АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-3090/2020

г. Владивосток

21 сентября 2020 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 августа 2020 года. 

Полный текст решения изготовлен 21 сентября 2020 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Гарбуз М.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Арчибасовой М.С.,

рассмотрев в онлайн судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью "Смартпорт Запад" (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 16.06.2011; адрес: 191023, 

<

...>, 1, комната 14)  

к Федеральной таможенной службе (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 09.9.2004; адрес: 121087 

<

...>)

в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Находкинская таможня (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, дата регистрации 10.12.2002; адрес: 692941, Приморский край, город Находка, улица Внутрипортовая (поселок Врангель мкр.), дом 21),

о взыскании 83 620 рублей 00 копеек

при участии в заседании:

от истца – ФИО1, доверенность от 10.01.2020, паспорт, ФИО2, доверенность от 25.10.2019, паспорт;

от ответчика – ФИО3, доверенность № 20 от 10.04.2020, служебное удостоверение;

от третьего лица – ФИО3, доверенность от 19.12.2019; служебное удостоверение;

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Смартпорт Запад" обратилось в Арбитражный суд Приморского края с уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исковыми требованиями к Федеральной таможенной службе о взыскании 83 620 рублей 00 копеек убытков, причиненных неправомерными решениями должностных лиц таможенного органа.

Истец в обоснование искового требования указал на возникшие у общества убытки, связанные с принятием со стороны таможенного органа незаконных решений от 02.03.2017, 26.02.2017 путем проставления отметки «Отказано в выпуске» в графе «С» ДТ № 10714040/250217/0006069, №10714040/270217/0006124 в связи с выявленным несоответствием по результатам фактического контроля (вес товара). Истец указал, что в связи с принятием указанных решений, признанных решением Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2017 по делу №А51-23449/2019 незаконными, общество было вынуждено осуществить действия, связанные с выгрузкой-погрузкой товаров в рамках таможенного досмотра по ДТ № 10714040/270217/0006124, связанные с сопровождением осмотра груза без выемки по ДТ № 10714040/270217/0006124,  связанные с сопровождением досмотра товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124, связанные с повторной оплатой таможенного сбора по ДТ № 10714040/270217/0006124, по ДТ № 10714040/030317/0006739. Кроме того, указывает, что в отношении ДТ №№: 10714040/270217/0006124, 10714040/030317/0006739 критериями индикаторов риска являлись: выпуск для внутреннего потребления, наличие факта отказа в выпуске товаров по ДТ, поданной ранее в данном таможенном органе. 

Ответчик иск оспорил, указав, что истец не доказал причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими убытками, кроме того, указал, что расходы по уплате таможенных сборов не являются убытками.  

Третье лицо пояснило, что по ДТ № 10714040/250217/0006069 был выявлен профиль риска, критериями которого являются: вес нетто больше либо равен 1000 кг, таможенный орган декларирования - таможенный пост Морской порт Восточный (10714040), направление перемещения – импорт, код таможенной процедуры – 40, товар перемещается в контейнере, день недели подачи ДТ - суббота либо воскресенье. В соответствии с профилем: риска применялась мера по минимизации риска - таможенное наблюдение. По ДТ № 10714040/270217/0006124 был выявлен профиль риска. В рамках профиля риска применялись меры по минимизации рисков.

Из материалов дела суд установил, что в обоснование исковых требований истец указал на следующее.

20.04.2016 между обществом с ограниченной ответственностью «СмартПорт Запад» (далее – истец, ООО «СПЗ») и компанией Супер Кофе Корпорейшн Пте. Лтд. заключен договор поставки от 20.04.2016, согласно которому компания Супер Кофе Корпорейшн Пте. Лтд. обязалась поставлять товар ООО «СПЗ», а ООО «СПЗ» - принимать его и оплачивать.

24.02.2017 во исполнение договора поставки от 20.04.2016 компания Супер Кофе Корпорейшн Пте. Лтд. поставила ООО «СПЗ» на территорию Российской Федерации 3 435 коробок товаров (растворимый чай с солью «ХАН») в контейнерах СМАU535833, СМАU616107, СМАU634292 (далее - товары).

25.02.2017 ООО «СПЗ» представило таможенному посту Восточный Находкинской таможни (далее - таможенный пост) декларацию на товары в электронной форме № 10714040/250217/0006069 в отношении ввезенных товаров с целью помещения товаров под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления.

26.02.2017 по результатам таможенного контроля таможенным постом принято решение об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/250217/0006069 от 26.02.2017 (далее - решение от 26.02.2017), мотивированное п. 2 ст. 201 Таможенного кодекса Таможенного союза. пп. 5 п. 2 ст. 181 ТК ТС - «выявление несоответствия по результатам фактического контроля (вес товара)».

27.02.2017 ввиду принятия таможенным постом решения от 26.02.2017 истец повторно представил таможенному посту ДТ № 10714040/270217/0006124 на тот же товар.

02.03.2017 по результатам таможенного досмотра таможенным постом повторно принято решение об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 (далее - решение от 02.03.2017), мотивированное п. 2 ст. 201 ТК ТС, пп. 5 п. 2 ст. 181 ТК ТС - «выявлено несоответствие по результатам фактического контроля (вес товара № 1)».

03.03.2017 ввиду принятия таможенным постом решения от 02.03.2017 истец в третий раз представил таможенному посту ДТ № 10714040/030317/0006739.

Решением таможенного поста от 03.03.2017 выпуск товаров согласно ДТ № 10714040/030317/0006739 был разрешен.

Не согласившись с решением от 26.02.2017, решением от 02.03.2017 истец обратился в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к Находкинской таможне о признании незаконными указанных решений.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2017 по делу № А51-23449/2017 решение от 26.02.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/250217/0006069, решение от 02.03.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 признаны незаконными в связи с их несоответствием ТК ТС.

Истец полагает, что в результате принятия таможенным постом неправомерных решений от 26.02.2017, от 02.03.2017,  истцом понесены убытки, связанные с выгрузкой-погрузкой товаров в рамках таможенного досмотра по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 26 770  рублей 00 копеек, связанные с сопровождением осмотра груза без выемки по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 10 600 рублей 00 копеек, связанные с сопровождением досмотра товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 35 000 рублей 00 копеек, связанные с повторной оплатой таможенного сбора по ДТ № 10714040/270217/0006124, ДТ №10714040/030317/0006739 в размере 11 250 рублей 00 копеек, которые подлежат возмещению за счет ответчика.

Полагая, что данные убытки находятся в прямой причинно-следственной связи с незаконными решениями таможни, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд, исследовав материалы дела и оценив доводы сторон, считает исковые требования подлежащими удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 104 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее по тексту - ТК ТС, Кодекс), действующего в период спорных правоотношений, при проведении таможенного контроля не допускается причинение неправомерного вреда перевозчику, в том числе таможенному перевозчику, декларанту, их представителям, владельцам складов временного хранения, таможенных складов, магазинов беспошлинной торговли и иным заинтересованным лицам, чьи интересы затрагиваются действиями (бездействием) и решениями таможенных органов при проведении таможенного контроля, а также товарам и транспортным средствам.

Убытки, причиненные неправомерными решениями, действиями (бездействием) таможенных органов либо их должностных лиц при проведении таможенного контроля, подлежат возмещению в полном объеме в соответствии с законодательством государств – членов таможенного союза (пункт 2 статьи 104Кодекса).

В свою очередь, убытки, причиненные лицам правомерными решениями, действиями должностных лиц таможенных органов, возмещению не подлежат, за исключением случаев, предусмотренных законодательством государств – членов таможенного союза (пункт 3 статьи 104 ТК ТС).

По правилам части 2 статьи 25 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (далее по тексту - Закон № 311-ФЗ), действующей в период спорных правоотношений, вред, причиненный лицам и их имуществу вследствие неправомерных решений, действий (бездействия) должностных лиц таможенных органов при исполнении ими служебных обязанностей, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Законодательством Российской Федерации, регламентирующим возмещение убытков, причиненных незаконными действиями государственных, в том числе таможенных органов, является Гражданский кодекс Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), из положений главы 59 которого следует, что для наступления деликтной гражданско-правовой ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего в себя наступление вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением и наступившим вредом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из положений статей 16, 1069 ГК РФ следует, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу статей 15 и 1083 ГК РФ, части 1 статьи 65 АПК РФ лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать факт нарушения другим лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия), наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками, а также размер убытков.

Из материалов дела усматривается, что возникновение убытков в заявленном размере общество связывает с действиями таможенного органа, выразившихся в принятии решения от 26.02.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/250217/0006069, решение от 02.03.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124, вследствие которых общество понесло расходы, связанные с выгрузкой-погрузкой товаров в рамках таможенного досмотра по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 26 770 рублей 00 копеек, связанные с сопровождением осмотра груза без выемки по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 10 600 рублей 00 копеек, связанные с сопровождением досмотра товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 35 000 рублей 00 копеек, связанные с повторной оплатой таможенного сбора по ДТ № 10714040/270217/0006124, ДТ №10714040/030317/0006739 в размере 11 250 рублей 00 копеек.

Незаконность решений таможенного органа об отказе в выпуске товаров от 26.02.2017 по ДТ № 10714040/250217/0006069, от 02.03.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 установлена Решением Арбитражного суда Приморского края от 11.12.2017 по делу № А51-23449/2017.

По правилам части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что в силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства принятия таможенным органом необоснованных решений об отказе в выпуске спорных товаров, не подлежат повторному исследованию и доказыванию в рамках настоящего дела. 

Таким образом, в период с 27.02.2017 (на следующий день после незаконного отказа в выпуске) по 03.03.2017 (день выпуска товара) общество несло расходы, связанные с выгрузкой-погрузкой товаров в рамках таможенного досмотра по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 26 770 рублей 00 копеек, связанные с сопровождением осмотра груза без выемки по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 10 600 рублей 00 копеек, связанные с сопровождением досмотра товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124 в размере 35 000 рублей 00 копеек, связанные с повторной оплатой таможенного сбора по ДТ № 10714040/270217/0006124, ДТ №10714040/030317/0006739 в размере 11 250 рублей 00 копеек.

Исследовав материалы дела, суд установил, что указанные расходы подтверждаются представленными в материалы дела документами.

Понесенные убытки находятся в прямой причинно-следственной связи с незаконными решениями таможенного органа об отказе в выпуске товаров от 26.02.2017 по ДТ № 10714040/250217/0006069, от 02.03.2017 об отказе в выпуске товаров по ДТ № 10714040/270217/0006124.

К возражениям ответчика по доводам иска относительно того, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями таможенного органа и возникшими убытками суд относится критически в силу следующего.

Повторные подачи деклараций № 10714040/270217/0006124 и №10714040/030317/0006739 обусловлены незаконными отказами таможенного органам в выпуске. Подача этих деклараций, как и последующий таможенный контроль не имел бы место в случае своевременного выпуска товара по ДТ № 10714040/250217/0006069, следовательно, понесенные обществом расходы находятся в прямой причинно-следственной связи с неправомерными действиями таможенного органа.

В связи с вышеизложенным расходы, понесенные обществом, являются убытками, подлежащими отнесению на таможенный орган.

Ссылки истца на неправомерное применение таможенными органами профилей риска судом не принимаются в силу следующего.

Частью 2 статьи 310 ТК ЕАЭС, частью 2 статьи 313 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 289-ФЗ) установлено, что таможенный контроль проводится в отношении объектов таможенного контроля с применением к ним определенных ТК ЕАЭС форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля.

Согласно пункту 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 настоящего Кодекса.

В статье 376 ТК ЕАЭС дано определение профиля риска - совокупность сведений об области риска, индикаторах риска и о мерах по минимизации рисков.

В этой же статье кодекса дано определение меры по минимизации рисков - предусмотренные настоящим Кодексом формы таможенного контроля, меры, обеспечивающие проведение таможенного контроля, а также иные меры, установленные настоящим Кодексом и законодательством государств-членов о таможенном регулировании, применяемые на основании оценки рисков.

Положениями статьи 376 ТК ЕАЭС определено описание риска (признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов) содержатся в профиле риска, право на разработку и утверждение которого имеются у таможенных органов в соответствии со статьей 377 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 5 статьей 377 ТК ЕАЭС, статьей 315 Закона № 289-ФЗ информация, содержащаяся в профилях и индикаторах рисков, является конфиденциальной и не подлежит разглашению, за исключением случаев, если информация необходима государственным органам для решения задач, возложенных на них законодательством Российской Федерации.

В соответствии с частью 3 статьи 314 Закона № 289-ФЗ тактика применения таможенными органами системы управления рисками определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в области таможенного дела, является конфиденциальной информацией и не подлежит разглашению, за исключением случаев, если такая информация необходима государственным органам для решения задач, возложенных на них законодательством Российской Федерации.

В пункте 378 ТК ЕАЭС определены основные цели использования таможенными органами системы управления рисками, в число которых включено  обеспечение эффективности таможенного контроля (подпункт 1); сосредоточение внимания на областях риска с высоким уровнем и обеспечение эффективного использования ресурсов таможенных органов (подпункт 2).

В соответствии с пунктом 58 Общего положения о региональном таможенном управлении, утвержденного приказом ФТС России от 31.05.2018 № 832, к полномочиям региональных таможенных управлений отнесены разработка, согласование и утверждение проектов профилей рисков.

В соответствии со статьей 253 Закона № 289-ФЗ  региональные таможенные управления и подчиненные им таможни и таможенные посты входят в единую систему  таможенных органов.

В соответствии с Общим положением о региональном таможенном управлении, утвержденным  Приказом ФТС России от 31.05.2018 № 832, региональные таможенные управления осуществляют, в том числе организацию, координацию, анализ и контроль деятельности подчиненных таможенных органов, осуществляемой, в том числе на основе системы управления рисками, по обеспечению и соблюдению запретов и ограничений (пункт 7 Указанного Положения), а также  организацию, координацию и контроль деятельности структурных подразделений РТУ и подчиненных таможенных органов по вопросам применения и совершенствования системы управления рисками (пункт 54 Положения).

Согласно статье 378 ТК ЕАЭС таможенные органы используют систему управления рисками для выбора объектов таможенного контроля и мер по минимизации рисков.

При реализации процесса управления рисками таможенные органы преимущественно используют информационные системы и информационные технологии (пункт 3 статьи 377 ТК ЕАЭС).

Профиль риска не является адресным, то есть направленным на организацию таможенного контроля в отношении конкретных участников внешнеэкономической деятельности.

Риски при проведении таможенного контроля срабатывают автоматически, выбор объекта таможенного контроля производится используемой таможенным органом информационной системой на основании заданного индикатора риска. 

Профиль риска носит информационный и одновременно рекомендательный характер для построения должностными лицами таможенных органов алгоритма действий при проведении таможенного контроля для минимизации рисков, предусмотренных профилем. 

Соответственно, профиль риска не мог обусловить для заявителя предоставление документов, не предусмотренных действующим законодательством.

Также профиль не является документом властно-распорядительного характера непосредственно для участников ВЭД, в частности для заявителя, а соответствует праву таможенного органа проверять достоверность заявленных при декларировании товаров сведений в части соблюдения запретов и ограничений при ввозе товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

В связи с этим, суд отклоняет доводы истца относительно нарушения его прав и законных интересов при применении ответчиком оспариваемых профилем риска, поскольку  по правилам пункта 5 статьей 377 ТК ЕАЭС, статьи 315 Закона № 289-ФЗ для участников ВЭД указанный документ не предназначен. 

При установленных обстоятельствах понесенные убытки в сумме 83 620 рублей 00 копеек подлежат взысканию с ответчика. 

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию, в том числе о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

На основании пунктов 5.71 и 5.61 Положения о Федеральной таможенной службе, утвержденного постановлением Правительства РФ от 16.09.2013 № 809, Федеральная таможенная служба России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Службы и реализацию возложенных на нее функций, а также представляет в судах законные интересы Российской Федерации по вопросам, относящимся к установленной сфере деятельности.

Следовательно, убытки подлежат взысканию с ФТС России за счет средств казны Российской Федерации.

Таким образом, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства в порядке, установленном в статье 71 АПК ПФ, суд пришел к выводу об обоснованности заявленного истцом требования о взыскании убытков в размере 83 620 рублей 00 копеек, подлежащих взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службы.

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате госпошлины относятся на ответчика. Излишне уплаченная истцом сумма госпошлина на основании статьи 104 АПК РФ подлежит возврату истцу из федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной таможенной службе за счет казны Российской Федерации в пользу общества с ограниченной ответственностью "Смартпорт Запад" 83 620 рублей 00 копеек убытков, а также 3 345 рублей 00 копеек судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью "Смартпорт Запад" 76 рублей 00 копеек государственной пошлины по иску, уплаченной по платежному поручению №1805 от 12.02.2020 на сумму 3 421 рубль 00 копеек, оригинал которого находится в материалах дела.

Выдать исполнительный лист, справку на возврат государственной пошлины, платежное поручение №1805 от 12.02.2020 на сумму 3 421 рубль 00 копеек после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в суде апелляционной инстанции. 

Судья                                                                                     М.Н.Гарбуз