АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

28.06.2023 Дело № А41-15282/2019  

Резолютивная часть постановления объявлена 22.06.2023 Полный текст постановления изготовлен 28.06.2023 

Арбитражный суд Московского округа  

в составе: председательствующего-судьи Михайловой Л.В., судей: Каменецкого Д.В., Коротковой Е.Н. при участии в заседании: 

от ФИО1 – ФИО2 – дов. от 31.01.2023  от конкурсного управляющего ООО КБ «Инвестиционный союз» - ФИО3  

Р.Р. – дов. от 28.09.2022 

в судебном заседании 22.06.2023 по рассмотрению кассационной жалобы  ФИО1  

на определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023  о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с  жилым домом от 20.04.2018, заключенного между должником и ФИО1, применении последствий его недействительности,  

по делу о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4,  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2019 ФИО4 (далее - ФИО4, должник) признан несостоятельным  (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества  гражданина, финансовым управляющим должника утверждена член Союза СРО  «СЕМТЭК» ФИО5.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.07.2020  финансовым управляющим должника утвержден член Ассоциации ФИО6 Зинурович.  

Кредитор должника общество с ограниченной ответственностью  Коммерческий банк «Инвестиционный Союз» (далее - ООО КБ  «Инвестиционный Союз», банк) в лице конкурсного управляющего  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – ГК  «АСВ») обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о  признании недействительной сделкой договора купли-продажи земельного  участка с жилым домом от 20.04.2018, заключенного между должником и  ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик),  применении последствий его недействительности.  

Обращаясь с заявлением об оспаривании сделки кредитор ссылался на  положения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), а также  указывал на притворность оспариваемой сделки, заключении ее со  злоупотреблением сторонами правом.  

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.07.2021,  оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного  апелляционного суда от 19.10.2021, в удовлетворении заявленных требований  ООО КБ «Инвестиционный Союз» отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.01.2022  определение Арбитражного суда Московской области от 19.07.2021 и  

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021  отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.  

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Московской  области от 08.12.2022 заявленные требования удовлетворены частично, договор  купли-продажи земельного участка с жилым домом от 20.04.2018, заключенный  между ФИО4 и ФИО1, признан недействительным, применены последствия  недействительности сделки в виде возвращения в конкурсную массу должника  ФИО4 земельного участка с кадастровым номером  50:07:0040419:304, площадью 1200 кв.м, расположенного по адресу: 

<

...>,  возвращения в конкурсную массу должника ФИО4  жилого дома с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, площадью 177,3 кв.м,  расположенного по адресу: 

<

...>, с ФИО1 в  пользу ООО КБ «Инвестиционный Союз» взысканы 6 000 руб. в счет  возмещения расходов на уплату государственной пошлины.  

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от  24.03.2023, принятым по апелляционной жалобе ФИО1,  определение суда первой инстанции оставлено без изменения.  

При рассмотрении обособленного спору судами установлены следующие  фактические обстоятельства.  

20.04.2018 между ФИО4 (продавец) и ФИО1  (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец  передал в собственность покупателя земельный участок с кадастровым номером  50:07:0040419:304, площадью 1200 кв. м и жилой дом с кадастровым номером  50:07:0060101:172, площадью 177,3 кв. м, расположенные по адресу: 

<

...>.  

Запись о переходе права собственности совершена 28.04.2018, то есть в  период подозрительности, установленный в пунктах 1, 2 статьи 61.2 Закона о  

банкротстве – дело о банкротстве в отношении ФИО4 возбуждено  определением от 05.03.2019.  

Из содержания оспариваемого договора судами установлено, что  стоимость спорного имущества составила 2 300 000 руб.  

В рамках обособленного спора была проведена судебная экспертиза по  определению рыночной стоимости спорного недвижимого имущества. Согласно  заключению эксперта ООО «Консалтинговая фирма Джи Ай Си» от 27.09.2022  стоимость имущества составила 2 331 511 руб.  

При первоначальном рассмотрении спора ответчиком было заявлено, что  денежные средства от покупателя получены ФИО4 лично, что  подтверждается распиской должника от 30.04.2018 и актом приема-передачи  20.04.2018.  

Судами установлено, что в юридически значимый период времени ФИО4 находился в следственном изоляторе согласно справке ФКУ СИЗО-5  УФСИН России по г. Москве N 50/ТО/2/5/12. При этом, режим содержания в  СИЗО не позволяет подозреваемым или обвиняемым получать наличные  денежные средства, а деньги, изъятые у таковых во время нахождения в СИЗО,  зачисляются на его лицевой счет без права пользования (действующий до  15.04.2023 пункт 33 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов  уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от  14.10.2005 N 189).  

На лицевой счет ФИО4 денежные средства в сумме 2 300 000 руб.  не поступали и с его лицевого счета не перечислялись.  

При новом рассмотрении спора ответчик указал, что денежные средства  получил представитель ФИО4 по доверенности от 02.06.2017, в  подтверждение чего представлена расписка от 13.05.2022. Между тем, расписки  или акты приема-передачи денежных средств, передача денежных средств с  использованием банковских ячеек, сейфов, к оформлению которых имеют  отношение только заинтересованные стороны, в отсутствие доказательств,  свидетельствующих о движении денежных средств (подтверждение покупателем  своего источника происхождения средств, их аккумулирование и дальнейшее  

движение средств от покупателя к продавцу) сами по себе не подтверждают  возмездности приобретения.  

Судами также проверено наличие у покупателя финансовой возможности  приобрести имущество и установлено отсутствие доказательств,  подтверждающих наличие таковой. В частности, ответчиком в подтверждение  финансовой возможности передачи спорной суммы представлены банковские  выписки, договор купли-продажи автомобиля Мерседес Бенц от 05.12.2017  стоимостью 100 000 руб., расписка о получении за продажу автомобиля  денежных средств в размере 5 500 000 руб.  

Представленная расписка о получении денежных средств на сумму 5 500  000 руб. противоречит условиям договора, поскольку цена имущества  определена в 100 000 руб., а при занижении стоимости автомобиля при продаже  для уклонения от уплаты налога на лицо ложатся все неблагоприятные  последствия подобного поведения. Это выражается, в том числе в том, что лицо  лишается права ссылаться на наличие дохода превышающего  задекларированную сумму.  

Судами принято во внимание, что автомобиль Мерседес Бенц был  приобретен ответчиком 06.12.2017 и продан через 2 месяца - 16.02.2018.  

С учетом повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве  договор купли-продажи транспортного средства, стоимость которого  согласована сторонами в размере 100 000 руб., представленная расписка в  получении денежных средств в счет его оплаты в размере 5 500 000 руб. не  приняты в качестве надлежащего доказательства финансовой возможности  ответчика приобрести объект недвижимости.  

Судами установлено, что выписки по счетам состоят из операций по  выдаче и внесению денежных средств на примерно одни и те же суммы.  Согласно ответу налогового органа у ответчика отсутствует задекларированный  доход с 2016 по 2018 года.  

Таким образом, судами сделан вывод, что, фактически имущество выбыло  из собственности должника ФИО4 безвозмездно, что влечет вывод о  наличии между сторонами взаимоотношений, недоступных иным независимым  

участникам, установлено поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности,  заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях,  недоступных обычным (независимым) участникам рынка, иными словами,  установлена аффилированность контрагентов, в связи с чем соответствующим  образом распределено бремя доказывания (Определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6),  Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда  Российской Федерации от 28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2).  

Судами установлено, что должник находился в СИЗО в период с  14.11.2017 по 18.03.2019 и на протяжении этого периода был зарегистрирован в  спорном жилом доме.  

Сведения о заключении договоров с агентами по недвижимости,  риэлторами для поиска потенциальных покупателей в материалы дела не были  представлены, как и доказательства размещения объявлений о продаже объектов  недвижимости на каких-либо ресурсах.  

Согласно пункту 5 договора от 20.04.2018 расчет между сторонами  производится после государственной регистрации права собственности на  покупателя в срок не более 5 банковских дней.  

В данном споре стороны при расчетах не использовали аккредитив,  банковскую ячейку (сейф), депозит нотариуса, аванс, задаток и иные  инструменты, которые направлены на защиту сторон сделки.  

Заключение договора на указанных условиях с точки зрения обычаев  делового оборота является нестандартным и недоступным независимым  участникам рынка недвижимости. Покупка жилого дома, в котором  зарегистрирован должник, находящийся в СИЗО, без личного контакта с  собственником, с условием оплаты имущества после регистрации перехода  права собственности, отсутствие залога выходит за пределы обычаев делового  оборота. Экономическая целесообразность заключения спорного договора не  раскрыта сторонами.  

Кроме того, судами принято во внимание, что на протяжении года после  отчуждения спорного имущества новый собственник не предпринимала  действий по снятию с регистрационного учета должника.  

Суды установили, что заключению оспариваемого договора  предшествовало совершение должником 18.06.2015 цепочки оспоримых сделок  с банком, которые были направлены на досрочное погашение задолженности  должника и иных лиц перед банком по обязательствам, которые вытекают из  кредитных правоотношений. Данные сделки признаны недействительными  определением Арбитражного суда города Москвы 10.11.2017 по делу № А40128284/15 о несостоятельности ООО КБ «Инвестиционный Союз». Вступившим  в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2020  по делу N А40-128284/15 (с учетом постановления от 17.12.2020 Девятого  арбитражного апелляционного суда, постановления Арбитражного суда  Московского округа от 10.03.2021) с ФИО4 в пользу банка взысканы  убытки в размере 4 254 456 398 руб. 83 коп. Убытки от указанных сделок  обусловлены решениями ФИО4 о заключении договоров купли-продажи  неликвидных векселей (ценных бумаг заведомо неплатежеспособных  организаций) и исполнении данных договоров путем перечисления контрагентам  денежных средств в качестве уплаты цены приобретенных векселей.  

С учетом изложенного судами также сделан вывод о том, что договор  купли-продажи недвижимого имущества с ФИО1 20.04.2018  совершен с целью исключения возможности фактического выбытия из-под  контроля должника принадлежащего ему имущества.  

Суд апелляционной инстанции отклонил доводы ответчика об  использовании ей спорного имущества, поскольку содержание представленных  договора поставки от 19.07.2019 N 21753, заключенного между ФИО7  и ИП ФИО8, и договора от 02.04.2019 N 18/64/60-03, заключенного  между ФИО9 и ИП ФИО10, не позволяют точно  установить, что расходы понесены именно на содержание спорных объектов  недвижимости.  

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела  доказательства и доводы участвующих в деле лиц в их совокупности и взаимной  связи, с учетом высокого стандарта доказывания в деле о банкротстве,  Арбитражный суд Московской области, с которым согласился Десятый  арбитражный апелляционный суд, пришел к выводу о недействительности  договора купли-продажи, применив последствия его недействительности в  соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.  Довод ФИО1 о неверном применении судом первой инстанции  последствий недействительности сделки в виде не указания взыскания с  должника в пользу ФИО1 денежных средств в размере 2 300 000  руб. отклонен судом апелляционной инстанции с учетом установленных  обстоятельств безвозмездного отчуждения имущества.  

ФИО1 в апелляционной жалобе также указывала, что судом  первой инстанции не рассмотрено ходатайство должника о пропуске заявителем  срока исковой давности. Данный довод проверен апелляционным судом и  установлено, что допущенное нарушение не привело к принятию неправильного  судебного акта и не свидетельствует о наличии оснований для применения части  3 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  Судом апелляционной инстанции установлено, что в данном случае годичный  срок исковой давности подлежит исчислению не с момента введения процедуры  реструктуризации, а с момента, когда заявителя – банку, стало известно о  наличии оспариваемой сделки.  

Суд апелляционной инстанции проверил и признал несостоятельным  довод ФИО1 о необоснованном отказе суда первой инстанции в  удовлетворении ее ходатайства о вызове свидетеля, поскольку ходатайство  разрешено судом первой инстанции в установленном процессуальном порядке.  

С выводами судов первой и апелляционной инстанций не согласилась  ФИО1, обратившись в Арбитражный суд Московского  округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение и  постановление, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении  заявленных требований.  

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 указывает, что  судом не приведены основания отказа в удовлетворении заявления должника о  применении срока исковой давности, которое было заявлено 01.12.2022,  полагает срок исковой давности пропущенным, поскольку о совершении сделки  банку было известно еще до введения в отношении ФИО4 процедуры  банкротства, в связи с чем срок следовало исчислять с даты оглашения  резолютивной части о введении реструктуризации долгов гражданина.  

Также ФИО1 указывает, что в материалы дела представлены  доказательства наличия у нее финансовой возможности приобрести  недвижимость у ФИО4, которые ненадлежащим образом оценены  судами, в частности, ссылается на отчуждение автомобиля за 5 500 000 руб., о  чем представлена расписка, а также на снятие в течение года до совершения  сделки с расчетных счетов ее и ее супруга денежных средств на общую сумму  2 936 500 руб.  

Кроме того, кассатор ссылается на нарушение норм процессуального  права в связи с отказом в привлечении к участию в деле и вызове в качестве  свидетеля ФИО11, получившего денежные средства в счет оплаты  договора от имени должника, а также нарушение норм материального права,  отмечая, что дефекты оспариваемой сделки за пределы диспозиции статьи 61.2  Закона о банкротстве не выходят, о мнимости договора кредитор не заявлял.  

На кассационную жалобу представлен отзыв конкурсного управляющего  банка, в котором ГК «АСВ» возражает по доводам жалобы, отзыв приобщен к  материалам дела.  

Отзыв финансового управляющего должника ФИО12 к материалам  дела не приобщается в связи с нарушением процессуального порядка его  направления в суд и участвующим в деле лицам.  

 В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте  судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте  http://kad.arbitr.ru.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель  ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.  

Представитель конкурсного управляющего ООО КБ «Инвестиционный  Союз» по доводам кассационной жалобы возражал.  

Иные участвующие в деле лица, надлежащим образом извещенные о  времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в  суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является  препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей  участвующих в деле лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в порядке  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  правильность применения норм материального и процессуального права, а также  соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть  признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом  Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в  настоящем Федеральном законе.  

При рассмотрении спора суд должен применить нормы материального  права, подлежащие применению исходя из предмета требования и фактических  обстоятельств, положенных в основание иска, что соотносится с положениями  

статьи 168, части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в течение одного года до принятия заявления о признании  банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана  арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном  исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если  цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника  сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых  обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).  

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона  "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что на основании пункта 1  статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия  которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение,  однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по  сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им  встречного исполнения.  

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до  принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого  заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств,  указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие  иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности,  недобросовестности контрагента), не требуется.  

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная  должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов,  может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка  была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании  должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее  совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если  

другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения  сделки (подозрительная сделка).  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под вредом,  причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение  стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера  имущественных требований к должнику, а также иные последствия  совершенных должником сделок или юридически значимых действий,  приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить  удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его  имущества.  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана  заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об  ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках  неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Согласно правовой позиции, сформулированной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3),  наличие обязательств должника с более ранним сроком исполнения, которые не  были исполнены и впоследствии включены в реестр требований кредиторов  подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения  договора.  

Кроме того, сама по себе недоказанность признаков  неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения  сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не  блокирует возможность квалификации оспариваемой сделки должника в  качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам  кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих  основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации), что соответствует правовой позиции, изложенной в Определении  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 30.08.2021 N 307-ЭС21-8025 по делу N А56-7844/2017.  

О наличии фактической аффилированности должника и контрагента и  отсутствии разумных экономических мотивов данной сделки может  свидетельствовать характер сложившихся между сторонами правоотношений, в  том числе, совершение сделки на условиях, выходящих за пределы  общепринятых для подобного рода правоотношений.  

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки  может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности  сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов  должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у  него имущества.  

При решении вопроса об осведомленности об указанных обстоятельствах  во внимание принимается разумность и осмотрительность стороны сделки,  требующиеся от нее по условиям оборота (пункт 7 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О  некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона  "О несостоятельности (банкротстве)").  

Судами оцениваются добросовестность контрагента должника,  сопоставляется его поведение с поведением абстрактного среднего участника  хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и  осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной  практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений  участников спора.  

Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения  подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его  разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника.  

Сама по себе аффилированность сторон сделки не означает  недействительности сделки, аффилированность сторон сделки перераспределяет  бремя доказывания и презюмирует осведомленность ответчика о совершении  должником сделки с целью причинения вреда имущественным правам  кредиторов, однако, не является безусловным основанием для признания такой  сделки недействительной, в случае ее реальности и разумности.  

По смыслу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от  28.03.2019 N 305-ЭС18-17629(2), в ситуации, когда независимые кредиторы  представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы  недобросовестности контрагентов по сделкам, аффилированное лицо не может  ограничиться представлением минимального набора документов в  подтверждение реальности рассматриваемых отношений.  

Нежелание аффилированного лица представить дополнительные  доказательства, находящиеся в сфере его контроля, в силу статей 9 и 65 АПК РФ  должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта,  на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его  процессуальные оппоненты.  

В данном же споре экономические мотивы совершения сделки,  обстоятельства ее совершения раскрыты не были, наличие финансовой  возможности у покупателя не подтверждено относимыми и допустимыми  доказательствами, последующее поведение сторон сделки также не позволяет  сделать вывод о разумности их поведения и реальном исполнении договора  купли-продажи.  

В данном обособленном споре судами установлены признаки  недействительной сделки, предусмотренные как пунктом 1, так и пунктом 2  статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка совершена между заинтересованными  лицами, в отсутствие у покупателя возможности ее исполнения, является  фактически безвозмездной, в результате ее совершения уменьшилась конкурсная  масса должника, сделка совершена в условиях неплатежеспособности ФИО4 (определение Арбитражного суда города Москвы от 10.09.2020 по делу   № А40-128284/15).  

Доводы о наличии у покупателя ФИО1 финансовой  возможности приобретения имущества в указанный период времени проверены  судами обеих инстанции с учетом разъяснений, изложенных в пункте 26  Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых  

процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" и  сложившейся по данной категории споров судебной практики.  

Переоценка представленных в материалы дела доказательств, в том числе,  расписки о получении 5 500 000 руб. ФИО1 в подтверждение  наличия у нее финансовой возможности, в полномочия суда кассационной  инстанции не входит.  

Суд апелляционной инстанции обоснованно отклонил доводы  ФИО1 о пропуске банком срока исковой давности для подачи  заявления об оспаривании сделки по специальным основаниям,  предусмотренным Законом о банкротстве. В соответствии со статьей 61.9 Закона  о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки  должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний  или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности -  абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии  оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3  Закона о банкротстве.  

Из пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N  43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского  кодекса Российской Федерации об исковой давности" следует, что течение срока  исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено,  узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о  нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о  защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2018 N  310-ЭС17-13555, от 12.02.2018 N 305-ЭС17-13752, от 19.11.2018 N 301-ЭС18- 11487, от 11.02.2019 N 305-ЭС16-20779 также изложена позиция, согласно  которой срок исковой давности не может течь ранее момента возникновения у  истца права на иск и объективной возможности для его реализации, то есть  момента, начиная с которого истец должен был узнать не только о нарушении  

своих прав, но и об основаниях для предъявления иска, а также о личности  надлежащего ответчика.  

Таким образом, исходя из даты определения суда о введении в отношении  ФИО4 процедуры реструктуризации долгов гражданина 25.07.2019, даты  подачи заявления об оспаривании сделки – 27.07.2020, в соответствии с  положениями статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок  исковой давности конкурсным кредитором соблюден.  

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств  отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.  Аналогичная правовая позиция содержится в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 05.07.2018 N 300-ЭС18-3308.  

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной  инстанций норм материального и процессуального права, суд кассационной  инстанции применительно к части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, устанавливает, соответствуют ли выводы судов  практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума  Верховного Суда Российской Федерации и сохранившими силу  постановлениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда  Российской Федерации и сохранившими силу постановлениями Президиума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в  обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда  Российской Федерации.  

Вопрос оценки представленных доказательств на относимость,  допустимость, достоверность и достаточность является компетенцией суда,  разрешающего спор по существу заявленных требований, и не относится к  компетенции суда кассационной инстанции.  

Доводы кассационной жалобы также проверены судом округа и не  указывают на наличие оснований, влекущих отмену обжалуемых судебных  актов, направлены на переоценку установленных судами обстоятельства и  выражают несогласие с их оценкой, в то время как переоценка доказательств и  

установление новых фактических обстоятельств дела не входит в полномочия  суда кассационной инстанции.  

Нормы материального права применены судами верно, последствия  недействительности сделок применены судом первой инстанции верно в  соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве и статьей 167 Гражданского  кодекса Российской Федерации, при установленном факте безвозмездности  сделки оснований для применении двусторонней реституции и восстановления  задолженности в размере стоимости договора перед ФИО1 не  имелось.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, также не нарушены.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022,  постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2023 по  делу № А41-15282/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий-судья Л.В. Михайлова  Судьи: Д.В. Каменецкий  

Е.Н. Короткова