АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-10343/21 

Екатеринбург

24 февраля 2022 г.

 

Дело № А47-11143/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 16 февраля 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 февраля 2022 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столяренко Г.М.,

судей Сушковой С.А., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 23.08.2021 по делу № А47-11143/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2021 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

От финансового управляющего ФИО2 поступило ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие. 

Поступивший в суд округа отзыв финансового управляющего к материалам дела не приобщен ввиду отсутствия доказательств его заблаговременного направления в адрес иных лиц, участвующих в деле (часть 3 статьи 65, части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Фактическому возврату на бумажном носителе названный процессуальный документ не подлежит, поскольку представлен в электронном виде посредством системы «Мой Арбитр».

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.12.2019  ФИО3 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом) с введением процедуры реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО2 

Финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО3, ФИО1, обществу с ограниченной ответственностью «Сельхозпродукт» (далее – общество «Сельхозпродукт») о признании недействительным договора купли-продажи от 02.06.2014, заключенного ФИО3 и ФИО1, договора купли-продажи от 12.02.2018 № 4, заключенного ФИО1 и обществом «Сельхозпродукт», применении последствий недействительности сделок в виде возврата погрузчика в конкурсную массу должника (с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 23.08.2021  заявленные требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                от 27.10.2021 определение суда первой инстанции оставлено без изменения. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.  Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что апелляционным определением Оренбургского областного суда от 03.06.2021 по делу о разделе общего имущества бывших супругов М-вых судебная коллегия пришла к выводу о том, что спорный погрузчик не входит в состав общего имущества супругов, поскольку ранее в 2014 году отчужден ФИО3 в пользу ФИО1, данная сделка является действительной; указанный судебный акт суда общей юрисдикции принят ранее обжалуемого определения арбитражного суда и имеет преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора; вместе с тем арбитражный суд пришел к иным выводам относительно сделок с погрузчиком, что влечет нарушение принципа общеобязательности судебного акта. По мнению ФИО1, судом необоснованно отклонено ее заявление о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности по заявленным требованиям; считает, что оснований для признания сделки ничтожной и применении трехлетнего срока исковой давности не имелось; обращает внимание на то, что единственный кредитор должника не был лишен права заявить самостоятельный иск о разделе общего имущества супругов или обратиться в суд с заявлением об оспаривании сделки с погрузчиком еще в период исполнительного производства в 2014 году, однако своим правом не воспользовался. В отношении сделки, заключенной с обществом «Сельхозпродукт», кассатор указывает на ее совершение ввиду хозяйственной необходимости за полтора года до банкротства ФИО3 и уже после окончания исполнительного производства в отношении него; общество «Сельхозпродукт» несет бремя содержания имущества, осуществляет его эксплуатацию, в связи с чем является несостоятельным вывод суда об отчуждении данного погрузчика ФИО1 фактически самой себе; независимо от того, что она является учредителем и руководителем данного общества, у нее нет прав в отношении имущества предприятия; судами необоснованно сделан вывод о том, что указанные сделки с погрузчиком, совершенные в 2014 и 2018 годах, являются цепочкой взаимосвязанных сделок с целью вывода имущества из конкурсной массы; судами не принято во внимание, что погрузчик на момент рассмотрения дела находился не у ответчиков, а неправомерно удерживался обществом с ограниченной ответственностью «Саракташ-Агро» (далее – общество «Саракташ-Агро»), руководителем и единственным учредителем которого является единственный кредитор ФИО3 – ФИО4; в этой связи общество «Сельхозпродукт» обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с иском к данному обществу об истребовании имущества из чужого незаконного владения (дело № А47-3173/2021), который до настоящего времени не рассмотрен. Основания для применения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), по мнению кассатора, также отсутствуют, поскольку указанную оспоримую сделку должник не совершал, погрузчик обществу не продавал; при этом суд, применяя последствия недействительности сделки, не возложил на ФИО3 обязанность вернуть ФИО1 уплаченную за погрузчик цену, что также является неправомерным; при этом в конкурсной массе должника имеется достаточно имущества для погашения требований кредитора и покрытия текущих расходов.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в период брака супругами ФИО3 и ФИО1 приобретено транспортное средство – погрузчик LOADALL 530-70, зав. № 0772029, 1998 года выпуска. 

В период нахождения в браке погрузчик продан ФИО3 супруге по договору купли-продажи от 02.06.2014 за 1000 руб., передан ей по акту приема-передачи и в этот же день снят с учета в Гостехнадзоре.

Данное транспортное средство 29.01.2015 (через шесть месяцев) зарегистрировано на имя ФИО1 

Решением мирового судьи судебного участка № 6 Ленинского района г. Оренбурга от 07.11.2014 брак М-вых расторгнут. 

12.02.2018 ФИО1 продала погрузчик обществу «Сельхозпродукт», где она является единственным участником и директором, по цене 1 100 000 руб. 

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 12.08.2019 по заявлению ФИО5 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 Основанием для возбуждения производства по делу явилось наличие на стороне должника неисполненного обязательства по договору займа от 03.05.2013, подтвержденного апелляционным определением Оренбургского областного суда от 09.10.2014.

Определением арбитражного суда от 25.10.2019 по настоящему делу произведена процессуальная замена заявителя: ФИО5 заменен на ФИО4 на основании заключенного данными лицами договора уступки права (требования) от 31.07.2019.

Решением арбитражного суда от 04.12.2019 должник признан несостоятельным (банкротом) с введением в отношении гражданина процедуры реализации имущества; в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования ФИО4 в размере 1 792 501 руб., в том числе 1 600 000 руб. основного долга, 192 501 руб. неустойки. 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок по отчуждению погрузчика на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. Финансовый управляющий указал, что оба оспариваемых договора купли-продажи представляют собой цепочку сделок, направленных на вывод активов должника из конкурсной массы, с целью недопущения обращения на него взыскания по обязательствам должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 – 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции указанного Федерального закона).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Первая из оспариваемых сделок совершена 02.06.2014, таким образом, к ней применимы положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В соответствии с указанной сделкой – договором купли-продажи погрузчика от 02.06.2014, спорное имущество, являвшееся совместной собственностью супругов, отчуждено ФИО3 своей супруге ФИО1 по цене 1000 руб. 

Установив, что сделка совершена заинтересованными лицами, цена имущества явно не соответствует его рыночной стоимости, отметив, что в период совершения данной сделки судом общей юрисдикции рассматривался спор о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО5 задолженности по договору займа от 03.05.2013, по результатам рассмотрения которого Оренбургским районным судом Оренбургской области 06.06.2014 вынесено решение о взыскании с ФИО3 в пользу ФИО5 задолженности и неустойки, измененное впоследствии Оренбургским областным судом, заключив, что действительной целью сделки являлось переоформление транспортного средства с должника на его супругу с целью создать препятствия для обращения на него взыскания по обязательствам перед ФИО5, другого имущества у должника не имеется (отсутствие имущества послужило основанием для вынесения 27.12.2017 судебным приставом-исполнителем постановления об окончании исполнительного производства и возвращении исполнительного документа взыскателю), суды сделали правомерный вывод о том, что данная сделка совершена со злоупотреблением правом, является ничтожной в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При расторжении брака 07.11.2014 супруги не произвели раздел имущества, таким образом, даже несмотря на совершение вышеуказанной сделки режим совместной собственности супругов не изменился, спорный погрузчик при сохранении его в собственности супругов должен был поступить в конкурсную массу ФИО3 и подлежал реализации в целях удовлетворения требований его кредиторов. 

Вместе с тем по договору купли-продажи от 12.02.2018 ФИО1 продала погрузчик обществу «Сельхозпродукт». 

К данной сделке, совершенной с имуществом должника, судами правильно применены положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с указанной нормой сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Признавая сделку по отчуждению имущества в пользу общества «Сельхозпродукт» недействительной в силу указанной нормы, суды исходили из того, что она заключена в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве, ФИО1, являясь супругой должника на момент возникновения задолженности по займу и на момент ее взыскания в судебном порядке, знала о наличии на стороне должника неисполненного обязательства и отсутствии у последнего имущества, достаточного для его погашения; в отношении общества «Сельхозпродукт» действует презумпция осведомленности о признаках неплатежеспособности должника, учитывая, что единственным участником и генеральным директором данного общества является ФИО1, ФИО3 был в данном обществе трудоустроен до конца 2019 года, представлял его интересы на основании доверенности; доказательств оплаты имущества со стороны общества «Сельхозпродукт» не предоставлено. 

Ввиду отсутствия в материалах дела доказательств возмездности совершенной сделки, судом первой инстанции обоснованно с учетом положений статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации  и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве применены последствия недействительности сделки в виде обязания общества «Сельхозпродукт» вернуть в конкурсную массу должника ФИО3 спорное транспортное средство.

При этом суды отклонили доводы ответчика ФИО1 об истечении срока исковой давности для оспаривания вышеуказанных сделок, в частности – последней из указанных сделок, повлекшей выбытие имущества из совместной собственности супругов.

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 данного закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. 

При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 данного Федерального закона оснований.

В данном случае в отношении ФИО6 реструктуризация долгов гражданина не вводилась, годичный срок исковой давности с даты введения в отношении должника процедуры реализации имущества (04.12.2019) к моменту подачи заявления об оспаривании сделок (04.03.2020) не истек. 

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы считает, что судами первой и апелляционной инстанций правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, нормы права, регулирующие спорные правоотношения, применены правильно.

Довод ФИО1 о том, что сделка между супругами могла быть оспорена кредитором и до возбуждения дела о банкротстве ФИО3, подлежит отклонению, поскольку данное обстоятельство не влечет отказ в иске финансовому управляющему, получившему информацию о сделке в связи с реализацией своих полномочий в процедуре банкротства. 

Кроме того, данный вопрос не имеет принципиального значения с учетом сделанных судами выводов о том, что продажа должником имущества своей супруге режим совместной собственности в отношении данного имущества не изменила. Выбытие имущества из совместной собственности супругов состоялось в результате сделки по продаже имущества обществу «Сельхозпродукт».

Вопреки доводам кассационной жалобы ФИО1 в апелляционном определении Оренбургского областного суда от 03.06.2021 иные выводы не сделаны, отказ в признании спорного погрузчика общим имуществом супругов обусловлен тем, что данное имущество отчуждено в пользу третьего лица (общество «Сельхозпродукт»), на момент рассмотрения дела не находится во владении кого-либо из бывших супругов (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака»).

Довод о том, что общество «Сельхозпродукт» несет бремя содержания имущества, правомерно отклонен судом апелляционной инстанции, поскольку данное обстоятельство правового значения не имеет. 

Доводы о том, что погрузчик неправомерно удерживается обществом «Саракташ-Агро», и о том, что у должника достаточно имущества для погашения требований кредиторов, также исследованы судом апелляционной инстанции и отклонены как не подтвержденные документально.  

Общество «Сельхозпродукт» в отзыве на заявление не указывало на наличие препятствий в возврате имущества в конкурсную массу, судебный акт в части применения последствий недействительности сделки не обжаловало. По пояснениям финансового управляющего, погрузчик находится на ответственном хранении у ФИО4 в рамках обеспечительных мер, наложенных судом общей юрисдикции. При таких обстоятельствах сам по себе факт подачи иска об истребовании имущества, поданный в рамках дела № А47-3173/2021, не препятствовал рассмотрению настоящего обособленного спора.   

Утверждение ФИО1 о наличии в конкурной массе имущества для погашения требований кредиторов не подтверждается финансовым управляющим, исходя из пояснений которого имущество (земельные участки) реализовано с торгов за 400 тыс. руб., текущие обязательства составляют около 100 тыс. руб., доказательств того, что иного имущества, включенного в конкурсную массу, будет достаточно для расчетов с кредиторами, не имеется.

Суд кассационной инстанции не вправе устанавливать фактические обстоятельства дела и давать им собственную оценку (статьи 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»). 

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов на основании части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 23.08.2021 по делу № А47-11143/2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.10.2021 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                          Г.М. Столяренко 

 

Судьи                                                                                       С.А. Сушкова 

 

                                                                                                        В.В. Плетнева