ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-6990/2024

г. Челябинск

17 июня 2024 года

Дело № А07-25743/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 17 июня 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., 

судей Арямова А.А., Киреева П.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Биленко К.С.,  рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интегратор» на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2024 по делу № А07-25743/2022. 

 

Государственное казенное учреждение Управление материально – технического обеспечения Министерства здравоохранения Республики Башкортостан (ИНН 

<

***>, далее – истец, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Интегратор» (ИНН 

<

***>, далее – ответчик, ООО «Интегратор», общество) о взыскании 14 621 275 руб. 15 коп. суммы пени за не поставку 2517 шт. оборудования, 739 032 руб. 95 коп. суммы штрафа за неисполнение обязательств по контракту (с учетом принятых судом уточнений).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2024 исковые требования удовлетворены частично.

Ответчик, не согласившись с вынесенным судебным актом, обжаловал его в апелляционном порядке, просит решение суда отменить.

В обоснование доводов жалобы указывает, что пунктом 6.4 контракта размер штрафа при цене контракта от 100 млн. рублей до 500 млн. рублей не предусмотрен, в связи с чем взыскание судом штрафа в размере 147 806 руб. 58 коп. не соответствует условиям контракта. Относительно взыскания суммы пени ответчик отмечает, что суд вышел за пределы исковых требований, поскольку в исковом заявлении Учреждение просило взыскать пени за непоставку оборудования, а не за просрочку поставки оборудования как указано судом. Кроме того, в период, предшествовавший расторжению, контракт находился в стадии исполнения. Также отмечает, что заказчик, отказавшись от исполнения контракта в одностороннем порядке, тем самым злоупотребил своим правом.

В представленном отзыве истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного разбирательства на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие не прибывших в судебное заседание участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 29.03.2021 между обществом (поставщик) и Учреждением (заказчик) заключен контракт №0101500000321000018 на поставку автоматизированных рабочих мест для медицинских организаций Республики Башкортостан на сумму 147 806 560 руб. (далее - контракт).

По условиям контракта поставщик обязуется поставить автоматизированные рабочие места для медицинских организаций Республики Башкортостан в рамках программы регионального проекта «Создание единого цифрового контура в здравоохранении на основе единой государственной системы здравоохранения (ЕГИСЗ)» (далее - оборудование, товар), а заказчик обязуется принять и оплатить оборудование в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом. Наименование, количество и иные характеристики поставляемого оборудования указаны в спецификации (приложение № 1 к контракту). Поставка оборудования осуществляется поставщиком получателю с разгрузкой транспортного средства с последующей укладкой на места хранения на склад государственного унитарного предприятия «БашФармация» по адресу: 

<

...> (далее - место доставки), в течение 120 дней с момента заключения контракта, в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к контракту) (пункты 1.1, 1.2, 3.1 контракта). 

Согласно спецификации, являющейся приложением № 1 к контракту, предусмотрена поставка 2 653 автоматизированных рабочих мест производства компании HP (Hewlett-Packard). 

Цена контракта составляет 147 806 589 рублей 00 копеек, в том числе НДС 20% – 24 634 431 (Двадцать четыре миллиона шестьсот тридцать четыре тысячи четыреста тридцать один) рубль 50 копеек (пункт 2.1 контракта).

Поставка оборудования осуществляется поставщиком получателю с разгрузкой транспортного средства с последующей укладкой на места хранения на склад государственного унитарного предприятия «БашФармация» по адресу: 

<

...>, в течение 120 дней с момента заключения контракта, в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к контракту) (пункт 3.1 контракта)

С учетом заключения контракта 29.03.2021 товар подлежал поставке в срок не позднее 27.07.2021. 

Во исполнение условий контракта ответчиком осуществлены следующие поставки оборудования: 

- 20.12.2021 - 50 штук общей стоимостью 2 785 650 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 20.12.2021 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 20.12.2021 - 6 штук общей стоимостью 334 278 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 20.12.2021 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 13.01.2022 - 20 штук общей стоимостью 1 114 260 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 13.01.2022 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 13.01.2022 - 60 штук общей стоимостью 3 342 780 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 13.01.2022 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018. 

По указанным актам от 20.12.2021 и 13.01.2022 ответчиком истцу было поставлено оборудование в количестве 136 штук, в том числе: 20.12.2021 на сумму 3 119 928 руб.; 13.01.2022 на сумму 4 457 040 руб. 

Оставшаяся часть оборудования в количестве 2 517 шт. на сумму 140 229 621 руб. ответчиком не поставлена. 

Поскольку обществом контракт в полном объеме исполнен не был (было поставлено только 136 единиц с просрочкой исполнения обязательств на срок более четырех месяцев, контракт исполнен на сумму 7 576 968 руб. из 147 806 560 руб.), Учреждение 09.08.2022 приняло решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. 

Решение об одностороннем отказе от исполнения контракта 10.08.2022 опубликовано в единой информационной системе в сфере закупок на официальном сайте Российской Федерации www.zakupki.gov.ru. 

Ссылаясь на то, что при исполнении принятых по контракту обязательств, общество «Интегратор» нарушило установленный контрактом срок поставки товара общей стоимостью 140 229 621 руб., учреждение, руководствуясь частью 6 статьи 34 Закона о контрактной системе, пункта 6.3, 6.4 контракта направило обществу претензию от 28.07.2022 № 2553 об уплате неустойки за просрочку исполнения обязательств по контракту, и штрафа в связи с ненадлежащим исполнением поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом. 

Указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило истцу основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

Удовлетворяя частично исковые требования, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о неисполнении ответчиком своих обязательств по поставке оборудования в полном объеме, отсутствии оснований для освобождения поставщика от ответственности, ввиду недоказанности наличия обстоятельств непреодолимой силы, вместе с тем, с учетом ходатайства ответчика суд пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера штрафа.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Суд, проанализировав условия контракта, установил, что между сторонами возникли правоотношения, которые регулируются главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Федеральный закон № 44-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации поставка товаров для государственных или муниципальных нужд осуществляется на основе государственного или муниципального контракта на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, а также заключаемых в соответствии с ним договоров поставки товаров для государственных или муниципальных нужд (пункт 2 статьи 530 Гражданского кодекса Российской Федерации).

К отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522), если иное не предусмотрено правилами Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статей 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием. Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

На основании статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов обеспечения обязательств является неустойка.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Исходя из части 4 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

В силу части 5 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения заказчиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик (подрядчик, исполнитель) вправе потребовать уплаты неустоек (штрафов, пеней).

Согласно части 6 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ в случае просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, а также в иных случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, заказчик направляет поставщику (подрядчику, исполнителю) требование об уплате неустоек (штрафов, пеней).

Согласно части 7 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, и устанавливается контрактом в размере одной трехсотой действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта (отдельного этапа исполнения контракта), уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом (соответствующим отдельным этапом исполнения контракта) и фактически исполненных поставщиком (подрядчиком, исполнителем), за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления пени.

В силу части 8 статьи 34 Федерального закона № 44-ФЗ штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, за исключением случаев, если законодательством Российской Федерации установлен иной порядок начисления штрафов.

Судом установлено и из материалов дела следует, что в соответствии с условием пункта 3.1 контракта, поставка товара должна была быть осуществлена в срок до 27.07.2021.

Во исполнение условий контракта ответчиком были осуществлены следующие поставки оборудования: 

- 20.12.2021 - 50 штук общей стоимостью 2 785 650 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 20.12.2021 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 20.12.2021 - 6 штук общей стоимостью 334 278 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 20.12.2021 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 13.01.2022 - 20 штук общей стоимостью 1 114 260 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 13.01.2022 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018; 

- 13.01.2022 - 60 штук общей стоимостью 3 342 780 руб., что подтверждается актом приема-передачи оборудования от 13.01.2022 по государственному контракту от 29.03.2021 № 0101500000321000018. 

По указанным актам от 20.12.2021 и 13.01.2022 ответчиком истцу было поставлено оборудование в количестве 136 штук, в том числе: 20.12.2021 на сумму 3 119 928 руб.; 13.01.2022 на сумму 4 457 040 руб. 

Оставшаяся часть оборудования в количестве 2 517 шт. на сумму 140 229 621 руб. ответчиком не поставлена. 

Таким образом, материалами дела подтверждается, что поставщик не выполнил взятые на себя обязательства по поставке оборудования в количестве 2 517 шт. в срок, указанный в п. 3.1 контракта, кроме того, указанные обязательства не были выполнены и на момент вступления в силу решения заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта - 22.08.2022.

Ответчик в суде первой инстанции ссылался на то, что поставка товара не могла быть осуществлена в силу объективных причин, обусловленных эпидемиологической обстановкой и санкционными мероприятиями иностранных государств, являющихся обстоятельствами непреодолимой силы, с учетом чего имеются основания для освобождения его от ответственности.

Оценив указанные доводы, суд первой инстанции обоснованно отклонил их на основании следующего.

Граждане могут быть освобождены от ответственности за нарушение обязательств при отсутствии вины, то есть в ситуации, когда гражданин при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, принял все меры для надлежащего исполнения обязательства (п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непреодолимых при данных условиях обстоятельств. 

Таким образом, статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы. 

Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7) дано толкование содержащемуся в ГК РФ понятию обстоятельств непреодолимой силы. 

В пункте 8 названного Постановления разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный, непредотвратимый при данных условиях и внешний по отношению к деятельности должника характер. 

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. 

Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, т.е. одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. 

Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей. 

Из приведенных разъяснений следует, что признание распространения новой коронавирусной инфекции и введения иностранными государствами санкций обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.). 

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (4. 3 ст. 401, п. 2 ст. 405 ГК РФ). 

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны. 

Таким образом, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать: 

- наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы; 

- наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств; 

- непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы; 

- добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков. 

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями. 

Между тем, доказательства наличия обстоятельств непреодолимой силы, которые воспрепятствовали исполнению обязательств ответчиком, им не представлены. 

Согласно п. 2.3 Положения о порядке свидетельствования Торгово-промышленной палатой Российской Федерации обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор) (приложение к постановлению Правления ТПП РФ от 23.12.2015 № 173-14) свидетельствование обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажор) осуществляется путем оформления и выдачи Сертификата о форс-мажоре, который оформляется и выдается ТПП на основании письменного заявления заинтересованного лица (заявителя). 

Согласно п. 4.4 Положения № 173-14 сертификат о форс-мажоре оформляется на официальном бланке ТПП России. При этом в Сертификате о форс-мажоре указываются реквизиты договора (контракта), наименование его сторон, место, время (период), в течение которого имели место обстоятельства непреодолимой силы (форс-мажор). 

Таким образом, единственным подтверждением наступления обстоятельства непреодолимой силы является Сертификат ТПП. 

Согласно пунктам 10.1 - 10.4 раздела 10 контракта, стороны не несут ответственность за полное или частичное неисполнение предусмотренных контрактом обязательств, если такое неисполнение связано с обстоятельствами непреодолимой силы. В случае если надлежащее исполнение стороной предусмотренных контрактом обязательств оказалось невозможным вследствие обстоятельств непреодолимой силы, такая сторона не позднее 7 дней с момента их наступления в письменной форме извещает другую сторону с приложением документов, удостоверяющих факт наступления указанных обстоятельств. В случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы стороны вправе расторгнуть контракт, и в этом случае ни одна из сторон не вправе требовать возмещения убытков. Подтверждением наличия обстоятельств непреодолимой силы и их продолжительности является письменное свидетельство уполномоченных органов или уполномоченных организаций.

При этом, как обоснованно отмечено судом, контракт заключен 29.03.2021 и на эту дату ответчик знал о сложившейся эпидемиологической ситуации и о возможных негативных последствиях. 

При заключении договора ответчик должен был осознавать возможность наступления негативных последствий в виде применения меры гражданско-правовой ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства. 

Контракт заключен 29.03.2021 со сроком поставки продукции не позднее 27.07.2021, то есть сроки исполнения договора определены практически за год до введения в отношении Российской Федерации каких-либо санкций. 

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (пункты 1, 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Таким образом, наличие в спорный период обстоятельств непреодолимой силы, которые бы препятствовали своевременно исполнить ответчику договорные обязательства, а также причинную связь между теми обстоятельствами, на которые он ссылается, и неисполнением им своих обязательств, ответчик не доказал, в связи с чем оснований для освобождения должника от ответственности за неисполнение обязательства, не имеется. 

Принимая во внимание доказанность факта ненадлежащего исполнения ответчиком обязательств по поставке товара, суд пришел к выводу о наличии оснований для его привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки.

В пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» разъяснено, что разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора (например, отгружать товары по договору поставки, выполнять работы по договору подряда, выдавать денежные средства по договору кредита и т.п.). Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора.

При расторжении договора обязательства сторон прекращаются. 

Вместе с тем, указанные последствия, вызванные расторжением договора, наступают на будущее время и в силу общих норм обязательственного права (статьи 307, 408 Гражданского кодекса Российской Федерации) не прекращают возникших ранее договорных обязательств должника, срок исполнения которых уже наступил. Поэтому кредитор вправе требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора. 

Таким образом, поскольку срок исполнения обязательства по поставке, предусмотренного государственным контрактом оборудования, наступил в период с 29.03.2021 по 27.07.2021 (то есть до момента расторжения контракта, решение об одностороннем отказе от контракта от 09.08.2022 вступило в силу 22.08.2022) и указанные обязательства не были выполнены поставщиком в полном объеме в указанные в государственном контракте сроки, государственный заказчик правомерно предъявил к поставщику требования об оплате штрафных санкций. 

В соответствии с пунктом 6.3 контракта, в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, поставщик уплачивает заказчику пени. Пеня начисляется за каждый день просрочки исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер пени составляет одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных поставщиком.

Согласно расчету истца размер пени составил за период с 28.07.2021 по 22.08.2022  14 621 275 руб. 15 коп. (140 229 621 (стоимость недопоставленного товара) * 1/300 * 391 * 8%).

Проверив расчет истца, судом первой инстанции, верно отмечено, что истцом не учтено, что постановлением Правительства РФ от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (начало действия документа - 01.04.2022) с 01.04.2022 введен мораторий сроком на 6 месяцев (до 01.10.2022) на возбуждение дел о банкротстве.

Руководствуясь разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», определениях Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2023 № 305-ЭС23-1845, от 19.04.2021 № 305-ЭС20-23028, Законе о банкротстве, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что пени не подлежат начислению с 01.04.2022.

Согласно расчету суда размер пени за период с 28.07.2021 по 31.03.2022 составил 9 236 457 руб. 70 коп. (140 229 621,00 x 247 x 1/300 x 8%).

Расчет суда апелляционной коллегией проверен, признан арифметически верным.

На основании изложенного, требование истца о взыскании пени подлежали частичному удовлетворению в размере 9 236 457 руб. 70 коп.

Доводы ответчика о том, что из просительной части искового заявления следует, что пени начислены также как и штраф за не поставку товара судом отклонены, поскольку как следует из текста искового заявления, пени начислены именно за просрочку поставки оборудования.

Доводы апеллянта о том, что суд вышел за пределы исковых требований отклоняются, как не подтвержденные материалами дела.

Также истцом было заявлено требование о взыскании штрафа в размере 739 032 руб. 95 коп.

Согласно п. 6.4 контракта, за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, поставщик уплачивает заказчику штраф. Размер штрафа определяется в соответствии с Правилами определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем), утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 30 августа 2017 г. № 1042 (далее - Правила № 1042).

Согласно пп. б п. 3 Правил № 1042 за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы, 0,5 процентов цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) составляет от 100 миллионов рублей до 500 миллионов рублей (включительно). 

Учитывая, что на момент расторжения контракта товар в полном объеме не был поставлен, истец вправе требовать уплаты штрафа. 

Согласно расчету истца размер штрафа исчислен следующим образом: 

147 806 589 руб. (цена контракта) * 0,5% = 739 032,95 рублей. 

Расчет истца судом проверен и признан арифметически верным. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023) комбинация штрафа и пени может являться допустимым способом определения размера неустойки за одно нарушение: начисление пени производится в целях устранения потерь кредитора, связанных с неправомерным неисполнением денежного обязательства перед ним за соответствующий период, а применение штрафа является санкцией за нарушение обязательства как такового, призванной исключить стимулы неправомерного поведения контрагента. Сочетание двух способов определения общего размера неустойки не свидетельствует о применении двух различных видов ответственности за одно нарушение и не противоречит закону. 

В данном случае пени начислены за нарушение срока поставки товара, штраф за не поставку товара. 

Доводы ответчика о том, что пунктом 6.4 контракта не предусмотрен пункт Правил № 1042, определяющий размер штрафа при цене Контракта от 100 млн. рублей до 500 млн. рублей, суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку отсутствие в условиях контракта всех подпунктов пункта 3 Правил №1042 не является основанием для освобождения ответчика от уплаты штрафа за ненадлежащее исполнение своих обязательств, а также не свидетельствует об отсутствии возможности произвести расчет штрафа в соответствии с подпунктом «б» п. 3 Правил № 1042, учитывая, что Правилами № 1042 установлены императивные правила определения размера штрафа.

В суде первой инстанции ответчиком было заявлено о снижении размера штрафных санкций на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить размер штрафных санкций только в случае явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Предоставленная суду статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации возможность снижать размер процентов в случае их явной несоразмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из предусмотренных в законе правовых способов, направленных на установление баланса между применяемой к должнику мерой ответственности и оценкой отрицательных последствий, наступивших для кредитора в результате нарушения обязательства.

Согласно пункту 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Согласно пункту 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика; несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1, 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 №81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

По смыслу статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшение неустойки является правом суда, и наличие оснований для ее снижения и размер подлежащей взысканию неустойки в результате ее снижения определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, по своему внутреннему убеждению, исходя из собранных по делу доказательств.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Суд первой инстанции, принимая во внимание ходатайство ответчика о применении положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в дело документы с учетом фактических обстоятельств дела, оснований для снижения размера пени не усмотрел, вместе с тем, исходя из необходимости соблюдения баланса между применяемой мерой ответственности и последствиями неисполнения обязательства, пришел к выводу о наличии оснований для уменьшения размера указанной санкции до суммы в размере 147 806 руб. 58 коп., что составляет 0,1% от суммы государственного контракта.

Из системного толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что снижение размера неустойки является правом суда при условии обоснованности заявления о несоразмерности взыскиваемой неустойки последствиям нарушения обязательства.

Институт ответственности за нарушение обязательств служит цели восстановления имущественной сферы потерпевшего, а не его неосновательному обогащению за счет нарушителя.

В данном случае, уменьшением размера штрафа не ущемляются права как истца, так и ответчика, а устанавливается баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При таких обстоятельствах, суд пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика штрафа в размере 147 806 руб. 58 коп. и неустойки в размере 9 236 457 руб. 70 коп.

Довод апеллянта о недобросовестном поведении истца отказавшегося от исполнения Контракта, в результате чего ответчик был лишен возможности поставить товар, суд апелляционной инстанции отклоняет в силу следующего.

Согласно положениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, арбитражный суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными и признаются злоупотреблением правом. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

В абзаце третьем пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу приведенных норм, для признания действий каких-либо лиц злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел таких лиц был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной их целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Следовательно, для квалификации действий истца, как совершенных со злоупотреблением правом, должны быть представлены доказательства того, что сторона имела умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таких доказательств ответчиком в материалы дела не представлено.

Реализация заказчиком предоставленного ему ГК РФ, Федеральным законом № 44-ФЗ, условиями контракта права на односторонний отказ от его исполнения не свидетельствует о злоупотреблении правом.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда первой инстанции, не свидетельствуют о неправильном применении и нарушении им норм материального и процессуального права, а, по сути, выражают несогласие с указанными выводами, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены решения и удовлетворения жалобы не имеется.

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

В соответствии с подпунктами 4, 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по настоящему делу ООО «Интегратор» должно было уплатить государственную пошлину в размере 3000 руб.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.05.2024 апеллянты было предложено представить в срок не позднее 04.06.2024 доказательства уплаты государственной пошлины в размере 1500 руб.

Вместе с тем, определение суда не исполнено.

Таким образом, с ООО «Интегратор» подлежит взысканию в доход федерального бюджета 1500 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 176, 268- 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.03.2024 по делу № А07-25743/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Интегратор» - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интегратор» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 1500 рублей. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья                                             А.П. Скобелкин 

 

Судьи                                                                                    А.А. Арямов

 

                                                                                              П.Н. Киреев