СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                       Дело № А27-3069/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 января 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего                 Захаренко С.Г.,

судей:                                                Вагановой Р.А.,

                                                           Сухотиной В.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Сухих К.Е., без использования средств аудиозаписи, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу отраслевого (функционального) органа администрации Таштагольского муниципального района - муниципального казенного учреждения «Комитет по управлению муниципальным имуществом Таштагольского муниципального района» (№ 07АП-9156/2024) на решение от 17.10.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3069/2024 (судья Душинский А.В.) по исковому заявлению отраслевого (функционального) органа администрации Таштагольского муниципального района - муниципального казенного учреждения «Комитет по управлению муниципальным имуществом Таштагольского муниципального района» (652990, 

<

...>, кабинет 406, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к ФИО1 (Кемеровская область - Кузбасс, город Таштагол, ИНН: 

<

***>) о взыскании 6 215 677,89 рублей (с учетом уточнения),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: муниципальное предприятие «Фармация» (652992, 

<

...>, ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ФИО2 (ИНН: 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от истца: без участия (извещен),

от иных лиц: без участия (извещены),

установил:

в Арбитражный суд Кемеровской области поступило исковое заявление, уточненное в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отраслевого (функционального) органа администрации Таштагольского муниципального района - муниципальное казенное учреждение «Комитет по управлению муниципальным имуществом Таштагольского муниципального района» (далее – истец) к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании убытков в сумме 3 962 787 рублей, в том числе неосновательное обогащение в размере 2 610 358,61 рублей и начисленные проценты на сумму неосновательного обогащения в размере 2 252 890,89

рублей, всего 6 215 677,89 рублей.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены муниципальное предприятие «Фармация», ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением суда от 17.10.2024 в удовлетворении исковых требований отказано. 

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять новый судебный акт, которым исковые требования удовлетворить, ссылаясь на то, что суд неправильно определил дату начала течения срока исковой давности; считает, что моментом, когда истцу стало известно о нарушении права в виде убытков, причиненных незаконными выплатами премий, заработной платы и компенсации за неиспользованный отпуск следует считать с сентября 2023 года; решения истец по выплате премии в отношении директора не принимал, а так же не знал, и не мог знать о таком начислении и выплате директором самому себе премий; суд не учел, что выплата премии является сделкой, и выплата директором премии самому себе является сделкой с заинтересованностью, которая может быть совершена исключительно с согласия учредителя в силу пункта 1 статьи 22 Федерального закона от 14.11.2002 №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях»; ответчик в нарушении трудового законодательства не оформлял надлежащим образом работу в выходные дни и сверхурочную работу, к работодателю в лице истца ответчик также не обращался и не ставил его в известность о необходимости работы сверхурочно, о работе в выходные дни, а также не извещал работодателя о выездах в командировку; считает, что утверждения работников не присутствующих в организации после работы или в выходные дни о том, что руководитель и его заместитель трудились сверхурочно доказательствами являться не могут; ответчиком не представлено никаких доказательств о работе в выходные дни при проведении ежегодной инвентаризации и исполнении им обязанностей водителя на периоды отпусков последним; полагает, что им доказано причинение убытков в связи с получением заработной платы за время фактического отсутствия на рабочем месте по причине выезда за границу.

Ответчик и ФИО2 в отзывах на апелляционную жалобу просят оставить решение без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Решение считают законным и обоснованным.

Будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте проведения судебного заседания, лица, участвующие в деле своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не направили.

На основании пункта 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие указанных лиц, по имеющимся материалам.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов, проверив в порядке статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, апелляционный суд не нашел оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, муниципальное предприятие «Фармация» создано по распоряжению Главы Администрации города Таштагола от 24 августа 1992 года № 173-р в организационно правовой форме - муниципальное унитарное предприятие. Учредителем предприятия является Комитет по управлению муниципальным имуществом Таштагольского муниципального района.

Директором МП «Фармация» Приказом № 7 от 24.08.1992 назначен ФИО1. Трудовой договор с ФИО1 не заключался (в материалы дела не представлен, в отчетах о деятельности, сданных в Комитет, указано об отсутствии договора).

Постановлением Администрации Таштагольского муниципального района № 451-п от 27.04.2021 принято решение о ликвидации МП «Фармация».

Постановлением Администрации Таштагольского муниципального района № 1493-п от 23.11.2021 «О внесении изменений в постановление Администрации Таштагольского муниципального района № 451-п от 27.04.2021 «О принятии решения о ликвидации муниципального предприятия «Фармация» председателем ликвидационной комиссии назначен ФИО3

Приказом № 8 председателя КУМИ Таштагольского муниципального района от 10.03.2022 ФИО1 уволен с 21.03.2022 в связи с ликвидацией предприятия по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ).

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 16.09.2022 по делу № А27-2828/2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.12.2022, удовлетворен иск МП «Фармация» к бывшему директору ФИО1 об обязании передать документы.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 12.05.2023 решение от 16.09.2022 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 07.12.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-2828/2022 в части удовлетворения требований о передаче полного перечня имущества предприятия и самого имущества, в том числе имущественных прав на 23.11.2021 и сведений о наличии имущества и самого имущества, хранение которого предусматривает соблюдение определенных условий, отменены, в указанной части дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Кроме того, следственным отделом по городу Таштаголу СУ СК РФ по Кемеровской области - Кузбассу в отношении директора МП «Фармация» ФИО1 и его заместителя ФИО2 23.12.2022 было возбуждено уголовное дело № 12202320016000064 по признакам преступления, предусмотренного части 3 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту мошенничества. Дело возбуждено на основании постановления прокурора города Таштагола о направлении материалов проверки в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании по факту мошенничества руководителями МП «Фармация». 24 .07.2023 уголовное дело прекращено. 25.09.2023 следователь по ОВД следственного отдела по городу Таштагол майор юстиции ФИО4 передал председателю ликвидационной комиссии ФИО3 документы и предметы, изъятые у ФИО1 и по месту нахождения МП «Фармация».

В ходе совершения следственных мероприятий в материалы уголовного дела получены сведения о датах заграничных поездок ФИО1 и его заместителя ФИО2, совпадающих с их рабочим временем за которое ими получена заработная плата.

По расчету истца за период с 2014 по 2019 годы за время фактического отсутствия на рабочем месте по причине выезда за границу ФИО1 незаконно получил 458 566,24 рублей заработной платы (за 156 рабочих дней) и 36 300 рублей командировочных расходов и стоимости проживания, всего – 494 866,24 рублей неосновательного обогащения.

За период с 2014 по 2019 годы за время фактического отсутствия на рабочем месте по причине выезда за границу ФИО2 незаконно выплачено 329 079,45 рублей  заработной платы (за 139 рабочих дней) и 18 500 рублей командировочных расходов и стоимости проживания, всего – 347 579,45 рублей, чем причинены убытки предприятию.

Также, по мнению истца, ФИО1 незаконно получил компенсацию за неиспользованный отпуск за период с 2009 года по 2018 год в общей сумме 498 492,37 рублей, что является для него неосновательным обогащением.

За аналогичный период времени ФИО2 выплачена компенсация за неиспользованный отпуск в размере 414 848,94 рублей, что является убытками для предприятия.

Кроме того, ликвидатором предприятия установлено, что в 2010 согласно приказу № 88 от 16.12.10 ФИО1 выплатил себе вознаграждение по итогам работы за 2009 год в размере 617 000 рублей.

Своим заместителям: ФИО5 по приказу № 81 от 06.12.2010 выплатил 230 000 рублей; ФИО2 по приказу № 84 от 06.12.2010 выплатил 360 000 рублей.

В 2013 году по приказу № 46 от 30.12.2013 ФИО1 выплатил вознаграждение себе в размере 1 000 000 рублей.

В общей сложности себе и своим заместителям ФИО1 выплатил премиальных в размере 2 207 000 рублей.

Истец считает, что за счет выплаты премий ответчик получил неосновательное обогащение в сумме 1 617 000 рублей и причинил убытки предприятию за счет выплаты третьим лицам (заместителям) в сумме 590 000 рублей.

Всего, с учетом уточнения, по расчету истца ФИО1 получил неосновательное обогащение за счет предприятия в сумме 2 610 358,61 рублей и причинил убытки в связи с необоснованными выплатами денежных средств заместителям в сумме 1 352 428,39 рублей.

На сумму неосновательного обогащения истец начислил проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2012 по 21.08.2024 в общей сумме 2 252 890,89 рублей и обратился в суд с настоящим иском.

Арбитражный суд, отказывая в удовлетворении исковых требований, принял по существу законный и обоснованный судебный акт, при этом выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм действующего законодательства Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции поддерживает выводы суда первой инстанции, отклоняя доводы апелляционной жалобы, при этом исходит из следующего.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей указаны основания, предусмотренные законом и иными правовыми актами, а также действия граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 277 ТК РФ руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации (часть первая); в случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями; при этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством (часть вторая).

В силу статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из разъяснений, содержащихся в пунктах 5, 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) контрагентов по гражданско-правовым договорам, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. Требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Данное лицо обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

При этом согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа уполномочено выступать от имени юридического лица, обязано возместить по требованию этого юридического лица, или выступающих в его интересах лиц, причиненные по его вине убытки.

Основанием для удовлетворения требования о взыскании убытков является совокупность условий: факт причинения убытков, наличие причинной связи между понесенными убытками и виновными действиями ответчика, документально подтвержденный размер убытков. При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных условий. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

В отличие от неосновательного обогащения возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности. Поскольку ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, убытки, причиненные им, подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ. Институт возмещения убытков направлен на восстановление имущественной сферы пострадавшей стороны, то есть на полное возмещение ущерба в порядке статей 15 и 393 ГК РФ, причиненного конкретным деликтом.

Согласно пункту 1 статьи 21 и пункту 1 статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон № 161-ФЗ) руководитель унитарного предприятия (директор, генеральный директор) является единоличным исполнительным органом унитарного предприятия и должен действовать в интересах унитарного предприятия добросовестно и разумно.

В силу части 2 статьи 25 Закона № 161-ФЗ руководитель унитарного предприятия несет в установленном законом порядке ответственность за убытки, причиненные унитарному предприятию его виновными действиями (бездействием). 

Бремя доказывания факта причинения убытков обществу действиями его бывшего руководителя, а также причинной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для должника, возложено на заявителя

Вместе с тем на бывшем руководителе должника как лице, осуществляющем распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит бремя доказывания добросовестности и разумности своего поведения.

В силу разъяснений, данных в пункте 1 Постановление № 62, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

По правилам пункта 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Давая оценку требованиям истца о взыскании убытков, причиненных выплатой премии в 2010 году и в 2013 году в общей сумме 2 207 000 рублей, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно пункту 5.2 Устава, ответчик будучи директором предприятия имел право распоряжаться имуществом предприятия в целях обеспечения исполнения уставных задач предприятия, принимать на работу и увольнять работников предприятия, применять к ним меры поощрения и налагать взыскания, осуществлять иную исполнительно-распорядительную деятельность, организовывал учет и отчетность, осуществлял текущее руководство деятельностью предприятия и его структурных подразделений.

В силу пункта 6.2 Устава МП «Фармация», контроль за производственной и финансовой деятельностью предприятии осуществляется уполномоченными на это государственными органами.

В числе прав для выполнения уставных целей перечисленных в пунктом 4.2 Устава МП «Фармация» само предприятие имело право определять и устанавливать формы и системы оплаты труда, численность работников, структуру и штатное расписание.

Определять размер средств, направляемых на оплату труда работников предприятия, на техническое и социальное развитие.

В соответствии со статьей 21 ТК РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы.

В соответствии со статьей 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) – это вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы размер которой зависит от квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается (ст.132 ТК РФ), за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Судом установлено, что ограничения размера заработной платы руководителей, их заместителей, главных бухгалтеров установлены в статье 145 ТК РФ с учетом внесенных изменений в эту статью законом № 347-ФЗ от 03.07.2016 и, соответственно, не действовали в 2010 и 2013 годах.

При этом, как следует из материалов дела, в период времени, за который предъявлены исковые требования, в статье 145 ТК РФ до внесения нее изменений законом № 347-ФЗ от 03.07.2016 года не было установлено право органов местного самоуправления на установление предельного уровня соотношения среднемесячной заработной платы руководителей, их заместителей, главных бухгалтеров муниципальных унитарных предприятий и среднемесячной заработной платы работников.

Кроме того, из материалов дела следует и не опровергнуто истцом, что несмотря на длительный период исполнения ФИО1 обязанностей директора муниципального учреждения с ним трудовой договор заключен не был, уакие-либо ограничения относительно начисления и выплаты премии на ответчика иными документами не возлагались.

Пунктами 2,3,9,11,12 части 1 статьи 20 Закона №161-ФЗ определены права собственника имущества унитарного предприятия определять цели, предмет, виды деятельности унитарного предприятия, определять порядок составления, утверждения и установления показателей планов (программы) финансово-хозяйственной деятельности унитарного предприятия), утверждать бухгалтерскую (финансовую) отчетность и отчеты унитарного предприятия; осуществлять контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего унитарному предприятию имущества, утверждать показатели экономической эффективности деятельности унитарного предприятия и контроля их выполнения.

В пункте 2 статьи 26 Закона №161-ФЗ определено, что контроль за деятельностью унитарного предприятия осуществляется органом, осуществляющим полномочия собственника, и другими уполномоченными органами, а в п.3 определены органы, в адрес которых предприятие обязано предоставлять отчетность и перечень предоставляемой отчетности.

Истцом в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что им как учредителем, были установлены для предприятия показатели дающие возможность оценки сложности, количества, качества и условий выполняемой работы и квалификации, как и доказательств отсутствия у предприятия прибыли в 2009-2013 годах. 

Таким образом, суд первой инстанции проанализировав вышеуказанные обстоятельства, вопреки позиции апеллянта, пришел к правомерному выводу о том, что в действиях ФИО1 по выплате премии в 2010 году и в 2013 году отсутствует нарушение действующего законодательства и противоречия воле собственника предприятия.

Кроме того, постановлением Администрации Таштагольского района от 25.08.2010 № 677-п «Об утверждении порядка и сроков отчетности руководителей муниципальных унитарных предприятий Таштагольского района» (далее Постановление № 677-п) был утвержден Порядок и срок отчетности руководителей муниципальных унитарных предприятий Таштагольского района которым был определен способ контроля выплат заработной платы работникам предприятия и в том числе и руководителю предприятия. 

Из материалов дела следует, что во исполнении требований установленных в Постановлении № 677-п ответчиком ежегодно в адрес истца в лице КУМИ Таштагольского района направлялись отчеты за отчетный период, которые должны были рассмотрены им в течение 10 дней.

Отчетность предоставлялась в срок до 30 марта следующего за отчетным года.

В пункте 3 Постановления № 677-п установлено право Комитета в случае выявления нарушений и недостатков порядка заполнения форм отчета, возвращать руководителю предприятия отчет с рекомендациями по устранению выявленных нарушений и недостатков, которые руководитель предприятия был обязан устранить и повторно представить отчет в течение 10 дней со дня его получения.

В соответствии с пунктом 4,5,6 Порядка руководителем МП «Фармация» в адрес истца вместе с отчетом направлялась и информационная справка о финансово-экономической деятельности предприятия за отчетный год, в которой в том числе были отражены данные об изменении численности персонала, о среднемесячной оплате труда работников предприятия, в том числе руководителя предприятия, данные об использовании прибыли, остающейся в распоряжении предприятия.

Доказательства, наличия каких-либо замечаний относительно сданных отчетов, в материалах дела отсутствуют.

Основываясь на изложенном, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что истец располагал данными о размерах оплаты труда работников предприятия, в том числе ответчика, начиная с отчета полученного им за 2010 год и последующие годы, не представлял каких-либо замечаний или возражений, то есть фактически одобрял деятельность ФИО1 как директора предприятия.

В ходе рассмотрения дела ответчиком также было заявлено о пропуске срока исковой давности по всем заявленным требованиям.

В пункте 10 постановления № 62 разъяснено, что Арбитражным судам следует учитывать, что участник юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков, действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 ГК РФ и статья 225.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент непосредственного возникновения убытков не было участником юридического лица. Течение срока исковой давности по требованию такого участника применительно к статье 201 ГК РФ начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был узнать правопредшественник такого участника юридического лица.

В рассматриваемом случае, поскольку учредитель муниципального предприятия не менялся, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что срок исковой давности должен исчисляться с момента, когда он мог и должен был узнать о нарушенном праве, а именно с первого апреля 2011 года и 01.04.2014 соответственно.

Повторно проанализировав вышеуказанное, вопреки доводам апеллянта о том, что суд первой инстанции неправильно определил дату начала течения срока исковой давности, апелляционный суд поддерживает выводы суда первой инстанции о том, что комитет, имел все предусмотренные законом возможности проверить, а с учетом истекшего времени – проверить неоднократно, деятельность предприятия и установить наличие нарушений, на которые он ссылается в иске и предъявить требование о взыскании убытков в пределах срока исковой давности, следовательно срок исковой давности по данному требования истек 01.04.2013 и 01.04.2017 соответственно.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ, пункту 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» и пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Учитывая пропуск срока исковой давности по требованиям в указанной части, суд первой инстанции верно установил, что в этой части иск не подлежит удовлетворению.

Доводы апеллянта об обратном, в том числе о том, что о том, что суд первой инстанции не учел того, что выплата премии является сделкой, и выплата директором премии самому себе является сделкой с заинтересованностью, которая может быть совершена исключительно с согласия учредителя в силу пункта 1 статьи 22 Федеральный закон от 14.11.2002 №161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», выводы суда первой инстанции не опровергают, направлены лишь на несогласие с судебным актом в отсутствие надлежащих доказательств обратного (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Давая оценку доводом истца о взыскании с ответчика убытков в связи с получением заработной платы за время фактического отсутствия на рабочем месте по причине выезда за границу в общей сумме 842 445,69 рублей, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

В соответствии со статьей 91 ТК РФ, рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

В силу статьи 97 ТК РФ работодатель имеет право в порядке, установленном настоящим Кодексом, привлекать работника к работе за пределами продолжительности рабочего времени, установленной для данного работника в соответствии с названным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором для сверхурочной работы.

Статьей 99 ТК РФ предусмотрено, что сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Привлечение работодателем работника к сверхурочной работе допускается с его письменного согласия в следующих случаях:

1) при необходимости выполнить (закончить) начатую работу, которая вследствие непредвиденной задержки по техническим условиям производства не могла быть выполнена (закончена) в течение установленной для работника продолжительности рабочего времени, если невыполнение (незавершение) этой работы может повлечь за собой порчу или гибель имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), государственного или муниципального имущества либо создать угрозу жизни и здоровью людей;

2) при производстве временных работ по ремонту и восстановлению механизмов или сооружений в тех случаях, когда их неисправность может стать причиной прекращения работы для значительного числа работников;

3) для продолжения работы при неявке сменяющего работника, если работа не допускает перерыва. В этих случаях работодатель обязан немедленно принять меры по замене сменщика другим работником.

В соответствии с абзацем 4 части 1 статьи 153 ТК РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере: работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.

По желанию работника, работавшего в выходной или нерабочий праздничный день, ему может быть предоставлен другой день отдыха. В этом случае работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается в одинарном размере, а день отдыха оплате не подлежит.

Из представленных в материалы дела протоколов допросов свидетелей, полученных в ходе проведения следственных действий в рамках уголовного дела № 12202320016000064 по обвинению ФИО1 и ФИО2 в мошенничестве путем получения денежных средств на командировку при одновременном выезде за границу Российской Федерации. В качестве свидетелей были допрошены работники МП «Фармация» ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, Кладовая О.В., ФИО10 Свидетели показали, что ФИО1 и ФИО2 регулярно работали сверхурочно в рабочие дни и в выходные дни. Работа сверхурочно и в выходные дни обусловлена производственной необходимостью, осуществлением поставки лекарственных средств в позднее время, либо в выходные и накануне выходных, для обеспечения возможности непрерывного пополнения аптек, которые работали без выходных. Свидетели, в том числе, показали, что лекарственные средства, поступившие перед выходным днем к следующему рабочему дню всегда уже были приняты, оформлены и разнесены в электронные приходные документы, все заявки аптек на лекарственные средства, поступающие в течение недели обрабатывались независимо от выходных дней, работа и снабжение лекарствами аптек никогда не приостанавливались.

Кроме того, из представленных приказов по МП «Фармация» следует, что ФИО1 и ФИО2 регулярно направлялись в командировки в г. Москва для закупки лекарственных средств (Приказ № 16 от 03.06.2009, Приказ № 55 от 01.12.2009, Приказ №2 от 15.01.2010, Приказ № 23 от 07.04.2010, Приказ № 27 пар.1 от 30.04.2010, Приказ № 45 от 12.07.2010, Приказ № 53 от 11.08.2010, Приказ № 14 от 13.02.2011, Приказ № 17 от 16.03.2011, Приказ № 21 пар.1 от 20.04.2011, Приказ № 606 от 14.09.2011, Приказ № 68 пар.4 от17.10.2011, Приказ № 43а от 13.09.2012, Приказ № 46 от 12.10.2012, Приказ № 30 от 30.08.2013, Приказ № 14 от 11.03.2014, Приказ №16 от 24.04.2014, Приказ № 18 от 30.05.2014, Приказ № 33 от 01.09.2014, Приказ №13 от 07.03.2015, Приказ № 20 от 06.04.2015, Приказ № 24 от 06.05.2015, Приказ № 62 от 14.12.2015, Приказ № 16 от 31.01.2016, Приказ № 17 от 18.02.2016, Приказ № 18 от 14.03.2016, Приказ № 19 от 11.04.2016.).

При таких обстоятельствах, из материалов дела усматривается, что только за время нахождения в командировках не использованное на отдых время составило более 162 дней у ФИО1 и более 115 дней у ФИО2, также, в связи с невозможностью прерывания деятельности предприятия, в выходные дни проводилась ежегодная инвентаризация, что занимало два дня, за период с 2012 по 2019 годы было затрачено на проведение инвентаризации по 18 выходных дней директором и его заместителем.

Оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, обстоятельства дела, установив отсутствие трудового договора, подробно регламентирующего права и обязанности директора предприятия, суд первой инстанции правомерно счел возможным руководствоваться общими нормами и выработанными правилами поведения руководителей предприятий.

При этом как верно отметил суд первой инстанции, будучи ответственным за ведение хозяйственной деятельности предприятия, директор самостоятельно определяет необходимость своей работы за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, а равно направления в командировки как себя лично, так и своего заместителя.

В обоснование своей позиции истец указывает, что ответчик в нарушении трудового законодательства не оформлял надлежащим образом работу в выходные дни и сверхурочную работу, к работодателю в лице истца ответчик также не обращался и не ставил его в известность о необходимости работы сверхурочно, о работе в выходные дни, а также не извещал работодателя о выездах в командировку.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы истца в указанной части, как противоречащие материалам дела, и не свидетельствующие безусловно о не выполнении работы ответчиком в выходные дни и сверхурочно, в том числе о необходимости в командировках. 

Учитывая вышеизложенное, а также то, что в соответствии с нормами статьи 153 ТК РФ у ответчика имелись законные основания для использования дней отдыха в иное время, в том числе на совершение туристических поездок и соответственно по аналогичным основаниям такая возможность имелась и у ФИО2, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска в части получения заработной платы ФИО1 и выплаты заработной платы ФИО2 за время поездок за границу. 

Кроме того, ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

В рассматриваемом случае, суд первой инстанции установил, что последний период отсутствия на работе, подтвержденный в рамках расследования уголовного дела, приходится на даты с 07.12.2019. по 11.12.2019.

Как указывалось ранее, комитет, осуществляя добросовестно свои обязанности, получив отчет о деятельности предприятия за 2019 год в срок не позднее 30.03.2020 и обнаружив отсутствие документов и сведений о нахождении в отпуске руководителя мог и должен был инициировать дополнительную проверку деятельности предприятия с использованием предоставленных ему прав.

В части исковых требований о взыскании убытков в виде выплаты командировочных расходов и расходов на проживание (700 рублей в сутки) за периоды с 03.02.2016. по 07.02.2016 и с 16.03.2016. по 20.03.2016 суд первой инстанции также правомерно не усмотрел оснований для взыскания убытков по причине пропуска срока исковой давности, который в данном случае начал течь с 01.04.2017 и закончился 01.04.2020. исходя из указанных выше оснований и отсутствия добросовестного поведения ответчика по исполнению возложенных на него функций.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Давая оценку доводом истца относительно требования о взыскании убытков, возникших в результате выплаты ФИО1 компенсации неиспользованного отпуска себе и ФИО2, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Статьей 115 ТК РФ установлена продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска работникам, которая составляет 28 календарных дней.

Статья 126 ТК РФ предусматривает возможность замены части ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающей 28 календарных дней, по письменному заявлению работника денежной компенсацией.

При суммировании ежегодных оплачиваемых отпусков или перенесении ежегодного оплачиваемого отпуска на следующий рабочий год денежной компенсацией могут быть заменены часть каждого ежегодного оплачиваемого отпуска, превышающая 28 календарных дней, или любое количество дней из этой части.

В соответствии с частью 1 статьи 127 ТК РФ при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

Федеральный законодатель вводил в правовое регулирование компенсационную по своей сути выплату исходя прежде всего из необходимости обеспечения работнику возможности реализации конституционного права на отдых, а не в качестве замены ею отпуска, что не позволяет рассматривать часть первую статьи 127 ТК РФ - с учетом ее действительного смысла и предназначения - как правомерный способ накопления, в том числе по обоюдному согласию работника и работодателя, причитающихся работнику отпусков полностью либо частично с целью последующего (при увольнении работника) получения денежной компенсации за них (Постановление Конституционного Суда РФ от 25.10.2018 № 38-П).

Как следует из материалов дела истцом представлены сведения о выплате ФИО1 себе компенсаций за неиспользованные отпуска с 2009 года по 2018 год на общую сумму 498 492,37 рублей, в том числе: за 2009-2011 годы – 103 568,55 рублей согласно сведений из налоговой карточки за 2012; за 2012 - 2014 годы – 166 151,30 рублей согласно сведений из налоговой карточки за 2016 год; за 2014-2016 годы – 116 411,40 рублей на основании расходного кассового ордера № 176 от 19.08.2020; за 2016-2018 годы – 112 361,12 рублей на основании расходного кассового ордера № 88 от 19.04.2021.

Также истцом представлены сведения о выплате компенсации за неиспользованный отпуск в пользу ФИО2 с 2009г. по 2018. На сумму 388 075,98 руб., в том числе: за 2009-2011 годы – 79 582,70 рублей согласно сведений из налоговой карточки за 2012 год; за 2012 - 2014 годы – 130 635,40 рублей согласно сведений из налоговой карточки за 2016 год; за 2014-2016 годы – 89 991,44 рублей на основании расходного кассового ордера № 145 от 20.07.2020; за 2016-2018 годы – 87 866,44 рублей на основании расходного кассового ордера № 47 от 15.03.2021.

Проанализировав материалы дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что основания такой выплаты в виде увольнения работников отсутствовали, поскольку ответчик является генеральным директором общества и его полномочия не прекращены, равно как на момент выплат не прекращены и полномочия заместителя директора ФИО2, в связи с чем признал обоснованными выводы доводы истца о неправомерности выплаты на регулярной основе компенсации за неиспользованный ежегодный отпуск при условии продолжения работы. 

В свою очередь, истец указал на выплаты, произведенные в 2012 и 2016 годах.

Вместе с тем, ответчиком было заявлено о пропуске срока исковой давности. 

Как указывалось ранее, при активном поведении истца при исполнении своих полномочий по контролю за деятельностью муниципальных предприятий информация о необоснованно произведенных выплатах должны была статьи известной комитету после получения ежегодных отчетов о деятельности предприятия, срок предоставления которых установлен не позднее 30 марта следующего за отчетным года, следовательно срок исковой давности по выплатам, произведенным в 2012 и 2016 годам истек соответственно 01.04.2016 и 01.04.2020, при этом установив, что требование о взыскании убытков по выплате компенсации за неиспользованный отпуск, произведенные ФИО1 и ФИО2 в 2020 и 2021 годах заявлены в пределах срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС от 30.07.2013 № 62, при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации), также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица (например, об определении приоритетных направлений его деятельности, об утверждении стратегий и бизнеспланов и т.п.).

В соответствии со статьей 274 ТК РФ права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Обязанность исходить из положений учредительных документов при определении полномочий органа юридического лица для приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей указывает пункт 1 статьи 53 ГК РФ.

В силу пунктов 2, 3 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Как установлено судом, из пояснений ответчика и третьего лица следует, что в силу производственной необходимости приходилось выполнять трудовые функции в сверхурочное время, в выходные и праздничные дни, что позволило использовать право на отдых в рабочие дни, что, фактически, при суммировании, было достаточным для использования аналогично обычно предоставляемому отпуску.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно было принято во внимание, что период с 2008 года и в последующие годы является периодом финансового кризиса затронувшего как экономику страны в целом так и экономических субъектов в том числе. В условиях финансового кризиса и при необходимости выполнять работы в выходные и праздничные дни, ответчиком было принято решение не оплачивать такую работу в повышенном размере, а предоставлять оплачиваемые выходные дни. 

Руководствуясь вышеизложенными нормами права, в том числе правовой позицией изложенной в абзаца 2 пункта 1 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения сторон, принимая во внимание отсутствие доказательств того, что ответчик действовал с целью причинить убытки предприятию, учитывая последующее увольнения ответчика и ФИО2 в ходе мероприятий по ликвидации, соответственно компенсация за все неиспользованные отпуск должна была бы быть им выплачена при увольнении, исходя из того, что убытки тем самым на стороне предприятия не образовались, в силу наличия обязательства по уплате истребуемой суммы в последующем, истцом не доказано превышения ответчиком своих полномочий, прияв во внимание и тот факт, что на протяжении всего периода деятельности МП «Формация» и его руководитель ФИО1 истцом одобрялось его поведение и принимаемые управленческие и хозяйственные решения, при этом оценка качества трудовой деятельности была определена награждением директора МП «Фармация» знаком «Лауреат премии Кузбасса» 1988 год, «Отличнику здравоохранения», медалью «За особый вклад в развитие Кузбасса» III степени» 2005 год, медалью «За служение Таштагольскому району III степени» 2016 год, «Благодарственным письмом Администрации Кемеровской области за своевременное и полное внесение налоговых и других обязательных платежей, личный вклад в развитие экономики и благосостояние Кузбасса» 2000 год, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, отметив и то, что в данном случае, доводы истца о его неосведомленности в вопросе о размере вознаграждений выплаченных ответчику и по распоряжению ответчика являются недобросовестными действиями и могут свидетельствовать только об отсутствии хоть какого-либо контроля со стороны Комитета за деятельностью муниципального предприятия, что, однако, не освобождает Комитет от несения неблагоприятных последствий такого поведения.

Апелляционной суд повторно проанализировав материалы дела, поддерживает вышеуказанный вывод суда первой инстанции. Вопреки утверждениям апеллянта, иное толкование им действующего законодательства Российской Федерации и иная оценка обстоятельств спора не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

При данных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении исковых требований в полном объеме, суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение.

Доводы подателя жалобы о том, что судом первой инстанции не полностью выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, не нашли своего подтверждения.

Суд апелляционной инстанции считает, что все обстоятельства дела, собранные по делу доказательства, исследованы судом первой инстанции в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и получили надлежащую правовую оценку в судебном акте.

Учитывая изложенное, принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным и обоснованным, судом полно и всесторонне исследованы имеющиеся в материалах дела доказательства, им дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленные статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Руководствуясь статьей 110, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

решение от 17.10.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3069/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

Председательствующий                                                                 С.Г. Захаренко

Судьи                                                                                                           Р.А. Ваганова

                                                                                                          В.М. Сухотина