Арбитражный суд Республики Северная Осетия - Алания

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А61-2160/2017

г. Владикавказ

14 сентября 2017 года

Резолютивная часть решения оглашена 07 сентября 2017 года

Решение в полном объеме изготовлено 14 сентября 2017 года

Арбитражный суд РСО-Алания в составе судьи            Климатова Г.В.

при ведении протокола помощником судьи Езеевой З.М.

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «ИРАЭРОСЕРВИС»

 к Республике Северная Осетия – Алания в лице Министерства физической культуры и спорта Республики Северная Осетия - Алания

 Государственному автономному учреждению «Профессиональный футбольный клуб «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии                   

о взыскании 10 725 911 рублей,

при участии:

от истца – не явились,

от Минспорта – Доев О.В., доверенность от 02.08.2017 №778,

от ГАУ «ПФК «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии – не явились

от Комитета РСО-Алания по делам молодежи – не явились

от Минфина – ФИО1, доверенность от 10.01.2017 №47

от Мингосимущества – ФИО2, доверенность от 10.07.2017 №1340

от Правительства РСО-Алания  – ФИО3, доверенность №7 от 13.10.2016

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ИРАЭРОСЕРВИС» обратилось в Арбитражный суд РСО-Алания с исковым заявлением к Республике Северная Осетия – Алания в лице Министерства физической культуры и спорта Республики Северная Осетия - Алания (третьи лица - Государственное автономное учреждение «Профессиональный футбольный клуб «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии; Комитет РСО-Алания по делам молодежи) о взыскании 10 725 911 рублей в порядке субсидиарной ответственности.

Определением от 17.07.2017 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Государственное автономное учреждение «Профессиональный футбольный клуб «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии ФИО4.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Правительство РСО-Алания, Комитет РСО-Алания по делам молодежи, Министерство финансов Республики Северная Осетия – Алания, Министерство государственного имущества и земельных отношений Республики Северная Осетия – Алания.

            Истец, ГАУ «ПФК «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии, Комитет по делам молодежи РСО-Алания, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации о движении дела на официальном сайте Арбитражного суда РСО-Алания, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

            В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей истца и ГАУ «ПФК «Алания» в лице председателя ликвидационной комиссии.

             Представитель ответчика - Министерства спорта и физической культуры - заявленные требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве. Просил в удовлетворении заявленных требований оказать ввиду пропуска истцом срока на предъявление иска (просил суд применить сроки исковой давности), а также ввиду отсутствия субсидиарной ответственности собственника автономного учреждения по его обязательствам. Пояснил, что на момент предъявления требований к Министерству физической культуры и спорта РСО-Алания законодательство не предусматривало субсидиарную ответственность собственника имущества автономного учреждения. Кроме того, факт недостаточности денежных средств для удовлетворения требований истца не доказан, носит предположительный характер. Настаивал на рассмотрении дела в отсутствие представителя истца.

Представитель Правительства РСО-Алания заявленные требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве. Просил в удовлетворении заявленных требований оказать ввиду пропуска истцом срока на предъявление иска (просил суд применить сроки исковой давности), а также ввиду отсутствия субсидиарной ответственности собственника автономного учреждения по его обязательствам. Пояснил, что на момент предъявления требований к Министерству физической культуры и спорта РСО-Алания законодательство не предусматривало субсидиарную ответственность собственника имущества автономного учреждения. Настаивал на рассмотрении дела в отсутствие представителя истца.

Представители Минфина и Мингосимущества поддержали позиции, изложенные представителями Правительства РСО-Алания и ответчика (Министерства спорта и культуры РСО-Алания). Просили в иске отказать по мотивам изложенных в письменных отзывов на исковое заявление. Пояснили, что ответственность собственника автономного учреждения законодательством не предусматривалась, статья 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае не применима. Настаивали на рассмотрении дела в отсутствие представителя истца.

Исследовав материалы дела, заслушав мнения представителей участвующих в деле лиц, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между истцом (Исполнитель) и ГАУ ПФК «Алания» (Заказчик) был заключен договор на обслуживание авиаперевозок от 06.03.2010 №7, в соответствии с условиями которого Исполнитель обязался оказывать услуги по продаже  авиабилетов, услуги в сфере пассажирских авиаперевозок по России, странам СНГ, а также ближнего и дальнего зарубежья, а Заказчик – осуществлять подачу заявок на приобретение авиабилетов, получать оформленные авиабилеты у Исполнителя в рабочее время и оплачивать авиаперевозки в порядке и сроки, предусмотренные договором.

В разделе 4 договора согласован порядок  расчетов.

В соответствии с пунктом 7.1 договор вступает в силу с момента его подписания и действует до момента расторжения в порядке, предусмотренном действующим законодательством и настоящим договором.

Как следует из текста искового заявления, истцом были надлежащим образом выполнены принятые по договору обязательства. Ответчик также надлежащим образом выполнял свои обязательства по оплате оказанных услуг до октября 2013 года, после чего обязательства по оплате оказанных услуг футбольным клубом перестались выполняться, ввиду чего за ним образовалась задолженность в размере 10 725 911 рублей.

Истцом в адрес ликвидационной комиссии ГАУ ПФК «Алания» было направлено требование о выплате 10 725 911 рублей задолженности, оставленное последним без ответа и удовлетворения.

В адрес Министерства физической культуры и спорта РСО-Алания истцом также было направлено требование от 29.05.2017 года, в котором истец в отсутствие исполнения со стороны ГАУ ПФК «Алания» обязательств по уплате задолженности в размере 10 725 911 рублей просил Министерство уплатить указанную задолженность.

Сославшись на неисполнение указанных требований, а также на неспособность ГАУ ПФК «Алания» выплатить предъявленную ко взысканию сумму долга, истец обратился в суд с иском о взыскании в порядке субсидиарной ответственности с Республики Северная Осетия – Алания в лице Министерства физической культуры и спорта РСО-Алания за счет средств казны РСО-Алания задолженности в размере 10 725 911 рублей.

Статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предсмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями договора и требованиями закона; при этом односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, установленных законом или предусмотренных договором.

             Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

            В соответствии с пунктом 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

           По смыслу статей 779 и 781 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для оплаты услуг является факт их оказания и принятия заказчиком. Оплата услуг производится в соответствии с условиями договора.

Для возникновения обязанности по оплате оказанных услуг имеет значение факт их оказания.

В подтверждение факта оказания услуг по договору истец представил заявки (предусмотренные пунктом 2.2.1 договора) за 2012 и 2013 годы ГАУ ПФК «Алания» с просьбой выписать билеты; итоги продаж футбольному клубу в агенстве ООО «Ираэросервис» за периоды: с 01.07.2013 по 31.07.2013, с 01.08.2013 по 31.08.2013, с 01.10.2013 по 31.10.2013, с 01.03.2013 по 31.03.2013, с 01.05.2013 по 31.05.2013, с 01.04.2013 по 30.04.2013, с 01.09.2013 по 30.09.2013, с 01.06.2013 по 30.06.2013; а также подписанный сторонами акт сверки от 01.11.2013 года с указанием суммы задолженности в пользу ООО «Ирлайнсервис» в размере 10 725 911 рублей.

21.02.2014 Правительством РСО-Алания принято постановление о ликвидации ГАУ «ПФК «Алания», о чем 19.03.2014 в Вестнике государственной регистрации («Вестник государственной регистрации» часть 1 №11(471) от 19.03.2014/66) опубликовано сообщение о ликвидации ГАУ «ПФК «Алания». Кредиторам было предложено заявить требования в течение 2 месяцев с момента опубликования сообщения.

Согласно части 4 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации с момента принятия решения о ликвидации юридического лица срок исполнения его обязательств перед кредиторами считается наступившим. 

Таким образом, 21.02.2014 наступил срок исполнения обязательства ГАУ «ПФК «Алания» по погашению задолженности по спорному договору.

Как следует из письма председателя ликвидационной комиссии ГАУ ПФК «Алания» от 16.08.2016 №36, требования истца в размере 10 725 911 рублей копеек включены  в  ликвидационный баланс ГАУ ПФК «Алания».

26.04.2017 истец направил в ликвидационную комиссию ГАУ «ПФК «Алания» требование о выплате задолженности в сумме 10 725 911 рублей.

Кроме того, истец 29.05.2017 обратился в Министерство физической культуры и спорта РСО-Алания с требованием о погашении долга в порядке субсидиарной ответственности. 

Ответов на указанные требования истца в материалах дела не содержится.

Вместе с тем, как следует из письма Министерства физической культуры и спорта РСО-Алания от 17.05.2017 №470, Министерство указало на отсутствие возможности у ликвидационной комиссии выплатить требуемые денежные средства. Кроме того, Министерство указало на то, что автономное учреждение отвечает по своим обязательством только движимым имуществом, находящимся у него на праве оперативного управления. При этом движимого имущества, реализовать которое было бы возможно, не имеется.

 Предъявляя исковые требования о взыскании суммы долга в размере                         10 725 911 рублей с Республики Северная Осетия - Алания в лице Министерства физической культуры и спорта РСО-Алания в порядке субсидиарной ответственности за счет средств казны РСО-Алания,  истец сослался на пункт 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 01.09.2014, пояснив, что указанный пункт является специальной нормой, устанавливающей субсидиарную ответственность собственника имущества ликвидируемого учреждения при недостаточности у него денежных средств для удовлетворения требований кредиторов. 

По утверждению представителя истца в процессе рассмотрения спора, недостаточность денежных средств у ГАУ «ПФК «Алания» была установлена в рамках дела №А61-2644/2015, а в период процедуры ликвидации финансовые возможности учреждения не изменятся, так как кредиторов у ГАУ «ПФК «Алания» больше, чем имущества. 

Изучив доводы сторон, и оценив представленные в дело доказательства, суд отказывает в удовлетворении исковых требований, учитывая следующее. 

Пунктом 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 01.09.2014 года было установлено, что при недостаточности у ликвидируемого казенного предприятия имущества, а у ликвидируемого учреждения - денежных средств для удовлетворения требований кредиторов последние вправе обратиться в суд с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет собственника имущества этого предприятия или учреждения. 

Редакция пункта 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации была сохранена при внесении Федеральным законом от 08.05.2010 N 83-ФЗ изменений в статью 120 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключающих субсидиарную ответственность собственника имущества автономного учреждения. 

Следовательно, довод истца о том, что нормы о порядке ликвидации учреждений являются специальными по отношению к общим нормам о порядке несения имущественной ответственности по долгам автономных учреждений, является обоснованным. 

В период действия пункта 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации собственники имущества ликвидируемого учреждения, независимо от его формы, должны были отвечать в порядке субсидиарной ответственности по его обязательствам в случае недостаточности денежных средств для удовлетворения требований кредиторов. 

Федеральным законом от 05.05.2014 N 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» были внесены изменения в статью 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающую порядок ликвидации юридического лица.

           Пунктом 7 указанной статьи в новой редакции было установлено, что если настоящим Кодексом предусмотрена субсидиарная ответственность собственника имущества учреждения или казенного предприятия по обязательствам этого учреждения или этого предприятия, при недостаточности у ликвидируемых учреждения или казенного предприятия имущества, на которое в соответствии с законом может быть обращено взыскание, кредиторы вправе обратиться в суд с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет собственника имущества этого учреждения или этого предприятия. 

Статьей 3 Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ было установлено, что он вступает в силу с 1 сентября 2014 года, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлены иные сроки вступления их в силу. При этом в пункте 3 статьи 3 было указано, что положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей. 

Правоотношения, в рамках которых заявлены исковые требования, возникли из договора от 06.03.2010 №7, заключенного между истцом и ГАУ «ПФК «Алания», и решения собственника о ликвидации учреждения, оформленного постановлением Правительства РСО-Алания от 21.02.2014, то есть до вступления в силу указанного Федерального закона. 

При этом согласно действующей на момент заключения договора от 06.03.2010 №7 редакции статьи 120 ГК РФ (пункт 2) собственник имущества автономного учреждения не отвечал по его долгам. 

Следовательно, с учетом пункта 3 статьи 3 Федерального закона от 05.05.2014                     N 99-ФЗ для определения положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих применению при рассмотрении спора, существенное значение имеет установление времени возникновения прав и обязанностей сторон, являющихся основанием исковых требований. 

Пункт 6 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей до 01.09.2014, предоставлял кредиторам право обратиться в суд с иском об удовлетворении требований за счет собственника имущества учреждения при недостаточности у ликвидируемого учреждения денежных средств для удовлетворения таких требований. 

Согласно пункту 4 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в этой же редакции выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого юридического лица производится ликвидационной комиссией в порядке очередности, установленной статьей 64 настоящего Кодекса, в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом, начиная со дня его утверждения, за исключением кредиторов третьей и четвертой очереди, выплаты которым производятся по истечении месяца со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса. При этом в соответствии с пунктом 2 указанной статьи промежуточный ликвидационный баланс содержит сведения о составе имущества ликвидируемого юридического лица, перечне предъявленных кредиторами требований, а также о результатах их рассмотрения. 

Следовательно, только из содержания утвержденного уполномоченным лицом промежуточного ликвидационного баланса можно определить соотношение актива и пассива баланса ликвидируемой организации для того, чтобы сделать выводы о достаточности (недостаточности) имущества для расчетов с кредиторами каждой очереди. 

Кроме того, пунктом 1 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в предыдущей редакции было установлено, что ликвидационная комиссия принимает меры к выявлению кредиторов и получению дебиторской задолженности. Это означает, что в обязанности ликвидационной комиссии входит не только составление перечня кредиторов, но также выявление дебиторской задолженности и принятие мер по получению денежных средств, в том числе в судебном порядке, с последующим направлением их на расчеты с кредиторами. 

На этом основании суд не может признать обоснованным утверждение истца о  недостаточности денежных средств у ликвидируемого ГАУ «ПФК «Алания». 

Сообщение о ликвидации ГАУ «ПФК «Алания»  было опубликовано в Вестнике государственной регистрации («Вестник государственной регистрации» часть 1 №11(471) от 19.03.2014/66), следовательно, установленный двухмесячный срок для заявления требований кредиторами истек 19 мая 2014 года. Период с 19 мая 2014 года по 31 августа 2014 года недостаточен ни для формирования реестра кредиторов, учитывая возможность направления требований почтовой связью, ни для выявления и принятия мер к получению дебиторской задолженности. 

Следовательно, промежуточный ликвидационный баланс по состоянию на 31.08.2014 не мог быть составлен и утвержден в установленном порядке. 

Это означает, что право истца на предъявление требования в порядке субсидиарной ответственности, вытекающее из недостаточности денежных средств у ликвидируемого учреждения, до 1 сентября 2014 года не могло возникнуть, поскольку факт отсутствия у должника денежных средств, необходимых для расчета с истцом, не был установлен в порядке, определенном статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Таким образом, право требования к субсидиарному должнику у истца могло возникнуть только после утверждения промежуточного ликвидационного баланса, но в любом случае не ранее вступления в силу Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ. 

   Судом установлено, что промежуточный ликвидационный баланс в установленном законом порядке до настоящего времени не утвержден, представлен сторонами  не был. Доказательства обратного в материалах дела отсутствуют. 

  В силу пункта 5 статьи  9 Федерального закона от 03.11.2006 № 174-ФЗ «Об автономных учреждениях» утверждение промежуточного ликвидационного баланса относится к компетенции учредителя автономного учреждения. Утверждение промежуточного ликвидационного баланса общим собранием ликвидационной комиссии законом не предусмотрено.

  Отсутствие промежуточного ликвидационного баланса либо иного документа, достоверно подтверждающего факт отсутствия денежных средств у должника, не позволяет сделать вывод о недостаточности у ликвидируемого учреждения денежных средств для удовлетворения требований кредиторов (в данном случае требований истца) и наличии оснований для привлечения собственника имущества учреждения к субсидиарной ответственности  по его долгам.

Согласно пункту 7 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действующей после 01.09.2014, кредиторы вправе обратиться в суд с иском об удовлетворении требований за счет собственника имущества ликвидируемого учреждения при недостаточности у него имущества, на которое в соответствии с законом может быть обращено взыскание, только в случаях, когда субсидиарная ответственность собственника имущества учреждения по обязательствам этого учреждения предусмотрена Гражданским кодексом Российской Федерации. 

В пункте 6 статьи 123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что автономное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением недвижимого имущества и особо ценного движимого имущества, закрепленных за автономным учреждением собственником этого имущества или приобретенных автономным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества. 

По обязательствам автономного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества автономного учреждения. 

В данном случае такие обстоятельства отсутствуют.

Таким образом, действующие после 01.09.2014 положения Гражданского кодекса Российской Федерации не предоставляют кредиторам ликвидируемого учреждения право обращения к собственникам имущества учреждения в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам этого учреждения, вытекающим из                            гражданско-правовых договоров. 

В данном случае договор был заключен 06.03.2010, решение о ликвидации ГАУ «ПФК «Алания» Правительством РСО-Алания было принято 21.02.2014.

Правовая позиция о привлечении собственника имущества ликвидируемого автономного учреждения к субсидиарной ответственности изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 09.02.2017 №219-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Научно-производственная компания «Катрен» на нарушения конституционных прав и свобод положениями пунктов 19 и 31 статьи 1, а также частью 3 статьи 3 Федерального закона от 05 мая 2014 года               №99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений Гражданского кодекса Российской Федерации».

  Автономным учреждением признается некоммерческая организация, созданная Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием для выполнения работ, оказания услуг в целях осуществления предусмотренных законодательством Российской Федерации полномочий органов государственной власти, полномочий органов местного самоуправления в сферах науки, образования, здравоохранения, культуры, средств массовой информации, социальной защиты, занятости населения, физической культуры и спорта, а также в иных сферах в случаях, установленных федеральными законами (в том числе при проведении мероприятий по работе с детьми и молодежью в указанных сферах); автономное учреждение является юридическим лицом и от своего имени может приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде (части 1 и 2 статьи 2 Федерального закона от 3 ноября 2006 года N 174-ФЗ "Об автономных учреждениях").

Автономное учреждение, в силу пункта 6 статьи 123.22 ГК Российской Федерации, отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, за исключением недвижимого имущества и особо ценного движимого имущества, закрепленных за автономным учреждением собственником этого имущества или приобретенных автономным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества; по обязательствам автономного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества автономного учреждения.

Указанное правило («повышенной» имущественной ответственности автономного учреждения по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам) было введено федеральным законодателем Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ, которым ГК   РФ был дополнен параграфом 7«Некоммерческие унитарные организации» (пункт 31 статьи 1), и распространено на отношения, возникшие после 01.01.2011 (пункт 15 статьи 3). Положение же абзаца пятого пункта 2 статьи 120 ГК РФ, которая утратила силу в связи с принятием указанного Федерального закона (пункт 29 статьи 1), предусматривало, что собственник имущества автономного учреждения не несет ответственность по обязательствам автономного учреждения (независимо от характера обязательств).

Подобное регулирование свидетельствует о том, что федеральный законодатель с принятием Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ, в части включения в ГК РФ пункта 6 статьи 123.22, стремился усовершенствовать институт ответственности учреждений посредством снятия ограничений в отношении возможности возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества автономного учреждения в случаях причинения вреда гражданам, установив тем самым дополнительные гарантии прав последних как более слабой стороны в правоотношениях с участием учреждения.

Общие основания и порядок ликвидации юридического лица, в том числе учреждения, а также правила удовлетворения требований его кредиторов детально регламентированы статьями 61 - 65 ГК Российской Федерации.

В частности, в силу пункта 6 статьи 63 ГК Российской Федерации (в редакции, действовавшей до внесения изменений Федеральным законом от 5 мая 2014 года N 99-ФЗ) при недостаточности у ликвидируемого учреждения денежных средств для удовлетворения требований кредиторов последние были вправе обратиться в суд с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет собственника имущества этого учреждения.

Согласно же положениям пункта 7 статьи 63 ГК Российской Федерации в ныне действующей редакции при недостаточности у ликвидируемого учреждения имущества, на которое в соответствии с законом может быть обращено взыскание, кредиторы также вправе обратиться в суд с иском об удовлетворении оставшейся части требований за счет собственника имущества этого учреждения, но лишь в случаях, если данным Кодексом предусмотрена субсидиарная ответственность собственника имущества учреждения по обязательствам этого учреждения.

Между тем особенности применения указанных положений Гражданского кодекса Российской Федерации для случаев ликвидации некоммерческих организаций предусмотрены Федеральным законом от 12 января 1996 года N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (статьи 18 - 20), а конкретно для ликвидации автономных учреждений - Федеральным законом "Об автономных учреждениях".

Так, добровольная ликвидация автономного учреждения возможна по решению его учредителя (пункт 3 статьи 9 Федерального закона "Об автономных учреждениях"). Органом, принимающим решение о добровольной ликвидации муниципального автономного учреждения и назначении ликвидационной комиссии, является соответствующий муниципальный орган, осуществляющий функции и полномочия учредителя данного учреждения в соответствии с пунктом 3 части 3 статьи 6 Федерального закона "Об автономных учреждениях".

Выплата денежных сумм кредиторам ликвидируемого автономного учреждения производится ликвидационной комиссией в порядке очередности, установленной статьей 64 ГК Российской Федерации, в соответствии с промежуточным ликвидационным балансом. Если имеющихся у ликвидируемого автономного учреждения денежных средств (в том числе доходов, поступивших в самостоятельное распоряжение учреждения) недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, то ликвидационная комиссия осуществляет продажу имущества с публичных торгов в порядке, установленном для исполнения судебных решений (пункты 4 и 5 статьи 19 Федерального закона                              "О некоммерческих организациях").

Для удовлетворения требования кредиторов автономного учреждения используется имущество, находящееся у него на праве оперативного управления, за исключением недвижимого имущества и особо ценного движимого имущества, закрепленных за ним учредителем или приобретенных автономным учреждением за счет средств, выделенных ему учредителем на приобретение этого имущества (часть 4 статьи 2 Федерального закона "Об автономных учреждениях").

При этом в силу пункта 5 статьи 2 Федерального закона "Об автономных учреждениях" собственник имущества автономного учреждения не несет ответственность по обязательствам автономного учреждения. Данное правило существовало с момента введения в действие указанного Федерального закона, которым и было закреплено создание этого принципиально нового вида учреждений и особенности его правового статуса. Соответственно, такой вид учреждений изначально не предусматривал субсидиарной ответственности учредителя - собственника по долгам автономного учреждения.

Обосновывая эти нормы закона, Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что участники гражданско-правовых отношений, приобретая свои гражданские права своей волей и в своем интересе, будучи свободными в установлении своих прав и обязанностей на основе договора (статья 1 ГК РФ), в том числе и с муниципальными (государственными) автономными учреждениями, несут риск неудовлетворения своих имущественных требований. Поскольку законодательство не предусматривало и не предусматривает соответствующего объема гарантий для кредиторов муниципальных автономных учреждений (начиная с момента появления такого вида учреждений), это ориентирует контрагентов на проявление необходимой степени осмотрительности еще при вступлении в гражданско-правовые отношения с субъектами, особенности правового статуса которых не позволяют в полной мере прибегнуть к институту субсидиарной ответственности, предполагая возможность использования существующих гражданско-правовых способов обеспечения исполнения обязательств.

В пункте 5 Определения от 19.02.2017 Конституционный Суд Российской Федерации указал следующее: что касается оспариваемой части 3 статьи 3 Федерального закона от 5 мая 2014 года N 99-ФЗ, - согласно которой положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции данного Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу данного Федерального закона;                                         по правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу данного Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции данного Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу данного Федерального закона, если иное не предусмотрено данной статьей, - то указанное правовое регулирование соответствует общему (основному) принципу действия закона во времени, который, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (Постановление от 22 апреля 2014 года                 N 12-П; определения от 21 ноября 2013 года N 1840-О, от 16 июля 2015 года N 1779-О и др.), имеет целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в Российской Федерации и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его в действие.

В данном случае подлежат применению положения статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 05.05.2014 N 99-ФЗ.  

 В пункте 11 Обзора практики Конституционного Суда Российской Федерации за первый квартал 2017 года указано, что Определением от 09.02.2017 №219-О Конституционный Суд выявил смысл положений пунктов 19 и 31 статьи 1, а также части 3 статьи 3 статьи 3 Федерального закона от 05 мая 2014 года №99-ФЗ «О  внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений Гражданского кодекса Российской Федерации».

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что оспоренными нормами был существенно уточнен и дополнен порядок ликвидации юридического лица, введены положения, посвященные некоммерческим унитарным предприятиями, а также определен порядок применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции данного Федерального закона.

Поскольку законодательство не предусматривало и не предусматривает соответствующего объема гарантий для кредиторов муниципальных автономных учреждений (начиная с момента появления такого вида учреждений), это ориентирует контрагентов на проявление необходимой степени осмотрительности еще при вступлении в гражданско-правовые отношения с субъектами, особенности правового статуса которых не позволяют в полной мере прибегнуть к институту субсидиарной ответственности, предполагая возможность использования существующих гражданско-правовых способов обеспечения исполнения обязательств.

Вышеуказанная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в полной мере относится к государственным автономным учреждениям.

В соответствии со статьями 71, 79 Федерального конституционного закона от 21.07.1994 №1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» решения Конституционного Суда Российской Федерации принимаются в виде постановлений и определений; решение Конституционного Суда Российской Федерации окончательно, не подлежит обжалованию, действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами.

Суды общей юрисдикции, арбитражные суды при рассмотрении дел после вступления в силу постановления Конституционного Суда Российской Федерации не вправе применять нормативный акт или отдельные его положения в истолковании, расходящемся с данным Конституционным Судом Российской Федерации в этом постановлении истолкованием.

Таким образом, основания для удовлетворения требований о взыскании задолженности ГАУ ПФК «Алания» в размере 10 725 911 рублей с Республики Северная Осетия – Алания в лице Министерства физической культуры и спорта Республики Северная Осетия – Алания за счет средств РСО-Алания отсутствуют. 

Кроме того, ответчик – ГАУ «ПФК «Алания» в лице Ликвидационной комиссии – в поступившем через канцелярию суда отзыве на иск  указал на пропуск истцом срока исковой давности, ввиду чего просил суд отказать в удовлетворении заявленных требований.

Представители ответчика (Министерства  физической культуры и спорта  РСО-Алания) и Правительства РСО-Алания в судебном заседании от 07.09.2017 года (протокол и аудиозапись) также заявили о пропуске истцом срока исковой давности на предъявление иска. Просили суд применить пропуск истцом срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 4 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре.

Поскольку ответчиком заявлено при рассмотрении дела о нарушении истцом при обращении в суд срока исковой давности, суд обязан рассмотреть такое заявление.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются указанным Кодексом и иными законами. 

Абзацем 1 статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок (абзац 2 статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела Правительством РСО-Алания постановление о ликвидации ГАУ ПФК «Алания» было принято 21.02.2014 года, о чем 19.03.2014 в Вестнике государственной регистрации «Вестник  государственной регистрации» часть 1 №11 (471) от 19.03.2014/66) было опубликовано сообщение о ликвидации ГАУ ПФК «Алания».

Таким образом, истец должен был узнать о ликвидации ответчика – ГАУ ПФК «Алания» - 19.03.2014 года.

Кроме того, срок исполнения обязательств перед ООО «Ираэросервис» наступил 21.02.2014 года (в силу части 4 статьи 61 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, поскольку  (согласно штемпелю канцелярии Арбитражного суда РСО-Алания), исковое заявление было подано в арбитражный суд 13.06.2017, суд пришел к выводу об истечении  срока исковой давности для предъявления настоящего иска. 

При этом доказательств перерыва срока исковой давности истцом не представлено.

С учетом позиции, изложенной в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ).

К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Истцом в обоснование заявленных требований предъявлен акт сверки от 01.11.2013 года с указанием на наличие задолженности ГАУ ПФК «Алания » перед истцом в размере 10 759 911 рублей.

Вместе с тем, представленный истцом акт сверки от 01.11.2013 года  в данном случае никак не влияет на исчисление срока исковой давности, поскольку сам акт сверки подписан 01.11.2013 (т.е. более чем за три года до предъявления настоящего иска в суд – 13.06.2017).

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности является основанием для отказа в иске.

При этом в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что факт истечения срока исковой давности служит  самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Поскольку ответчиками было заявлено о пропуске срока исковой давности, это является основанием для отказа в удовлетворении требований.

Таким образом, в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Нормами статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статей                         65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что в удовлетворении иска следует отказать.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации госпошлину в размере 76630 рублей следует отнести на истца.

Руководствуясь статьями 167 - 170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, а так же в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо - Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по дела в законную силу через суд, вынесший решение.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражные суды апелляционной и кассационной инстанций через арбитражный суд, принявший решение. 

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить соответственно на интернет-сайте Шестнадцатого арбитражного  апелляционного суда http://16aas.arbitr.ru/ или Арбитражного суда Северо-Кавказского округа http://www.assko.arbitr.ru/.  

 

Судья                                                                                                Г.В. Климатов