лицензионным требованиям при осуществлении охранной деятельности, что подтверждается, по мнению заявителя, представленной лицензией на осуществление частной охранной деятельности №6669 от 09.10.2018 года, выданной обществу Управлением Росгвардии по Красноярскому краю со сроком действия до 09.10.2023 года.  В соответствии с данной лицензией обществу разрешено оказание всех видов охранных услуг, предусмотренных статьей 3 Закона РФ от 11.03.1992 N 2487-1 (ред. от 02.08.2019) "О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации". В соответствии со статьей 6 Закона данная лицензия действует на территории всей Российской Федерации.

Также заявитель указывает на то, что местом нахождения общества и соответственно осуществления лицензируемого вида деятельности в соответствии с лицензией и прилагаемой выпиской из ЕГРЮЛ является 

<

...>. По данному адресу общество также имеет специализированную комнату для хранения оружия и патронов, что подтверждается на момент издания оспариваемого представления прилагаемым разрешением на хранение и использование оружия и патронов, выданное Управлением Росгвардии по Красноярскому краю от 05.01.2019 года. Поэтому же адресу общество имеет дежурную часть с круглосуточным режимом работы и единым многоканальным телефонным номер 88002508743. Данная дежурная часть контролирует работу всего охранного предприятия на территории всей Российской Федерации, принимает звонки от должностных лиц заказчиков, от работников, осуществляет взаимодействие с различными органами государственной власти. Так же по месту нахождения общества находится пульт централизованного наблюдения за состоянием объектов, которые охраняются обществом на территории Российской Федерации посредством технических средств охраны. Так же по месту нахождения общество имеет необходимый штат специалистов для обеспечения работы охранного предприятия: директор, бухгалтер, юрисконсульт, инженер по обслуживанию технических средств охраны и иные необходимые специалисты.

Как утверждает заявитель, в г. Салехарде ООО ЧОО «Илир» также имеет дежурное подразделение с круглосуточным режимом работы. С этой целью 08.07.2019 года между ООО ЧОО «Илир» и Ямалпотребсоюз был заключен договор аренды офиса №208 по адресу 

<

...> со сроком действия с 08.07.2020 года по 31.07.2020 года.

С целью реагирования группой быстрого реагирования ООО ЧОО «Илир» специально для г. Салехарда 16.07.2019 года по договору лизинга был приобретен новый автомобиль RENAULT DUSTER, который был поставлен на регистрационный учет под номером 

<

***>.

В опровержение довода прокуратуры об отсутствии по состоянию на 08.11.2019 года у ООО ЧОО «Илир» в г. Салехард работников, осуществляющих охранные функции по принятию мер реагирования на сигнальную информацию, ООО ЧОО «Илир» представило в материалы дела удостоверения частных охранников 6 разряда из г. Салехарда, личные карточки охранников и разрешения на хранение и использование оружия и патронов в отношении ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8 Помимо данных охранников, как утверждает заявитель, охранные функции по принятию мер реагирования на сигнальную информацию в спорный период осуществляли и иные многочисленные охранники ООО ЧОО «Илир», задействованные в охране объектов в г. Салехарде.

ООО ЧОО «Илир» представило в материалы дела акт приема-передачи имущества начальнику охраны по г. Салехарду ФИО6 от 07.07.2019 года. По данному акту были переданы в г. Салехард радиостанции Lira H-510H в количестве 20 штук. Как утверждает заявитель, данными рациями обеспечиваются в г. Салехарде все посты физической охраны, посредством которых охранники осуществляют связь между постами охраны, также с дежурным подразделением охранной организации. В транспортном средстве дежурного подразделения также для этих целей установлена радиостанция, которая также имеется на фотографии автомобиля. Связь с дежурной частью органов внутренних дел охранниками и дежурной частью охранной организация осуществляется исключительно посредством телефонной связи, так как частным охранным организациям правоохранительными органами не предоставляется доступ к служебной радиосвязи.

Вышеуказанные обстоятельства не были проверены, не опровергнуты заинтересованным лицом, им не была дана надлежащая правовая оценка. В ходе проверки необходимые документы, сведения у Общества не запрашивались, осмотры мест осуществления деятельности не проводились, опросы  работников Общества, в том числе охранников не проводились и т.д. Обратное не следует из материалов дела.

В возражениях от 17.03.2020 года, прокуратура также в качестве нарушения лицензионных требований вменяет обществу отсутствие в г. Салехарде комнаты для хранения оружия и патронов, что также, по мнению прокуратуры, является нарушением лицензионных требований. Вместе с тем, данное нарушение не было отражено прокуратурой в оспариваемом представлении (абзац 5 листа 5 представления).

В этой связи оспоренное по настоящему делу представление прокурора, содержащее требования об устранении допущенных нарушений и о привлечении виновных должностных лиц заявителя к дисциплинарной ответственности следует признать вынесенным в отсутствие достаточных правовых оснований.

Более того, действия Прокуратуры по проведению проверки и сделанные по ее результатам выводы в отсутствие надлежащего уведомления проверяемого лица о проведении проверки, ее цели, предмета, основания и срока проверки, признаются судом незаконными, нарушающими права заявителя, гарантированные положениями ст. 21 Закона о прокуратуре.

Совокупность установленных судом обстоятельств, исключает законность выданного ООО ЧОО «Илир» представления от 11.11.2019, поэтому требования заявителя подлежат удовлетворению.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В пункте 21 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" указано, что если судебный акт принят не в пользу государственного органа, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов на основании части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Законодательством не предусмотрено освобождение государственных органов от возмещения судебных расходов в случае, если решение принято не в их пользу.

Следовательно, предоставление прокуратуре как надзорному государственному органу льготы по уплате государственной пошлины не влечет за собой освобождение ее от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение.

Однако, согласно сохраняющей силу правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 N 15 "О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе", если по результатам рассмотрения арбитражным судом заявления прокурора принято решение об отказе в удовлетворении требований прокурора, судебные расходы стороны, в пользу которой принят судебный акт, подлежат возмещению за счет казны Российской Федерации.

Положениями статей 165 и 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные акты по искам к Российской Федерации, в том числе о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации, исполняет Министерство финансов Российской Федерации.

Вместе с тем, из постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 N 16618/12 следует, что в резолютивной части судебного акта достаточным является указание на взыскание судебных расходов по уплате государственной пошлины за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд именем Российской Федерации 

 

РЕШИЛ:

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным представление Прокуратуры г. Салехарда от 11.11.2019 №03-02-19/2476, выданное ООО ЧОО «Илир».

Взыскать в пользу общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация "Илир" (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) за счет казны Российской Федерации 3 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в апелляционном порядке в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

 

Судья

Н.М. Садретинова