ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А70-21959/2021

12 апреля 2022 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05  апреля 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 апреля 2022 года.

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего  Тетериной Н.В.,

судей  Рожкова Д.Г., Сафронова М.М.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-2824/2022) общества с ограниченной ответственностью «Тюменские аэрозоли» на решение Арбитражного суда Тюменской области от 19.01.2022 по делу №  А70-21959/2021 (судья Лоскутов В.В.), принятое по иску Федерального государственного казенного учреждения «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Тюменской области»  (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Тюменские аэрозоли» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)о взыскании задолженности и пени в размере 138 893 руб. 32 коп. и встречное исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Тюменские аэрозоли» к федеральному государственному казенному учреждению «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Тюменской области» о признании сделки недействительной,

установил:

Федеральное государственное казенное учреждение «Управление вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по Тюменской области» (далее – истец, управление) обратилось в суд с исковым заявлением в суд к обществу с ограниченной ответственностью «Тюменские аэрозоли» (далее – ответчик, общество) задолженности 138 893 руб. 32 коп. по договору оказания услуг по охране имущества от 14.02.2020 № 2738.

Обществом заявлено встречное исковое заявление о признании недействительным договора оказания услуг по охране имущества от 14.02.2020 № 2738.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 19.01.2022 по делу № А70-21959/2021 первоначальные исковые требования удовлетворены. С общества в пользу управления взыскано 144 069 руб. 32 коп., в том числе задолженность в размере 131 979 руб. 84 коп., неустойка в размере 6 913 руб. 48 коп. и государственная пошлина в размере 5 167 руб. В удовлетворении встречных исковых требований отказано.

Не согласившись с решением, общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении встречных исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы её податель сослался на следующие доводы: судом первой инстанции не принято во внимание, что договор заключен истцом под административным давлением (при использовании административного ресурса, ответчик принужден к заключению договора с управлением, не смотря на отсутствие в законе обязательного требования); суд первой инстанции не дал оценки действиями учреждения на наличие признаков злоупотребления правом; услуги фактически не оказывались, поскольку наличествующие две сигнализации выведены на пульт частного охранного предприятия, при вскрытии оружейной комнаты группа задержания не направлялась, меры по вызову общества не принимались, сообщений ответственному лицу не направлялось, не проводились обследования технической укреплённости объекта – оружейной комнаты.

Управление представило в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, где высказалось против доводов общества.

Также управление представило в материалы дела ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя 

Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили, в связи с чем суд апелляционной инстанции в порядке статьи 156, части 1 статьи 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие представителей истца и ответчика.

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции установил, что 14.02.2020 управление (исполнитель) и общество (заказчик) заключили договор оказания услуг по охране имущества с помощью пульта централизованного наблюдения с использованием подвижной радиотелефонной связи (стандарта GSM) (охранная, пожарная, тревожная сигнализация) № 2738 (далее - договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого исполнитель обязался с помощью пульта централизованного наблюдения (далее - ПЦН) с использованием подвижной радиотелефонной связи (стандарта GSM) оказать заказчику услуги по централизованной охране имущества заказчика, находящегося в зданиях, сооружениях, помещениях заказчика (далее - объект), по контролю над средствами пожарной, тревожной сигнализации, расположенными на объекте, экстренному выезду группы задержания на объект по сигналу тревога, поступившему с объекта на ПЦН, для выяснения причин срабатывания технических средств охраны, передаче в пожарную охрану информации о срабатывании пожарной сигнализации на объекте (далее - услуги).

Согласно пункту 1.2 договора объект, на котором исполнитель осуществляет централизованную охрану и контроль над средствами пожарной, тревожной сигнализации, указывается в Перечне объектов, находящихся под централизованным наблюдением, являющемся неотъемлемой частью договора (приложение № 1).

В силу пункта 1.4 договора заказчик обязался производить оплату услуг, оказанных исполнителем, в соответствии с условиями договора.

Цена договора определяется стоимостью услуг исполнителя, оказываемых заказчику по договору в течение срока его действия, и в соответствии с перечнем объектов, находящихся под централизованным наблюдением (приложение № 1) (пункт 1.6 договора).

Заказчик оплачивает услуги исполнителя ежемесячно авансовым платежом в срок до 01 числа расчётного месяца путём перечисления абонентской платы, указанной в перечне объектов, находящихся под централизованным наблюдением (приложение № 1) на счёт исполнителя на основании счёта.

Фактом оплаты признается поступление денежных средств на счёт исполнителя, открытый в установленном законодательством Российской Федерации порядке (пункт 6.2 договора).

07.12.2020 стороны подписали дополнительное соглашение к договору, увеличив стоимость договора до 175 462 руб. 80 коп. в год без НДС. 

Общество в письме от 20.01.2021 предложило приостановить действие договора оказания услуг по охране.

Данное предложение управлением отклонено, так же как отклонено предложение уменьшить стоимость договора. 

07.12.2020 стороны подписали дополнительное соглашение к этому договору, увеличив стоимость договора до 175 462 руб.  80 коп. в год без НДС.

В последующем договор между сторонами расторгнут 01.07.2021 в связи с отказом управления от его исполнения.

Во исполнение принятых на себя обязательств управление оказало охранные услуги с сентября 2020 года по июнь 2021 года на сумму 131 979 руб. 84 коп.

Однако общество произвело оплату не в полном объеме, в связи с чем образовалась задолженность за период с сентября 2020 года по июнь 2021 года в размере 131 979 руб. 84 коп. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения управления в суд.

Возражая против предъявленных исковых требований, общество обратилось с встречным исковым заявлением о признании спорного договора недействительным.

Арбитражный суд Тюменской области, руководствуясь положениями статей 10, 166, 179, 429.4, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), установив факт оказания охранных услуг и частичную их оплату, удовлетворил исковые требования в полном объеме; оснований для признания договора недействительным не усмотрел, в связи с чем в удовлетворении встречных требований отказал. 

Проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены, исходя из следующего.

Так, проанализировав условия договора, суд первой инстанции правомерно квалифицировал правоотношении сторон по договору как возмездное оказание услуг и применил при разрешении спора нормы главы 39 ГК РФ.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

По правилам пункта 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Согласно статье 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В силу статьи 720 ГК РФ основанием для оплаты выполненных работ является факт принятия результата работ, доказательством передачи результата работ является акт приема-передачи или иной приравненный к нему документ.

Согласно положениям части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (статья 68 АПК РФ).

Предъявляя требование о взыскании с заказчика стоимости оказанных ему услуг, исполнитель должен доказать факт оказания услуг и их стоимость.

В обоснование факта оказания услуг истцом представлены акты об оказании услуг от 30.09.2020 № 00016897, от 31.10.2020 № 00018978, от 30.11.2020 № 00019606от 31.12.2020 № 00023133, от 31.01.2021 № 00000267, от 28.02.2021 № 00002303, от 31.03.2021 № 00003800, от 30.04.2021 № 00005680, от 31.055.2021 № 00006558, от 30.06.2021 № 00009218.

Апелляционная коллегия отмечает, что представленные в материалы настоящего дела акты составлены и подписаны управлением в одностороннем порядке.

Оценивая представленные односторонние акты, руководствуется статьей 753 ГК РФ, из которой следует, что при отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (абзац 2 части 4 статьи 753 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, приведенной в пункте 14 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда», односторонний акт приемки результата работ является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, и при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ.

В связи с чем, при необоснованном отказе заказчика от подписания направленного ему подрядчиком акта выполненных работ, односторонний акт выполненных работ также может быть надлежащим подтверждением фактического выполнения работ на указанную в этом акте сумму.

Общество, обосновывая не принятие актов и не подписание их, указывает на отсутствие фактического оказания услуг.

Как указывает общество, в период действия договора никто из представителей не приходил проверить охраняемое оборудование (пульт централизованного наблюдения (далее - ПЦН) с использованием подвижной радиотелефонной связи (стандарта GSM)) и сам ответчик не обладает информацией о том работает оборудование или нет.

Так, в период с 14.02.2020 по 31.07.2021 неоднократно проводились вскрытия оружейной комнаты, подлежащей охране по договору. 

Однако никаких действий со стороны управления не производились, а именно: 

- в нарушение пункта 3.2. договора группа задержания управления не направлялась; 

- в нарушение пункта 3.4 договора не принимались меры по вызову ответчика;

- никаких сообщений ответственному лицу общества, на номер +7 906 820 7744, указанному пункте 9.10 договора не направлялись; 

- в нарушение пункта 2.8 договора не проводились обследования технической укреплённости объекта – оружейной комнаты, по результатам которого составляется акт.

Кроме того, общество отмечает, что в период  с 14.02.2020 по 31.07.2021 никаких паролей и/или ключевых слов для постановки объекта на охрану управлением не передавалось. 

На основании изложенного, ответчик заключает о том, что обязанности по договору управлением не исполнялись.

Исходя из положений главы 39 ГК РФ, достаточным основанием для оплаты услуг выступает именно сам факт их оказания заказчиком исполнителю.

Обратное означало бы пользование ответчиком оказанными исполнителем услугами без предоставления встречного эквивалентного исполнения, что недопустимо между организациями в силу общих начал и принципов гражданского законодательства.

В соответствии со статьей 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Абзацами третьим - пятым пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как следует из условий договора, сторонами предусмотрено осуществление исполнителем централизованной охраны и контроля над средствами пожарной, тревожной сигнализации (пункт 1.2 договора). 

По пункту 3.1 договора в рамках договора исполнитель обязался во все действие договора организовать и обеспечить централизованную охрану объекта и централизованное наблюдение за средствами тревожной и пожарной сигнализации, установленными на объекте. 

При поступлении на ПЦН сигнала «Тревога» с Объекта в период времени, когда объект находится под централизованной охраной, централизованным наблюдением, направлять в установленном порядке группу задержания на объект для выяснения причины срабатывания охранной, пожарной, тревожной сигнализации (отработки сигнала «Тревога»), а при необходимости принимать меры к пресечению противоправных действий и задержанию лиц их совершающих. группа задержания прибывает на объект в кратчайший срок с момента поступления на ПЦН сигнала о срабатывании охранной, пожарной, тревожной сигнализации.

Немедленно передать в пожарную охрану информацию о срабатывании пожарной сигнализации на объекте (пункт 3.договора).

Согласно пункту 2.3. договора контроль над средствами тревожной сигнализации на объекте с помощью ПЦН с использованием подвижной радиотелефонной связи (стандарта GSM) (далее - централизованное наблюдение) заключается в централизованном наблюдении за средствами тревожной сигнализации, установленными на объекте, с момента приема объекта на ПЦН до его снятия с ПЦН.

Централизованное наблюдение (тревожная сигнализация) на объекте, не является способом (средством) охраны (защиты) имущества «Заказчика», находящегося на объекте, а служит для экстренного вызова группы задержания на объект для принятия мер к установлению и задержанию лиц, осуществляющих противоправные действия на объекте.

Контроль над средствами пожарной сигнализации на объекте с помощью ПЦН с использованием подвижной радиотелефонной связи (стандарта GSM) (далее - централизованное наблюдение) заключается в централизованном наблюдении за каналом передачи тревожного извещения со средств пожарной сигнализации, установленных на объекте, с момента приема объекта на ПЦН до его снятия с ПЦН.

Централизованное наблюдение (пожарная сигнализация) на объекте не является способом (средством) охраны (защиты) имущества заказчика, находящегося на объекте, от пожара, а служит для передачи в пожарную охрану информации о срабатывании пожарной сигнализации на объекте (пункт 2.4. договора).

Таким образом, по существу оказываемых истцом услуг такой договор носит абонентский характер (исполнение по требованию, согласно статье 429.4 ГК РФ), что предполагает заинтересованность заказчика в исполнении договора на протяжении срока действия договора и при поступлении на ПЦН сигнала «Тревога», производить соответствующие меры, к пресечению противоправных действий. 

Учитывая, что обычно оказание услуги и ее потребление происходят одновременно, материалами дела подтверждено фактическое оказание истцом услуг, у суда апелляционной инстанции не имеется оснований полагать, что с момента заключения договора указанные виды услуг не оказывались за весь период. 

При этом несовершение абонентом действий по получению исполнения (ненаправление требования исполнителю, неиспользование предоставленной возможности непосредственного получения исполнения и т.д.) или направление требования исполнения в объеме меньшем, чем это предусмотрено абонентским договором, по общему правилу, не освобождает абонента от обязанности осуществлять платежи по абонентскому договору (пункт 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Апелляционным судом учитывается, что ответчик не сообщал истцу об утрате интереса к оказанию им услуг, что свидетельствует о том, что у управления имелась обязанность по действующему договору оказывать охранные услуги в полном объеме и при поступлении сигнала «Тревога», производить соответствующие действия, направленные на охрану предприятия, вплоть до самостоятельного отказа истца от договора.

При таких обстоятельствах, поскольку предметом заключенного договора следует считать периодическое оказание услуг (по мере необходимости), подрядчик вправе рассчитывать на получение оплаты за фактически оказанные услуги в порядке и размерах, определенным договором.

При этом доводы о том, что охраняемое помещение не осматривалось управлением, и никто из представителей истца не приходил для проверки работоспособности оборудования, опровергаются представленным в материалы дела актом первичного обследования помещения комнаты хранения оружия общества от 30.01.2020, где комиссия в составе, которой также обозначен заместитель генерального директора ответчика предложила произвести пусконаладочные работы средств охранной, пожарной и тревожной сигнализации и все шлейфы охранной, пожарной и тревожной сигнализации установленные в помещении, необходимо подключить через ППКОП 011-8-1-011»Приток-А-4(8)» GSM на ПЦН ОВО по городу Тюмени с выдачей светового и звукового сигнала (пункт 1.1 обозначенного акта).

Актом о приемке технических средств сигнализации в эксплуатацию от 11.02.2020 установлено, что охранная, пожарная и тревожная сигнализация во всех режимах работает устойчиво.

Актом обследования (технического осмотра) состояния ТСО и инженерно-технической укрепленности помещения комнаты хранения оружия от 17.02.2020 комиссия пришла к выводу о наличии оснований для признания технических средств охраны пригодными к дальнейшей эксплуатации.

Таким образом, при заключении договора сторонами устанавливался факт работоспособности технических средств охраны комиссией из представителя ответчика – ФИО2 и представителей истца.

Однако при этом, общество, настаивая на том, что охранные услуги фактически не оказывались, ссылается на не подключение пульта охранной системы к системе истца.

Действительно, согласно справке от 16.12.2021 в период с 14.02.2020 по 31.07.2021 все рубежи сигнализации выведены на пульт частного охранного предприятия, что подтверждается актом обследования помещения (строения) комнаты для хранения оружия от 20.03.2020. 

То есть фактически заказчик сообщает о том, что охрана управлением не могла осуществляться с учетом технического подключения пульта централизованной охраны к частному охранному предприятию.

Однако, на протяжении действия договора с 14.02.2020 по 30.06.2021 возражений подобного рода обществом истцу не предъявлялось, отказ от исполнения договора в одностороннем порядке не заявлялся, напротив, производилась оплата таких услуг.

Предъявляя свои возражения относительно подключения тревожной кнопки только к частному охранному предприятию, который наряду с истцом осуществлял охрану, но всех помещений общества, ответчик не принимает во внимание, что такое непоследовательное поведение заказчика, который допустил исполнение договора в таком порядке и не предъявил соответствующие возражения, лишает права заказчика в последующем возражать, поскольку такое поведение противоречит предшествующему поведению.

Иными словами, не предъявив своевременно возражения к исполнителю, который бы устранил препятствующие надлежащему исполнению обстоятельства, ответчик тем самым утратил право ссылаться на какие-либо обстоятельства в рамках гражданско-правового спора, поскольку данная позиция высказанная только на стадии судебного разбирательства существенно противоречит предшествующему поведению ответчика исправно вносившего оплату за охранные услуги вплоть до сентября 2020 года.

С учетом поведения ответчика, в настоящем случае подлежат применению положения принципа эстоппель, основным критерием применения которого является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского правоотношения, а также подлежат применению правила venire contra factum proprium (никто не может противоречить собственному предыдущему поведению).

Главная задача принципа эстоппель состоит в том, чтобы воспрепятствовать получению преимущества и выгоды стороной, допускающей непоследовательность в поведении, в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Принцип эстоппель (estoppel) означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, применение которой означает утрату права на защиту посредством лишения стороны права на возражение.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некой хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам.

Главная задача принципа эстоппеля состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017)).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Применяя данные правила, апелляционный суд учитывает, что, заказчик сообщил о том, что пульт охранной системы подключен к частному охранному предприятию только на стадии судебного разбирательства с намерением предотвратить взыскание оплаты оказанных истцом охранных услуг, которые на момент их исполнения устраивали заказчика.

Таким образом, исковые требования законно и обоснованно удовлетворены судом первой инстанции.

Также коллегия судей поддерживает выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения встречных исковых требований о признании договора недействительным, с учетом следующего.

В соответствии со статьей 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Применительно к настоящему случаю, ответчик полагает, что договор является кабальной сделкой, поскольку услуги фактически не оказаны, носили формальный характер, заключение договора являлось условием для получения разрешения на хранение оружия и патронов к нему.

В силу пункта 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Из указанной нормы следует, что для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства. При этом отличительным элементом кабальной сделки является также чрезмерное превышение цены оспариваемого договора относительно иных договоров такого вида.

Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть оспорена по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной как кабальной.

Как следует из материалов дела, спорный договор заключен между сторонами по инициативе самого общества, направившего управлению письмо от 22.01.2020 с просьбой направить инспектора для обследования оружейной комнаты с последующей постановкой на охранный пульт (т.д. 2, л.д. 15).

В последующем в письме от 31.01.2020 по итогам осмотра оружейной комнаты общество просило заключить договор на постановку на охрану пожарно-охранную сигнализацию оружейной комнаты по адресу: 

<

...> километр Старого Тобольского тракта, строение 7, с режимом тревожной кнопки с 10:00 до 22:00 часов, пожарно-охранной сигнализации с 22:00 часов до 10:00 часов.

В отметке об исполнении указано о заключении договора.

Таким образом, данные доказательства свидетельствуют о волеизъявлении общества заключить договор, вынужденности из такого порядка заключения договора не усматривается.

Также не усматривается и крайне не выгодных условий договора, который относительно условий договора не выдвигал возражений, 07.12.2020 подписал дополнительное соглашение, увеличившее стоимость договора с учетом количества часов до 175 462 руб. 80 коп. (том 1 л.д. 16- 17).

И, как верно отмечает истец, о недействительности договора ответчик заявил только при рассмотрении требований о взыскании задолженности, ранее ответчиком по каким-то причинам не предпринимались попытки оспорить обременительный для ответчика договор.

При установлении действительных мотивов заключения оспариваемого договора апелляционным судом установлено, что общество осуществляет деятельность по производству гражданского оружия самообороны.

В соответствии со статьей 22 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» (далее - Закон об оружии) хранение гражданского и служебного оружия и патронов к нему разрешается юридическим лицам и гражданам, получившим в органах внутренних дел разрешения на хранение или хранение и ношение оружия.

Гражданское и служебное оружие должно храниться в условиях, обеспечивающих его сохранность, безопасность хранения и исключающих доступ к нему посторонних лиц.

Требования к условиям хранения различных видов гражданского и служебного оружия и патронов к нему определяются Правительством Российской Федерации, которое постановлением от 21.07.1998 № 814 «О мерах по регулированию оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации» утвердило Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации (далее - Правила).

Согласно пункту 55 Правил оружие и патроны в соответствии с требованиями, установленными Министерством внутренних дел Российской Федерации, подлежат хранению в изолированных помещениях, специально оборудованных для этих целей, оснащенных техническими средствами охраны и иными средствами защиты, в запирающихся на замок сейфах или металлических шкафах.

Требования к размещению оружия, оборудованию оружейных комнат, хранилищ, складов установлены разделом XX Инструкции по организации работы органов внутренних дел по контролю за оборотом гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 12.04.1999 № 288 «О мерах по реализации Постановления Правительства Российской Федерации от 21.07.1998 № 814» (далее - Инструкция).

В соответствии с пунктом 21 Инструкции перед выдачей или продлением срока действия разрешений на хранение и использование оружия юридическим лицам проводятся комиссионные обследования условий его хранения, технической укрепленности объектов, организации охранных мероприятий, наличия учетной документации. По результатам обследования помещений юридических лиц - объектов хранения оружия и патронов составляется акт (приложение 42), в котором указывается разрешенное к хранению количество оружия и патронов, а также наличие условий для их размещения (в сейфах, шкафах, пирамидах, ящиках, на стеллажах) и оборудование помещений средствами охранно-пожарной сигнализации.

Согласно абзацу 1 пункту 169.6 Инструкции комната для хранения оружия должна быть оборудована средствами пожаротушения по нормам, установленным Государственной противопожарной службой МЧС России, и многорубежной охранно-пожарной сигнализацией (не менее двух рубежей). Все рубежи охранно-пожарной сигнализации подключаются на пульт централизованного наблюдения подразделения вневедомственной охраны при органе внутренних дел Российской Федерации, в целях осуществления органами внутренних дел возложенных на них контрольных функций.

Не соблюдение изложенных правил, направленных на обеспечение порядка и государственного контроля такого специфического товара, как оружие, влечет за собой отказ в праве на осуществление разработки, производства и испытания гражданского и служебного оружия.

Следовательно, ведение такого рода деятельности сопряжено с получением специального права – лицензии и накладывает на субъекта правоотношений, производящего оружие, соблюдение определенных правил, обязательных при изготовлении и хранении оружия, на что и указано ответчику при продлении соответствующего разрешения.

В связи с чем, ответчик в декабре 2019 года, имея намерения получить разрешение на хранение оружия и патронов, обеспечил охрану оружейной комнаты Вневедомственной охраной Росгвардии Российской Федерации. 

При этом несогласие ответчика с требованиями, при которых подлежит выдаче лицензия на осуществление изготовления и хранения оружия, которые, по его мнению, не содержат обязательных требований о заключении договора с истцом при изготовлении перцовых балончиков, не может служить основанием для признания спорного договора недействительным и отказом в защите права исполнителя на получение платы за оказанные услуги.

Общество, как самостоятельных хозяйствующий субъект, осуществляющий предпринимательскую деятельность по своей воле и в собственном интересе, при избрании такого специфического вида деятельности должно было осознавать необходимость соблюдения специальных правил.

С учетом изложенного, апелляционный суд не усматривает в оспариваемом договоре признаков недействительности. Характерные признаки кабальности, выраженные в вынужденности и стечении тяжелых обстоятельств, осознанное использование данного положения исполнителем, не установлены.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не нашли своего подтверждения при ее рассмотрении, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение, влияли на обоснованность и законность решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

С учетом изложенного в настоящем постановлении, доводы, приведенные в апелляционной жалобе и озвученные суду апелляционной инстанции, основаниями для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы не являются.

Принятое по делу решение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда Тюменской области от 19.01.2022 по делу № А70-21959/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

Н.В. Тетерина

Судьи

 

Д.Г. Рожков

М.М. Сафронов