﻿ 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень                                                                   Дело № А46-18018/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 10 августа 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 августа 2021 года.

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Дерхо Д.С.,

судей                                                    Крюковой Л.А.,

                                                             Хлебникова А.В.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Айтжановой Ю.Р., рассмотрел кассационную жалобу  индивидуального предпринимателя Ластовского Андрея Михайловича на постановление от 07.05.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Тетерина Н.В., Сафронов М.М., Солодкевич Ю.М.) по делу № А46-18018/2020 по иску индивидуального предпринимателя Ластовского Андрея Михайловича (ИНН 550100495747, ОГРН 304550129400541) к обществу с ограниченной ответственностью «Крутинский рыбзавод» (646130, Омская область, Крутинский район, рабочий поселок Крутинка, улица Красный путь, дом 155, ИНН 5518008030, ОГРН 1125514000347) о взыскании денежных средств.

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Омской области (судья Луговик С.В.) в судебном заседании участвовали: индивидуальный предприниматель Ластовский Андрей Михайлович; представитель индивидуального предпринимателя Ластовского Андрея Михайловича – Подымова И.В. по доверенности от 29.09.2020; представитель общества с ограниченной ответственностью «Крутинский рыбзавод» – Парфенова Е.Н. по доверенности от 11.11.2020.

Суд установил:

индивидуальный предприниматель Ластовский Андрей Михайлович (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Омской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Крутинский рыбзавод» (далее – общество) о взыскании 4 715 915 руб. задолженности по договору поставки от 03.02.2020 № 2/02/2020 (далее – договор) и 235 795 руб. 75 коп. неустойки.

Решением от 23.12.2020 Арбитражного суда Омской области (судья Чекурда Е.А.) исковые требования удовлетворены, распределены судебные расходы.

Постановлением от 07.05.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, принят новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований.

Не согласившись с принятым по делу постановлением апелляционной инстанции, предприниматель обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы предприниматель указывает на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение норм материального права, нарушение правил оценки доказательств. По мнению заявителя, в материалы дела представлены достаточные документы, подтверждающие реальность договорных отношений с обществом и факт состоявшейся поставки, тогда как возражения ответчика являются формальными, противоречат достоверным письменным доказательствам (подписанной товарной накладной, содержанию электронной переписки) и не опровергают установленное судом первой инстанции наличие задолженности.

Общество представило в суд округа отзыв, в котором просит постановление апелляционной коллегии оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании предприниматель и его представитель на требованиях кассационной жалобы настаивали в полном объеме по изложенным в ней основаниям.

Представитель общества поддержал позицию, изложенную в отзыве.

Проверив в соответствии со статьями 284, 286 Арбитражного кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены апелляционного постановления с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

Судами установлено и следует из материалов дела, что 03.02.2020 между предпринимателем (продавец) и обществом (покупатель) заключен договор, согласно предмету которого продавец обязался продать, а покупатель принять и оплатить в определенные договором сроки рыбопродукцию в ассортименте (далее – товар), с соблюдением условий о наименовании, количестве и качестве, согласованном сторонами (пункт 1.1 договора). 

В пункте 1.2 договора стороны согласовали, что цена, количество, качество, тара, маркировка, ассортимент и сроки поставок партий товаров согласовываются сторонами и фиксируются в товаросопроводительных документах. Указанные документы являются неотъемлемой частью настоящего договора. 

Расчеты производятся в безналичной форме, отсрочка платежа семь календарных дней (пункт 3.1 договора). 

Пунктом 4.3 договора стороны согласовали ответственность покупателя за просрочку оплаты товара в виде пени в размере 0,1% от стоимости поставленной партии товара за каждый день просрочки.

Указав, что предприниматель поставил, а общество приняло товар на общую сумму 4 715 915 руб. по товарной накладной от 15.07.2020 № 218, (далее – товарная накладная от 15.07.2020), но не произвело его оплату, истец направил ответчику претензию, после чего обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 307, 329, 330, 432, 454, 455, 456, 486, 506, 516 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 3 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах», пункте 20 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.08.2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», правовыми позициями, содержащимися в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О, от 20.10.2005 № 355-О, установил факт поставки истцом товара в заявленном объеме при отсутствии доказательств его оплаты ответчиком, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с общества суммы основного долга и неустойки.

Отклоняя возражения ответчика, связанные с подписанием документов о передаче товара без реального совершения спорной хозяйственной операции, суд первой инстанции указал, что гражданским законодательством установлен особый стандарт поведения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность, в гражданских правоотношениях (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий. 

Представленные в материалы дела доказательства признаны допустимыми и достаточными для вывода о том, что поставка товара имела место. Также судом отклонен довод ответчика о незаключенности договора поставки вследствие несогласованности его существенных условий, как противоречащий установленным по делу обстоятельствам, в том числе, содержанию условий договора и товарно-сопроводительной документации.

Отменяя решение суда первой инстанции, апелляционная коллегия руководствовалась статьями 170, 309, 310, 488, 510 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 (далее – Обзор от 10.06.2020), правовыми позициями, изложенными в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-186005, постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, приняла во внимание заявленные обществом сомнения относительно реальности сделки, а также то обстоятельство, что поставка крупной партии продукции не могла быть осуществлена без составления иных косвенных доказательств передачи товара (оформляющих его выдачу, перевозку), в то время как таковые суду не раскрыты, отметив непоследовательное поведение истца при осуществлении судом проверки доводов о мнимости передачи товара, апелляционный суд пришел к выводам о том, что факт передачи рыбной продукции предпринимателем не доказан, доводы ответчика о непоставке товара не опровергнуты истцом, в связи с чем отменил решение суда первой инстанции и отказал в удовлетворении иска.

Суд округа полагает, что нормы материального права к спорным правоотношениям правильно применены судом первой инстанции.

С учетом установленных судами фактических обстоятельств спора сложившиеся между сторонами отношения подпадают под правовое регулирование § 3 главы 30 ГК РФ (поставка товаров).

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями (пункт 1 статьи 516 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 509 ГК РФ поставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки (передачи) товаров покупателю, являющемуся стороной договора поставки, или лицу, указанному в договоре в качестве получателя.

По смыслу приведенных выше норм права и положений статей 9, 65 АПК РФ, при разрешении споров о взыскании задолженности, образовавшейся при исполнении сторонами синаллагматического (взаимного) по своей правовой природе договора поставки, поставщик доказывает факт передачи покупателю товара, а покупатель (при доказанности состоявшейся поставки) - факт его оплаты. При этом бремя доказывания надлежащего исполнения обязательства реализуется каждой из сторон с учетом подлежащего применению в конкретном споре стандарта доказывания.

В общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8)). Отступления от него должны быть обусловлены весомыми обстоятельствами, указывающими на явное неравенство сторон в возможности доказывания значимых для дела обстоятельств (условиями банкротства, аффилированности и пр.).

Обычный стандарт доказывания предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска. В этом случае состав доказательств, достаточных для подтверждения оснований иска (как и для их опровержения), должен соответствовать обычному кругу доказательств, документально опосредующих спорное правоотношение при типичном развитии, которыми должна располагать его сторона.

В частности, наличие задолженности по оплате товара, как правило, связано с фактом передачи товара, который подтверждается подписанными сторонами товарными и/или товарно-транспортными накладными, универсальными передаточными документами и пр. Именно такие документы являются наиболее распространенными в гражданском обороте (хотя и не единственными) юридическими актами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, поэтому наряду с другими доказательствами признаются надлежащим средством доказывания соответствующих обстоятельств.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

При этом опровергающее лицо вправе передать суду доказательства состоявшегося встречного имущественного предоставления, уменьшившего задолженность или вовсе прекратившего его обязательства, либо вправе опровергнуть сам факт передачи товара полностью или в части (в том числе применительно к разъяснениям, содержащимся в пункте 12 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального оппонента.

В данном случае, заявляя о наличии спорной задолженности, предприниматель представил суду оформленный сторонами в письменном виде, подписанный и скрепленный печатями договор, а также товарную накладную от 15.07.2020, содержащую в себе подпись директора ответчика в подтверждение факта принятия товара – мороженой рыбной продукции общей массой 37,184 тонны, стоимостью 4 715 915 руб.

Доказательств состоявшегося встречного имущественного предоставления, прекратившего его обязательства по оплате товара надлежащим исполнением, общество не представило. Но при этом заявило о мнимости договора, отсутствии его реального исполнения, создании сторонами формального документооборота, который не предполагал реального обмена материальными ценностями.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно правовому подходу Президиума Высшего Арбитражного Российской Федерации, отраженному в постановлении от 18.10.2012 № 7204/12, совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому при рассмотрении вопроса о мнимости сделки и документов, подтверждающих ее исполнение, суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям. При оспаривании опосредующих исполнение договора документов необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства.

Исходя из смысла пункта 1 статьи 170 ГК РФ для констатации мнимости совершенной сделки, необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием мнимого характера сделки является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В пункте 86 Постановления № 25 указано на необходимость учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и с учетом приведенной выше правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, для вывода о мнимом характере сделки необходимо доказать отсутствие у сторон, ее совершивших, намерений исполнять сделку. Обязательным условием в таком случае является порочность воли каждой из сторон сделки. Формально выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу.

При этом следует учитывать, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411). 

Одним из ординарных свидетельств совершения сторонами мнимой сделки является также отсутствие разумных экономических мотивов для формирования таких хозяйственных связей и (или) отсутствие у них реальной возможности исполнения формально принятых на себя обязательств.

Таким образом, при рассмотрении вопроса о мнимости договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не должен ограничиваться проверкой того, соответствуют ли представленные документы формальным требованиям, которые установлены законом. При проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке (пункт 3 Обзора от 10.06.2020).

При этом бремя доказывания обстоятельств, связанных с мнимостью сделки, возлагается на утверждающее лицо. Именно оно (в особенности если само является непосредственным участником спорных отношений и, соответственно, лицом, изначально заинтересованным в сокрытии действительного смысла договора) обязано доказать мнимость сделки, в том числе, раскрыть суть отношений, привести разумное объяснение тому, для каких именно целей в действительности создавался формальный документооборот, с достоверностью обосновать фактическую невозможность исполнения обязательств или другие обстоятельства, на которых основано утверждение о мнимом характере договора. 

Иное означало бы предоставление любой из сторон обязательства неправовой возможности уклонения от возложенного на нее исполнения лишь на основе провозглашения ей самой голословных сомнений в реальном характере отношений, что противоречит презумпции добросовестности участников гражданского оборота (пункт 5 статьи 10 ГК РФ), повышенному стандарту осмотрительности коммерсанта (пункт 3 статьи 401 ГК РФ) и принципу недопустимости одностороннего отказа от исполнения обязательства (статьи 309, 310 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 64, статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Исследовав по правилам статьи 71 АПК РФ совокупность представленных в материалы дела письменных доказательств в их взаимной связи, констатировав заключение сторонами договора, установив факт поставки предпринимателем товара обществу на сумму 4 715 915 руб., отклонив возражения ответчика, связанные с отсутствием реального характера хозяйственных связей, суд первой инстанции удовлетворил исковые требования поставщика о взыскании суммы основного долга и неустойки.

Не соглашаясь с правильностью выводов суда первой инстанции, апелляционная коллегия указала, что: подписание сторонами договора и товарной накладной, как и наличие у предпринимателя возможности осуществить поставку заявленного количества товара (то есть достаточного для реализации объема продукции) не устраняют сомнений суда в реальности сделки, учитывая отсутствие иных относимых косвенных доказательств в подтверждение ее фактического исполнения; при заявленных ответчиком возражениях относительно реальности передачи товара для подтверждения состоявшегося факта поставки самой по себе товарной накладной недостаточно, в связи с чем истцу предложено дополнительными доказательствами подтвердить реальность сделки, в частности, предоставить доказательства перевозки товара; надлежащие доказательства, касающиеся перемещения товара, истцом не представлены, пояснить, какими транспортными средствами ответчик осуществлял самовывоз, предприниматель затруднился; в собственности ответчика имеется лишь одно транспортное средство (белый автофургон марки 3010 1А), которое не располагает необходимыми мощностями для единовременной поставки товара объемом 34,187 тонны для одномоментного вывоза 15.07.2020; письменные пояснения истца о том, что товар вывезен ответчиком в течение нескольких дней с 01.07.2020 по листам отгрузки, после чего сторонами составлена и подписана товарная накладная от 15.07.2020, противоречат ранее данным пояснениям о единовременном вывозе товара; переписка сторон посредством мессенджера WhatsApp, в которой директор ответчика не оспаривает задолженность в размере 4 700 000 руб. не относится к спорному периоду, так как состоялась в августе - декабре 2020 года,  тогда как в одном из сообщений предприниматель указал, что ждет возврата долга уже в течение двух лет.

На основе изложенных обстоятельств апелляционная коллегия отметила, что факт передачи товара предпринимателем не доказан, по сути констатировав мнимость поставки, оформленной товарной накладной от 15.07.2020 и признав неверными выводы суда первой инстанции об обратном.

Таким образом, квалифицируя сделку в качестве ничтожной (мнимой), суд апелляционной инстанции не установил (и не привел по тексту постановления) необходимой для этого совокупности фактических обстоятельств в виде: отсутствия у сторон разумных экономических мотивов для формирования спорных хозяйственных связей; невозможности исполнения одной или обеими сторонами документально оформленных обязательств; явного выхода существа обязательства за обычные пределы хозяйственной жизни общества и предпринимателя; действительных (отличных от содержания товарной накладной) целей, для которых создавался формальный документооборот.

В таких условиях, основанием для квалификации отношений в качестве мнимых (искусственно созданных), по сути, послужило лишь выражение обществом сомнений в реальном характере сделки и последующая проверка апелляционным судом таких сомнений с перераспределением бремени доказывания на кредитора, как это характерно для случаев, когда процессуальные возможности участвующих в деле лиц заведомо неравны, в частности, для споров, осложненных банкротным элементом либо аффилированностью участников процесса, которые могут противопоставить свое согласованное поведение иным лицам, чьи интересы в силу этого подлежат дополнительной защите (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»; пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016; определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2016 № 305-ЭС16-12960 и др.).

Иными словами, в настоящем споре между двумя равными хозяйствующими субъектами (занятыми в сфере рыбоводства, рыбопереработки и торговли рыбной продукцией) при подтверждении факта передачи товара (мороженной рыбы) надлежаще оформленной товарной накладной вывод о мнимости сделки сделан апелляционным судом не в силу того, что ответчик доказал отсутствие реального исполнения (например, обосновав другой разумный мотив подписания документов, достоверно подтвердив невозможность передачи товара или иное обстоятельство, исключающее фактический характер хозяйственных связей), а по причине того, что истец: не доказал дополнительных (косвенных) обстоятельств, связанных с перемещением груза конкретным транспортом в конкретную дату; не опроверг доводы ответчика о непоставке товара.

Суд округа полагает, что такая правовая квалификация апелляционным судом сложившихся между сторонами хозяйственных связей является неверной, противоречит требованиям статьи 170 ГК РФ, существу приведенных выше правовых позиций высших судебных инстанций.

При проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

С учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1 статьи 64 Кодекса), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности, относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 АПК РФ), не допускается.

Как указано в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», иная правовая квалификация существующих правоотношений не является переоценкой доказательств, поскольку представляет собой применение норм права к уже имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая, что суд первой инстанции, правильно распределив между сторонами бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, установил факт поставки спорного товара в заявленных истцом объеме и стоимости, а выводы апелляционной коллегии об обратном основаны на ошибочной квалификации сделки по поставке товара в качестве ничтожной (мнимой), суд округа полагает, что постановление апелляционного суда подлежит отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

В силу статьи 110 АПК РФ на общество подлежат возложению расходы предпринимателя по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

постановление от 07.05.2021 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-18018/2020 отменить. Оставить в силе решение от 23.12.2020 Арбитражного суда Омской области.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крутинский рыбзавод» в пользу индивидуального предпринимателя Ластовского Андрея Михайловича государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                             Д.С. Дерхо

Судьи                                                                          Л.А. Крюкова

А.В. Хлебников