ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-37213/2023

Дело № А40-136145/21

г. Москва

01 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июля 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.В. Лапшиной, 

судей Вигдорчика Д.Г., Шведко О.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2023 по делу № А40-136145/21 

об оставлении без удовлетворения заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой - договора купли-продажи недвижимого имущества от 01.12.2019 года, заключенный между должником и ФИО3 и применении последствия недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4,

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО5: ФИО6 по дов. от 20.04.2022 

от ФИО3: ФИО6 по дов. от 12.04.2022 

от  ФИО5: ФИО7 по дов. от 06.07.2022

от ФИО4:  ФИО8 по дов. от 28.02.2023 

ФИО2 лично, паспорт

ФИО9 лично, паспорт 

Иные лица не явились, извещены.   

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.09.2021 в отношении должника ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО9, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» № 174 от 25.09.2021. 

В Арбитражный суд г. Москвы 07.12.2021 поступило заявление финансового управляющего ФИО9 к ФИО3 о признании недействительной сделкой – договор купли-продажи недвижимого имущества от 03.12.2019 года, заключенный между должником и ФИО3 и применении последствий недействительности сделки (с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.04.2022 суд привлек в порядке ст. 46 АПК РФ к участию в рассмотрении обособленного спора ФИО5 в качестве соответчика.

Определением от 25.04.2023 Арбитражный суд города Москвы отказал в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника и применении последствий недействительности сделки. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2  обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

От финансового управляющего, должника ФИО4, ответчика ФИО3 поступили отзывы на апелляционную жалобу.

От должника, кредитора ФИО2 также поступили дополнительные письменные пояснения в порядке ст. 81 АПК РФ.

От ФИО3 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Нормы части 2 статьи 268 АПК РФ относительно принятия судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств направлены на возможность устранения нарушений и повторного рассмотрения дела по существу, в том числе по дополнительно представленным доказательствам, с соответствующими выводами о законности обжалуемого судебного акта суда первой инстанции.

Обеспечивая соблюдение принципа состязательности, суд также оказывает содействие в реализации процессуальных прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (часть 3 статьи 9 АПК РФ).

Таким образом, правила части 2 статьи 268 АПК РФ подлежат применению судом апелляционной инстанции в каждом конкретном случае и с учетом того, насколько новые доводы (доказательства) могут повлиять на результат рассмотрения дела.

Суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное может привести к существенному ущемлению права на судебную защиту (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.01.2022 N 305-ЭС21-22562).

С учетом изложенного, в целях полного и всестороннего рассмотрения спора, дополнительные доказательства приобщены к материалам дела.

В судебном заседании ФИО2, финансовый управляющий поддержали доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представители ФИО5, ФИО3, ФИО4 возражали на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверена апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Девятый арбитражный апелляционный суд, повторно рассмотрев дело в порядке ст. ст. 268, 269 АПК РФ, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, оценив объяснения лиц, участвующих в деле, не находит оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Как следует из заявления, 03.12.2019 между ФИО4 и ФИО3 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, а именно коттеджа, назначение: жилое, площадь общая: 389,7 кв.м., количество этажей: 2, в том числе подземных: 1, кадастровый номер: 50:20:0010304:401, расположенного на земельном участке, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, общей площадью 679 кв.м., кадастровый номер: 50:20:0010336:1558, по адресу: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха, Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, д. 15.

Согласно данным ЕГРН, право собственности на указанное недвижимое имущество зарегистрировано за ФИО5 

Финансовый управляющий ФИО9 полагая, что договор купли-продажи от 03.12.2019г. подлежит признанию судом недействительной сделкой на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10,168 ГК РФ, в связи с чем, обратился в суд с указанным заявлением.

Отказывая в удовлетворения заявления, суд первой инстанции исходил из того, что стороны исполнили обязательства по договору, оплата производилась путем открытия покупателем банковской ячейки, факт отчуждения недвижимого имущества по заниженной цене материалами дела не подтвержден, а доказательств, подтверждающих наличие признаков злоупотребления со стороны ответчика и должника при заключении оспариваемого купли-продажи, материалы дела не содержат, как и не представлено доказательств того, что на момент заключения договора купли-продажи должник имел неисполненные обязательства, обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, тогда как суд установил,  что полученные за продажу имущества денежные средства соответствовали его рыночной стоимости, а аффилированность сторон отсутствует.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, соглашается с выводами суда первой инстанции.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. 

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. 

Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020 года). 

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 года № 305-ЭС17-3098 (2) № А40-140251/2013). 

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. 

В абзаце 4 пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. 

Согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 Постановления № 63, если суд первой инстанции, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона нала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления). 

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как верно установил суд первой инстанции, оспариваемая по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка купли-продажи имущества от 03.12.2019 года должника совершена 12.12.2019 года (дата регистрации), а заявление о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом) принято Арбитражным судом города Москвы 01.07.2021 года, то есть сделка совершена более чем за один год, но менее чем за три года до возбуждения дела о банкротстве в отношении должника. 

Следовательно, сделка может быть оспорена по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Как разъяснено в 5 Постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). 

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 4 б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. 

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. 

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. 

В пункте 7 Постановления № 63 указано, что в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При рассмотрении дела судом первой инстанции было установлено, что Ответчик оплатил в пользу Должника по сделке 26 000 000 рублей. 

Данный факт подтверждается приложенными документами на открытие договора аренды банковского сейфа. 

Довод апеллянта об отсутствии факта передачи денежных средств от Ответчика Должнику в связи с отсутствием расписки или платежного документа не основан на нормах права и сводится к несогласию с выводами суда первой инстанции об отсутствии признаков безденежности оспариваемого договора.

В части доводов апеллянта об отсутствии подтверждения финансовой состоятельности ФИО3 апелляционный суд также не может согласиться, поскольку в материалах дела имеются доказательства, опровергающие данный довод. 

Судом первой инстанции были направлены запросы в органы ФНС, из которых получены ответы с указанием доходов ФИО3, а также указаны суммы уплаченных Ответчиком налогов за три года, предшествующих сделке. 

Платежеспособность и финансовая возможность произвести оплату по договору ФИО3 подтверждены представленными в дело доказательствами в совокупности, а именно МИФНС №16 по Самарской области, документами на владение недвижимым имуществом, транспортными средствами и уплате налогов - данные доказательства не опровергнуты финансовым управляющим и апеллянтом (т.4, л.д. 66-80, 111-115).

Реальность производимых финансовых операций подтверждена АО «Абсолют Банк», а именно договором аренды ячейки и вскрытия ячейки (т.4, л.д. 9-16).

ФИО3 также указала на заключение ею как продавцом договоров купли-продажи недвижимого имущества от 29.02.2016, 12.04.2018, на копиях которых имеются отметки регистрационного органа, в счет которых ею было получено 73 700 000 руб. (т.2, л.д. 7-18).

Дополнительно ФИО3 представила суду апелляционной инстанции выписки с расчетных счетов из АО «Абсолют Банк», АО «Альфа Банк», из которых следует, что ответчиком за спорны период было использовано более 177 000 000 руб. в обороте. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что представленных сведений по форме 2-НДФЛ недостаточно для подтверждения финансового состояния для оплаты сделки, вместе с тем суд апелляционной инстанции соглашается с оценкой доказательств судом первой инстанции в совокупности, с учетом доводов ФИО3 о том, что она в качестве экономической деятельности осуществляет сделки по купле-продаже объектов недвижимости и дорогостоящих транспортных средств, что подтверждается представленными сведениями о зарегистрированном на ее имя имуществе и оборотами по расчетным счетам.

Проведение физическими лицами расчетов за приобретаемое недвижимое имущество наличными денежными средствами с использованием индивидуальной сейфовой ячейки является обычным для гражданского оборота и само по себе о недействительности сделки не свидетельствует, особенно в отсутствие аффилированности продавца и покупателя. 

Доводы о заниженной стоимости продажи недвижимого имущества не нашли своего подтверждения в материалах дела.

Как установил суд первой инстанции, в соответствии с выпиской из ЕГРН кадастровая стоимость спорного имущества составляла 10 297 394 руб., т.е. спорное имущество реализовано по цене, превышающей кадастровую стоимость.

Судом первой инстанции учтено, что кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. 

Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). 

Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/11. 

Допустимость использования кадастровой стоимости объектов недвижимости для оценки сделки по отчуждению имущества по заниженной цене сформулирована в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170 по делу № А41-19310/2014, от 22.02.2018 № 306-ЭС17-17171 по делу № А12-44790/2015.

Как установил суд первой инстанции, в соответствии с заключением эксперта, содержащимся в материалах дела, установлена рыночная стоимость спорного недвижимого имущества в сумме 33 823 000 рублей, а именно: - Рыночная стоимость здания площадью 389,7 кв.м, кадастровый номер №50:20:0010304:401, расположенного по адресу: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха, Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, дом 15 — 24 317 000,00 рублей; - Рыночная стоимость земельного участка площадью 679 кв.м, кадастровый номер №50:20:0010336:1558, по адресу: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха, Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, дом 15 — 9 506 000,00 рублей. 

Таким образом, цена, уплаченная ФИО3 за спорное помещение, не 2 раза меньше, чем его рыночная стоимость, определенная экспертом, а с различием цены сделки в менее 30% от определенной экспертом, а именно в 23% что соответствует фактическим обстоятельствам и конкретной ситуации на рынке недвижимости в момент совершения сделки.

Противоречий или каких-либо оснований для сомнений в обоснованности выводов экспертов не усматривается. 

Само экспертное заключение в полной мере соответствует требованиям законодательства, на что верно указал суд.

Поскольку цена Договора купли-продажи от 03.12.2019 г. была определена за земельный участок с домом, при оценке рыночной стоимости необходимо учитывать стоимость дома с земельным участком, поскольку дом и земельный участок являются неотделимыми друг от друга объектами. 

Согласно заключению эксперта суммарная стоимость земельного участка с домом составляет 33 823 000 рублей. 

Договор купли-продажи от 03.12.2019 г. определил стоимость земельного участка с домом в 26 000 000 рублей, что составляет 76,87 % от рыночной стоимости, определенной экспертом.

Доводы апеллянта о существенном расхождении цены сделки с рыночной в части стоимости здания в отрыве от стоимости земельного участка не могут быть приняты во внимание в силу следующего. 

Продажа земельного участка и расположенного на земельном участке здания являются неразрывными, поскольку представляют собой единый имущественный комплекс. 

Невозможность отчуждения земельного участка и расположенного на нем здания разным покупателям делают нецелесообразной оценку стоимости каждого отдельного объекта недвижимости. 

Земельный участок и расположенное на нем здание являются неделимым комплексом, в силу чего оценочная стоимость оспариваемой сделки должна рассматриваться в совокупности цены земельного участка и расположенного на нем здания. 

Здание, как самостоятельный объект недвижимости не имеет рыночной ценности в отрыве от земельного участка, на котором оно расположено.

Также подтверждением, что цена оспариваемой сделки была рыночной по отношению к аналогичным объектам недвижимости в той же местности, является договор купли-продажи от 25 сентября 2020 г., о покупке ответчиком ФИО5 объекта недвижимости с аналогичными характеристиками, расположенного в непосредственной близости от объекта недвижимости, указанного в оспариваемой сделке. 

Согласно указанному договору стоимость земельного участка и жилого здания (коттеджа), которые впоследствии стали объектом мены, составила 25 000 000 рублей. 

Должником были представлены в материалы дела доказательства, подтверждающие первоначальную продажную цену объектов недвижимости, а также были представлены обоснования последующего снижения стоимости имущества. 

В сложившихся условиях спорная сделка была совершена на условиях, доступных любым участникам рынка, поскольку объявление о продаже объекта недвижимости длительный период времени находилось на публикации, что подтверждается материалами дела. 

Должник указывал, что в связи с наличием в период продажи на рынке нескольких аналогичных объектов недвижимости, продаваемых с торгов в рамках процедур банкротства, более 7 месяцев не было возможности продать дом с земельным участком. 

В результате такого положения на рынке недвижимости должник снизил первоначально заявленную стоимость с 32 500 000 рублей до 26 000 000 рублей. 

Доказательства размещения должником первоначального объявления о продаже с ценой 32 500 000 рублей подтверждаются представленным в материалы дела протоколом осмотра доказательств. 

Таким образом, первоначальная продажная цена (32 500 000 рублей) лишь незначительно отличалась от рыночной цены, определенной судебной оценочной экспертизой (на 4%).

При этом, отчуждение имущества было произведено по цене не ниже, чем было приобретено должником ранее. 

Данный факт также подтверждает, что Должник получил денежные средства от продажи здания в размере суммы, которую ранее заплатил при покупке данного объекта недвижимости. 

Таким образом, доводы апеллянта о не рыночности цены объектов договора не находят своего подтверждения в материалах дела.

Финансовым управляющим в подтверждение довода о нерыночной цене договора купли-продажи представлены письмо ООО «Бенефит», а также буклеты о возможной рыночной стоимости коттеджа общей площадью: 389,7 кв.м., количество этажей: 2, в том числе подземных: 1, кадастровый номер: 50:20:0010304:401, расположенного на земельном участке, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, общей площадью 679 кв.м., кадастровый номер: 50:20:0010336:1558. по адресу: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха, Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, д. 15 в размере 73 000 000 рублей. 

Однако, как верно отметил суд, указанные документы не соответствуют требованиям в части относимости и допустимости доказательств по смыслу статьи 67 АПК РФ, а также опровергается имеющимися в материалах дела письменными доказательствами: Отчет об оценке 15/04/22-ОН рыночной стоимости недвижимого имущества: коттеджа, назначение: жилое, площадь общая: 389,7 кв.м., количество этажей: 2, в том числе подземных: 1, кадастровый номер: 50:20:0010304:401, расположенного на земельном участке, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, общей площадью 679 кв.м., кадастровый номер: 50:20:0010336:1558, по адресу: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха. Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, д. 15. составленный на дату договора купли-продажи недвижимого имущества, а именно на 03.12.2019 года. 

Согласно выводам указанного отчета, итоговая рыночная стоимость объекта оценки на дату оценки составляет: 26 482 780 (Двадцать шесть миллионов четыреста восемьдесят две тысячи семьсот восемьдесят) руб., в том числе: Земельный участок. категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для жилищного строительства, общей площадью 679 кв.м., кадастровый номер: 50:20:0010336:1558, по адресу: Московская область, Одинцовский район, в районе п.Барвиха — 7 409 575 рублей и Коттедж, назначение: жилое, площадь общая: 389,7 кв.м., количество этажей: 2, в том числе подземных: 1, кадастровый номер: 50:20:0010304:401, адрес местонахождения: Московская область, Одинцовский район, пос. Барвиха, Барвиха-Хиллс, ул. Фруктовая, д. 15 - 19 073 206 рублей. 

С учетом заключения вышеуказанной оценки по установлению рыночной стоимости недвижимого имущества установлено, что цена сделки является рыночной, и не может свидетельствовать о совершении сделки на заведомо и значительно невыгодных для должника условиях с причинением существенного вреда кредиторам должника. 

Таким образом, в вопросе занижения цены и о существенности причиненного вреда суду необходимо учитывать, что существенной является разница, если покупная цена отличается от рыночной, определенной экспертным путем, кратно, что в данном конкретном случае отсутствует.

Кроме того, рыночная цена сделки подтверждается аналогичными договорами купле-продаже аналогичного недвижимого имущества по тем же адресам, в частности, Договором, заключенным между Патель С.С. и ФИО5 от 25.09.2020 согласно которому, цена аналогичного недвижимого имущества составляет 25 000 000 рублей; Сайтом  застройщика  коттеджного  поселка, где  расположено  имущество,  согласно которому имущество, имеющее большую площадь, продавалось за 25 000 000 руб.; Сайтом  cian.ru,  согласно  которому  на 21.04.2022  схожее  имущество 32 000 000 рублей.

Как верно установил суд первой инстанции, заявителем не доказано, что ФИО3 и ФИО5 являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, в порядке, определяемом ст. 19 Закона о банкротстве. 

Так согласно ответам ЗАГС и Росфинмониторинг, связей аффилированности не выявлено. 

Довод финансового управляющего и конкурсного кредитора о наличии между ФИО4, ФИО3 и ФИО5 фактической аффилированности не нашли своего подтверждения.

Доводы о том, что ФИО3, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям делового оборота осмотрительность, с учетом существенного отклонения цены сделки от рыночных цен, должна была запросить документы у должника из которых усматривались признаки неплатежеспособности должника суд считает правомерно отклонил, ввиду отсутствия в действиях ответчика недобросовестного поведения. 

Как было отмечено ранее и пояснил ответчик, о продаже спорного имущества ФИО3 узнала из объявления о продаже нежилого помещения, размещенного в сети интернет посредством одного из крупнейших сайтов объявлений в отношении недвижимости - ЦИАН (cian.ru) с 18.03.2019г. 

В соответствии с выпиской из ЕГРН, право собственности на спорное имущество зарегистрировано было за ФИО4 

Какие-либо обременения в отношении недвижимости или права продавца установлены не были. 

На дату перехода права (12 декабря 2019 года) на спорное имущество к заявителю в ЕГРН также отсутствовали какие-либо обременения помещения.

Какие-либо залоговые обязательства ФИО4 перед третьими лицами не могли быть и не были известны ответчику, в связи с отсутствием сведений в публичных реестрах. 

Доказательства обратного не представлены.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.12.2021 г. №305-ЭС21-19707, критерием осведомленности покупателя о противоправности цели сделки считается кратное превышение рыночной стоимости отчужденного имущества по сравнению с фактическими затратами покупателя. 

Так, в частности, из абзаца 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если полученное одним лицом по сделке предоставление в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу другого, то это свидетельствует о наличии явного ущерба для первого и о совершении представителем юридического лица сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. 

Согласно абзацу 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента). 

Таким образом, критерием занижения стоимости отчуждаемого имущества, на котором настаивает финансовый управляющий, является критерий кратности снижения цены.

 В оспариваемой сделке купли-продажи снижение стоимости составляет менее 25 %, что не подтверждает совершение сделки на крайне невыгодных условиях.

Суд первой инстанции также установил, что на дату оспаривания сделки, спорное имущество было отчуждено в пользу ФИО5 на основании договора мены.

Как следует их материалов дела, объекты недвижимости находились в одном коттеджном поселке, ФИО3 и ФИО5 аффилированны между собой (мать и сын), что ими не отрицается. 

При заключении договора мены была совершена доплата в размере 1 000 000 рублей со стороны ФИО5 согласно платежному поручению, представленному в материалы дела.

Ответчик пояснила, что договор мены был заключен в связи с тем, что участок ФИО3 был лучше расположен и имел большую площадь.

Таким образом, добросовестность ФИО3 как контрагента должника, подтверждается тем, что то на дату совершения сделки публичные сведения о несостоятельности должника отсутствовали: не было вступивших в силу судебных актов о взыскании с него задолженности, открытых в отношении (должника исполнительных производств, сведения Единого государственного реестра юридических лиц и учредительных документов в отношении должника и ЕГРН в отношении принадлежащей ему недвижимости не содержали ограничений или запретов на совершение оспариваемой сделки.

Следует отметить, что ФИО3 осуществляла сделку с должником через посредника (риелтора). 

К тому же покупатель предпринял обычные меры для проверки юридической чистоты сделки, а убедительных поводов для более углубленной ее проверки не имелось. Договор купли-продажи оплачен своевременно и в полном объеме.

Таким образом, суд правомерно заключил, что финансовым управляющим не доказана совокупность обстоятельств для признания сделки на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве недействительной, в том числе как цепочки сделок, направленных на вывод активов должника в пользу аффилированного, внешне независимого лица, в целях сохранения контроля над активами.

Финансовый управляющий должника, также, заявляя о злоупотреблении правом, фактически вновь приводил доводы о приобретении ответчиком, как аффилированным с должником лицом, имущества по заниженной цене, что в свою очередь опровергается ответами на запросы суда из Управления ЗАГС от 28.03.2022 №6533 и Федеральной службы по Финансовому мониторингу от 16.06.2022 №0703.06/12516. 

Однако, как указывалось ранее, факт причинения вреда кредиторам, не доказан. 

Не доказан финансовым управляющим должника и факт заинтересованности должника и ответчика или наличия сговора между названными лицами, а также злоупотребление правом при совершении сделки.

Доводы апеллянта о мнимости оспариваемой сделки, по сути, сводятся к оценке обстоятельств, положенных в основу признания сделки недействительной на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве. 

Для признания сделки мнимой на основании ст.170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям сделки последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. 

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. 

Из условий совершения сделки следует исполнение сторонами сделки своих обязательств. 

Право собственности на объект недвижимости перешло к покупателю, о чем была сделана соответствующая запись в ЕГРН. 

Доказательств того, что должник после продажи объекта недвижимости продолжил им пользоваться сторонами спора не представлено и не заявлялось. 

При таких обстоятельствах оспариваемую сделку нельзя признать мнимой на основании норм ГК РФ.

В этой связи, в удовлетворении заявления правомерно отказано судом первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права. Оспариваемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 25.04.2023 по делу № А40-136145/21 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     В.В. Лапшина 

Судьи:                                                                                                          Д.Г. Вигдорчик

                                                                                                          О.И. Шведко