ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А75-8719/2017

15 мая 2019 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  08 мая 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 мая 2019 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зориной О.В.

судей Брежневой О.Ю., Шаровой Н.А.

при ведении протокола судебного заседания судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3942/2019) ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15 февраля 2019 года об исправлении описки по делу № А75-8719/2017 (судья И.В. Зуева), вынесенное по результатам рассмотрения ходатайства финансового управляющего ФИО3 ФИО4 в определении от 15.08.2018 и в исполнительном листе, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>),

 

при участии в судебном заседании представителей:

от ФИО2 – представитель ФИО5, доверенность от 28.08.2018, срок один год;

установил:

решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.12.2017 ФИО3 (далее – ФИО3, должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура банкротства - реализация имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4 (далее – ФИО4, финансовый управляющий).

В Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от финансового управляющего поступило заявление, в котором он просил признать недействительным договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, принадлежащих на праве собственности ФИО2 (далее – ФИО2), от 08.04.2014 (жилого дома, площадью 249,4 кв. м, расположенного по адресу: ХМАО-Югра, г. Сургут, 

<

...> (кадастровый номер 86:10:0000000:7177) и земельного участка площадью 600 кв. м, расположенного по адресу: ХМАО-Югра. г. Сургут, 

<

...>, (кадастровый номер 86:10:0101071:155); а также применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.08.2018 заявление финансового управляющего удовлетворено; признан недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащими на праве собственности ФИО2, от 08.04.2014, заключенный между ФИО3 и ФИО2; применены последствия недействительной сделки в виде возврата ФИО2 земельного участка с жилым домом в конкурсную массу должника.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 указанное определение оставлено без изменения. 

От финансового управляющего поступило ходатайство об исправлении описки, опечатки в определении от 15.08.2018 и в исполнительном листе.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.02.2019 ходатайство финансового управляющего удовлетворено, исправлена опечатка в резолютивной части определения от 07.08.2018, определении от 15.08.2018, исполнительном листе от 15.08.2018: читать по тексту дату оспариваемого договора «08.04.2015».

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить.

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель указал следующее:

- опечатка в настоящем случае невозможна, так как фактически речь идет об ином договоре, а сам договор обладает уникальными характеристиками, позволяющими его идентифицировать, следовательно, определение об исправлении опечатки в части даты заключения договора принято быть не может;

- опечатка в судебном акте может быть исправлена только в случае, если она допущена судом, в настоящем случае опечатка допущена финансовым управляющим, следовательно, финансовый управляющий не имеет права требовать исправления опечатки;

- определение, в котором исправлена опечатка, было обжаловано в суд апелляционной инстанции, оставлено им без изменения, в связи с чем суд первой инстанции был не вправе исправлять опечатку в соответствующем определении.

До начала заседания суда апелляционной инстанции от заявителя апелляционной жалобы поступили письменные дополнения, в которых он указал, что заявление финансового управляющего направлено на устранение дефекта заявления, а не судебного акта, в связи с чем суд первой инстанции не имел права принимать обжалуемое определение; из материалов дела следует, что по настоящему делу проводилось множество судебных заседаний, в которых представитель финансового управляющего не заявлял об уточнении требований; суд первой инстанции не имел права самостоятельно изменять предмет заявления (иска).

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. 

Финансовый управляющий, ФИО3, иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Рассмотрев материалы дела, апелляционную жалобу, дополнения к ней, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не считает определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.02.2019 по настоящему делу подлежащим отмене или изменению.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно части 3 статьи 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава-исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа, организации или по своей инициативе вправе исправить допущенные в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания. 

Под исправлением допущенных в решении описок, опечаток и арифметических ошибок в соответствии со статьей 179 АПК РФ понимается устранение случайно допущенных, очевидных, не требующих доказывания по правилам рассмотрения дела по существу и пересмотра дела дефектов текста судебного акта. 

Исправление допущенных в судебном акте описок, опечаток и арифметических ошибок направлено на устранение случайно допущенных судом, очевидных, не требующих доказывания по правилам рассмотрения дела по существу и пересмотра судебного акта дефектов, имеющихся в тексте судебного акта (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.12.2016 № 307-ЭС15-20130), то есть изменения могут быть внесены в судебный акт только в том случае, когда исправления вызваны необходимостью устранить допущенные судом при изготовлении судебного акта несоответствия при условии, что они не приводят к изменению (дополнению) существа принятого судебного акта, его мотивировочной и резолютивной частей.

Внесение же в судебный акт исправлений (дополнений), изменяющих его суть, является по своему смыслу вынесением нового судебного акта по делу, что недопустимо в силу прямого указания нормы части 3 статьи 179 АПК РФ. Аналогичная позиция отражена в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 14364/07 по делу № А38-529-14/105-2006.

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.08.2018 заявление финансового управляющего удовлетворено; признан недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащих на праве собственности ФИО2, от 08.04.2014, заключенный между ФИО3 и ФИО2; применены последствия недействительной сделки в виде возврата ФИО2 земельного участка с жилым домом в конкурсную массу должника.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 указанное определение оставлено без изменения. 

От финансового управляющего поступило ходатайство об исправлении описки, опечатки в определении от 15.08.2018 и в исполнительном листе.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15.02.2019 ходатайство финансового управляющего удовлетворено, исправлена опечатка в резолютивной части определения от 07.08.2018, определении от 15.08.2018, исполнительном листе от 15.08.2018: читать по тексту дату оспариваемого договора «08.04.2015».

ФИО2, считая, что опечатка в настоящем случае невозможна, так как фактически речь идет об ином договоре, а сам договор обладает уникальными характеристиками, позволяющими его идентифицировать, следовательно, определение об исправлении опечатки в части указания даты заключения договора принято быть не может, обратился с настоящей апелляционной жалобой.

Исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что заявителем апелляционной жалобы не доказано наличие оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции об исправлении опечатки.

Финансовый управляющий в тексте заявления о признании сделки недействительной указал, что 08.04.2015 между должником, как продавцом, с одной стороны, и ответчиком, как покупателем, с другой стороны, был заключен договор купли-продажи. Согласно указанному договору продавец передал в собственность покупателя, а покупатель принял жилой дом площадью 249,4 кв. м, расположенный по адресу: ХМАО-Югра, г. Сургут, 

<

...> (кадастровый номер 86:10:0000000:7177) и земельный участок площадью 600 кв. м, расположенный по адресу: ХМАО-Югра. г. Сургут, 

<

...> (кадастровый номер 86:10:0101071:155).

Копии договора купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащих на праве собственности физическому лицу, от 08.04.2015 и передаточного акта от 08.04.2015 приложены финансовым управляющим к заявлению (том 9, листы дела 10-12).

Между тем в просительной части заявления финансовым управляющим ошибочно указано, что он просит признать недействительным договор купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащих на праве собственности физическому лицу, от 08.04.2014, применить последствия недействительности сделки, взыскать с ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

То есть финансовым управляющим в просительной части заявления ошибочно обозначен год заключения спорного договора.

Однако при этом предметом оспаривания являлся договор от 08.04.2015, который непосредственно исследовался судом.

Суд первой инстанции, признавая спорный договор недействительным, в определении от 15.08.2018 также исследовал договор от 08.04.2015,  но в резолютивной части указал неверную дату заключения спорного договора (08.04.2014, вместо 08.04.2015).

Соответствующая ошибка допущена в исполнительном листе серия ФС № 020194711 от 15.08.2018 (том 9, листы дела 68-73).

Суд апелляционной инстанции считает, что неправильное указание судом первой инстанции в определении от 15.08.2018 и исполнительном листе даты заключения спорного договора является опечаткой, которая правильно исправлена им обжалуемым определением.

Так, из текста заявления финансового управляющего следует, что все содержащиеся в нем доводы о недействительности спорной сделки заявлены им в отношении договора купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащих на праве собственности физическому лицу (далее – договор), от 08.04.2015.

Из текста определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 по настоящему делу усматривается, что суд первой инстанции при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной исследовал и оценивал имеющиеся в деле доказательства как представленные лицами, участвующими в деле, в подтверждение или опровержение недействительности договора от 08.04.2015.

Выводы суда первой инстанции, содержащиеся в указанном определении, относятся к обстоятельствам заключения и исполнения договора от 08.04.2015, копия которого представлена финансовым управляющим в материалы дела и который в результате разрешения обособленного спора признан судом первой инстанции недействительным.

Заявителем апелляционной жалобы не доказано, что выводы суда первой инстанции, содержащиеся в определении Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 по настоящему делу, относятся не к договору от 08.04.2015, а к какому-либо другому договору.

Податель жалобы не представил доказательств того, что переход прав на спорное недвижимое имущество к ФИО2 осуществлялся по какому-либо иному договору от 08.04.2014.

То есть речь идет об одном и том же договоре, поэтому исправление опечатки никак не влечет изменения содержания судебного акта.

В материалах дела отсутствует оригинал или копия какого-либо договора, заключенного между должником и ФИО2 08.04.2014, какие-либо документы, прямо или косвенно свидетельствующие о том, что договор, датированный 08.04.2014, вообще заключался сторонами.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018 по настоящему делу определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 по делу № А75-8719/2017 оставлено без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

При этом в тексте указанного постановления оспариваемый финансовым управляющим договор указан как датированный 08.04.2015, выводы суда первой инстанции относительно наличия оснований для признания соответствующего договора недействительным проверены судом апелляционной инстанции и признаны законными и обоснованными.

Проверка  судебного акта судом апелляционной инстанции также осуществлялась по апелляционной жалобе ФИО2 

В своей апелляционной жалобе ФИО2 приводил доводы об отсутствии оснований для признания недействительным именно договора от 08.04.2015. То есть никакого изменения предмета доказывания или опровержения в данном случае не имеется.

При таких обстоятельствах довод заявителя апелляционной жалобы о том, что опечатка в настоящем случае невозможна, так как в определении Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 по настоящему делу фактически речь идет об ином договоре, не подтверждается материалами дела и не является обоснованным.

Суд первой инстанции, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, в одностороннем порядке не изменял предмет заявления, а рассматривал требования, заявленные финансовым управляющим.

ФИО2 не доказано, что финансовым управляющим фактически было заявлено требование о признании недействительным договора от 08.04.2014, а не договора от 08.04.2015.

Напротив, как было указано ранее, из заявления финансового управляющего следует, что приведенные им в обоснование требований доводы относились к договору купли-продажи земельного участка с жилым домом, принадлежащих на праве собственности физическому лицу, от 08.04.2015, а не к какому-либо другому договору.

К исковому заявлению был приложен именно договора от 08.04.2015 года. 

Поэтому и истцу и суду и ответчику предмет оспаривания был ясен и очевиден.

При формальной ошибке в просительной части заявления предметом оспаривания являлся именно договор от 08.04.2015 года, поэтому ни о каком изменении предмета иска не может быть и речи.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие довод ФИО2 о том, что суд исправил опечатку в заявлении истца, а не в судебном акте и о том, что это привело к изменению его содержания.

Кроме того, пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

Согласно пункту 1 статьи 2 АПК РФ основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно части 4 статьи 4 АПК РФ обращение в арбитражный суд осуществляется в том числе, в форме апелляционной жалобы при обращении в арбитражный апелляционный суд.

Исходя из названных норм права, подача апелляционной жалобы для ее подателя является одной из форм обращения за защитой нарушенных прав и законных интересов.

Таким образом, по смыслу действующего арбитражного процессуального законодательства удовлетворение апелляционной жалобы возможно только в том случае, если оно ведет к восстановлению или защите нарушенных прав и законных интересов подателя жалобы.

Однако ФИО2 не доказано наличие у него добросовестного интереса в отмене обжалуемого определения суда первой инстанции, то есть не доказано, он имеет законный интерес в отмене определения, подлежащий судебной защите.

Судами двух инстанций установлено, что сделка по приобретению им спорной недвижимости является недействительной и имущество подлежит возврату должнику.

Обжалование определения по формальным причинам является способом уклониться от исполнения судебного акта, вступившего в законную силу.

Как неоднократно подчеркивал Европейский суд по правам человека, решения которого являются составной частью правовой системы Российской Федерации, Конвенция (в том числе закрепленное в ней право на суд) имеет целью гарантировать не теоретические или иллюзорные права, а те права, которые являются практическими и эффективными. Это особенно верно для права на доступ к правосудию ввиду заметного места, занимаемого в демократическом обществе правом на справедливое судебное разбирательство (Постановление Большой палаты Европейского суда по делу "Уэйт и Кеннеди против Германии", § 67).

Пункт 1 статьи 6 Конвенции закрепляет за каждым право обращаться в суд в случае любого спора о его гражданских правах и обязанностях; таким образом, она заключает в себе "право на суд", одним из аспектов которого является право на доступ к правосудию, представляющее собой право возбуждать исковое производство в судах по вопросам гражданско-правового характера. Однако, такое право было бы иллюзорным, если бы правовая система государства - участника Европейской Конвенции допускала, чтобы судебное решение, вступившее в законную силу и обязательное к исполнению, оставалось бы недействующим в отношении одной стороны в ущерб ее интересам. Немыслимо, что пункт 1 статьи 6 Конвенции, детально описывая процессуальные гарантии сторон - справедливое, публичное и проводимое в разумный срок разбирательство, не предусматривал бы защиты процесса исполнения судебных решений.

"Право на суд", частным аспектом которого является право на доступ к правосудию, не является абсолютным и подлежит имплицитно допускаемым ограничениям, в частности, в отношении приемлемости жалобы, поскольку по своему характеру требует регламентации со стороны государства, которое пользуется в этом отношении определенными пределами усмотрения. Однако эти ограничения не должны ограничивать открытый доступ гражданина таким образом или до такой степени, чтобы затрагивать саму сущность его права на суд; наконец, они соответствуют пункту 1 статьи 6 Конвенции, только если преследуют законную цель и если соблюден разумный баланс между используемыми средствами и преследуемой целью (см. Постановление Европейского суда по делу "Эдификасьонес Марч ФИО6." против Испании" (Edificaciones March Gallego S.A. v. Spain) от 19 февраля 1998 г., § 34, Reports of Judgments and Decisions 1998-I). Действительно, право на доступ к правосудию оказывается нарушенным, если при его регламентировании прекращается использование целей правовой обеспеченности и надлежащего отправления правосудия и возводится своего рода барьер, который мешает участнику судебного разбирательства видеть сущность его спора, разрешаемую компетентным судом (например, Постановление Европейского суда по правам человека от 29.03.2011 "Дело "РТБФ (RTBF) против Бельгии").

В данном случае это означает, что вступивший в законную силу судебный акт подлежит принудительному исполнению и  формальное толкование положений закона об исправлении опечаток судом не должно препятствовать исполнению законного и обоснованного судебного акта, вступившего в законную силу.

ФИО2 не доказано, что осуществленное судом первой инстанции исправление даты спорного договора изменило содержание (суть) определении Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 по настоящему делу.

Исправление судом первой инстанции обжалуемым определением опечатки, допущенной в определении Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 и исполнительном листе по настоящему делу, не изменяет их существа, не затрагивает права и законные интересы ФИО2, иных лиц, участвующих в деле.

Суд апелляционной инстанции считает также необходимым учитывать, что ФИО2 не был лишен возможности заявить возражения на требования финансового управляющего о признании спорной сделки недействительной при рассмотрении обособленного спора судом первой инстанции, в том числе, указать, что дата заключения договора, указанная в просительной части заявления, не соответствует дате заключения договора, копия которого представлена финансовым управляющим в материалы дела.

Из материалов дела следует, что ФИО2 представил в материалы дела отзыв на заявление финансового управляющего (том 9, листы дела 69-72), представитель ФИО2 присутствовал в заседании суда первой инстанции от 23.10.2018, между тем соответствующие доводы ФИО2, его представителем в устных и письменных пояснениях по делу заявлены не были.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать, что при рассмотрении соответствующего обособленного спора ФИО2 находился в заблуждении относительно того, какой именно договор оспаривается финансовым управляющим в арбитражном суде, тем более что в отзыве на заявление от 30.03.2018 ФИО2, приводя реквизиты спорного договора, неоднократно указывал, что спорный договор датирован именно 08.04.2015.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах ФИО2 несет риск незаявления им доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в настоящем случае опечатка допущена финансовым управляющим, следовательно, финансовый управляющий не имеет права требовать ее исправления, не является обоснованным.

Учитывая, что дата заключения спорного договора неправильно указана судом первой инстанции в судебном акте, соответствующая опечатка допущена, в том числе, арбитражным судом, который на основании части 3 статьи 179 АПК РФ имеет право исправить допущенные в судебном акте описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его содержания.

В этой связи заявление финансового управляющего об исправлении опечатки направлено на устранение дефекта судебного акта.

При этом то обстоятельство, что определение от 15.08.2018, в котором исправлена опечатка, было обжаловано в суд апелляционной инстанции, оставлено им без изменения, не означает, что суд первой инстанции с момента принятия судом апелляционной инстанции постановления от 23.10.2018 и вступления его в законную силу не вправе исправить опечатку в определении от 15.08.2018.

Напротив, исправление опечатки способствует установлению правовой определенности в соответствующем обособленном споре.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 15 февраля 2019 года по делу № А75-8719/2017 (судья И.В. Зуева), вынесенное по результатам рассмотрения ходатайства финансового управляющего ФИО3 ФИО4 об исправлении описки в определении Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.08.2018 и в исполнительном листе, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (ИНН 

<

***>), оставить без изменения, апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-3942/2019) ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

О.Ю. Брежнева

 Н.А. Шарова