СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

634050, 

<

...> Ушайки, 24

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город  Томск                                                                                         Дело № А03-16197/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 июня 2025 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                              Фаст Е.В.,

судей                                                                         Иванова О.А., 

Чащиловой Т.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Хохряковой Т.В., рассмотрел конкурсного управляющего ФИО1 (№ 07АП-1673/25 (1)) на определение от 07.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края (судья Фоменко Е.И.) по делу № А03-16197/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Катунь» (ИНН 

<

***>, далее – должник, ООО «Катунь»), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 (далее – заявитель, управляющий) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 (далее – ответчик) в размере 607 138,13 рублей.

В судебном заседании приняли участие: без участия, извещены.

Суд

установил:

в деле о банкротстве ООО «Катунь» его управляющий 22.08.2024 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него в конкурсную массу 607 138,13 руб.

Определением суда от 07.02.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить и принять новый судебный акт о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств по делу, несоответствие выводов суда первой инстанции обстоятельствам дела, нарушение норм материального права.

В обоснование апелляционной жалобы её податель указывает на наличие правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица - ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Катунь» ввиду недобросовестности действий с его стороны, повлекших банкротство должника, в том числе руководителем должника не переданы управляющему документы и имущество ООО «Катунь», что воспрепятствовало формированию конкурсной массы в процедуре банкротства, непогашенная задолженность перед ООО «Вертер Групп» сформировалась с 2019 года; в ходе проведения мероприятий конкурсного производства был выявлен актив – дебиторская задолженность, срок взыскания которой утрачен с 13.10.2021.

В порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) поступили письменные пояснения к апелляционной жалобе, в которых управляющий дополнительно указывает, что действия по незаконному перечислению денежных средств в адрес ООО «Инте плюс» и ИП ФИО3, а, также утрата должником возможности взыскания данной дебиторской задолженности с указанных лиц произведены в период руководства ФИО2 деятельностью ООО «Катунь»; бездействия по взысканию дебиторской задолженности на сумму 2 705 401,59 руб. причинили убытки должнику.

Судебное разбирательство в апелляционной инстанции откладывалось, в том числе до 02.06.2025 для предоставления пояснений.

В составе суда произведена замена судьи Логачева К.Д. в связи с нахождением в отпуске на судью Иванова О.А. по основаниям, предусмотренным статьей 18 АПК РФ, в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы произведено сначала.

Лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда  в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и пояснений, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для его отмены.

Из заявления и материалов обособленного спора следует, в соответствии с информацией из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) ГРЮЛ ООО «Катунь» зарегистрировано в качестве юридического лица 29.11.2018 (государственный регистрационный номер 1182225040183).

С момента создания ООО «Катунь» (29.11.2018) по настоящее время единственным участником общества являлся ФИО2, он же на протяжении всего период деятельности должника с 29.11.2018 по 02.08.2024 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа (директора).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Алтайского края от 24.01.2022 по делу № А03-15339/2019 признаны недействительной сделкой - перечисления денежных средств с расчетных счетов ООО «Алтын» (ИНН 

<

***>) на расчетный счет ООО «Катунь» (ИНН 

<

***>) 27.02.2019 на общую сумму 400 000 руб. на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, совершенную с противоправной целью вывода денежных средств кредитора и в отсутствие со стороны должника встречного предоставления; применены последствия недействительности сделки, с ООО «Катунь» в конкурсную массу ООО «Алтын» взыскано 400 000 руб., с ООО «Катунь» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Определением суда от 13.09.2023 по делу № А03-15339/2019 произведена замена взыскателя по определению от 24.01.2022 с ООО «Алтын» на ООО «Вертер Групп». 

ООО «Вертер Групп» 09.10.2023 обратилось в Арбитражный суд Алтайского с заявлением о признании ООО «Катунь» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 10.10.2023 заявление кредитора принято к рассмотрению.

Определением суда от 08.02.2024 по делу № А03-16197/2023 в отношении ООО «Катунь» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1, требование ООО «Вертер Групп» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Катунь» в размере 400 000 руб. основного долга.

Решением суда от 02.08.2024 должник признан банкротом, открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Документы о финансово-хозяйственной деятельности должника от ФИО2 в адрес управляющего не поступили.

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства управляющим выявлен актив в виде дебиторской задолженности на общую сумму 2 705 401,59 руб. в адрес ООО «Инте плюс» и ИП ФИО3, иных активов у должника не выявлено. 

Ссылаясь на наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из недоказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, в том числе указал, что перечисление денежных средств в размере 400 000 руб. на счет должника от ООО «Алтын» считалось действительной сделкой до признания её недействительной судом 24.01.2022 по делу №А03-15339/2019; денежные средства ООО «Алтын» не истребовались; на дату возникновения обязанности по передаче копий документов у ФИО2 (08.02.2024; 02.08.2024) истек срок исковой давности для взыскания полученных денежный средств с дебиторов - ИП ФИО3 (14.02.2022), а для ООО «Инте плюс» (23.04.2022); руководитель должника обязан передать документы за три года до введения наблюдения, тогда как подозрительные платежи совершены более чем за четыре года до возбуждения дела о банкротстве должника; непередача документов не повлекла невозможность взыскания дебиторской задолженности, на платежеспособность должника и формирование конкурсной массы; суд так же не усмотрел действий руководителя должника, послуживших наступлением фактической несостоятельности должника (банкротства в экономическом смысле); счел недоказанной совокупность условий для взыскания с ФИО2 убытков.

Суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Дела о несостоятельности (банкротстве) юридических лиц и граждан в силу части 1 стать 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве и пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

По своей правовой природе требование о привлечении к субсидиарной ответственности направлено на компенсацию последствий негативных действий контролирующих лиц по доведению должника до банкротства.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. Генеральным правовым основанием данного иска выступают положения статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ, поскольку конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам.

Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления № 53.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве, возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 названной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Из материалов дела следует, что с момента создания ООО «Катунь» единственным участником являлся ФИО2, он же на протяжении всего период деятельности ФИО2 осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа (директора).

Таким образом, в силу пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве ответчик является контролирующим должника лицом с даты создания должника по дату признания должника несостоятельным (банкротом).

Как следует из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «ПАГ», конституционное требование действовать добросовестно и не злоупотреблять своими правами равным образом адресовано всем участникам гражданских правоотношений. Конституционный Суд РФ неоднократно обращал внимание и на взаимосвязь добросовестного поведения с надлежащей заботливостью и разумной осмотрительностью участников гражданского оборота (постановления от 27.10.2015 № 28-П «По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО4, ФИО5, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 и ФИО9», от 22.06.2017 № 16-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А.Н. Дубовца» и др.).

В соответствии со статьей 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом, а неисполнение юридическим лицом требования кредитора по денежным обязательствам в течение трех месяцев с даты, когда оно должно было быть исполнено, является признаком его несостоятельности и поводом для возбуждения дела о банкротстве (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве допускает установление невозможности погашения требований кредиторов как через доказывание непосредственного причинения вреда контролирующим лицом, например, путем совершения (одобрения) порочных сделок (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11), так и опосредованно через доказывание сокрытия следов причинения вреда (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, определения Верховного Суда РФ от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138 по делу № А16-1834/2022, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6) по делу № А40-208525/2015, о от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091 по делу № А40-165246/2022).

Бремя доказывания оснований возложения субсидиарной ответственности на контролирующее должника лицо по общему правилу лежит на кредиторе, заявившем это требование (статья 65 АПК РФ). Вместе с тем контролирующие лица, тем более, если банкротство хозяйственного общества вызвано их противоправной деятельностью, не заинтересованы в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот в подконтрольных обществах (предприятиях). Однако, как следует из пункта 56 Постановления № 53, это обстоятельство не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если кредитор с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения его требований вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо. При этом оно должно доказать, почему доказательства кредитора не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Оценивая обстоятельства, связанные с наличием задолженности и причинами неплатежа, следует учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статьи 56 ГК РФ), наличие у участников общества и его руководителя широкой свободы усмотрения при принятии деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статьи 10 ГК РФ) (пункт 1 Постановления № 53).

Прекращение подконтрольным обществом хозяйственной деятельности при наличии неисполненных обязательств перед кредиторами не является достаточным основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности, ввиду того, что одним из условий удовлетворения требования кредиторов является установление того обстоятельства, что непогашенный долг возник в результате неразумности и недобросовестности данных лиц.

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности (пункт 3 статьи 1 ГК РФ, абзац второй пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пункт 18 Постановления № 53).

В соответствии с правовым подходом, отраженным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, закон, предоставляя право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах, не поощряет «брошенный бизнес».

Вопрос о распределении бремени доказывания по делам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности применительно к случаю, когда подконтрольный должник ликвидирован, разрешен Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П, а также Верховным Судом Российской Федерации в пункте 8 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного 15.05.2024 и ряде определений (от 10.04.2023 № 305-ЭС22-16424, от 04.10.2023 № 305-ЭС23-11842, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, от 11.02.2025 № 307-ЭС24-18794).

Эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного и нет никаких оснований уменьшать правовую защищенность кредиторов «брошенных» юридических лиц по сравнению с кредиторами ликвидированных (определение Верховного Суда РФ от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290).

Добросовестный руководитель общества обязан действовать в интересах контролируемого им юридического лица и его кредиторов, в том числе сохранять, раскрывать информацию о хозяйственной деятельности должника при предъявлении требований как к подконтрольному обществу, так и лично к контролирующему лицу; давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве установлена презумпция наступления ответственности в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П).

Правопорядок не поощряет «брошенный бизнес», а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать требованию проведения ликвидации с соблюдением установленного порядка, учитывающего права и законные интересы кредиторов общества (определение Верховного Суда РФ от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809).

Кредитор не должен претерпевать неблагоприятные имущественные последствия того, что он не смог помешать контролировавшим должника лицам «бросить бизнес»" и уклониться тем самым от проведения расчетов с кредиторами.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника либо ее недостатки не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 16.10.2017 № 302-ЭС17-9244, отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о его недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Определением суда от 18.04.2024 по настоящему делу на ФИО2 возложена обязанность передать управляющему ООО «Катунь» сведения и документы должника.

Ответчик до настоящего времени не исполнил судебный акт об истребовании документов, документы о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Катунь управляющему не переданы, в материалы дела не поступили.

В рассматриваемом случае ООО «Вертер Групп» подтверждено наличие задолженности на стороне ООО «Катунь» на сумму 400 000 руб., ее длительную неуплату и факт контроля над должником со стороны ФИО2

Управляющий должника сослался также на прочие обстоятельства (перечисление денежных средств на сумму 2 705 401,95 руб. в адрес ИП ФИО3 (781 000 руб., назначение платежа «перевод средств в связи с закрытием счета»), ООО «Инте плюс» (1 924 301, 59 руб., назначение платежа «возврат денежных средств в связи с закрытием счета») без встречного предоставления, совокупность и подозрительность которых, по его мнению, в обычных условиях указывает на намерение контролирующего хозяйственное общество лицо не исполнять встречные обязательства перед ООО «Алтын» в условиях получения от последнего денежных средств в размере 400 000 руб. за поставку «ГСМ», фактическое прекращение деятельности должника. 

Учитывая, что право требования ООО «Вертер Групп», являющегося заявителем по делу о банкротстве должника и единственным кредитором должника, основано на задолженности, образовавшейся в результате действий ФИО10 по необоснованному получению 27.02.2019 от ООО «Алтын» денежных средств размере 400 000 руб. без намерения предоставлять встречное исполнение (участие в схеме вывода денежных средств), указанные действия не могут быть признаны правомерными, соответственно непогашенная задолженность должника перед ООО «Алтын» (правопреемник ООО «Вертер Групп») сформировалась, начиная с 28.02.2019.

По смыслу законодательство о банкротстве, ущерб возникает именно в момент его причинения, а не в период судебного разбирательства по обособленному спору или, тем более, на момент вынесения судебного акта  по такому спору. 

Подобный правовой подход подтверждается многочисленной судебной практикой, в частности, определениями Верховного Суда РФ от 11.07.2018 №305-ЭС18-1058, от 30.01.2020 №305-ЭС18-14622 (4,5,6), Постановление Президиума ВАС РФ от 04.12.2012 №9632/12.

Сведения и доказательства, подтверждающие, что перечисленные в адрес ООО «Инте плюс» и ИП ФИО3 денежные средства были уплачены должником в счет встречных возмездных сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо о возврате перечисленных денежных средств в адрес ООО «Катунь» ответчиком управляющему, в материалы дела не поступили.

Ответчик так же не представил в материалы дела документов, раскрывающих имущественное положение юридического лица и объясняющих причины, по которым не представлено встречное предоставление кредитору либо не осуществлен возврат полученных денежных средств и не подтвердил, что действовал добросовестно, принял все меры для исполнения ООО «Катунь» обязательств перед кредитором, об отсутствии причинно-следственной связи между их действиями (бездействием).

В соответствии с данными ЕГРЮЛ установлено, что 13.10.2021 в отношении ООО «Инте плюс» внесена запись об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием записей о недостоверности (по адресу). Таким образом, с 13.10.2021 возможность взыскания дебиторской задолженности с ООО «Инте плюс» утрачена. 

ФИО3 прекратила статус индивидуального предпринимателя с 26.09.2019. Трехлетний срок исковой давности по взысканию задолженности, предусмотренный ст. 199 ГК РФ, истек в 14.02.2022, в связи с чем, возможность взыскания данной задолженности также утрачена.

С учетом изложенного, имеются объективные сомнения в добросовестности действий ответчика, которые последним не опровергнуты (статья 65 АПК РФ).

Анализ расчетного счета должника показал, что последняя операция по расчётному счету 

<

***> в ПАО Сбербанк совершена 13.02.2019 по расчётному счету 

<

***> в ПАО Сбербанк совершена 13.02.2019,  по расчетному счету в ПАО «Промсвязьбанк» - 22.04.2019.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ 28.12.2020 внесены сведения о недостоверности сведений в отношении адреса места регистрации ООО «Катунь».

Определением суда от 09.09.2021 (резолютивная часть объявлена 02.09.2021) прекращено производство по делу № А03-3811/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Катунь» (ИНН 

<

***>) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, последняя бухгалтерская отчетность представлена в налоговый орган за 2016 год - 28.03.2017, согласно которой активы должника составили 26 771,00 руб.; последняя налоговая декларация представлена в налоговый орган 03.10.2017 за 9 месяцев 2017, согласно ответам регистрирующих органов, ООО «Катунь» не имеет зарегистрированного имущества, фактически не осуществляет финансово-хозяйственную деятельность, о чем свидетельствует отсутствие операций по расчетным счетам, отсутствием имущества;

Ответчиком не представлены убедительные объяснения о причинах неисполнения обязательств перед ООО «Алтын», фактического прекращения деятельности ответчика, недостовернности адреса юридического лица и непредставления отчетности о его деятельности; неподачу заявления о банкротстве должника.

С учетом разъяснений, данных в абзаце 1 пункта 16 Постановления № 53, доказыванию подлежит наступление объективного банкротства должника. При этом, если заявитель доказал обстоятельства, составляющие основания установленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпций наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) контролирующего должника лица и невозможностью полного погашения требований кредиторов, то и наступление объективного банкротства также считается доказанным.

В данном случае, полное погашение требований кредиторов на момент подачи настоящего заявления в деле о банкротстве ООО «Катунь» было невозможно.

В рассматриваемом случае ответчиком не приведено убедительных доводов, позволяющих сделать вывод о добросовестности или разумности их действий, принятии ими необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении гражданско-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Принимая во внимание установленные обстоятельства (фактическое прекращение должником хозяйственной деятельности в 2019 года в отсутствие на то объективных причин, неисполнение им обязательств перед кредитором ООО «Алтын» при наличии возможности (денежные средства в размере достаточном для возврата 400 000 руб. поступили на расчетный счет должника в ПАО «Промсвязьбанк» - в период с 06.03.2019 по 22.04.2019) и были перечислены в пользу без встречного предоставления, участие в противоправной схеме вывода денежных средств кредитора-заявителя по делу о банкротстве должника), в отсутствие каких-либо относимых и допустимых доказательств, подробно раскрывающих мотивы прекращения должником своей хозяйственной деятельности, в условиях также неисполнения ФИО2 обязанности по передаче управляющему документов, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ООО «Катунь», подобное поведение ответчика не соответствует стандартам поведения руководителей коммерческих организаций в схожих условиях и свидетельствует о совершении им умышленных действий, направленных на сокрытие от управляющего и кредиторов сведений о реальном имущественном состоянии должника и совершенных им сделках, исходя также из того, что в рассматриваемом случае непередача документации в полном объеме не позволила управляющему надлежащим образом установить действительные активы должника, проанализировать и взыскать дебиторскую задолженность (в том числе и отличную от заявленной управляющим), выявить все подлежащие оспариванию сделки и потенциальную возможность пополнения конкурсной массы, то есть препятствовала осуществлению управляющим мероприятий, подлежащих проведению в рамках процедуры банкротства должника, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности в данном случае необходимых условий для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по основаниям, предусмотренным статьи 61.11 Закона о банкротстве (за невозможность полного погашения требований кредиторов, возникшую вследствие действий контролирующего должника лиц с применением презумпции, установленной пунктом 1 и подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, равный совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника,

Согласно расчету управляющего, размер субсидиарной ответственности равен 607 138,13 руб., в том числе 400 000 руб. задолженности, включенной в реестр, 207 138,13 руб. текущих требований. 

При рассмотрении вопроса о размере субсидиарной ответственности ФИО2 не опровергнуто, что требования кредиторов и текущие расходы, связанные с делом о банкротстве должника, не удовлетворены по причине отсутствия имущества и средств должника.

Бремя доказывания обстоятельств, которые являются основанием для снижения размера субсидиарной ответственности, возложено на лицо, контролирующее должника.

Доказательств иного размера субсидиарной ответственности или оснований для уменьшения указанного размера, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, ответчиком в материалы дела не представлено. 

Возражений против расчета размера субсидиарной ответственности в суд апелляционной инстанции также не поступило, контррасчет ФИО2 не представлен, как и доказательств, свидетельствующих о том, что размер вреда, причиненный имущественным правам кредиторов, существенно меньше размера требований, установленных к должнику.

С учетом изложенного, в порядке привлечения к субсидиарной ответственности с ФИО2 подлежит взысканию в конкурсную массу ООО «Катунь» 607 138,13 руб.

При таких обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу о том, что заявленное управляющим требование подлежало удовлетворению, в связи с чем апелляционную жалобу управляющего следует признать обоснованной и подлежащей удовлетворению, а обжалуемое определение суда первой инстанции от 07.02.2025 вынесено при несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, с нарушением норм материального права (пункты 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ) и подлежит отмене с вынесением нового судебного акта об удовлетворении заявления.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленными квалифицированными электронными подписями судей, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». 

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269, статьями 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

постановил:

определение от 07.02.2025 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-16197/2023 отменить, принять новый судебный акт.

Заявление конкурсного управляющего должником ФИО1 удовлетворить.

Признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Катунь».

Взыскать с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Катунь» 607 138 (шестьсот семь тысяч сто тридцать восемь) рублей 13 (тринадцать) копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 30 000 (тридцать тысяч) рублей государственной пошлины по апелляционной инстанции.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Алтайского края. 

Председательствующий                                                                   Е.В. Фаст

Судьи                                                                                                 О.А. Иванов  

                                                                                                            Т.С. Чащилова