АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПСКОВСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А52-1044/2023

город Псков

30 января 2024 года

Резолютивная часть решения оглашена 16 января 2024 года

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Стренцель И.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 319527500025859, ИНН 

<

***>, адрес: 606036, Нижегородская обл., г.Дзержинск )

к обществу с ограниченной ответственностью «Псков-Полимер» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 180004, 

<

...>)

третье лицо: ФИО3 (адрес: 630075, Новосибирская обл., г.Новосибирск)

о взыскании 650000 руб. 00 коп. компенсации за нарушение авторских прав и обязании прекратить незаконное использование объектов авторских прав

при участии в заседании:

от истца: ФИО2 - лично, ФИО4 – представитель по доверенности;

от ответчика: ФИО5 – представитель по доверенности;

от третьего лица: ФИО6 – представитель по доверенности;

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Псковской области с исковым заявлением (в редакции уточнений от 12.09.2023) к обществу с ограниченной ответственностью «Псков-Полимер» (далее - ООО «Псков-Полимер») о взыскании 650000 руб. 00 коп. за нарушение авторских прав на наименования «Shlops» и «Schlops» и обязании прекратить незаконное использование объектов авторского права.

Определением суда от 11.04.2023 исковое заявление было принято к рассмотрению  в порядке упрощенного производства; определением от 13.06.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

Определением суда от 20.09.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3 - правообладатель товарного знака по свидетельству №916361.

Определением суда от 27.09.2023 по настоящему делу, оставленным  без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023, Обществу отказано в передаче дела в суд общей юрисдикции для рассмотрения по подсудности.

В судебном заседании истец и его представитель исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в иске и последующих уточнениях к нему; в обоснование позиции истец настаивал, что является автором первоначальной идеи - нейминга «Shlops» в силу разработки (творческого создания), что подтверждается скриншотами с диска компьютера ИП ФИО2 с наличием файлов от сентября 2020 года с указанным неймингом на компьютере истца и перепиской с ФИО7 (директором по маркетингу Общества); пояснил, что наименование «Shlops» является частью произведения дизайна, разработанного лично ФИО2 по запросу Общества в рамках создания единой концепции продвижения товаров Общества на рынке, наименование «Schlops» является переработанным наименованием «Shlops»; Общество оплату услуг по разработке концепции не произвело, однако на торговых площадках в сети Интернет свои товары стало маркировать с указанием наименования, разработанного истцом без разрешения последнего, что является нарушением авторских прав правообладателя и влечет предусмотренную законом ответственность.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал по мотивам, изложенным в представленных отзывах на иск и дополнениях к ним; отрицал как факт наличия договоренностей с истцом на разработку нейминга, так и факт использования концепции истца, представленной в электронном виде ответчику; одновременно указывал, что наименование «Шлепс» (производное «Sсhlops»), примерно в этоже время было придумано сотрудником ответчика ФИО7, в связи с чем ссылался на недоказанность истцом того, что именно ФИО2 является автором наименования «Sсhlops», которое не является переработанным, а также на то, что скриншоты экрана с компьютера лишь подтверждают нахождение на электронной почте истца файлов, которые содержат слово «Shlops», но не их творческое создание и дизайн; также указывал, что данное слово «Shlops», не является названием, частью какого-то произведения, и как средство индивидуализации может подлежать охране только в виде товарного знака; при этом отмечал, что товарный знак, сходный до степени смешения со словом «Shlops», уже зарегистрирован и не за истцом, а за третьим лицом.

Представитель третьего лица в заседании исковые требования полагает обоснованными, считая, что спорное обозначение не является сходным до степени смещения с товарным знаком, зарегистрированным за третьим лицом по свидетельству №916361; разрешение спора по существу  оставил на усмотрение суда.

Исследовав письменные доказательства, имеющиеся в деле, суд установил следующее.

Между ИП ФИО2 (исполнитель) и Обществом (заказчик) 31.08.2023 был заключен рамочный договор оказания услуг №31-08-20 (далее – договор), в соответствии с условиями которого исполнитель обязался оказать заказчику услуги, определенные сторонами в приложении (приложениях), а заказчик обязался принять и оплатить услуги, оказанные исполнителем.

Согласно предоставленному в материалы дела протоколу осмотра доказательств от 05.12.2023, 28.07.2020 сотрудник ИП ФИО2 - М.Моевич, отправил на электронный адрес директора по маркетингу ООО «Псков–Полимер» А.Ю.Сорокина «Бриф» (документ, в котором заказчик раскрывает суть проекта и ставит задачи исполнителю, представляет собой анкету с вопросами).

29.07.2020 ФИО7 отправил в адрес М.Моевича заполненный файл «Бриф», содержащий необходимость создания отдельного нейма для нового товара Общества «детские сабо». 10.09.2020 сотрудник предпринимателя направляет ФИО7 медиаплан (файл Nordman Shlops.xlsx).

Данный медиаплан содержал в себе описание рекламной кампании по продвижению детской обуви. 14.09.2020 в адрес ФИО7 была направлена финальная версия разработанной идеи  «концепция NORDMAN. FINAL» на 17 листах, каждый из которых был помечен логотипом «VIEW» (Viewagency - коммерческое наименование агентства).  Файл «концепция NORDMAN. FINAL» содержал в себе в том числе наименования (нейминг) «Shlops», включающее в себя произведение дизайна, как само наименование слово «Shlops», так и его графическое изображение, цветовое и стилистическое решение.

В ходе мониторинга сети Интернет предпринимателю стало известно об использовании и размещении нейминга (индивидуального наименования) «Shlops» и «Schlops» на интернет-сайте заказчика https://www.nordman.ru/:, в официальной группе Nordman kids в социальной сети Вконтакте.

Полагая, что действиями Общества нарушены авторские права предпринимателя, ссылаясь в частности, на такие обстоятельства как: то, что собственником Viewagency является ИП ФИО2, что, по мнению истца подтверждается собственностью ФИО2 на доменное имя viewagency (сайт https://viewagency.ru), на то, что Общество нарушило исключительное право находящегося в управлении предпринимателя, путем переработки, воспроизведения и использования в коммерческой деятельности с целью привлечения потребителей детской обуви наименования «Shlops»(«Schlops»), а также полагая, что в настоящее время в сети Интернет Обществом использован и размещен нейминг (индивидуальное наименование) продукта, разработанного предпринимателем и представленный в составе Презентации, без получения разрешения правообладателя, на то, что индивидуальное наименование, разработанное ФИО2, использовано для всей линейки детских сабо на интернет-ресурсах Ответчика https://www.nordman.ru/, https://vk.com/obuv_nordman, https://www.youtube.com/@nordman7609, а также на то, что данные публикации являются прямым предложением к продаже товаров и услуг Общества, использование наименования «Shlops»(«Schlops») в коммерческой деятельности Общества не только привлекает внимание потребителей к приобретению данной детской обуви, но и повышает узнаваемость компании Общества перед потребителями, истец направил в адрес ответчика претензию о выплате компенсации за нарушение исключительных прав и о прекращении незаконного использования объектов авторских прав.

Неисполнение ответчиком требований претензии в добровольном порядке послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 1225, 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) интеллектуальная собственность охраняется законом. На результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Перечень объектов авторских прав приведен в статье 1259 этого же кодекса.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 80 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление №10), перечень объектов авторских прав, приведенный в статье 1259 ГК РФ, не является исчерпывающим.

При разрешении вопроса об отнесении конкретного результата интеллектуальной деятельности к объектам авторского права следует учитывать, что, по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 ГК РФ в их взаимосвязи, таковым является только тот результат, который создан творческим трудом. При этом надлежит иметь в виду, что, пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом.

Необходимо также принимать во внимание, что само по себе отсутствие новизны, уникальности и (или) оригинальности результата интеллектуальной деятельности не может свидетельствовать о том, что такой результат создан не творческим трудом и, следовательно, не является объектом авторского права

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются как обнародованные, так и необнародованные произведения науки, литературы и искусства, выраженные в какой-либо объективной форме, независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе: литературные произведения, драматические и музыкально-драматические произведения, сценарные произведения, музыкальные произведения с текстом или без текста, аудиовизуальные произведения, произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна и другие произведения изобразительного искусства и другие произведения.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

В то же время, в силу пункта 5 статьи 1259 ГК РФ не охраняются авторским правом идеи, концепции, принципы, методы, процессы, системы, способы, решения технических, организационных или иных задач, открытия, факты, языки программирования, геологическая информация о недрах. Например, авторским правом не охраняются шахматная партия, методики обучения.

Творческий характер создания произведения не зависит от того, создано произведение автором собственноручно или с использованием технических средств. Вместе с тем результаты, созданные с помощью технических средств в отсутствие творческого характера деятельности человека (например, фото- и видеосъемка работающей в автоматическом режиме камерой видеонаблюдения, применяемой для фиксации административных правонарушений), объектами авторского права не являются.

Согласно пункту 81 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации авторское право с учетом пункта 7 статьи 1259 ГК РФ распространяется на любые части произведений при соблюдении следующих условий в совокупности:

такие части произведения сохраняют свою узнаваемость как часть конкретного произведения при их использовании отдельно от всего произведения в целом;

такие части произведений сами по себе, отдельно от всего произведения в целом, могут быть признаны самостоятельным результатом творческого труда автора и выражены в объективной форме.

К частям произведения могут быть отнесены в числе прочего: название произведения, его персонажи, отрывки текста (абзацы, главы и т.п.), отрывки аудиовизуального произведения (в том числе его отдельные кадры), подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения.

Охрана и защита части произведения как самостоятельного результата интеллектуальной деятельности осуществляются лишь в случае, если такая часть используется в отрыве от всего произведения в целом. При этом совместное использование нескольких частей одного произведения образует один факт использования.

В пункте 2 статьи 1255 ГК РФ закреплено, что исключительное право на произведение, право авторства, право автора на имя, право на неприкосновенность произведения, право на обнародование произведения принадлежат автору произведения.

Автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 названного кодекса, считается его автором, если не доказано иное (статья 1257 ГК РФ).

Согласно статье 1477 ГК РФ на обозначение, служащее для индивидуализации товаров, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак

Пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Как определено в пункте 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

По делам о нарушении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности или на средства индивидуализации на истце лежит обязанность доказать принадлежность ему исключительного права или иного подлежащего защите права (право на иск) и факт использования соответствующего объекта ответчиком. Ответчик вправе опровергать доказательства истца или доказывать выполнение им требований законодательства при использовании объекта интеллектуальных прав.

Аналогичный подход отражен в пункте 3 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Как следует из материалов дела, между сторонами 31.08.2020 был заключен договор, в рамках которого истцом для ответчика, по заданию последнего, с различной периодичностью, оказывались услуги рекламного и маркетингового характера. Описание услуг, их стоимости согласовывались сторонам отдельно в приложениях к договору. Оплата услуг осуществлялась на основании выставленных истцом счетов в период с 03.09.2020 по 10.02.2021.  Наличие данных правоотношений и расчетов по ним сторонами не оспаривается.

В сентябре 2020 года, в отсутствии оформленных и согласованных приложений к указанному договору либо иного заключенного договора, истцом, на основании обращения ответчика и заполненного задания-брифа об оказании услуг по реализации коммуникационной стратегии новой линейки продукции, в электронном виде Обществу была предоставлена концепция - стратегия продвижения товара («детские сабо») (далее - Концепция), в рамках которой, для наименования продукции ответчика, был предложен нейминг «Shlops». Поскольку процесс оформления и согласования цены на услугу не был завершен, ответчик оплату указанных услуг не произвел, что не оспаривалось сторонами в ходе рассмотрения спора.

Последующее предложение Обществом на маркетплейсах в сети Интернет продукции с наименованием, содержащем в своем составе словесный элемент «Sсhlops», истец, в отсутствии оплаты ранее оказанных услуг по разработке Концепции, посчитал нарушением его исключительных прав автора на нейминг и произведение дизайна в виде словесного обозначения «Shlops» и переработанный ответчиком вариант «Sсhlops».

Между тем, как было отмечено выше, в силу упомянутых положений пункта 5 статьи 1259 ГК РФ, авторские права не распространяются на идеи и концепции. Истец не оспаривал, что словесное обозначение - нейминг «Shlops» был предоставлен им ответчику добровольно и рамках Концепции. Ссылаясь на данное обозначение как на произведение дизайна истец указывал на сочетание букв, символов, цветовой гаммы, шрифта, которые  придуманы и отражены в Концепции.

Однако, при сравнительном анализе словесного обозначения, как произведения дизайна, предложенного ФИО2 в рамках разработанной им Концепции, со словесным обозначением наименования товаров, используемого Обществом при реализации продукции, тождественности дизайнерских элементов не выявлено. Товар, предлагаемый ответчиком к реализации, содержит обозначение «Sсhlops», выполненное обычным шрифтом, без утолщений и фантазийных элементов, схожих с представленными дизайнерскими вариантами в Концепции истца, в том числе обработанного диакретического знака, в котором надстрочные точки, в части, соединены с буквой «О» и могут ассоциироваться с «усиками  жука», тело которого имитирует буква «О». По своему фонетическому составу слова  «Shlops» и «Sсhlops» отличны. Так в первом наименовании сочетание первых двух букв в английском языке дают звук «Ш», тогда как использование «О-умлаута», не позволяет отнести транслитерацию данного слова к английскому варианту; в свою очередь для отождествления данного варианта с немецким языком правильным для звука «Ш» будет сочетание первых трех букв «Sсh».  При настаивании истца на том, что придуманное им слово является произведением дизайна в варианте «Shlops», использование данного варианта дизайна ответчиком на маркетплейсах не подтверждено. Факт умышленной переработки ответчиком обозначения «Shlops» истцом не доказан, правом на назначение экспертизы истец не воспользовался, при этом с иском о признании за ним права авторства на изображение «Shlops», как  на произведение дизайна, в суд не обращался.

Кроме того истец, первоначально предъявив требование в защиту прав на Концепцию в целом и разработанные им рекламные материалы, впоследствии изменил исковые требования, тем самым не оспаривая факт того, разработанная истом Концепция Обществом не используется.

Относительно слова «Shlops», как нейминга, связанного с реализуемым ответчиком товаром, суд также отмечает, что убедительных доводов о том, что данное слово в качестве отдельного самостоятельного элемента является охраноспособным в материалы дела не представлено.

Сторонами не отрицается факт существования такой разновидности обуви,  именуемой в быту как «шлепки» (обувь без задника), и ,соответственно, глаголов  «шлепать, шлепают». Истцом указывается, что неймнг «Shlops» разработан для индивидуализации товаров истца - детское сабо, что относится к категории «обувь».

Между тем, исключительное право на индивидуализацию товаров в виде самостоятельного элемента, подлежит защите посредством регистрации товарного знака.

В ходе рассмотрения спора, оспаривая авторство и исключительные права истца  на обозначение «Shlops», ответчиком были представлены сведения о регистрации на территории Российской Федерации по свидетельству №916361 товарного знака, знака обслуживания в виде изображения ,  с приоритетом действия до 28.02.2032 (дата подачи заявки: 28.02.2022, дата государственной регистрации: 12.01.2023). Правообладателем товарного знака по свидетельству №916361, с 23.07.2023 является ФИО3. Названный товарный знак зарегистрирован по 25-му и 35-му классам товаров/услуг МКТУ, в том числе: в отношении обуви.

Обувь под названным товарным знаком продается на маркетплейсах, аналогично продукции ответчика.

Как разъяснено в пункте 13 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №122, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Экспертиза в силу части 1 статьи 82 АПК РФ назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания. Указанная правовая позиция применима и в рассматриваемом случае.

Слово «Shlops» и знак, в своих словесных элементах являются тождественными, сходными до степени смешения, при этом знакзарегистрирован как средство индивидуализации в отношении, в том числе обуви. Правовая охрана товрного знака по свидетельству №916361 истцом не оспаривалась. Пояснения представителя третьего лица в заседании о том, что его товарный знак с изображением словесного элемента «Shlёps» не является схожим с обозначением «Shlops», судом не принимаются во внимание, так как визуальное порядковое расположение всех составляющих словесного элемента идентичное, а различие в четвертом символе, не препятствует узнаваемости слова в целом и ассоциации с однородными товарами. При этом истец настаивал, что его слово «Shlops» также создано для индивидуализации разновидности обуви ответчика. В фонетическом выражении оба слова могут быть воспроизведены одинаково (шлопс, шлёпс), что также определяет их сходство для обывателя; различий в семантическом (смысловом) понятии указанных слов истцом и третьим лицом не приведено.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что на момент обращения в суд с иском имеется правообладатель, в отношении которого зарегистрировано исключительное право на товарный знак, сходный до степени смешения со спорным обозначением в части словесного изображения, и данное право подлежит защите, а также учитывая положения статьи 1483 ГК РФ, согласно которым не могут быть зарегистрированы товарные знаки, сходные до степени смешения с товарными знаками других лиц, охраняемыми в Российской Федерации, в том числе в соответствии с международным договором Российской Федерации, в отношении однородных товаров и имеющими более ранний приоритет, суд, при отсутствии сведений об оспаривании истцом правовой охраны товарного знака, приходит к выводу о недоказанности истцом права авторства на спорный нейминг «Shlops», который имеет сходство до степени смешения с товарным знаком «Shlёps» по свидетельству №916361.

Выбор способа защиты права принадлежит истцу. Спор о признании права авторства это самостоятельный способ защиты права, о котором истцом не заявлено. В отношении гражданина такие споры подсудны суду общей юрисдикции. Между тем истец, предъявив иск в статусе предпринимателя о взыскании компенсации в арбитражный суд, возражал по доводам ответчика, заявленным в ходе рассмотрения спора, что данный спор является спором о признании права авторства, в связи с чем ответчику было отказано в передаче дела для рассмотрения по подсудности в суд общей юрисдикции. В свою очередь, убедительных доказательств авторства ФИО8 на слово «Shlops», как на обозначение, служащее для индивидуализации товаров, в рамках настоящего дела истцом не представлено; использование ответчиком наименования «Shlops» как произведения дизайна (тем же шрифтом, цветовым решениям, фантазийным элементам) не доказано.

Также суд полагает необходимым отметить, что из материалов дела и правоотношений сторон усматривается, что спор вытекает из неразрешенных сторонами ранее возникших разногласий по оплате услуг за разработку Концепции, при этом ни одна из сторон не отрицает наличие в сентябре 2020 года между ними договора на оказание услуг, определяемых приложениями. По каким причинам не было оформлено приложения к договору на разработку Концепции ответчик не пояснил. В свою очередь истец в заседаниях  указывал на то, что заполненный ответчиком бриф-задание на разработку концепции фактически свидетельствует о заключении  договора. С учетом указанного довода истца, и в силу положений пункта 1 статьи 1296 ГК РФ, исключительное право на произведение истца, созданные по такому договору, предметом которого было создание такого произведения (по заказу), принадлежит заказчику, если договором между подрядчиком (исполнителем) и заказчиком не предусмотрено иное. В Брифе-задании ссылка на невозможность ответчика использовать полученный от истца результат отсутствует.

Кроме того, как следует из представленных ответчиком платежных документов, оплата услуг ФИО2 по счетам за оказанные услуги осуществлялась и после разработки Концепции - до февраля 2021 года. Претензий в этот период от ФИО2 об оплате услуг за разработку Концепции не поступало, как и заявлений относительно исключительных прав на результат интеллектуальной деятельности; в материалах дела такие доказательства отсутствуют. Между тем, в силу специфики оказываемых ответчику в тот период услуг истец имел возможность установить потребительскую ценность разработанной им для Общества  Концепции, как полностью, так и в части, как минимум с октября 2020 года, и разрешить спор об оплате оказанных услуг в судебном порядке. Однако, таким правом ФИО2 не воспользовался, с иском о взыскании стоимости спорных услуг к Обществу ранее не обращался, и в рамках настоящего спора, несмотря на то что, размер взыскиваемой суммы компенсации основан на ценовом прайсе истца по оказанию услуг, аналогичных тем, что им оказывались ответчику в 2020 году, соответствующих заявлений от истца также не поступило, в связи с чем суд не вправе самостоятельно изменить избранный истцом способ защиты права.

При этом суд полагает заслуживающим внимания довод ответчика об отсутствии непосредственной ссылки на ФИО2, как на автора, в представленной Концепции. Все листы были помечены логотипом «VIEW» (Viewagency - коммерческое наименование агентства). Как отмечено в пункте 109 Постановления №10, при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ). Логотип «VIEW» (Viewagency), по утверждению истца, коммерческое наименование созданного им агентства. Идентифицировать лиц, входящих в состав такого агентства, их количество, затруднительно. Ссылка истца на лишь на тот факт, что на него зарегистрировано доменное имя viewagency (сайт https://viewagency.ru), еще не устанавливает авторство ФИО2 как физического лица непосредственно к разработке нейминга и произведению дизайна, содержащихся в Концепции (при наличии иных сотрудников у ФИО2,  в частности ФИО9, и отсутствии сведений об основаниях и правоотношений). Иных документов, позволяющих идентифицировать ФИО2, как автора спорного обозначения, материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что истец не представил документов, которые могли бы относится к доказательствам возникновения у истца авторских прав, а представленные истцом документы не подтверждают факта создания непосредственно ФИО2 спорного нейминга и прозведения дизайна.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены Кодексом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 Кодекса), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

По смыслу приведенных норм и их официальных разъяснений, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

В рассматриваемом случае суд отмечает, что обращение истца в суд с настоящим иском инициировано по прошествии нескольких лет, при том, что, по утверждению истца, позиционирующего себя как автора спорного наименования, Концепция была представлена ответчику в сентябре 2020 года, и с этого времени последним осуществляется реализация товара под производным словесным обозначением. При этом истец сотрудничал с ответчиком до февраля 2021 года, и до настоящего времени каких-либо мер по взысканию стоимости оказанных услуг не предпринимал, равно как не заявлял о своих исключительных права на результат Концепции в период 2021-2022 г.г., не предпринял иных мер по регистрации разработанного средства индивидуализации.

За два года, предшествующих подаче иска, продукция ответчика, в том числе с наименованием «Schlops», приобрела широкую известность на маркетплейсах, данное обозначение стало узнаваемым. При этом истец не является производителем аналогичных товаров, не осуществляет деятельность по продаже иных товаров с таким же наименованием. Также следует отметить, что действия предпринимателя и Общества не объединены единой целью.

При таком пассивном поведении истца до обращения в суд с настоящим истком, требования истца об обязании ответчка перкратить использование спорного обозначения в наименовании выпускаемых им товаров, не отвечает признакам добросовестной конкуренции, и свидетельствует о явном злоупотреблении истца своими правами.

Исследовав и оценив представленные доказательства, а также исходя из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, принимая во внимание конкретные обстоятельства именно данного дела, руководствуясь положениями действующего законодательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленного иска, поскольку  представленные в материалы дела истцом доказательства безусловно не подтверждают юридически значимые обстоятельства и не образуют единую цель доказательств, позволяющих установить вину и утверждать о нарушении исключительных прав истца ответчиком.

В удовлетворении иска следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, в связи с отказом в удовлетворении иска, и принимая во внимание, что истцом при обращении в суд с иском государственная пошлина за рассмотрение неимущественного требования не была уплачена, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 16000 руб. 00 коп. относятся на истца, государственная пошлина в сумме 6000 руб. 00 коп. (за неимущественное требование) подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 6000 руб. 00 коп. государственной пошлины.

На решение в течение месяца  после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

 

Судья                                                                                                       И.Ю.Стренцель