ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

25.06.2020Дело № А40-211646/14

Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 июня 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа 

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зверевой Е..А., Коротковой Е.Н.,

при участии в судебном заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Кировпейпер» – ФИО1 по доверенности от 10.03.3020;

от конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Имущественный комплекс «КБФ» - ФИО2 по доверенности от 20.07.2019

от акционерного общества «Нововятский лесоперерабатывающий комбинат» – ФИО4 ВА. по доверенности от 09.01.2020;

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 04.06.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Имущественный комплекс «КБФ»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019

об отказе в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Имущественный комплекс «КБФ»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 29.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Имущественный комплекс «КБФ» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6

Определением Арбитражного суда города Москвы суда от 02.11.2016 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования акционерного общества «Нововятский лесоперерабатывающий комбинат» (далее – кредитора) в размере 91 636 234,58 руб. – заемные средства и проценты за пользование займом (основной долг); в третью очередь отдельно, с очередностью удовлетворения после погашения основной задолженности и причитающихся процентов в размере 282 159,54 руб. пени.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2019, оставленным в силе постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019,  отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего должника и общества с ограниченной ответственностью «Кировпейпер» доводы кассационной жалобы поддержали, а представители кредиторов – ФИО3 и акционерного общества «Нововятский лесоперерабатывающий комбинат» просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, проверив, в порядке статей 284, 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального  и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 309 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Перечень оснований для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам установлен статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

В соответствии с частью 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вновь открывшимися обстоятельствами являются существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, арбитражному суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о предоставлении новых доказательств, имеющих отношениек уже исследовавшимся ранее арбитражным судом обстоятельствам.

В обоснование своего заявления конкурсный управляющий должника указывал на то, что в производстве третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кировской области находится уголовное дело № 11801330018000202, возбужденное по части 4 статьи 159, части 2 статьи 330, пунктам «а», «б» части 4 статьи 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ).

В ходе анализа предоставленных следственными органами документов, конкурсным управляющим должника был выявлен ряд обстоятельств, которые имели место ранее, но не были раскрыты и исследованы ранее при разрешении вопроса о включении требования кредитора в реестр требований иных кредиторов должника.

Так, конкурсный управляющий должника указывал, что должник и кредитор полностью контролировались ФИО7, являющимся бенефициарным владельцем кредитора, предоставившим подконтрольному ему должнику в противоправных целях займ, невозврат которого явился основанием для включения общества, как мажоритарного кредитора, в реестр требований кредиторов должника.

Допрос, из которого конкурсному управляющему стало известно об обстоятельствах, изложенных выше, состоялся 21.05.2019.

Как указывал конкурсный управляющий должника, обнаруженные факты взаимосвязанности группы лиц, имеющих корпоративную связь и подконтрольных одному физическому лицу выявленные в ходе конкурсного производства в отношении должника, являются существенными для дела обстоятельства, которое не было предметом судебного разбирательства на момент рассмотрения требований кредитора о включении  в реестр требований кредиторов должника.

По мнению конкурсного управляющего должника, данные обстоятельства являются вновь открывшимися.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил из следующего.

Спорное требование кредитора в размере 91 918 394,12 руб., образовалось в результате неисполнения должником обязанностей по договору процентного займа от 22.06.2012 № 22.

Требование кредитора было подтверждено договором процентного займа, платежными поручениями, расчетом процентов и пеней и иными представленными в материалы дела доказательствами.

Указанные в качестве вновь открывшихся обстоятельств сведения могли быть известны конкурсному управляющему должника при рассмотрении обоснованности требования кредитора, списки аффилированных лиц кредитора, а также данные о руководителях и учредителях должника могли быть получены управляющим и представлены в материалы дела.

Вместе с тем, отмечено судом, в соответствии с частью 3 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил.

Вновь утвержденный конкурсный управляющий является правопреемником предыдущего конкурсного управляющего.

Тот факт, что ФИО6 является вновь утвержденным конкурсным управляющим должника, по мнению суда, не свидетельствует о том, что указанные им обстоятельства не могли быть известны при рассмотрении требования кредитора.

Более того, указал суд первой инстанции, протоколы допроса не могут быть признаны в качестве надлежащего доказательства, подтверждающего достоверность указанных в них сведений, поскольку вступивший в законную силу приговор суда в материалы дела не представлен.

Вопреки утверждению конкурсного управляющего, аффилированность должника и кредитора не является вновь открывшимся обстоятельством (которое хотя объективно и существовало, но не могло быть учтено, так как не было и не могло быть известно заявителю), поскольку сведения об указанном факте имеют общедоступный характер.

Кроме того, указал суд первой инстанции, конкурсным управляющим должника пропущен срок на подачу им заявления о пересмотре вступившего в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016.

Заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам подается в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, лицами, участвующими в деле, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра судебного акта (часть 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На основании части 2 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по ходатайству лица, обратившегося с заявлением, пропущенный срок подачи заявления может быть восстановлен арбитражным судом при условии, если ходатайство подано не позднее шести месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра, и арбитражный суд признает причины пропуска срока уважительными.

Ходатайство о восстановлении срока подачи заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам рассматривается арбитражным судом в порядке, установленном статьей 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 19 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – постановление от 30.06.2011 № 52), установленный частью 1 статьи 312 Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

Днем открытия таких обстоятельств следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств.

В пункте 20 названного постановления от 30.06.2011 № 52 также разъяснено, что пропуск шестимесячного срока для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам независимо от причин пропуска срока служит основанием для возвращения заявления со ссылкой  на пункт 2 части 1 статьи 315 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, трехмесячный срок на подачу заявления о пересмотре вступившего в законную силу определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016 истек, а то обстоятельство, что ФИО6 является вновь утвержденным конкурсным управляющим не свидетельствует о том, что указанные им обстоятельства не могли быть известны при рассмотрении требования кредитора.

Вновь утвержденный конкурсный управляющий является правопреемником предыдущего конкурсного управляющего.

Таким образом, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства того, что имеются вновь открывшиеся обстоятельства, свидетельствующие о необходимости пересмотра определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016, суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и оставил обжалуемое определение без изменения.

Между тем, судами не было учтено следующее.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями пересмотра судебных актов по правилам указанной главы являются вновь открывшиеся обстоятельства - указанные в части 2 статьи 311 данного Кодекса и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу; а также новые обстоятельства -указанные в части 3 настоящей статьи, возникшие после принятия судебного акта, но имеющие существенное значение для правильного разрешения дела обстоятельства.

При этом, под обстоятельствами понимаются юридические факты, а не новые доказательства, имеющие отношение к уже исследовавшимся ранее арбитражным судом обстоятельствам.

Эти факты должны были иметь место на момент рассмотрения спора судом, однако по объективным причинам не могли быть обнаружены.

Существенность обстоятельств заключается в том, что они могли повлиять на выводы арбитражного суда при принятии судебного акта, то есть, если бы данное обстоятельство было известно суду, то это привело бы к принятию другого решения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 3, 4 постановления от 30.06.2011 № 52, при решении вопроса о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам судам следует исходить из наличия оснований, предусмотренных статьей 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и соблюдения заявителем условий, содержащихся в статьях 312 и 313 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу.

Определение Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016 было вынесено в ходе осуществления в отношении должника процедуры наблюдения.

Допрос, из которого конкурсному управляющему стало известно о фактах, изложенных в настоящем заявлении, состоялся 21.05.2019.

Обнаруженные факты взаимосвязанности группы лиц, имеющих корпоративную связь и подконтрольных одному физическому лицу, выявленные 21.05.2019 в отношении должника, как обоснованно отмечено судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции в обжалуемых судебных актах, являются существенными для дела обстоятельствами, которые не было предметом судебного разбирательства на момент рассмотрения требований кредитора.

Кроме того, отказывая в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам, суд первой инстанции указал, что конкурсным управляющим пропущен срок на подачу заявления о пересмотре вступившего в силу определения Арбитражного суда г. Москвы от 02.11.2016.

Заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам подается в арбитражный суд, принявший данный судебный акт, лицами, участвующими в деле, в срок, не превышающий трех месяцев со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием пересмотра судебного акта (часть 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 19 постановления от 30.06.2011 № 52, установленный частью 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта.

Днем открытия таких обстоятельств следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств.

Как уже отмечалось ранее, обстоятельства, на которые конкурсный управляющий должника ссылается как на основание для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, стали известны конкурсному управляющему должника 25.06.2019, после получения заверенных копий документов от следственных органов

С заявлением о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам конкурсный управляющий обратился 16.07.2019, то есть в пределах трехмесячного срока.

В соответствии с частью 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Так, согласно части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения должны быть указаны:

1) фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом;

2) доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле;

3) законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Нарушение процессуального закона в части требований, предъявляемых к мотивировочной части решения и постановления суда апелляционной инстанции, и игнорирование любого элемента мотивировочной части судебного акта дает повод усомниться в его законности и обоснованности, препятствует надлежащей проверке обжалуемого акта в суде кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает, что принятые по настоящему делу судебные акты не отвечают обязательным требованиям, предъявляемым процессуальным законом к содержанию судебного акта, поскольку содержат общие выводы судов без отражения исследования и оценки представленных сторонами доказательств.

Так, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц единственным участником должника с 26.04.2012 является АО «ХАНС КУНЦ» (Швейцария).

Поскольку участником должника является иностранное юридическое лицо, выявить бенефициарного владельца в открытых российских источниках было невозможно.

Между тем, список аффилированных лиц кредитора, согласно которому ФИО7 являлся членом совета директоров кредитора, а АО «ХАНС КУНЦ» принадлежит к группе лиц кредитора по состоянию на 30.06.2012, не являлся достаточным подтверждением того, что ФИО7 контролировал деятельность должника.

Так, факт подконтрольности АО «ХАНС КУНЦ» именно ФИО7 не отражен в списке аффилированных лиц.

Кроме того, в указанном выше списке не указано, что должник принадлежит к группе лиц АО «НЛК».

Указанные обстоятельства были выявлены лишь 21.05.2019 во время допроса ФИО7

Вместе с тем судами не учтено, что информация о контролирующем лице ФИО7 не являлась общедоступной, поскольку не была опубликована ни на сайте кредитора в списке аффилированных лиц, ни отражена в российском реестре юридических лиц.

Таким образом, факты взаимосвязанности группы лиц, имеющих корпоративную связь и подконтрольных одному физическому лицу, указанные в качестве оснований для пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам не имели общедоступный характер и не могли быть известны конкурсным управляющим должника ни при рассмотрении обоснованности требования кредитора в период наблюдения, ни в ходе конкурсного производства, поскольку скрывались кредитором.

Вместе с тем, судебная коллегия критически относится к выводам судов, отклонивших приведенные конкурсным управляющим должника обстоятельства со ссылкой на их общедоступный характер.

Вопреки положениям  статей 170 и 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды не указали, в силу какой именно нормы права они квалифицировали сведения, представленные правоохранительными органами  из материалов уголовного дела, имеют общедоступный характер.

В соответствии со статьями 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждый участник процесса обязан предоставлять суду доказательства правомерности своей позиции.

При разрешении спора суд оценивает имеющиеся в деле доказательства.

Протоколы допроса свидетелей являются допустимыми и достоверными доказательствами в арбитражном процессе.

Как установлено статьей 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловая корреспонденция, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи или иным способом, позволяющим установить достоверность документа.

Такими доказательствами, в том числе, являются письменные доказательства (протоколы допроса свидетелей), полученные в рамках уголовно-процессуального судопроизводства.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в Определении Конституционного Суда РФ от 01.03.2011 № 273-О-О, согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, одним из оснований, освобождающих от доказывания, является вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу, который обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия, и совершены ли они определенным лицом. Другие доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд признает их относимыми и допустимыми (часть 1 статьи 64, статьи 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При этом разрешение вопросов об относимости и допустимости представленных сторонами доказательств, а также их оценка являются прерогативой арбитражного суда.

Из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в  постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 № 3159/14 по делу № А05-15514/12, усматривается, что доказательства, полученные в уголовно-процессуальном порядке, могут быть использованы в арбитражном процессе для установления наличия или отсутствия обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле при условии, если арбитражный суд их признает относимость и допустимость.

С учетом этого, протоколы допросов свидетелей по уголовному делу могут быть признаны надлежащим доказательством в арбитражном процессе, что не требует вступления в законную силу приговора суда по делу.

Между тем представленные конкурсным управляющим протоколы допросов свидетелей получены с разрешения следователя по делу в том объеме, который признан следователем допустимым в интересах предварительного расследования.

Представленные в дело копии протоколов допросов свидетелей заверены подписями и печатями следователя, то есть отвечают критерию допустимости.

Напротив, кредитором не представлены доказательства того, что раскрытие протоколов допросов свидетелей противоречит интересам предварительного расследования или связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства либо что им были предприняты какие-либо действия к оспариванию такого раскрытия в рамках уголовного дела.

Лица, допрошенные в качестве свидетелей в уголовном разбирательстве, давали свои показания в качестве свидетеля по уголовному делу и предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по статье 307 УК РФ, о чем прямо указано в соответствующих протоколах допроса.

При таких обстоятельствах, указанные протоколы допроса являются допустимыми доказательствами и имеют отношение к предмету доказывания по настоящему делу, поэтому подлежат оценке судом наряду с иными доказательствами согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия критически относится и к выводам судов о том, что указанные конкурсным управляющим должника были известны его правопредшественнику.

Как указывал Конституционный Суд Российской Федерации, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.)

Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. 

Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643, обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»  (далее - экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

При этом названный механизм отличается от предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации порядков обжалования (пересмотра), закрепленных в статье 42 и главе 37 этого Кодекса.

Так, с жалобой по правилам статьи 42 названного Кодекса может обратиться лицо, чьи права и обязанности затрагиваются судебным актом непосредственно (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», то есть такое лицо, которое должно было участвовать в деле, но которое не было привлечено к участию в нем ввиду судебной ошибки.

Предусмотренный главой 37 названного Кодекса порядок (пересмотр вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам) предполагает, что с подобным заявлением могут обращаться лица, участвующие в деле (часть 1 статьи 312 этого Кодекса).

В отличие от названных двух порядков экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Этим и обусловлено наделение иных кредиторов правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса.

Из этого следует также, что названный порядок обжалования по своей функциональности предполагает как возможность приведения новых доводов, так и представления (в случае необходимости) новых доказательств.

 Вместе с тем, отклоняя доводы конкурсного управляющего должника, направленные по сути на реализацию соблюдения указанного баланса, суды не приняли во внимание, что правопредшественник конкурсного управляющего должника ФИО8 был отстранен определением Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника в связи с избранием в его отношении меры пресечения в виде заключения под стражу.

Доводы конкурсного управляющего должника о том, что указанная мера пресечения избрана в связи с расследованием того же уголовного дела, в рамках которого были бывший генеральный директор кредитора ФИО9 и бывший финансовый директор кредитора ФИО10, конечный бенефициар и учредитель кредитора ФИО7, подтвердившими факт выдачи не предполагавшегося к возврату займа, его «транзитный» характер, а также создание вертикально-интегрированной структуры взаимозависимых лиц путем назначения непосредственно указанным ФИО7 как директора кредитора, так и, впоследствии, – директора должника, судами по существу не исследовались.

Однако, указанные обстоятельства, как обоснованно отмечено судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции в обжалуемых судебных актах, являются существенными для дела обстоятельствами, которые не были предметом судебного разбирательства на момент рассмотрения требований кредитора.

Как неоднократно отмечалось высшей судебной инстанцией, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника.

Вместе с тем, внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

В данном деле судами не были установлены обстоятельства предоставления займа подконтрольному обществу.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе, риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов.

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

Очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

Между тем, указанные обстоятельства судами не исследовались и не оценивались.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы арбитражный суд кассационной инстанции вправе отменить обжалуемый акт суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, решение, постановление которого отменено или изменено.

Учитывая, что выводы судебных инстанций сделаны по неполно установленным фактическим обстоятельствам дела, без исследования и надлежащей оценки в совокупности всех доказательств, имеющих значение для правильного разрешения спора, судебная коллегия приходит к выводу об отмене обжалованных судебных актов и передаче дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, правильно установить фактические обстоятельства дела, дать надлежащую оценку вышеизложенным доводам, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, а также правовых позиций высшей судебной инстанции, приведенных в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(2) и от 11.07.2019 № 305-ЭС19-4021, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены обжалуемых судебных актов.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2019по делу № А40-211646/14 –отменить.

Заявление конкурсного управляющего должника общества с ограниченной ответственностью «Имущественный комплекс «КБФ» о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда города Москвы от 02.11.2016 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.А. Зверева

Е.Н. Короткова