ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-3999/2021

город Ростов-на-Дону

03 октября 2021 года

15АП-16894/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 03 октября 2021 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Долговой М.Ю., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от публичного акционерного общества "Федеральной сетевой компании Единой энергетической системы" посредством  веб-конференции: представитель по доверенности от 06.07.2021 ФИО2;

от ФИО3: представитель по доверенности от 15.06.2021 ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 на решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2021 по делу № А53-3999/2021 по заявлению ФИО5 о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью "Югростинвест" к субсидиарной ответственности,

ответчики: ФИО3; ФИО6; ФИО7; общество с ограниченной ответственностью "Югростинвест"

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 (далее – ФИО5, заявитель) обратился в Арбитражного суда Ростовской области с заявлением о привлечении ФИО3, ФИО6, ФИО7, общества с ограниченной ответственностью "Югростинвест" (далее – ответчики) к субсидиарной ответственности по обязательствам акционерного общества "Югэнергопроект", и взыскании с ответчиков денежных средств в сумме 5 413 630, 10 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.05.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: ООО "Земля и право", АО "Инженерно-строительная компания "Союз-сети", АО "Институт Стройпроект", АО "Новый регистратор", АО "Югтопгео", ЗАО "Соборный-19", ОАО "Северо-Западный энергетический инжиниринговый центр", ОАО "ЭНЕКС", ООО "ВИОТИ", ООО "Геострой-Ф", ООО "Геотехника-Блок-Сервис", ООО "Глобалэнергопроект-Восток", ООО "Информпроект-Кодекс", ООО "Компьютер Инжиниринг", ООО "НСК Энтэр", ООО "Орион", ООО "Специальное конструкторское бюро-Сервис", ООО "Центр диагностики строительных конструкций", ООО "ЭнергоПроект", ПАО "Федеральная сетевая компания единой энергетической системы", СРО Ассоциация "Изыскатели Ростовской области и Северного Кавказа", Управление Федеральной налоговой службы России по Ростовской области, ФГУП "Всероссийский научно-исследовательский институт метрологической службы", ФИО8 и ФИО9

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано. 

Не согласившись с принятым судебным актом, заявитель обжаловал решение суда первой инстанции от 29.07.2021 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое решение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции неверно указал на пропуск заявителем срока исковой давности. Податель апелляционной жалобы отмечает, что срок исковой давности начинает течь с момента осведомления заявителем не просто о бездействии ответчиков, но и об обстоятельствах незаконности (недобросовестности) такого бездействия. ФИО5 также обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что о пропуске срока исковой давности заявлено только двумя из четырех ответчиков. 

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО3 просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО3 просил оставить обжалуемое решение без изменения.

Представитель ПАО "Федеральной сетевой компании Единой энергетической системы", принявший участие в судебном заседании посредством  веб-конференции, пояснил свою правовую позицию и оставил вопрос удовлетворения апелляционной жалобы на усмотрение суда.

До судебного разбирательства от ФИО5 и АО "Новый регистратор" поступили ходатайства о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие их представителей.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в производстве Арбитражного суда Ростовской области рассматривалось дело о банкротстве № А53-212/2016 в отношении должника АО "Югэнергопроект".

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 08.02.2017 по делу № А53-212/2016 в отношении АО "Югэнергопроект" открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член ассоциации "Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих" - ФИО10. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.01.2021 конкурсное производство в отношении АО "Югэнергопроект" завершено, требования ФИО5 в размере 5.413.630,10 руб. оставлены без удовлетворения.

В соответствии с данными, полученными из открытых источников Федеральной налоговой службы:

- единоличным исполнительным органом (генеральным директором) АО "Югэнергопроект", действующим без доверенности, с 18.08.2014 до 14.07.2015 являлся ФИО3;

- единоличным исполнительным органом (генеральным директором) АО "Югэнергопроект", действующим без доверенности, с 15.07.2015 до 12.03.2017 являлся ФИО6; 

- учредителем АО "Югэнергопроект" с 26.10.2006 являлся ФИО7; 

- учредителем АО "Югэнергопроект" с 26.10.2006 являлся ООО "Югростинвест".

В обоснование своих требований заявитель указывал, что руководитель должника ФИО3 заключил договор купли-продажи векселей № ЮЭП-В02 от 31.12.2014 на сумму 5 000 000 руб., приняв краткосрочные обязательства сроком исполнения не более 1 года, зная об ухудшающихся финансовых результатах компании в 2013-2014 годах. 

Руководитель должника ФИО6 не исполнил обязательства по договору купли-продажи векселей № ЮЭП-В02 от 31.12.2014 на сумму 5 000 000 руб. и причитающимся по договору процентам в сумме 413 630, 10 руб., чем нарушил обязательства по договору. Также ФИО6, зная о существенно ухудшающихся финансовых результатах организации с 2014 года до момента своего увольнения (12.03.2017), не предпринял никаких разумных и добросовестных действий по погашению возникшей задолженности по договору от 31.12.2014 № ЮЭП-В02. По данным бухгалтерского баланса в период за 2015-2017 года, у организации была возможность для погашения задолженности. 

Заявитель также указал, что ФИО6 не исполнил предусмотренной Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) обязанности по обращению в суд с заявлением о признании организации банкротом, хотя у должника имелись все признаки банкротства, установленные статьями 3 и 6 названного Федерального закона.

ФИО5 в заявлении указал, что в период с 24.02.2014 по 04.07.2018 ФИО3 был руководителем ООО "Атриум", а ФИО6 был учредителем указанной организации, то есть они ранее были знакомы и совместно вели коммерческую деятельность. заявитель полагает, что их действия были умышленными при руководстве компанией АО "Югэнергопроект". 

Учредители АО "Югэнергопроект" ФИО7 и ООО "Югростинвест" знали или должны были знать о существенном финансовом ухудшении состояния организации, бездействии генерального директора, так как эти события происходили длительное время (с 2014 до 2017 года). ФИО5 указывает, что располагая этой информацией, учредители также не совершили никаких разумных и добросовестных действий направленных на погашение задолженности.

Размер солидарной субсидиарной ответственности контролирующих должников лица равен размеру обязательств должника 5 413 630, 10 руб. 

В банке данных исполнительных производств Федеральной службы судебных приставов имелось 6 исполнительных производств, часть из которых завершена на основании пунктов 3 и 4 части 1 статьи 43 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", что подтверждает отсутствие должника и имущества по месту регистрации организации. Из отчетов конкурсного управляющего за 2017, 2019 годы следует об отсутствии имущества и денежных средств у должника в достаточном количестве для погашения задолженности. 

Учитывая вышеизложенное, заявитель просил привлечь ответчиков к солидарной субсидиарной ответственности.

Ответчиками было заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим. 

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, которая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом. 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон “О несостоятельности (банкротстве)” и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу; названный Закон дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Согласно пункту 3 статьи 4 вышеназванного Закона, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона). 

Из материалов дела следует, что заявление поступило в Арбитражный суд Ростовской области 13.02.2021, тем самым на него распространяются правила, установленные Законом о банкротстве в его ныне действующей редакции.

Согласно пункту 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 названной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. 

Таким образом, положения Закона о банкротстве о привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности в действующей редакции ограничили срок исковой давности по заявленному требованию тремя годами со дня признания должника банкротом. 

Данный срок является специальным сроком исковой давности (пункт 58 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"). 

В силу пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Суд первой инстанции верно указал, что обстоятельства, на которые ссылается заявитель, как указано выше, имели место вплоть до 2016 года (определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2016 о принятии заявление о признании должника банкротом).

Учитывая положения пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) и то, что с заявлением о привлечении ответчиков заявитель обратился 13.02.2021, то есть за пределами срока исковой давности, в отсутствие ходатайства о его восстановлении, суд первой инстанции пришел к верному выводу о пропуске ФИО5 срока исковой давности по рассматриваемому требованию.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 "О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 N 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" при применении названных положений судам следует иметь в виду, что статус лица, участвующего в деле о банкротстве, и соответствующие права (в частности, на ознакомление с материалами дела в части предъявленных всеми кредиторами требований и возражений, на участие в судебных заседаниях по рассмотрению требований всех кредиторов, на обжалование судебных актов, принятых по результатам рассмотрения указанных требований), необходимые для реализации права на заявление возражений, возникают у кредитора с момента принятия его требования к рассмотрению судом.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО5 приобрел право требования к АО "Югэнергопроект", которое ранее определением Арбитражного суда Ростовской области от 08.08.2019 по делу №А53-212/2016 уже было включено за реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что истцу были известны факты, на которые последний ссылается в качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции указывает, что в рассматриваемом случае пропущены как объективный срок, так и субъективный (пресекательный) срок исковой давности.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Институт исковой давности имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 N 3-П).

В период с 2009 по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

В связи с названными изменениями законодательства соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Поскольку вопросы субсидиарной ответственности относятся к вопросам отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним в соответствии с общим принципом действия закона во времени, закрепленным в пункте 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может применяться обратная сила, исходя из того, что каждый участник гражданского оборота должен быть осведомлен об объеме и порядке реализации своих частных прав по отношению к другим участникам оборота с учетом действующего в момент возникновения правоотношений правового регулирования.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, к которым относится и вопрос о применении сроков исковой давности, зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности. Нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия или бездействия контролирующего лица.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что абзац пятый пункта 5 статьи 10 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции Федерального закона от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ) предусматривал, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом; в случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом. При этом согласно части 3 статьи 4 Федерального закона от 28 декабря 2016 года N 488-ФЗ (в ранее действовавшей редакции) положения пунктов 5 - 5.4, 5.6 статьи 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции данного Федерального закона) применяются к поданным после 1 июля 2017 года заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Данные положения, корреспондирующие общим правилам действия закона во времени, направлены на обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования, рассматриваемые в том числе с учетом норм части 3 статьи 4 Федерального закона от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" и части 9 статьи 3 Федерального закона от 7 мая 2013 года N 100-ФЗ "О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации".

В данном случае в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ответчикам вменяются в вину деяния, совершенные в 2014 и 2016 годах. Заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности в связи совершением названных деяний подано в арбитражный суд 15.02.2021, то есть по истечении 5 - 7 лет с момента совершения инкриминируемых ответчикам деяний и спустя 4 года со дня признания должника банкротом.

Кроме того, суд апелляционной инстанции указывает, что в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявителем в материалы дела не представлены доказательства того, что именно действия ответчиков привели к несостоятельности должника.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в подлежащей применению редакции), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Данная норма специального закона полностью корреспондирует пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснение по которому дано в совместном постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

В пункте 22 указанного постановления разъяснено, что при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

С учетом указанных правовых норм и приведенных разъяснений для привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию необходимо установление совокупности условий: наличие у лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять действия должника; совершение этим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием этим лицом своих прав и (или) возможностей в отношении должника и несостоятельностью (банкротством) последнего; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

Вместе с тем, рассмотрев заявленные требования по существу, суд апелляционной инстанции отмечает, что доказательств того, что действия, вменяемые заявителем привлекаемым лицам повлекли признание должника несостоятельным (банкротом), в материалы дела не представлены.

Кроме того, ни в заявлении, ни в апелляционной жалобе ФИО5 не указано, что на момент совершения вменяемых действий, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как слеудет из представленных сведений и документов, правопредшественником ФИО5 - АО "Инженерно-Строительная компания СОЮЗ-СЕТИ" был приобретен вексель у ООО "Югэнергопроект" стоимостью 5000000 руб. 

Затем как указано выше указанное право требования к ООО "Югэнергопроект" на сумму 5 000 000 руб. перешло от АО "Инженерно-Строительная компания СОЮЗ-СЕТИ" к ФИО5 по договору цессии.

Обязательство уплатить по векселю является денежным обязательством и прекращается исполнением, то есть уплатой обязанным лицом суммы вексельного долга (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, ФИО5 просит привлечь контролирующих должника лиц к ответственности за неисполнение обязательств по векселю перед его правопредшественником исключительно по основанию неисполнения обязательств. При этом не приводит ни одного довода в обоснования виновных действий (бездействия) ответчиков.

Кроме того, как следует из пояснений ответчика, на дату выдачи векселя у АО "Инженерно-Строительная компания СОЮЗ-СЕТИ (правопредшественник ФИО5) имелась задолженность перед АО "Югэнергопроект" в сумме 26332220 руб. (постановление Арбитражного суда Московского округа от 24.01.2019 по делу № А40-176043/2015).

Ответчик указывает, что АО "Югэнергопроект" отсутствовала обязательство по возврату денежных средств полученных от продажи векселя в связи с тем, что вексель выдан сроком оплаты по предъявлении.

Требование об оплате векселя со стороны у АО "Инженерно-Строительная Компания "Союз-Сети" не предъявлялось, соответственно обязательство по возврату денежных средств до 2017 года не возникло.

Отсутствие действий по предъявлению требований об оплате векселя со стороны АО "Инженерно-Строительная Компания "Союз-Сети" объясняется наличием встречной задолженности в превышающей сумму по векселю.

Заявителем (цессионарием) доказательств, подтверждающих обратное, в материалы дела не представлено, также как и не представлены доказательства того, что каждый из ответчиков совершил противоправные действия, которые привели к банкротству должника.

Также из материалов дела о несостоятельности АО "Югэнергопроект" следует, что в период осуществления полномочий руководителя ФИО3 с 14.08.2014 по 14.07.2015 у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества, в связи с чем у ФИО3 отсутствовала обязанность по обращению с заявлением о банкротстве АО "Югэнергопроект".

В силу положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для привлечения участников к субсидиарной ответственности, лежит на заявителе. Лишь в случае представления заявителем доказательств обоснованности заявленных требований, на ответчика возлагается бремя доказывания обстоятельств, опровергающих предъявленные к нему требования.

Между тем, в материалы дела не представлено доказательств в обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, иных требований, в том числе, о взыскании убытков ФИО5 не заявлено.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 29.07.2021 по делу №А53-3999/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий                                                                              Г.А. Сурмалян

 

Судьи                                                                                                               М.Ю. Долгова

 

                                                                                                                           Д.В. Николаев