СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-1569/2022-АК

г. Пермь

24 марта 2022 года

Дело № А60-63943/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 марта 2022 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Чухманцева М.А.,

судей  Т.Ю. Плаховой, Чепурченко О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, представителей не направили, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 10 января 2022 года 

об отказе в удовлетворении заявления  конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными сделки по передаче прав по договору лизинга № ИЛ-Е- 056ФЛ-17 от 28.09.2017, по передаче прав собственности на предмет лизинга, по оплате ФИО3 в пользу АО «Интеза Лизинг»  и по изъятию у должника автомобиля,

вынесенное в рамках дела № А60-63943/2019

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Авторитет Урал»  (ОГРН 

<

***>),

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4,

установил:

07.11.2019 общество с ограниченной ответственностью Строительно-монтажное предприятие «ГорРемСтрой»  (общество с ограниченной ответственностью СМП «ГорРемСтрой» ) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Авторитет-Урал»  (далее – должник) несостоятельным (банкротом), которое определением от 14.11.2019 принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.12.2019 

в отношении ООО «Авторитет-Урал»  введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация « ДЕЛО» .  

Решением суда от 20.05.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

29.06.2021 года в суд поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о признании недействительными сделок по передаче прав по договору лизинга №ИЛ-Е-056ФЛ-17 от 28.09.2017 и по передаче  прав собственности на предмет лизинга между ООО «Интеза Лизинг»  и ФИО3, по оплате ФИО3 644296 руб. 88 коп. в пользу АО « Интеза Лизинг»  и по изъятию у должника автомобиля Hyundai Tucson VIN 

<

***>.

К участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 10.01.2022 (резолютивная часть от 23.12.2021) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. 

Конкурсный управляющий должника ФИО2, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, просит определение отменить, требование о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности удовлетворить.

В жалобе заявитель ссылается на то, что у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок. Указывает, что суд первой инстанции необоснованно принял в качестве доказательства рыночной стоимости спорного автомобиля договор купли-продажи указанного автомобиля между ФИО3 и ФИО5 от 23.02.2020, поступившим в материалы дела из ОМВД по г. Копейску Челябинской области в ответ на судебный запрос. Конкурсный управляющий указывает на необоснованность отказа судом в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы. Исходит из того, что стоимость автомобиля должна быть определена в размере 1 500 000 руб., согласно данным с сайта AVITO.ru. Приводя расчет сальдо взаимных обязательств по договору лизинга, полагает подлежащим к возмещению ущерб в сумме 981 671,84 руб.  

ФИО3 в отзыве возражает против доводов апелляционной жалобы.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ссылаясь на то, что сделки по передаче прав по договору лизинга №ИЛ-Е-056ФЛ-17 от 28.09.2017 и по передаче  прав собственности на предмет лизинга между ООО «Интеза Лизинг»  и ФИО3, по оплате ФИО3 644 296,88 руб. в пользу АО «Интеза Лизинг»  и по изъятию у должника автомобиля Hyundai Tucson VIN 

<

***>, являются недействительными применительно к положениям статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий обратился с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что сделки по передаче прав по договору лизинга №ИЛ-Е-056ФЛ-17 от 28.09.2017,  по передаче  прав собственности на предмет лизинга, по оплате ФИО3 644 296,88 руб. в пользу АО « Интеза Лизинг»  не являются сделками должника или сделками за счет должника; не установив оснований для признания сделки по изъятию предмета лизинга недействительной по указанным конкурсным управляющим основаниям. 

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, отзыва, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ « О несостоятельности (банкротстве)»  и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления.

Для признания сделки недействительной по указанному основанию конкурсный управляющий должен доказать совокупность следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки вред имущественным правам кредиторов был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника в момент совершения сделки.

При недоказанности приведенной совокупности обстоятельств требование о признании сделки недействительной не подлежит удовлетворению (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов с установлением цели (направленности) сделки и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 указано, что согласно абз. 2 - 5 п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с положениями п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, в силу абз. 1 п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо, если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце четвертом п. 4 Постановления Пленума от 23.12.2010 №63, п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 « О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом « О несостоятельности (банкротстве)»  наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10 и 168 ГК РФ).

Как разъяснено в пунтке 9 постановления Пленума №63, при определении соотношения п.п. 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего постановления Пленума). Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества подразумевается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Согласно статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 №135-ФЗ « О защите конкуренции»  входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в п.1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим п. 1 названной статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Согласно пункту 11 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.3, в связи с чем, наличия иных обстоятельств, предусмотренных п. 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В п. 12 постановления Пленума ВАС РФ № 63 разъяснено, что если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если: 

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатёжеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатёжеспособности или недостаточности имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учётом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счёту должника (в том числе скрытой); осведомлённость кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Платежи и иные сделки, направленные на исполнение обязательств (предоставление отступного, зачёт и т.п.), относятся к случаям, указанным не в абзаце третьем, а в абзаце пятом п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ № 63 применяя указанный перечень условий, когда имеет место оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами, следует иметь в виду, что для признания наличия такого предпочтения достаточно хотя бы одного из этих условий. Поскольку данный перечень является открытым, предпочтение может иметь место и в иных случаях, кроме содержащихся в этом перечне. При этом, бремя доказывания того, что сделка влечёт или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем её лице. 

При этом наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, 28.09.2017 между АО «Интеза Лизинг» (лизингодателем) и должником (лизингополучателем) был заключен договор лизинга №ИЛ–Е–056ФЛ–17 от 28.09.2017, по условиям которого лизингодатель по заявке лизингополучателя прибрел легковой автомобиль марки Hyundai Tucson в количестве 1 (Одной) единицы, стоимостью 2 012 750 руб. и передал его за плату во временное владение и пользование с правом последующего выкупа лизингополучателю.

Согласно графику платежей, лизинговые платежи подлежали внесению в период с 03.11.2017 по 03.10.2020 в общей сумме 2 407 103,54 рубля (с учетом НДС) (в редакции дополнительного соглашения № 2 от 11.12.2018). 

Срок лизинга, установленный договором, составляет  36 месяцев.

Выкупная цена предмета лизинга установлена в размере 1 000,00 руб. (пункт 2.3 договора).

Автомобиль Hyundai Tucson был приобретен АО «Интеза Лизинг»  28.09.2017 в соответствии с условиями договора купли – продажи № ИЛ–Е–056ФЛ–17/КП–01 от 28.09.2017.

Имущество передано в собственность АО «Интеза Лизинг»  и в лизинг должнику 03.10.2017. 

По сведениям, представленным конкурсным управляющим, должник в период пользования предметом лизинга  перечислил АО «Интеза Лизинг»   1 494 421,84 руб. лизинговых платежей. 

19.11.2019 между АО «Интеза Лизинг»  и ФИО3 заключен договор, по условиям которого АО «Интеза Лизинг»  (цедент) передает ФИО3 (приобретатель) свои права и обязанности, возникшие из договора лизинга № ИЛ–Е–056ФЛ–17 от 28.09.2017, а также права (требования) по договору, обеспечивающему исполнение обязательств по договору лизинга, а именно договору поручительства № ИЛ–Е–056ФЛ–17 от 28.09.2017, а также  продает ФИО3 автомобиль Hyundai Tucson, являющийся предметом договора лизинга, права (требования) по которому уступаются.

Стоимость передаваемых  АО «Интеза Лизинг»  ФИО3 прав (требования) составляет 644 296,88 руб. (п. 2.1 договора), стоимость продаваемого имущества – 1 000,00 руб. (п.2.2. договора). Общая стоимость договора составляет 645 296,88 руб. (п. 2.3 договора). 

Права требования и обязанности по договору лизинга № ИЛ–Е–056ФЛ–17 от 28.09.2017, а также имущество (автомобиль) 20.11.2019 переданы ФИО3 по акту.

Справкой АО «Интеза Лизинг»  от 20.11.2019 подтвержден факт оплаты 645 296,88 руб.

19.11.2019 должнику направлено уведомление о расторжении договора финансовой аренды (лизинга), в связи с невозможностью исполнения обязательств по договору 20.11.2019 между должником и ФИО3 подписан акт возврата предмета лизинга.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник не является стороной по оспариваемому в рамках настоящего обособленного спора договору от 19.11.2019. 

Само по себе заключение оспариваемого вышеназванного договора не могло быть направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку в результате заключения оспариваемой сделки АО «Интеза Лизинг»  передало свои права и обязанности лизингодателя по договору лизинга - ФИО3, фактически сменился лизингодатель, т.е. правовое положение должника осталось неизменным, размер и характер обязательства должника не изменился. 

Также суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что сделки по передаче прав по договору лизинга № ИЛ-Е-056ФЛ-17 от 28.09.2017, по передаче прав собственности на предмет лизинга, по оплате ФИО3 644 296,88 руб. в пользу АО «Интеза Лизинг»  не являются сделками должника, или сделками с имуществом должника, или сделками за счет должника, поэтому предъявление конкурсным управляющим требования о признании таких сделок недействительными не имеет правового основания и не подлежит удовлетворению.

При рассмотрении требования о признании недействительной сделки по изъятию предмета лизинга суд первой инстанции указал, что изъятие предмета лизинга (акт изъятия предмета лизинга) произошло 20.11.2019, тогда как дело о банкротстве должника возбуждено определением от 14.11.2019. 

Поскольку указанная сделка совершена после возбуждения дела о банкротстве, суд пришел к выводу, что данная сделка должника может быть оспорена в порядке, предусмотренном главой III. 1 Закона о банкротстве (от. 61.2 и ст. 61.3 Закона о банкротстве).

При этом исходил из того, что в данном случае подлежат применению положения п. 3.1 - 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, предписывающего устанавливать сальдо взаимных обязательств при расторжении договора лизинга.

В п. 3.1 - 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 указано, что если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

В соответствии с п.3.4 постановления №17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

За вычетом авансового платежа исходный  размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, составил 1 147 267,49 руб. 

Размер  подлежащих уплате процентов (платы за финансирование)  за период до 20.11.2019 составил 102 356,27 руб.

В пунктах 66, 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 « О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»  разъяснено, что по общему правилу, если при расторжении договора основное обязательство прекращается, неустойка начисляется до момента прекращения этого обязательства (пункт 4 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, отказ продавца от договора купли-продажи транспортного средства, проданного в рассрочку, прекращает обязательство покупателя по оплате товара и, соответственно, освобождает его от дальнейшего начисления неустойки за просрочку оплаты товара (пункт 2 статьи 489 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если при расторжении договора основное обязательство не прекращается, например, при передаче имущества в аренду, ссуду, заем и кредит, и сохраняется обязанность должника по возврату полученного имущества кредитору и по внесению соответствующей платы за пользование имуществом, то взысканию подлежат не только установленные договором платежи за пользование имуществом, но и неустойка за просрочку их уплаты (статья 622, статья 689, пункт 1 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации).

За просрочку оплаты лизинговых платежей должник обязан был выплатить лизингодателю неустойку в размере 75 101,14 руб.. 

Итого общая сумма предоставленного лизингополучателю финансирования составила  1 324 724,90 руб.

Общая сумма внесенных лизингополучателем лизинговых платежей (без учета авансового платежа и комиссии за организацию лизинговой сделки) составила 588 000 руб., в том числе 377 730,28 руб. – возврат финансирования; 210 269,67 руб. – процентов (плата за финансирование). 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.4  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 №17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

23.02.2020 ФИО3 продала предмет лизинга ФИО5 по цене 600 000 руб. в соответствии с условиями договора купли – продажи автомобиля.

С позиции конкурсного управляющего, стоимость возвращенного предмета лизинга на дату заключения соглашения о расторжении договора является заниженной, достоверная стоимость которого составляет 1 500 000 руб., ссылаясь на данные из сети Интернет о стоимости аналогичных автомашин.

Доказательств иной рыночной стоимости спорного транспортного средства не представлено. 

Ходатайство о назначении судебной оценочной экспертизы судом первой инстанции отклонено, поскольку суд признал недоказанным недобросовестность действий ФИО3 при определении цены продажи транспортного средства и принял для определения стоимости возвращенного предмета лизинга сумму по договору, заключенному ФИО3 с ФИО5 в разумный срок после получения предмета лизинга. 

Доводы жалобы о необоснованном отклонении ходатайства о проведении судебной оценочной экспертизы подлежат отклонению в силу следующего.

Согласно части 2 статьи 64 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, в соответствии с иными допустимыми доказательствами по делу.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы согласно ст. 82 АПК РФ относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу. Удовлетворение ходатайства о проведении экспертизы является правом суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Согласно сведениям о проверке транспортного средства через официальный сайт Госавтоинспекции спорное транспортное средство участвовало в дорожно-транспортном происшествии 06.09.2018 и 14.12.2018 в Свердловской области, зафиксированы повреждения накладки крышки багажника, заднего бампера, накладки, глушителя, переднего бампера и накладки бампера.

ФИО3 представлены в материалы дела копии документов, подтверждающих, что автомобиль Hyundai Tucson VIN 

<

***> имел существенные недостатки в узлах и агрегатах по состоянию на 31.12.2018.

По результатам диагностики автомобиля было установлено, что автомобилю требуется замена турбины и прохождение очередного ТО, эксплуатация автомобиля запрещена. 

Цена спорного автомобиля была обусловлена его техническим состоянием, в том числе в результате участия в ДТП 2 раза.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В данном случае суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности довода конкурсного управляющего о недостоверной стоимости автомобиля.

Кроме того, ФИО3 представлен расчет сальдо взаимного предоставления, составленного в соответствии с положениями п. 3.1 - 3.6 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, основанный на графике уплаты лизинговых платежей, являющемся приложением №1 договору лизинга, в редакциях графика уплаты лизинговых платежей, утвержденных дополнительным соглашением №1 от 16.10.2017, дополнительным соглашением № 2 от 11.12.2018.

Указанный расчет обоснованно был принят судом первой инстанции, поскольку расчет конкурсного управляющего был произведен без учета некоторых разъяснений, данных в указанном Постановлении Пленума ВАС РФ.

Так, в п. 3.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17, на который ссылается заявитель, указано, что если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Общая сумма платежей, перечисленных ООО «Авторитет-Урал»  в пользу АО «Интеза Лизинг», составляет, по данным конкурсного управляющего, 1 494 421,84 руб. При этом, из указанной суммы подлежит вычету сумма авансового платежа.

Исходя из графика платежей, указанных в договоре лизинга, размер авансового платежа составляет 865 482,51 руб. Соответственно, сумма данного платежа подлежит вычету при соотнесении взаимных предоставлений сторон по договору, совершенных до момента его расторжения (расчете сальдо встречных обязательств).

Кроме того, платеж в размере 40 939,33 руб. представляет собой комиссию за организацию лизинговой сделки, а значит - данный платеж представляет собой оплату определенных действий и услуг лизингодателя. Последующее расторжение договора лизинга по причине нарушения сроков внесения лизинговых платежей со стороны лизингополучателя не может повлечь освобождение недобросовестного лизингополучателя от обязательств по оплате указанных отдельных услуг. Для переквалификации указанного платежа в качестве обычного лизингового платежа также не имеется оснований, поэтому он также подлежит вычету при соотнесении взаимных предоставлений сторон по договору лизинга, совершенных до момента его расторжения (расчете сальдо встречных обязательств).

Стоимость автомобиля Hyundai Tucson VIN 

<

***> на момент заключения договора от 19.11.2019 года с АО «Интеза Лизинг»  составляла примерно 600 000 рублей, с учетом его технического состояния, наличия правовых обременений правами лизингополучателя, возможными правовыми рисками, связанными с необходимостью изымать предмет лизинга в судебном порядке, осуществлять его розыск и прочими правовыми рисками.

Судом апелляционной инстанции поддержан вывод суда первой инстанции, что внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (588 000 руб.) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга (600 000 руб.), итого 1 188 000 руб., меньше  доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования 1 324 724,90 руб. следовательно, изъятие предмета лизинга без установления встречных обязательств  не нарушило прав и законных интересов кредиторов, а соответствующая сделка не может быть признана судом недействительной.

В результате изъятия собственником предмета лизинга уменьшение конкурсной массы не произошло, ФИО3 не было  получено удовлетворения, превышающего причитающееся ей по правилам законодательства о несостоятельности.

Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве.

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемое определение подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя, поскольку в удовлетворении жалобы отказано, государственная пошлина подлежит взысканию в доход федерального бюджета.  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда при принятии апелляционной жалобы конкурсному управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе.

При таких обстоятельствах неуплаченная конкурсным управляющим должника государственная пошлина в размере 3 000,00 руб. подлежит с должника в доход Федерального бюджета Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 10 января 2022 года по делу № А60-63943/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Авторитет Урал»  в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.А. Чухманцев 

 

Судьи

Т.Ю. Плахова 

 

О.Н. Чепурченко