ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-17176/2018

г. Челябинск

13 декабря 2018 года

Дело № А34-2848/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 11 декабря 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 декабря 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Скобелкина А.П., 

судей Бояршиновой Е.В., Плаксиной Н.Г.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кургану на решение Арбитражного суда Курганской области от 12.10.2018 по делу №А34-2848/2017 (судья Пшеничникова И.А.).

В заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 (паспорт, доверенность от 26.05.2016);

Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кургану - ФИО4 (удостоверение, доверенность от 28.12.2016), ФИО5 (паспорт, доверенность от 10.12.2018).

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель, заявитель, ИП ФИО2, налогоплательщик) обратился в Арбитражный суд Курганской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Кургану (далее - налоговый орган, ИФНС России по г.Кургану, инспекция) о признании незаконным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 09.12.2016 №14-25/01/62 в части доначисления налога на добавленную стоимость, санкций и пени, начисленных на сумму налога на добавленную стоимость (с учетом ходатайства заявителя, принятого арбитражным судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (т. 10, л.д. 105-118)).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 12.10.2018 заявленные требования удовлетворены.

С указанным решением суда не согласился налоговый орган, обратившись с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Податель жалобы считает, что выводы, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела, судом неправильно применены нормы материального и процессуального права. 

Инспекция указывает, что действия налогоплательщика носят недобросовестный характер и свидетельствуют о создании ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с осуществлением реальной предпринимательской деятельности и о грубом не проявлении заявителем должной степени осмотрительности и осторожности при выборе спорного контрагента.

По мнению налогового органа, заключение эксперта ФИО6 от 19.12.2017 №3/2448 не соответствует требованиям методических правил и нормам, принятым в судебном почерковедении.

В судебном заседании представители инспекции поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме, представитель общества возразил против неё.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, инспекцией проведена выездная налоговая проверка ИП Боровика Р.Ф. по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (перечисления) налогов, в том числе: по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, налога на доходы физических лиц с доходов, источником которых является налоговый агент (далее – НДФЛ) за период с 01.01.2012 по 31.08.2015, налога на доходы физических лиц, полученных от осуществления деятельности физическими лицами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, земельного налога за период с 01.01.2012 по 31.12.2014, по результатам которой инспекцией составлен акт выездной налоговой проверки от 25.07.2016 №14-25/01/37.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, возражений заявителя инспекцией вынесено решение, которым заявителю предложено уплатить недоимку по НДС в размере 5 584 300 руб., перечислить задолженность по НДФЛ в сумме 192 987 руб., уплатить начисленные в порядке статьи 75 Налогового кодекса Российской Федерации пени по НДС в размере 2 537 186,53 руб., НДФЛ в размере 339 908,79 руб., всего в сумме 2 877 095,32 руб.

Кроме того, заявитель привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренной статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 101 214,20 руб. 

Не согласившись с решением инспекции в полном объеме, заявитель, в порядке, установленном главой 19 налогового кодекса Российской Федерации, обратился с апелляционной жалобой в Управление Федеральной налоговой службы по Курганской области.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Курганской области от 27.02.2017 №31 решение инспекции утверждено.

Воспользовавшись правом на судебную защиту, налогоплательщик обратился с рассматриваемым заявлением в арбитражный суд.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из реальности хозяйственных отношений, а также о проявлении должной осмотрительности при выборе контрагента.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи с позиций статей 65 - 71, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции признает обоснованными выводы суда первой инстанции.

Апелляционный суд при рассмотрении дела исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 146 Налогового кодекса, объектом налогообложения по НДС является реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. При этом налогоплательщик вправе уменьшить общую сумму налога на вычеты, установленные ст. 171 Налогового кодекса.

В соответствии с пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с настоящей главой, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Налогового кодекса; товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса для применения налоговых вычетов по НДС при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации необходимо наличие счета-фактуры, выставленного продавцом (поставщиком) при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), принятие на учет (оприходование) этих товаров (работ, услуг) при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 169 Налогового кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм НДС к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 НК РФ, при условии выполнения требований, установленных пунктами 5 и 6 указанной нормы права.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 статьи 169 Налогового кодекса, продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

В пункте 5 статьи 169 Налогового кодекса перечислены все обязательные реквизиты, которые должен содержать правильно оформленный счет-фактура. При этом указанные реквизиты должны не только иметь место формально, но и содержать достоверные данные.

Из системного анализа статей 169, 171, 172 Налогового кодекса следует, что налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном выполнении следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями статьи 169 Налогового кодекса; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов, оформленных в соответствии с требованиями действующего законодательства; использование приобретенных товаров (работ, услуг) в предпринимательской деятельности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 16.10.2003 № 329-О, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности.

Бремя доказывания заявленных вычетов по НДС возлагается на налогоплательщика как лицо, претендующее на получение налоговой выгоды, и соответственно, на него также возлагается риск наступления неблагоприятных последствий в виде отказа в указанном праве, в случае представления противоречивых документов в обоснование налоговых вычетов.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. При этом налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 1). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера) (п. 3). О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в том числе, следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств. В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями) (п. 5). Судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако, эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды (п. 6). Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9). Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентами, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентами. Таким образом, помимо формальных требований, установленных ст. ст. 172, 252 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции, а также проявление налогоплательщиком должной степени осмотрительности при выборе контрагента (п. 10).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09, законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Налоговым кодексом, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53. О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, 01.06.2011 между ООО «НафтаТрейд» (поставщик) и ИП Боровиком Р.Ф. (покупатель) был заключен договор поставки №01/1/06-НТ-2011, согласно которому поставщик обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и оплатить продукцию в порядке, предусмотренном договором, дополнительными соглашениями и приложениями к нему, являющимися неотъемлемой частью договора.

Согласно п.1.2 договора, ассортимент, количество, цена продукции, сроки и порядок оплаты, порядок поставки определяются сторонами в протоколах (спецификациях), которые являются приложениями к договору.

Согласно п.3.1 договора, поставка продукции производится поставщиком железнодорожным и/или автомобильным транспортом за счет покупателя либо на условиях самовывоза.

Оплата производится покупателем путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика в сроки, указанные в протоколах (спецификациях). Моментом оплаты считается дата зачисления денежных средств на расчетный счет поставщика.

Для подтверждения права на налоговые вычеты, предусмотренные пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации, предпринимателем в ходе проверки представлены счета-фактуры, товарные накладные.

Так, в качестве доказательств соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону и, соответственно, неправомерности заявленных налоговых вычетов по НДС налоговый орган ссылается на следующие установленные в ходе проверки обстоятельства.

ООО «НафтаТрейд» зарегистрировано в качестве юридического лица 03.03.2011, договор между контрагентом и заявителем датирован 01.06.2011, то есть договор заключен спустя непродолжительный период времени, в течение которого контрагент не мог создать себе репутацию надежного поставщика. Руководитель (и учредитель) контрагента является руководителем 5 организаций.

ООО «НафтаТрейд» не имеет транспортных средств и иного имущества, отсутствуют работники. После завершения «взаимодействия» с заявителем ООО «НафтаТрейд» одновременно были закрыты оба имевшихся у него расчетных счета. В период взаимодействия с заявителем контрагентом декларировалась одна и та же незначительная сумма НДС к уплате, после этого контрагентом представлялись декларации с нулевыми значениями всех показателей, размер налоговой базы контрагента был несопоставим со стоимостью реализованных в адрес заявителя масел.

ООО «НафтаТрейд» по удельному весу (9,82%) находится на втором месте. На первом находится ООО «Дельта Групп» с удельным весом 11,24%. Из 221 поставщиков 7 поставщиков с удельным весом от 3% до 6%, 17 поставщиков с удельным весом от 1% до 2%, остальные - 195 не превышают 1%.

Судебная коллегия учитывает следующее.

Представленные налогоплательщиком счета-фактуры содержат сведения, позволяющие установить факт поставки товара, его цену, его количество и стоимость, идентифицировать контрагентов.

При этом налогоплательщик был лишен возможности проверить достоверность подписи лица, подписавшего первичные бухгалтерские документы.

У налогоплательщика не имеется прав и возможности устанавливать те обстоятельства, которые могут быть выявлены налоговыми и правоохранительными органами (вызвать и получить объяснения у физического лица, провести экспертизу подлинности подписи на документе, получить информацию об уплате контрагентом налогов, их размере и прочее). Вменение таких обязанностей налогоплательщику не основано на нормах права.

Доводы инспекции об отсутствии у спорного контрагента задекларированных основных средств, материально-технической базы, персонала сами по себе не порочат сделки с его участием по налоговым последствиям для заявителя, кроме того, касаются оценки контрагента, за действия и поведение которых предприниматель не может нести ответственность.

Кроме того, инспекция не учитывает, что в обычаях коммерческой деятельности торговое посредничество не всегда требует наличия собственных основных и транспортных средств, складских помещений и значительного персонала, а также то, что обычаями делового оборота установлены иные возможности для привлечения материальных ресурсов без регистрации их в уполномоченных органах - аренда, найм по гражданским договорам и т.п.

Суд отмечает, что сведения, об имеющемся у контрагенте на праве собственности или аренды имуществе, не находятся в свободном доступе, в связи с чем у общества отсутствовала реальная возможность проверить такие данные в отношении своего контрагента. 

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 25.07.2001 №130-О и от 15.02.2005 № 93-О, для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком уставной деятельности, для которой получалась продукция и другие доказательства.

Таким образом, сделанные судом первой инстанции выводы о реальности хозяйственных операций со спорным контрагентом соответствуют обстоятельствам дела, из которых следует, что товар был фактически поставлен налогоплательщику, принят им и реально оплачен, использован в хозяйственной деятельности.

Приведенные налоговым органом характеристики контрагента, в условиях реальной поставки товара, не могли быть установлены доступными предпринимателю средствами.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривая аналогичные споры, сделала общий вывод о том, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность движения товара от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров (Определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КК16-10399 по делу А40-71125/2015).

В налоговом споре налоговый орган не может только ставить под сомнение налогооблагаемую сделку, ссылаясь на непроявление налогоплательщиком должной осмотрительности в выборе контрагента, а должен доказать нереальность такой сделки ввиду отсутствия товарно-денежного оборота и ее номинальное оформление, имитацию с единственной целью получения незаконных налоговых выгод и налоговой экономии.

В настоящем же случае, не опровергнув необходимость заявленного объема (количества) товара и ставя одновременно под сомнение достоверность документов, инспекция должным образом не доказала иной источник происхождения (поступления) товара.

При этом в пункте 31 «Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017)» от 16.02.2017, в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №305-КГ16-10399 (по делу № А40-71125/2015), отмечено, что противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции отсутствуют достаточные основания для вывода о нереальности заявленных налогоплательщиком хозяйственных операций по приобретению товара у ООО «НафтаТрейд».

Привлечение налогоплательщика к ответственности и вменение ему в обязанность уплату налогов не может основываться на предположениях налогового органа и должно подтверждаться бесспорными доказательствами.

В соответствии с положениями ст.ст. 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действия (бездействия), возлагается на соответствующий орган или должностное лицо.

Налогоплательщиком представлены все необходимые первичные документы, которые подтверждают факт поставки товаров, подписанные в двустороннем порядке.

Учитывая вышеизложенное, налоговым органом не было представлено достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что поставка товаров не носила реальный характер.

Таким образом, в условиях, когда налоговым органом не опровергнута реальность поставки товара, и несение реальных расходов на его приобретение, в принятии налоговых вычетов не может быть отказано по формальным основаниям, в связи с тем, что первичные бухгалтерские документы подписаны иными лицами, при условии, что налоговым органом не будет доказано, что о данных фактах налогоплательщик был осведомлен, либо проявил грубую неосмотрительность при заключении и исполнении договоров.

Однако в рамках настоящего дела бесспорных доказательств осведомленности заявителя о нарушениях, допущенных контрагентом, налоговым органом не представлено. 

Сделка, заключенная налогоплательщиком со спорным контрагентом, соответствовали его обычной деятельности, не являлась особо крупной.

Границы проявления должной осмотрительности определяются, в том числе доступностью сведений, которые могут быть получены налогоплательщиком о своих контрагентах.  

Меры, включающие в себя получение официальных документов о деятельности контрагента, предпринимаемые налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности его контрагента, условия сделок, обстоятельствах их заключения и исполнения свидетельствуют о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента и совершении хозяйственных операций.

Законом не закреплена обязанность налогоплательщика проверять своих контрагентов на предмет нахождения по месту регистрации, выполнения ими обязательств перед бюджетом.

Вменение налоговым органом таких обязанностей налогоплательщику можно расценивать исключительно как возложение на него дополнительных обязанностей, связанных с проведением мероприятий налогового контроля, что ни статьей 23 Налогового кодекса, ни иными положениями налогового или гражданского законодательства не предусмотрено. Более того, налоговое законодательство не наделяет налогоплательщика правами на проведение, по существу, мероприятий налогового контроля.

Таким образом, судом апелляционной инстанции не усматривает из действий налогоплательщика фактов проявления им грубой неосмотрительности во взаимоотношениях со спорным контрагентом.

Так, ООО «НафтаТрейд» в период совершения спорных операций было зарегистрировано в установленном порядке в едином государственном реестре юридических лиц, поставлено на налоговый учет.

Представленные налогоплательщиком документы, необходимые для подтверждения права на применение налогового вычета по НДС, содержат обязательные реквизиты, позволяют определить содержание и участника хозяйственных операций. Расшифровка сведений о лице, подписавшего спорные документы от имени контрагента, соответствует данным о руководителе, имевшимся на момент подписания указанных документов в его регистрационных документах, указанный в первичных бухгалтерских документах адрес контрагента совпадает с информацией, содержащейся в ЕГРЮЛ.

Суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях заявителя по приобретению спорного товара признаков недобросовестности, связанной с совершением сделок с целью занижения размера налога и созданием незаконных схем, уменьшающих налогообложение.

Заявленные требования о признании решения недействительным удовлетворены судом первой инстанции при наличии достаточных оснований.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив выводы эксперта, правомерно принял экспертное заключение от 19.12.2017 №3/2448 в качестве надлежащего доказательства по делу; обстоятельств, которые бы свидетельствовали о недостоверности экспертного заключения, судом не установлено.

Оснований для назначения дополнительной, повторной экспертизы судом первой инстанции также не установлено (статья 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При отказе в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы судом первой инстанции приняты во внимание практически идентичные формулировки о невозможности категоричного ответа на один и тот же вопрос двух независимых друг от друга экспертных заключений: судебной и проведенной экспертом ФИО7, имеющей свидетельство на право самостоятельного производства почерковедческих экспертиз, выданное решением ЭКК УМВД России по Тюменской области (т. 8, л.д. 114-115, т. 5, л.д. 41, л.д. 49-50). 

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 указывала, что с выводами о подписании ею документов контрагента не согласна, не подписывала документы от ООО «НафтаТрейд» (аудиозапись от 14.09.2017, 18.05-24.30). 

Также ФИО8 отрицала подписание предъявленных документов при допросе налоговым органом (т. 5, л.д. 10-15). 

Судом первой инстанции оценена представленная рецензия на заключение судебной экспертизы (т. 10, л.д. 12-49). Суд первой инстанции к указанной рецензии отнесся критически, поскольку она дана по электронным копиям, без поручения суда, на основании договора налогового органа об оказании услуг по проведении рецензии почерковедческой экспертизы документов от 28.02.2018 (ранее представленный налоговым органом договор в копиях приобщен к материалам дела 04.10.2018). Кроме того, налоговым органом в числе негосударственных экспертных организаций для проведения повторной экспертизы предлагалась организации, ранее выполнившая рецензию на заключение судебной почерковедческой экспертизы (т. 10, л.д. 54, 55).

На основании изложенного у суда апелляционной инстанции также отсутствуют основания для назначения по делу повторной судебной экспертизы. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Принимая во внимание изложенное, решение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курганской области от 12.10.2018 по делу №А34-2848/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу Инспекции Федеральной налоговой службы по городу Кургану - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяА.П. Скобелкин

СудьиЕ.В. Бояршинова

Н.Г. Плаксина