АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-17480/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 14 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 21 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Ишутиной О.В.,

судей                                                         Качур Ю.И.,

ФИО1 –

при ведении протокола помощником судьи Мальковым М.И. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационные жалобы конкурсного управляющего государственным предприятием Кемеровской области «ГлавУКС» ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) и общества с ограниченной ответственность «Строительное управление механизации - 7» (далее – общество «СУМ-7») на постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 (судьи Усанина Н.А., Дубовик В.С., Фролова Н.Н.) по делу                   № А27-17480/2019 Арбитражного суда Кемеровской области о несостоятельности (банкротстве) государственного предприятия Кемеровской области «ГлавУКС» (650991, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее –предприятие, должник).

Третье лицо - Министерство строительства Кузбасса.

С использованием системы веб-конференции в судебном заседании участвовали представители: ФИО3 – ФИО4 по доверенности                  от 16.06.2022; ФИО5 – ФИО6 по доверенности                 от 01.12.2021 (до перерыва); общества «СУМ-7» - ФИО7 по доверенности от 02.12.2022; Комитета по управлению государственным имуществом Кемеровской области (далее – Комитет) - ФИО8 по доверенности от 10.03.2023 № 7-03/539.

Конкурсный управляющий ФИО2 участвовал в судебном заседании до перерыва в помещении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, после перерыва с использованием системы веб-конференции.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника его конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении Комитета к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Комитет обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно его руководителей –        ФИО3 (являвшегося начальником должника в период с 22.09.2014 по 07.09.2017) и ФИО9 (являвшегося начальником должника в период с 08.09.2017 по 15.06.2018).

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.06.2022 заявления конкурсного управляющего и Комитета объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 03.10.2022 признаны установленными основания для привлечения Комитета к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами; в удовлетворении заявления Комитета отказано.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Кемеровской области              от 03.10.2022, Комитет обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023, определение Арбитражного суда Кемеровской области от 03.10.2022 отменено в части признания установленными оснований для привлечения Комитета к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановления производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами, в указанной части принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего; в остальной части определение суда от 03.10.2022 оставлено без изменения.

В кассационных жалобах конкурсный управляющий и общество «СУМ-7» просят отменить постановление суда апелляционной инстанции от 18.01.2023 в части отказа в привлечении Комитета к субсидиарной ответственности.

В обоснование кассационных жалоб их податели приводят следующие доводы: выводы суда первой инстанции соответствуют установленным обстоятельствами примененным нормам права; у апелляционного суда отсутствовали основания для переоценки установленных обстоятельств и отмены определения суда первой инстанции; сделка по изъятию имущества, закрепленного за должником усугубила его финансовое положение, не позволила продолжить ведение хозяйственной деятельности, восстановить платежеспособность должника и погасить задолженность; после изъятия имущества для продолжения осуществления функций государственного технического контроля за строительством объектов, финансируемых за счет средств бюджетов различных уровней, персонал должника переведен и изъятое у должника имущество передано в дублирующую должника организацию – государственное бюджетное учреждение Кемеровской области «Главное строительное управление Кузбасса» (далее - учреждение); указанные действия Комитета в совокупности повлекли невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Отзывы на кассационные жалобы, представленные ФИО3, Комитетом, Федеральной налоговой службой, не приобщены к материалам обособленного спора в связи с отсутствием надлежащих доказательств направления лицам, участвующим в рассмотрении обособленного спора (части 1, 2 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В судебном заседании на основании статьи 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 12.04.2023 до 09 часов 45 минут 14.04.2023.

В судебном заседании конкурсный управляющий и представители ФИО5, общества «СУМ-7» поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах; представитель Комитета просил в удовлетворении кассационных жалоб отказать; представитель ФИО3 оставил на усмотрение суда рассмотрение кассационных жалоб.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Законность постановления апелляционного суда проверена судом округа в обжалуемой части в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Кемеровской области от 26.07.2019 к производству принято заявление о признании должника банкротом, определением того же суда от 03.09.2019 в отношении должника введена процедура наблюдения, а решением от 12.05.2020 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Предприятие зарегистрировано 05.05.1999 (регистрационный номер, присвоенный до 01.07.2002 № 4595) Администрацией Кемеровской области; сведения о предприятии внесены в ЕГРЮЛ 16.10.2002.

Основным видом деятельности предприятия является деятельность заказчика-застройщика, генерального подрядчика (код ОКВЭД 71.12.2) пункт 2.2. Устава предприятия.

Учредителем в соответствии с пунктом 1.2 Устава предприятия является Кемеровская область в лице Комитета (выписка из ЕГРЮЛ).

По состоянию на 01.01.2018 и 01.01.2019 среднесписочная численность работников должника составляла 42 человека.

На основании решений Комитета от 20.08.2009 № 2-2/2794, от 27.10.2010                   № 14-2/5078, от 06.05.2016 № 2-2/849, от 28.04.2016 № 2-2/764, от 14.06.2016 № 2-2/1085 и актов приема-передачи имущества в хозяйственное ведение предприятия переданы пять нежилых помещения, расположенные по адресу 

<

...> (офисные помещения).

Решением Комитета от 21.11.2018 № 2-2/1619 указанные выше решения отменены, нежилые помещения переданы в оперативное управление учреждения.

Определением от 02.12.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по заявлению конкурсного управляющего на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона          от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) признана недействительной сделка, оформленная решением Комитета от 21.11.2018 № 2-2/1619, в порядке применения последствий недействительности сделки с Комитета в конкурсную массу взысканы денежные средства в сумме 27 866 030 руб., равные стоимости изъятого у должника недвижимого имущества.

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с настоящим заявлением, указал на совершение Комитетом сделки по изъятию у должника имущества, повлекшей прекращение деятельности должника, что не позволило удовлетворить требования кредиторов.

Суд первой инстанции удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, исходил из доказанности совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения Комитета к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 1 и подпункту 2 пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции в части привлечения Комитета к субсидиарной ответственности, исходил из недоказанности причинно-следственной связи между изъятием имущества у должника и возникновением у последнего признаков неплатежеспособности.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве. Так, в частности, из пункта 1 статьи 61.11 названного Закона следует, что, вред причиняется при совершении контролирующим должника лицом деяний (действия или бездействия), вследствие которых стало невозможно полное погашение требований кредиторов контролируемого лица.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

В пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации          от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Возможность привлечения собственника имущества государственного и муниципального предприятия к субсидиарной ответственности предусмотрена пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях».

В пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что собственник имущества может быть привлечен к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) государственного предприятия вызвана его указаниями или иными действиями.

При этом контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в абзаце первом пункта 16 Постановления № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления № 53).

Ввиду того, что полномочия учредителя и собственника имущества предприятия возложены на Комитет, он является контролирующим должника лицом, подпадающим под признаки пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Изъятое у должника Комитетом имущество представляет собой офисные помещения, в которых размещались работники должника.

Согласно заключению арбитражного управляющего, предприятие вело убыточную деятельность и обладало признаками неплатежеспособности за три года до процедуры банкротства (вступившие в законную силу судебные акты о взыскании с предприятия образовавшейся задолженности, начиная с 2015 года по делам № А27-7361/2015,                № А27-7429/2015, № А27-7686/2015, № А27-8626/2015, утвержденное арбитражным судом мировым соглашением от 10.10.2017 по делу № А27-8521/2017 по иску публичного акционерного общества «Ростелеком» о взыскании с предприятия 54 468 614,70 руб. долга и 6 816 861,47 руб. неустойки, а также судебными актами по иным делам о взыскании задолженности с предприятия, рассмотренными Арбитражным судом Кемеровской области до даты принятия Комитетом решения от 21.11.2018).

В определении суда от 22.08.2018 по делу № А27-8521/2017 констатирована недостаточность денежных средств должника по состоянию на 24.04.2018 для исполнения им своих обязательств, установлены факты неисполнения муниципальными заказчиками обязательств по оплате работ в рамках заключенных контрактов.

Из сравнения финансово-экономических показателей по кредиторской задолженности ГП КО «ГлавУКС» за 4 квартал 2018 года и за 1, 2, 3, 4 кварталы            2019 года следует, что в 1 квартале 2019 намечен рост кредиторской задолженности, в последующем к 4-му кварталу 2019 года размер кредиторской задолженности снижен более чем в 2 раза.

Следовательно, недостаточность средств у должника возникла до изъятия у него имущества.

Нежилые помещения являются офисными, предназначены для работы сотрудников. Должник не вел производственную деятельность; строительство осуществлялось путем привлечения субподрядчиков.

Из материалов дела усматривается, что неплатежеспособность должника возникла до изъятия у последнего офисных помещений.

Как следует из пояснений Комитета и не опровергнуто лицами, участвующими в обособленном споре, неплатежеспособность возникла вследствие неоплаты государственными и муниципальными заказчиками, относящимися к социальной сфере (образовательные, дошкольные, социальные, культурные учреждения), ненадлежащей организации работы должника по взысканию задолженности, в результате чего увеличивался долг перед субподрядчиками не только по оплате работ, но и по пеням и штрафам.

Исходя из специфики деятельности должника, имелись иные неблагоприятные факторы, влияющие на его имущественное положение (в целом снижение объемов строительства, кризис в строительной отрасли).

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 23 Постановления № 53, сами по себе факты совершения сделок по изъятию имущества не подтверждают как значимости такой сделки, так и ее существенной убыточности для должника и не свидетельствует о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Негативные для должника последствия изъятия имущества устранены посредством возврата должнику его действительной стоимости в общей сумме 27 866 030 руб.

Доказательства совершения собственником имущества предприятия иных действий, ухудшивших финансовое положение предприятия в материалы настоящего дела не представлены.

Довод о возможности восстановления платежеспособности должника с использованием нежилых помещений и сохранения штата работников документально не подтвержден.

Иные аргументы об основаниях привлечения Комитета к субсидиарной ответственности не приведены.

При таких условиях суд апелляционной инстанции пришел к верному выводу о недоказанности оснований для привлечения Комитета к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, по сути, сводятся к несогласию конкурсного управляющего и общества «СУМ-7» с выводами суда апелляционной инстанции об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судом апелляционной инстанции положений действующего законодательства и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023 по делу           № А27-17480/2019 Арбитражного суда Кемеровской области в обжалуемой части оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                                                   О.В. Ишутина

 

Судьи                                                                                                                 Ю.И. Качур

 

ФИО1