ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-24666/2022

03 марта 2023 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 февраля 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 марта 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Юркова

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1 

при участии: 

представитель ЗАО «БЭК» ФИО2 по доверенности от 17.05.2022 г.

представитель финансового управляющего ФИО3 (ФИО4) – ФИО5 по доверенности от 01.05.2023 г.

от иных лиц: не явились, извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-39740/2022, 13АП-193/2023) ЗАО «Балтийская энергетическая компания» и финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2022 г. по делу № А56-24666/2022, принятое 

по заявлению по заявлению ЗАО «Балтийская энергетическая компания» (адрес для корреспонденции: 195220, Санкт-Петербург, ул. Гжатская д. 21, лит. А, пом. 2; ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) 

о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Гермес» (адрес для корреспонденции: 191015, Санкт-Петербург, МО Смольнинское ул. Таврическая д. 2А, лит. А, пом. 1-Н, оф. 78; ИНН: 

<

***>; ОГРН: 

<

***>) 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 28.11.2022 г. (резолютивная часть объявлена 16.11.2022 г.) по настоящему делу,  вынесенным по заявлению (принято к производству суда определением от 21.03.2022 г.) кредитора - ЗАО «Балтийская энергетическая компания» (далее – кредитор, заявитель, ЗАО «БЭК»), в отношении общества с ограниченной ответственностью «Гермес» (далее – должник, Общество) введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО6 (ИНН 

<

***>, номер в государственном реестре арбитражных управляющих - 16371, адрес для направления корреспонденции: 192286, г. Санкт-Петербург, а/я 12), член Ассоциации арбитражных управляющих «Содружество»; требование кредитора в размере 43 750 793 руб. 80 коп., в том числе сумма основного долга в размере 43584 670 руб. 80 коп. и расходы по уплате регистрационного и арбитражного сборов в размере 166 123 руб., признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Определение от 28.11.2022 г. обжаловано в апелляционном порядке кредитором и финансовым управляющим ФИО3 (единственного участника Общества) – ФИО4; последний в своей жалобе просит определение отменить в части включения требования кредитора в реестр, принять в этой части новый судебный акт, которым признать требование подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), мотивируя жалобу допущенными судом первой инстанции нарушениями норм материального права и настаивая на том, что формулировка примененного судом Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 г., далее – Обзор от 29.01.2020 г.) связывает понятие «компенсационного финансирования» не только со статусом контролирующего должника лица, но и просто аффилированного с ним, а факт предоставления такого финансирования в данном случае следует из приведенных им обстоятельств возникновения задолженности Общества перед кредитором,  и их последующего поведения

В этой связи апеллянт указывает на фактическую аффилированность сторон: кредитора, Общества и должника по основному обязательству, в обеспечение исполнения которых Обществом выдано поручительство, а также нахождение его на тот момент в состоянии имущественного кризиса, что, в частности, следует из прекращения хозяйственной деятельности должника, начиная с 2017 г. (согласно данным бухгалтерской отчетности), полагая при таких обстоятельствах, что отказ суда в субординировании требования заявителя нарушает права независимых кредиторов, а также ссылаясь на соответствующую судебную практику.

В свою очередь кредитор просит отменить определение от 28.11.2022 г. в части утверждения временным управляющим должника ФИО6 и утвердить в качестве такового ФИО7, члена Союза арбитражных управляющих «Континент», оспаривая право финансового управляющего ФИО4 на представление интересов единственного участника должника - ФИО3 с учетом его заинтересованности и потенциального конфликта интересов, а также при злоупотреблении правом с его стороны, что негативно повлияло на порядок утверждения временного управляющего должника – путем случайной выборки, что, в свою очередь, было обусловлено заявленными ФИО4 ом возражениями против кандидатуры управляющего из числа членов саморегулируемой организации, предложенной кредитором, и что тем самым нарушило его право на утверждение управляющего из членов такой саморегулируемой организации.

Кроме того, применительно к утвержденной судом кандидатуре управляющего (ФИО6) кредитор указывает на ее несоответствие установленным законом требованиям (статьи 20 и 20.2 Закона о банкротстве), и в частности – его невключение в сводный государственный реестр арбитражных управляющих, наличие непогашенной задолженности у юридического лица, собственником и руководителем которого ранее являлся ФИО6, а также отсутствие у него допуска к государственной тайне.

В заседании апелляционного суда представители подателей рассматриваемых жалоб поддержали свои доводы (требования), возражая против удовлетворения жалобы своего оппонента, в т.ч. кредитор – по мотивам, изложенным в представленном отзыве; при этом, последний также заявил ходатайства о возвращении апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 в соответствии с частями 1 и 3 статьи 264 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ), согласиться с чем апелляционный суд оснований не усматривает в силу неправильного толкования кредитором норм процессуального права, поскольку с учетом части 3 статьи 113, части 2 (абзац 2) статьи 176 и части 3 статьи 223 АПК РФ и в силу подачи жалобы 12.12.2022 г. срок на подачу этой жалобы не пропущен; ФИО3, как единственный участник Общества, в силу пункта 1 статьи 35 Закона о банкротстве с учетом пункта 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) является участником процесса по делу о банкротстве и допущен к участию в деле в этом качестве судом первой инстанции (согласно определению от 20.02.2022 г.), а финансовый управляющий (ФИО4) является представителем ФИО3 опять же в силу Закона о банкротстве (пункт 6 статьи 231.25), что, очевидно, подразумевает и право на подачу апелляционной жалобы от его имени (однако, само по себе не препятствует личному участию гражданина (ФИО3) в соответствующем процессе).

Вместе с тем, ни сам ФИО3, ни иные участвующие в деле лица (в частности - сам должник и его временный управляющий) позиций (отзывов/возражений) по рассматриваемым жалобам не представили и в заседание не явились; однако, о месте и времени судебного разбирательства они считаются извещенными (в силу части 1 статьи 123 АПК РФ - с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, содержащихся в пункте 5 постановления от 17.02.2011 г. № 12, и при соблюдении требований абзаца второго части 1 статьи 121 АПК РФ), в связи с чем и в соответствии с частью 3 статьи 156 данного Кодекса дело (жалобы) рассмотрено без их участия при отсутствии также от них каких-либо ходатайств, обосновывающих невозможность явки в заседание.

При этом, как следует из содержания апелляционных жалоб, определение суда первой инстанции обжалуется апеллянтами только в части учета требования кредитора в реестре требований кредиторов должника (очередности его удовлетворения) и утвержденной судом кандидатуры временного управляющего, в связи с чем, а также в соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ и при отсутствии возражений иных участвующих в деле лиц, апелляционный суд проверяет определение только в обжалуемой части, проверив законность и обоснованность которого в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 данного Кодекса, суд пришел к следующим выводам:

При включении требования кредитора в реестр требований кредиторов суд первой инстанции исходил из того, что его обоснованность подтверждена и решением Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 31.08.2021 г. по делу № СПб-В-2/2021 о взыскании солидарно с ООО «Научно-производственное предприятие «Источник» и ООО «Гермес» денежных средств в размере 43 584 670 руб. 80 руб., расходов по уплате регистрационного и арбитражного сборов в общей сумме 166123 руб., а также вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.01.2022 г. по делу № А56-96388/2021 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение указанного решения третейского суда.

При этом указанная задолженность возникла в результате следующего: 

- 09.01.2019 г. между ООО «НПО Источник» (поставщик) и ЗАО «БЭК» (покупатель) заключен договор поставки № 090119 во исполнение обязательств по государственному контракту от 05.06.2019 г. № 1919320100622770659360500/03731000650190000620001 между Федеральным казенным учреждением «Главный центр инженерно-технического обеспечения и связи Федеральной службы исполнения наказаний» (государственный заказчик) (далее - ФКУ ГЦИТОиС ФСИН) и ЗАО «БЭК» (поставщик); 

- 23.04.2019 г. между ЗАО «БЭК» (принципал) и ПАО «Сбербанк России» (гарант) заключен договор о предоставлении банковской гарантии № 55/0095/0000/766-03 на сумму 11 659 260 руб.; 

- 10.05.2019 г. между ООО «НПП «Источник» и ООО «Гермес» (поручитель) заключен договор поручительства к договору поставки, по условиям которого ООО «Гермес» обязуется отвечать перед ЗАО «БЭК» за исполнение ООО «НПП «Источник» обязательств по договору поставки; 

- ООО «НПП «Источник» поставило ЗАО «БЭК» товар ненадлежащего качества на общую сумму 31 925 410 руб. 80 коп.; вместе с тем, ЗАО «БЭК» исполнило обязательство по оплате поставленного товара в полном объеме; 

- 29.08.2019 г. в связи с поставкой некачественного товара и нарушением предусмотренных контрактом сроков ФКУ ГЦИТОиС ФСИН принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, а ПАО «Сбербанк России» уплачена денежная сумма по банковской гарантии в размере 11 659 260 руб. в пользу ФКУ ГЦИТОиС ФСИН; 

- 14.10.2019 г. ЗАО «БЭК» компенсировало ПАО «Сбербанк России» денежные средства в размере 11 659 260 руб. (банковская гарантия) и в одностороннем порядке отказалось от договора поставки, а также возвратило ООО «НПП «Источник» товар на общую сумму 31 925 410 руб. 80 коп.; 

- ЗАО «БЭК» в соответствии с условиями договора поставки (пункт 5.5) и договора поручительства (пункт 7.2) направило в адрес ООО «НПП «Источник» и ООО «Гермес» претензии с предложением перечислить стоимость некачественного товара в сумме 31 925 410 руб. 80 коп. в течение 7 рабочих дней с даты получения претензии, а также направило в адрес ООО «НПП «Источник» претензию с предложением в течение 7 календарных дней с даты ее получения оплатить ЗАО «БЭК» убытки в размере 11 659 260 руб., неисполнение которых (данных претензий) и послужило основанием для обращения кредитора в третейский суд. 

Вместе с тем, финансовый управляющий ФИО4, ссылаясь на аффилированность и заинтересованность ЗАО «БЭК», ООО «НПП «Источник», ООО «Гермес» и ФИО3, указал на необходимость субординации требования заявителя с понижением его в очередности удовлетворения по мотиву злоупотребления правом, выраженном, в частности, в непринятии мер по удовлетворению своих требований за счет основного должника ООО «НПП «Источник», который, по мнению финансового управляющего и согласно представленной им в материалы дела бухгалтерской отчетности, является существенно более платежеспособным лицом по сравнению с должником; также в подтверждение доводов о необходимости субординации требования заявителя финансовый управляющий ФИО4 указал на представление интересов лиц, входящих в одну группу, одними и теми же представителями.

Кроме того, ФИО4 считает, что ЗАО «БЭК», ООО «НПП «Источник», ООО «Гермес» и ФИО3 фактически образуют единую консолидированную группу, целью которой является получение прибыли с последующим ее распределением между участниками группы, в подтверждение чего управляющий ссылается на совместное участие ЗАО «БЭК» и ООО «НПП «Источник» в аукционах по государственным закупкам, где в большинстве случаев победителем становилось ЗАО «БЭК» при фактическом осуществлении непосредственным производителем продукции - ООО «НПП «Источник» поставки аккумуляторов (предмета закупок).  

Также, по мнению финансового управляющего, единственной целью обращения ЗАО «БЭК» в суд с рассматриваемым заявлением является недопущение дальнейшего владения долями в уставном капитале ООО «НПП «Источник» ФИО3 в лице ООО «Гермес» путем их отчуждения, что негативно скажется на стоимости имущества самого ФИО3 и, как следствие, приведет к невозможности удовлетворения его личных обязательств перед независимыми кредиторами, но при этом позволит и ФИО3, и аффилированным с ним лицам сохранить контроль над имеющимися активами ФИО3.

В этой связи ФИО4 указал, что ФИО3, являющимся бенефициаром ООО «Гермес» и ООО «НПП «Источник», при участии аффилированных лиц, включая ЗАО «БЭК», предприняты действия по созданию искусственной задолженности для последующего инициирования банкротства ООО «Гермес», в подтверждение чего ФИО4 сослался также на следующие обстоятельства:

- заключение договора поручительства ООО «Гермес» в интересах ООО «НПП «Источник» (поставщик, основной должник) и в интересах ЗАО «БЭК» (покупатель, кредитор по договору поставки) на безвозмездной основе, тогда как ООО «НПП «Источник» оказался окончательным фактическим выгодоприобретателем по заключенным сделкам поставки и поручительства, получив денежные средства за товар, поставленный в пользу ЗАО «БЭК», а затем и сам оплаченный товар, при том, что отдельных требований к ООО «НПП «Источник» ЗАО «БЭК» не заявлял, с заявлением о признании основного должника несостоятельным (банкротом) не обращался, несмотря на то, что ООО «НПП «Источник» остался конечным приобретателем и фактическим исполнителем по указанным сделкам при наличии платежеспособности согласно данным бухгалтерской отчетности; 

- в решении Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации от 31.08.2021 г. по делу № СПб-В-2/2021 изложены следующие сомнения суда: «Не ясна и причина полной оплаты Истцом Товара в 2020 году (например, платежное поручение № 383 от 05.10.2020) при том, что о несоответствии Товара условиям о качестве по результатам проведенных экспертиз стало известно в середине 2019 г., Государственный контракт был расторгнут, право собственности на Товар, согласно Актам приема-передачи, к Истцу не перешло - и др.»; 

- избрание ЗАО «БЭК» процессуального пути в виде обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Гермес» вместо предъявления исполнительного документа в органы ФССП либо обращения в суд с заявлением о банкротстве ООО «НПП «Источник»; 

- обращение ЗАО «БЭК» в третейский суд после подачи финансовым управляющим ФИО3 ходатайства об утверждении положения о порядке, условиях и о сроках реализации имущества, где ООО «Гермес» и ООО «НПП «Источник» возражений по существу требований ЗАО «БЭК» не заявляли, требования признали; 

- публикация ФИО3 31.05.2022 г. в ЕФРСБ без уведомления финансового управляющего сообщения об отказе ООО «Гермес» от применения к нему моратория на возбуждение дел о банкротстве (сообщение № 12371128) в отсутствие в этом экономической целесообразности и разумности. 

Частично соглашаясь с приведенными ФИО4 ом доводами, суд первой инстанции, помимо прочего, исходил из того, что согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 г. № 308-ЭС16-1475, доказывание общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение юридической (статья 19 Закона о банкротстве) аффилированности (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; в этой связи арбитражный суд отметил, что в рассматриваемом деле поведение кредитора-заявителя и должника является нетипичным для независимых лиц, имеющих различные (не совпадающие) интересы; в частности, судом установлено, что на сайте Единого федерального реестра юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности 10.02.2022 г. было размещено сообщение ЗАО «БЭК» о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Гермес» несостоятельным (банкротом) (№ 11062214), а 31.05.2022 г. было размещено сообщение ООО «Гермес» № 12371128 об отказе в соответствии со статьей 9.1 Закона о банкротстве от применения в отношении него моратория на возбуждение дел о банкротстве, введенного Постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 г. № 497 в период с 01.04.2022 - 01.10.2022 г. 

При этом отказ ООО «Гермес» от моратория не был обусловлен какими-либо разумными экономическими мотивами (например, получением кредитования или распределением дивидендов), то есть заявленный отказ был направлен на последующее введение в отношении него процедуры банкротства при наличии единственного сообщения о намерении обратиться и возбужденного арбитражным судом производства по заявлению ЗАО «БЭК» о признании ООО «Гермес» банкротом. 

Также в материалы дела представлены копии доверенностей на представление ФИО2 интересов как ФИО3, являющегося бенефициаром ООО «Гермес», так и заявителя по делу о банкротстве ООО «Гермес» - кредитора ЗАО «БЭК»; в то же время, в материалах дела отсутствуют доказательства экономической целесообразности заключения ООО «Гермес» договора поручительства в интересах ООО «НПП «Источник» и ЗАО «БЭК». 

Кроме того, арбитражным судом из материалов дела и сведений из Картотеки арбитражных дел установлено, что ЗАО «БЭК» с заявлением о банкротстве поставщика по договору поставки и основного должника - ООО «НПП «Источник» в арбитражный суд не обращался; согласно сведениям из Банка данных исполнительных производств с официального сайта Главного управления Федеральной Службы судебных приставов по Санкт-Петербургу по веб-адресу: https://fssp.gov.ru/iss/ip, исполнительные листы от 01.02.2022 г. № ФС 037665045 и от 01.02.2022 г. № ФС 037665046, выданные на основании определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.01.2022 г. по делу № А56-96388/2021, в Федеральную службу судебных приставов для исполнения не предъявлялись. 

Подобное поведение, по мнению суда,  является необычным и вызывает разумные подозрения, а вышеуказанные обстоятельства являются основанием для признания судом наличия между ЗАО «БЭК» и ООО «Гермес» признаков фактической аффилированности; вместе с тем, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 20.08.2020 г. № 305-ЭС20-8593 по делу № А40-113580/2017), а в соответствии с пунктом 2 Обзора от 29.01.2020 г. очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц. 

В этой связи суд исходил из того, что требование кредитора может быть субординировано при наличии одновременно двух обстоятельств: 1) кредитор является аффилированным (заинтересованным) по отношению к должнику лицом; 2) требование имеет признаки компенсационного финансирования, а именно - если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса. 

В частности, понижение в очередности, согласно подходам, изложенных в Обзоре от 29.01.2020 г., применяется к требованиям аффилированного кредитора, в том числе, в случаях: непринятия кредитором мер по возврату задолженности; предоставления финансирования под влиянием контролирующего лица; исполнении кредитором обязательства за должника внешнему кредитору; в случае рассмотрения возражений кредиторов, связанных с применением к аффилированному кредитору ответственности в виде понижения в очередности, бремя доказывания возлагается на аффилированного кредитора; при этом неустранимые контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов, поскольку именно контролирующее лицо должно нести риск наступления негативных последствий несовершения им процессуальных действий по представлению доказательств отсутствия имущественного кризиса в виде понижения очередности удовлетворения его требования. 

В то же время, по мнению суда, из разъяснений, изложенных в Обзоре от 29.01.2020 г., следует возможность удовлетворения после требований иных кредиторов лишь требований контролирующего должника лица, но не всех аффилированных с ним лиц, и в данном случае, несмотря на аффилированность кредитора и должника, фактическая возможность давать ООО «Гермес» обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия у ЗАО «БЭК» как на момент возникновения заявленной задолженности, так и в настоящий момент отсутствует, ЗАО «БЭК» не является контролирующим должника лицом, доказательств обратного в материалы дела не представлено; таким образом, в рассматриваемом деле финансовым управляющим не доказано наличие признаков компенсационного финансирования в заявленном ЗАО «БЭК» требовании, применительно к чему суд также отметил, что  в период заключения договора поручительства от 10.05.2019 г. к договору поставки от 09.01.2019 г., а также при принятии Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате Российской Федерации решения от 31.08.2021 г. по делу № СПб-В-2/2021 о солидарном взыскании с ООО «Гермес» и ООО «НПП «Источник» в пользу ЗАО «БЭК» задолженности в общем размере 43 584 670 руб. 80 коп., должник не находился в состоянии имущественного кризиса; из официальной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел на сайте http://kad.arbitr.ru следует, что в указанные периоды сведения о взыскании с должника денежных средств отсутствовали; доказательств неплатежеспособности должника в материалы дела не представлено, тогда как из официальных и общедоступных источников информации следует, что в вышеуказанные периоды должник не имел непогашенной задолженности, что подтверждается информацией из Банка данных исполнительных производств. 

Таким образом, и поскольку на момент заключения договора поручительства должник не находился в условиях имущественного кризиса, а заявленная задолженность взыскана в судебном порядке, суд признал, что правоотношения должника и кредитора не носили компенсационный характер, в связи с чем требование ЗАО «БЭК» подлежит включению в реестр требований кредиторов ООО «Гермес» согласно пункту 4 статьи 134 Закона о банкротстве - в третью очередь реестра требований кредиторов должника, при том, что само по себе нахождение в реестре требований кредиторов аффилированного с должником лица не влечет для независимых кредиторов негативных последствий и не является противозаконным. 

Вместе с  тем, при утверждении временного управляющего, суд исходил из позиции, изложенной в пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016 г. (далее – Обзор от 20.12.2016 г.), в соответствии с которой временным управляющим в деле о банкротстве не может быть утверждено лицо, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику, поскольку в силу положений пункта 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве, в деле о банкротстве не может быть утвержден арбитражный управляющий, заинтересованный по отношению к кредитору или должнику, а согласно пункту 56 Постановления № 35), в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса РФ, далее – ГК РФ) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения, для применения соответствующих мер судебного реагирования, не требуется представления исчерпывающего подтверждения необъективности представленной кандидатуры арбитражного управляющего, данное обстоятельство может быть установлено с достаточной степенью вероятности. 

В этой связи и для целей исключения возможности назначения в качестве арбитражных управляющих в деле о банкротстве кандидатур, которые могут действовать недобросовестно в интересах заявителя по делу о банкротстве, в частности, с целью проведения контролируемого банкротства, судебной практикой выработан подход, отраженный в пункте 27.1 Обзора от 20.12.2016 г., в силу которого, для обеспечения подлинной независимости управляющего, предотвращения потенциального конфликта интересов, и устранения всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный лицом, участвующим в деле о банкротстве, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов или должника, применяется по аналогии метод определения саморегулируемой организации для представления кандидатуры арбитражного управляющего по аналогии пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве, а именно - метод случайного выбора, который применяется в качестве исключения из общих правил Закона о банкротстве, устанавливающих порядок определения саморегулируемой организации и кандидатуры арбитражного управляющего по указанию лиц, участвующих в деле о банкротстве, в частности заявителя, и поскольку должник и аффилированные с ним лица имеют общий интерес, отличный от интереса кредиторов, правила пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве подлежат применению по аналогии (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) и в ситуации, когда кандидатура временного управляющего, саморегулируемая организация предложены связанным с должником лицом - заявителем по делу о банкротстве. 

При таких обстотяельствах и с учетом ранее установленного факта аффилированности должника и кредитора арбитражный суд усмотрел основания для утверждения временного управляющего ООО «Гермес» посредством случайной выборки, которая, согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 23.09.2020 г. № 309-ЭС18-21962(5), в таком случае является наиболее оптимальной формой подбора кандидатур арбитражных управляющих для дел о банкротстве и позволяет соблюсти баланс интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, а также исключить влияние на формирование кризисного органа управления должником любого участника дела о банкротстве, в отношении которых имеются сведения об их заинтересованности - как заявителя по делу, так и иных кредиторов, предъявивших требования к должнику, как в этой связи суд сослался и на позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 29.05.2020 г. № 305-ЭС19-26656, согласно которой если у суда имеются разумные подозрения в независимости управляющего, то суд всегда имеет право затребовать кандидатуру другого управляющего, и поскольку законом вопрос об утверждении управляющего отнесен к компетенции суда, то суд не может быть связан при принятии соответствующего решения исключительно волей кредиторов (как при возбуждении дела, так и впоследствии), а следовательно, положения статьи 45 Закона о банкротстве не исключают наличия у арбитражного суда дискреционных полномочий назначить арбитражного управляющего посредством случайного выбора саморегулируемой организации, что является наиболее оптимальным вариантом поиска управляющего для всех спорных ситуаций в условиях действующего правового регулирования. 

Принимая во внимания указанные разъяснения, судом первой инстанции в соответствии с положениями пункта 5 статьи 37 Закона о банкротстве в качестве саморегулируемой организации, из числа членов которой подлежит утверждению временный управляющий в настоящем деле, определена Ассоциация арбитражных управляющих «Содружество», которая  представила сведения об арбитражном управляющем ФИО6 и соответствии данной кандидатуры требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 Закона о банкротстве, и который, в свою очередь, изъявил свое согласие быть утвержденным временным управляющим должником в рамках настоящего дела о банкротстве. 

При этом, суд в этой связи исходил из того, что в данном случае избрание арбитражного управляющего методом случайного выбора позволяет, как минимум, избежать конфликта интересов кредиторов и обеспечить их права и законные интересы в равной степени, при том, что кредиторы в любом случае сохраняют контроль над процедурой банкротства и деятельностью арбитражного управляющего путем рассмотрения его отчетов, возможности обжалования его действий и т.д.; также, применительно к этому суд отклонил соответствующие возражения ЗАО «БЭК» относительно предложенной (утвержденной судом) кандидатуры арбитражного управляющего, исходя, в частности из того, что (относительно довода об отсутствии сведений об арбитражном управляющем в сводном государственном реестре арбитражных управляющих) по информации, отраженной на официальном сайте Единого Федерального реестра сведений о банкротстве (https://old.bankrot.fedresurs.ru/) в карточке арбитражного управляющего ФИО6, указан его регистрационный номер – 16371.

В части довода об уклонении ООО «Винст» в лице его единоличного участника и генерального директора ФИО6 от уплаты налогов в бюджет, суд с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 56 Постановления № 35, полагал, что допущенные арбитражным управляющим нарушения в качестве генерального директора ООО «Винст» по уплате в 2018 и 2019 г.г. не вызывают непреодолимые и существенные сомнения в профессионализме арбитражного управляющего, в его компетентности и эффективности деятельности, а обратное – влечет необоснованные ограничения в части запрета на профессию, при том, что в случае совершения управляющим новых нарушений, в том числе законодательства о банкротстве в ходе осуществления своих полномочий арбитражного управляющего, суд в соответствии с пунктом 56 Постановления № 35 вправе рассмотреть вопрос об его отстранении от исполнения обязанностей временного управляющего ООО «Гермес» с учетом всей совокупности совершенных им нарушений (как имеющихся в настоящее время, так и вновь совершенных), как, по мнению суда, не свидетельствует о недобросовестности и неэффективности деятельности арбитражного управляющего, а также о его неспособности исполнять возложенные на него обязанности и отсутствие подробных сведений о должности и наименовании юридического лица для подтверждения наличия достаточного стажа работы при наличии в представленных Ассоциацией арбитражных управляющих «Содружество» сведений об имеющемся у ФИО6 стажа руководящей работы более одного года также, в связи с чем данные обстоятельства не препятствуют назначению последнего временным управляющим в рамках настоящего дела о банкротстве. 

Равным образом, суд отклонил овод заявителя о необходимости наличия у арбитражного управляющего допуска к государственной тайне в связи с заключением договора поручительства к договору поставки во исполнение обязательств по государственному контракту от 05.06.2019 г. в рамках государственного оборонного заказа на 2019 г. на поставку товаров для нужд уголовно-исполнительной системы, поскольку в материалах настоящего дела доказательства того, что полномочия руководителя должника связаны с доступом к сведениям, составляющим государственную тайну (например, лицензия на осуществление работ с использованием сведений, составляющий государственную тайну), отсутствуют; ходатайства об истребовании соответствующих сведений на протяжении всего периода рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом лицами, участвующими в деле, не заявлялись; доказательств того, что должник осуществлял работы с использованием сведений, составляющих государственную тайну, не представлено; сам же по себе факт заключения договора поручительства к договору поставки во исполнение обязательств по государственному контракту в рамках государственного оборонного заказа на 2019 год на поставку товаров для нужд уголовно-исполнительной системы не создает условия для дополнительных требований к кандидатуре арбитражного управляющего в силу абзаца 2 пункта 1 статьи 20.2 Закона о банкротстве в связи с тем, что сторонами государственного контракта выступают государственный заказчик и ЗАО «БЭК», тогда как ООО «НПО Источник» действовало в рамках договора поставки, по которому в последующем был заключен договор поручительства с должником. 

Апелляционный суд не усматривает оснований для пересмотра изложенных выводов, как сделанных в результате в достаточной степени подробного (детального) и всестороннего исследования и оценки обстоятельств (материалов) дела и позиций сторон, отклоняя соответствующие доводы апелляционных жалобы, и исходя, в частности (применительно к доводам жалобы финансового управляющего ФИО3 – ФИО4), что в силу Обзора от 29.01.2020 г. значение для оценки на предмет возможности понижения очередности требования кредитора (или отказа во включении его в реестр) является не просто факт аффилированности его с должником, а, во-первых, его статус как контролирующего должника лица (или кредитора, который действовал под влиянием (по указанию) такого – контролирующего должника - лица, а во-вторых, факт предоставления исполнения по договору, на котором такой кредитор основывает свое требование, в условиях имущественного кризиса должника, что, в совокупности, и влечет возложение на такого кредитора последствий своего недобросовестного поведения, как направленного в ущерб независимым кредиторам на обход обязанности должника обратиться в суд с заявлением о признании должника, скрыть его действительное имущественное (финансово-хозяйственное) положение и т.д. с извлечением вследствие этого аффилированным кредитором необоснованных преимуществ перед иными кредиторами.

В данном случае, юридическая аффилированность между должником и кредитором отсутствует (иного подателем жалобы не обоснованно) и в этой связи можно говорить только о фактической аффилированности, что однако также не позволяет субординировать спорное требование, поскольку, несмотря на изложенное, данный кредитор по отношению к должнику контролирующим его лицом не является, а, соответственно, не может он считаться и получившим какую-либо выгоду (преимущества/привилегии перед иными кредиторами должника) в результате предоставления должнику финансирования, именно на предотвращение чего (получение выгоды/преимущества/привилегий в результате своих действий именно как контролирующего должника лица) и направлены содержащиеся в Обзоре от 29.01.2020 г. разъяснения, как надлежаще (документально) не подтверждено (не обосновано) ФИО4 ом и наличие на тот момент у должника признаков имущественного кризиса, что также является обязательным условием для указанного понижения.

Кроме того, суд учитывает статус ФИО4, как представляющего интересы не какого-либо кредитора, а единственного участника должника (ФИО3), в связи с чем не усматривается его материальной заинтересованности в понижении очередности удовлетворения требований ЗАО «БЭК» (соответствующие правила и разъяснения Обзора от 29.01.2020 г. направлены на обеспечение интересов, прежде всего, независимых кредиторов), при том, что его утверждения о действиях ЗАО «БЭК», ООО «НПП «Источник», ООО «Гермес» и ФИО3, как направленных на создание искусственной задолженности, обеспечения контроля над процедурой банкротства Общества и – в конечном итоге – сохранение доли ФИО3, представляются исключительно голословными и не влияющими на возможность понижения очередности требования кредитора.

Равным образом, подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы ЗАО «БЭК», который документально изложены ФИО4 ом и признанные судом первой инстанции в обоснование фактической аффилированности должника и кредитора обстоятельства не опроверг и доводы которого по большей части связаны с недобросовестным, по его мнению, поведением финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 (его права на участие в настоящем деле/процессе) и т.п., что не влияет на выводы применительно к утверждению судом того или иного управляющего должником, и что тем более верно в силу наличия у суда дискреционных полномочий при разрешении вопроса об утверждении управляющего в целях предотвращения ситуации назначения управляющего в беспристрастности и независимости которого имеются обоснованные сомнения.

В этой связи апелляционный суд также отмечает отсутствие со стороны кредитора надлежащего обоснование, каким образом его права нарушены в результате утверждения кандидатуры управляющего, определенной судом путем случайной выборки – с учетом недоказанности несоответствия этой кандидатуры требованиям Закона, оценка чему (доводам кредитором) дана в обжалуемом судебном акте, которая им в жалобе опять же надлежаще не опровергнута.

Таким образом, апелляционный суд признает определение от 28.11.2022 г. в обжалуемой части соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии, помимо прочего, и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.11.2022 г. по делу № А56-24666/2022 в обжалуемой части оставить без изменения, а апелляционные жалобы ЗАО «БЭК» и финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская 

 

И.В. Юрков