ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-88324/2022

27 сентября 2023 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     18 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 сентября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Геворкян Д.С.

судей  Горбачевой О.В., Загараевой Л.П.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-18914/2023)    АО "ЗАВОД ЭЛЕКТРОПУЛЬТ"

на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.05.2023 по делу № А56-88324/2022 (судья  Душечкина А.И.), принятое 

по иску: ООО "РУБЕЖ"

к  АО "ЗАВОД ЭЛЕКТРОПУЛЬТ"

3-е лицо:  ООО "КБ ПОЖАРНОЙ АВТОМАТИКИ"

о признании недействительными заверений по договору, признании договора недействительным договора,  

 

при участии:  

от истца: ФИО2 (по доверенности от 13.01.2023);

от ответчика: ФИО3 (по доверенности от 28.03.2023);

от 3-го лица: ФИО4 (по доверенности от 10.10.2022), (онлайн-заседание); 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Рубеж» (ОГРН 

<

***>; далее – истец) обратилось в арбитражный суд с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к акционерному обществу «Завод Электропульт» (ОГРН 

<

***>; далее – ответчик, АО «Завод Электропульт») с требованием о признании недействительным заверения ответчика о том, что заключение и/или исполнение каждой из Сторон настоящего Контракта не противоречит соглашениям, договоренностям с третьими лицами, не повлечет нарушения им каких-либо обязательства перед третьими лицами и не даст оснований третьему лицу предъявлять к любой из Сторон какие-либо требования в связи с таким нарушением (абзац 3 подпункт «Стороны гарантируют» пункта 18.12 Контракта от 10.12.2020 № Р-285/02-2020 на изготовление и поставку системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3 и № 4 АЭС «АККУЮ») в связи с наличием обстоятельств, свидетельствующих о наличии договоренности Ответчика о заключении контракта с третьим лицом и приготовлении гензаказчика принять исполнение по контракту у третьего лица; Признать недействительным заверение Ответчика о том, что отсутствуют какие-либо иные обстоятельства ограничивающие, запрещающие или делающие невозможным для каждой из Сторон заключение настоящего Контракта и исполнение обязательств по нему (абзац 7 подпункт «Стороны гарантируют» пункта 18.12 Контракта от 10.12.2020 № Р285/02-2020 на изготовление и поставку системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3 и № 4 АЭС «АККУЮ» Контракта) в связи с наличием обстоятельств свидетельствующих об утрате интереса генерального заказчика (АО АККУЮ НУКЛЕАР) к исполнению поставки Ответчиком, расторжению контракта в этой части с заказчиком (АО «РАСУ»). Признать недействительным заверение Ответчика относительно того, что им получены все необходимые согласования необходимые ему для заключения/исполнения контракта (абзац 4 подпункт «Стороны гарантируют» пункта 18.12 контракта) которое являлось недействительным на дату заключения Контракта от 10.12.2020 № Р-285/02-2020 на изготовление и поставку системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3 и № 4 АЭС «АККУЮ» и не стало действительным в период действия контракта в связи с наличием обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии согласования Генеральным заказчиком (АО «АККУЮ НУКЛЕАР») кандидатуры истца в качестве поставщика. Признать Контракт от 10.12.2020 № Р-285/02-2020 на изготовление и поставку системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3, № 4 АЭС «АККУЮ» в связи с недействительностью заверений Ответчика, изложенных в абзаце 3, абзаце 4, абзаце 7 пункт 18.12 Контракта – расторгнутым

Определением суда от 08.12.2022  в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Конструкторское Бюро Пожарной Автоматики». 

Решением Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.05.2023 по делу № А56-88324/2022 заявленные требования удовлетворены. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ответчик обжаловал его в апелляционном порядке, ссылаясь в обоснование жалобы на несоответствие выводов изложенных в решении суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела, недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, необоснованное отклонение доводов ответчика о пропуске срока исковой давности по требованию о признании заверений недействительными.    

В судебном заседании представители сторон поддержали свои требования и возражения, приведенные в апелляционной жалобе и дополнениях к ней, в возражениях на отзыв, а также в отзыве на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 10.12.2020 между истцом (Поставщиком) и ответчиком (Заказчиком) заключен Контракт № Р-285/02-2020 (далее – Контракт), по условиям которого, Поставщик обязан лично обеспечить изготовление и поставку системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3 и № 4 АЭС «Аккую» по номенклатуре, ценам и в сроки, указанные в Спецификациях Оборудования к Контракту в соответствии с требованиями Контракта, осуществить его испытания, сертификацию, транспортную упаковку и консервацию, поставить Оборудование в Место поставки в комплекте с Документацией, специальным инструментом, ЗИП, КСА, оказать услуги по  Шеф-монтажу и Шеф-наладке Оборудования, предоставить права на использование ПО в составе Оборудования и выполнить другие обязательства, предусмотренные настоящим Контрактом, а Заказчик обязуется своевременно принять и оплатить все надлежащим образом поставленное Оборудование и оказанные услуги в порядке, предусмотренном Контрактом (пункт 2.1 Контракта). 

Изготовление и поставка системы контроля и управления противопожарной защитой (СКУ ПЗ) и системы контроля и управления общестанционными системами на базе местных пунктов управления (СКУ МПУ ОС) для энергоблоков № 1, № 2, № 3 и № 4 АЭС «Аккую» обеспечивается цепочкой взаимосвязанных контрактов. 

Согласно пункта 1.8. Контракта Истец является соисполнителем по контракту от 13.10.2020 № 341-РК-051-АКК-0428, заключенного между Ответчиком и АО «РАСУ», при заключении контракта, Ответчиком, в числе прочих, даны заверения (пункт 18.12 контракта), о том что:

 - заключение и/или исполнение каждой из Сторон настоящего Контракта не противоречит соглашениям, договоренностям с третьими лицами, не повлечет нарушения им каких-либо обязательств перед третьими лицами и не даст оснований третьему лицу предъявлять к любой из Сторон какие-либо требования в связи с таким нарушением (абзац 3 пункта 18.12 Контракта);

 - сторонами получены все и любые разрешения, одобрения и согласования, необходимые ему для заключения и/или исполнения настоящего Контракта, в том числе, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации или учредительными документами каждой Стороны, включая одобрение сделки с заинтересованностью, одобрение крупной сделки (абзац 4 пункта 18.12 Контракта);

- отсутствуют какие-либо иные обстоятельства ограничивающие, запрещающие или делающие невозможным для каждой из Сторон заключение настоящего Контракта и исполнение обязательств по нему (абзац 7 пункта 18.12 Контракта). 

Пунктом 14.5.2.2 Контракта предусмотрено, что нарушение заверений, указанных в пункте 18.12 Контракта является существенным нарушением условий договора. 

Из пункта 18.12 Контракта следует, что не имеет значения, в какой момент заверение стало недействительным: на дату заключения контракта или в период его действия.

 Стороны уведомлены и признают, что при заключении Контракта они полагались на заверения и что их достоверность имеет существенное значение для сторон. 

В период исполнения контракта истцом получена информация, свидетельствующая о недостоверности заверений, данных ответчиком. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемыми требованиями. 

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции руководствовался статьей 431.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, изложенными в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), исходил из того, что заверяя поставщика об обстоятельствах, указанных в пунктах 18.12 Контракта, покупатель предоставил поставщику информацию не соответствующую действительности, следовательно, нарушение заверений, является основанием для  признания договора расторгнутым. 

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

 В соответствии со статьями 309 – 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

 Согласно пункту 1 статьи 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740 ГК РФ), проектные и изыскательские работы (статья 758 ГК РФ), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд 

Согласно пункту 1 статьи 431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

В соответствии с пунктом 4 статьи 431.2 ГК РФ последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 названной статьи, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, а равно и в связи с корпоративным договором либо договором об отчуждении акций или долей в уставном капитале хозяйственного общества, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон. В случаях, предусмотренных абзацем 1 пункта 4 статьи 431.2 Гражданского кодекса, предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъяснено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие либо воздержаться от совершения определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 ГК РФ). При этом следует иметь в виду, что исчерпывающий перечень действий, совершение которых либо воздержание от совершения которых может быть предметом обязательства, статьей 307 ГК РФ не установлен. В случаях, предусмотренных законом или вытекающих из существа обязательства, на сторону может быть возложена обязанность отвечать за наступление или ненаступление определенных обстоятельств, в том числе не зависящих от ее поведения, например, в случае недостоверности заверения об обстоятельствах при осуществлении предпринимательской деятельности (пункт 4 статьи 431.2 ГК РФ).

Согласно пунктам 34 и 35 Постановления № 49, в силу пункта 1 статьи 431.2 ГК РФ сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Если же заверение предоставлено стороной относительно обстоятельств, непосредственно не связанных с предметом договора, но имеющих значение для его заключения, исполнения или прекращения, то в случае недостоверности такого заверения применяется статья 431.2 ГК РФ, а также положения об ответственности за нарушение обязательств (глава 25 ГК РФ). Например, сторона договора может предоставить в качестве заверения информацию относительно своего финансового состояния или финансового состояния третьего лица, наличия соответствующих лицензий, структуры корпоративного контроля, заверить об отсутствии у сделки признаков, позволяющих отнести ее к крупным для хозяйственного общества, об отсутствии конфликта интересов у руководителя и т.п., если эти обстоятельства имеют значение для соответствующих договорных обязательств.

Если заверение предоставлено лицом при осуществлении предпринимательской деятельности или в связи с корпоративным договором или договором об отчуждении акций (долей в уставном капитале) хозяйственного общества, то в случае недостоверности заверения последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 431.2 ГК РФ, применяются к предоставившему заверение лицу независимо от того, было ли ему известно о недостоверности таких заверений (независимо от вины), если иное не предусмотрено соглашением сторон. Предполагается, что лицо, предоставившее заверение, исходило из того, что другая сторона будет на него полагаться.

Из разъяснений абзаца второго пункта 37 Постановления № 49 следует, что при наличии соответствующих оснований заверение может быть признано недействительным применительно к правилам § 2 главы 9 ГК РФ, то есть, по правилам о недействительности сделок.

Как следует из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений по их применению, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, определенный статьей 431.2 ГК РФ механизм ответственности за договорные заверения основывается на том, что предоставление лицом определенной информации может влиять на намерение другого лица установить обязательства. Применение данного механизма позволяет одной из сторон сделки взять на себя особую ответственность за предоставление информации другой стороне и, тем самым, в том числе, распределить риски наступления нежелательных имущественных последствий между сторонами (например, передать соответствующий риск лицу, которое предоставило значимую для совершения сделки информацию). С учетом природы рассматриваемого института, заверение, в том числе, может даваться в отношении оснований (причин) возникновения обстоятельства, которое способно проявиться в будущем и в таком случае может стать причиной имущественных потерь лица, полагавшегося на заверения. В предпринимательских отношениях ответственность лица, давшего заверения, наступает за объективный факт – несоответствие заверений действительности. 

По условиям контракта, изложенным  в абзаце 3 пункта 18.12, покупатель  заверил поставщика, о том, что на момент заключения договора и в течение всего времени его действия  заключение и/или исполнение каждой из Сторон Контракта не противоречит соглашениям, договоренностям с третьими лицами, не повлечет нарушения им каких-либо обязательств перед третьими лицами и не даст оснований третьему лицу предъявлять к любой из Сторон какие-либо требования в связи с таким нарушением недействительно в связи со следующим.

Вместе с тем, как установлено судом первой инстанции и не опровергнуто ответчиком при рассмотрении дела, из представленной из материалов дела                      № А56-71661/2022 переписки следует, ответчик, до заключения Контракта с Истцом, письмами в адрес вышестоящего заказчика от 08.10.2020 № 3020/2-1-308, подтвердил привлечение в качестве завода-изготовителя ООО «Вест-Инжиниринг», письмом от 28.10.2020 № 3020/2-1 подтвердил заключение договора с ООО «Вест-Инжиниринг» и отозвал письмо от 20.10.2020 № 3010/4-411 о привлечении в качестве завода изготовителя ООО «КБ Пожарной Автоматики».

Кроме того, истцом документально подтверждено и ответчиком не опровергнуто, совершение действий Генерального заказчика по приготовлению к приемке оборудования, произведенного третьим лицом и исполнению обязательств по поставке от третьего лица (ООО «Вест-Инжиниринг»).

Судом первой инстанции также правильно установлено, что заверение об обстоятельствах, изложенное в абзаце 4 пункта 18.12 Контракта о том, что Сторонами получены все и любые разрешения, одобрения и согласования, необходимые ему для заключения и/или исполнения Контракта (в том числе, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации или учредительными документами каждой Стороны, включая одобрение сделки с заинтересованностью, одобрение крупной сделки) недействительно в связи со следующим. 

Ответчиком в материалах дела представлено письмо от 02.12.2020 № 341-1/13758 в качестве подтверждения получения согласия на привлечение в качестве соисполнителя ООО «РУБЕЖ», содержащее ссылку на письмо Представительства Генерального подрядчика – АО АККУЮ НУКЛЕАР в г. Москве от 10.11.2020 № 2-АКК-01.01-03/12815, в котором указано о согласовании применении платформы   ООО «ГК «РУБЕЖ», а не ООО «РУБЕЖ». Таким образом, согласие Представительства Генерального подрядчика – АО АККУЮ НУКЛЕАР в г. Москве на привлечение истца в качестве соисполнителя ответчиком не получено. Иных доказательств получения согласия Генерального подрядчика материалы дела не содержат.

Судом также установлено, что заверение об обстоятельствах, изложенное в абзаце 7 пункта 18.12 Контракта о том, что отсутствуют какие-либо иные обстоятельства ограничивающие, запрещающие или делающие невозможным для каждой из Сторон заключение Контракта и исполнение обязательств по нему является недействительным, в силу установления судом факта отсутствия согласия Генерального заказчика на исполнение спорного контракта силами истца, о чем свидетельствуют протоколы рабочих совещаний с участием представителей цепочки заказчиков, следствием чего явилось изменение контракта, заключенного между Ответчиком и вышестоящим заказчиком, в части исключения изготовления оборудования СКУ ПЗ силами ООО «РУБЕЖ» и ООО «КБ Пожарной Автоматики», путем заключения Дополнительного соглашения от 07.07.2022 № 6 к Контракту от 13.10.2020 № 341-РК-051-АКК0428.

Отклоняя возражения ответчика относительно существенности недействительности заверений, делающей невозможным либо запрещающим исполнение обязательств по контракту и служившим основанием для признания контракта расторгнутым,  суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего. 

При оценке существенности заверения, исходя из прямого указания статьи 431.2. ГК РФ, могут применяться характеристики существенности, указанные в статье 178 ГК РФ, в частности, заблуждение предполагается достаточно существенным, если сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

При заключении договора поставки, предметом которого является изготовление и поставка оборудования для атомной станции, на намерение поставщика заключить указанный договор может влиять информация о нарушениях обязательств и обязательных требований, допущенных обществом до момента совершения сделки, поскольку это влечет за собой риск предъявления кредиторами и органами публичной власти соответствующих претензий к Обществу, способных повлиять на его имущественное положение, после того, как сделка будет совершена. 

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что указанные в договоре заверения являлись существенными для поставщика, так как только при их наличии подлежал заключению и исполнению Контракт с учетом экономической целесообразности и обоснованности действий сторон, поскольку в противном случае (в отсутствие возможности положиться на такие заверения) у истца отсутствовала какая-либо экономическая целесообразность в закупке материалов и изготовлению оборудования как соисполнителя по контракту от 13.10.2020 № 341-РК-051-АКК-0428, заключенному между ответчиком и АО «РАСУ».

Таким образом, учитывая фактические обстоятельства настоящего дела, а также сложившихся между сторонами  правоотношения, судом первой инстанции сделан правильный вывод о том, что своими действиями истец дал ответчику основание полагаться на то, что истец является единственным  соисполнителем по контракту от 13.10.2020 № 341-РК-051-АКК-0428, заключенного между Ответчиком и АО «РАСУ», и исполнение обязательств по Контракту не нарушает права третьих лиц в связи с его заключением и исполнением. 

Доводы подателя жалобы о преюдициальном значении судебного акта по делу № А56-40065/2022 по иску акционерного общества «Завод «Электропульт» к обществу с ограниченной ответственностью «Рубеж», в рамках которого, по мнению ответчика, дана оценка правомерности одностороннего отказа истца от исполнения Контракта и такой отказ признан недействительным, суд апелляционной инстанции признает несостоятельным. 

Положения части 2 статьи 69 АПК РФ предусматривают, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

Для применения положений статьи 69 АПК РФ к рассматриваемому спору необходимо установить наличие в ранее рассмотренных судебных актах установленных судами обстоятельств, подлежащих установлению и доказыванию в рамках настоящего спора, а также тождественность субъектного состава лиц, участвующих по уже рассмотренному судом делу и делу, рассматриваемому арбитражным судом.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что требования истца о признании договора расторгнутым основаны на нарушении ответчиком заверений об обстоятельствах, возникших до исполнения договора и выразившихся в наличии претензий со стороны третьих лиц относительно необоснованного отказа от заключения контракта, являющегося предметом изготовления и поставки по договору, заключенному между сторонами, и наличием обстоятельств ограничивающих/делающих невозможным исполнение обязательств по Контракту.  

Рассматривая вопрос об обоснованности одностороннего отказа общества с ограниченной ответственностью «Рубеж» от исполнения контракта от 10.12.2020 № Р-285/02-2020 в рамках дела № А56-40065/2022, суды исследовали и оценивали действия заказчика и третьих лиц и их влияние на исполнение контракта с точки зрения существенности допущенных  нарушений. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судами при рассмотрении дела № А56-40065/2022 не исследовались и не оценивались нарушения заверений, предоставленных при заключении договора. Вывод судов о том, что обжалование третьим лицом итогов конкурсной процедуры, предшествующей заключению контракта между истцом и ответчиком, не нарушают прав ООО «Рубеж», не дает возможности предъявить третьими лицами требований к поставщику и не создают обстоятельств, ограничивающих, запрещающих или делающих невозможным для каждой из сторон заключение и исполнение Контракта, не является обстоятельством, нивелирующим допущенное ранее нарушение заверений, а являются лишь обстоятельствами, влияющими на исполнение договора. 

Кроме того, из буквального толкования условий Контракта следует, что в качестве последствий нарушения условий заверения об обстоятельствах,  стороны согласовали право стороны на односторонний отказ от договора, следовательно, нарушение данных положений стороны признали существенным нарушением условий договора. 

В рассматриваемом случае, требования истца основаны на недействительности заверений и признании договора расторгнутым, в связи с существенностью допущенных нарушений, недействительность оспариваемых заверений предметом спора № А56-40065/2022 не являлась. 

 Наличие других способов защиты, одним из которых является иск на основании статьи 179 ГК РФ, не ограничивает истца в праве выбора способа защиты, поскольку право выбора способа защиты предоставлено именно истцу и не может быть основанием для отказа в удовлетворении иска. 

Отклоняя заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, основанные на утверждении о том, что истец должен был знать об обстоятельствах связанных с отсутствием согласования с генеральным заказчиком кандидатуры истца в качестве поставщика, следовательно, вправе был заявить требования в суд не позднее одного года с даты заключения контракта, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего. 

Согласно пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

По смыслу статьи 179 ГК РФ обман в виде намеренного умолчания об обстоятельстве при заключении сделки является основанием для признания ее недействительной только тогда, когда такой обман возникает в отношении обстоятельства, о котором ответчик должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 17.02.2015 № 418-О указал на то, что в соответствии с формулировкой пункта 2 статьи 181 ГК РФ суд наделен необходимыми дискреционными полномочиями на определение момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

Обосновывая свои требования о признании условий договора недействительными, истец ссылается на полученное от УФАС г. Санкт-Петербурга обращение третьего лица о нарушениях ответчиком антимонопольного законодательства. 

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами,  уведомление о возбуждении в отношении ответчика в УФАС г. Санкт-Петербурга дела № 078/01/11-800/2021 о нарушении антимонопольного законодательства получено истцом 19.08.2021.

В соответствии с пунктом 1 статьи 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1 статьи 204 ГК РФ), в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ).

По смыслу статей 199 и 200 ГК РФ изменение истцом оснований иска до принятия судом решения не изменяет наступивший в связи с предъявлением иска в установленном порядке момент, с которого исковая давность перестает течь.

Оценив представленные в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд, приняв во внимание, что настоящий иск подан через систему «Мой арбитр» - в понедельник – 29.08.2022, то есть в последний день срока исковой давности, с учетом приостановления течения срока исковой давности при подаче ООО «Рубеж» встречного иска о признании заверений недействительными в рамках рассмотрения дела № А56-40065/2022 (03.08.2022), который возвращен судом определением от 10.08.2022, суд первой инстанции по настоящему делу пришел к обоснованному выводу о том, что требование о признании недействительными заверений подано в пределах срока исковой давности.

Суд апелляционной инстанции полагает, что подателем жалобы не представлено в материалах дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы ответчика не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие ответчика с ними.

Разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства, дал правовую оценку установленным обстоятельствам и постановил законный и обоснованный судебный акт. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Заявителем не представлено в материалах дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционное жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения решения. 

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 13.05.2023 по делу №  А56-88324/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Д.С. Геворкян

Судьи

 

О.В. Горбачева

 Л.П. Загараева