СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, 

<

...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-5828/2025(2)-АК

Дело № А50-28799/2023

27 октября 2025 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 27 октября 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего  Чепурченко О.Н.,

судей                                   Иксановой Э.С., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ахметовой А.М.,

при участии:

лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО4 Вадимовны

на определение Арбитражного суда Пермского края от 16 июня 2025 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительной сделкой – договора купли-продажи транспортного средства (полуприцепа KRONE SD, г/н АО7635/59 RUS) от 12.04.2023, заключенного между ФИО2 и ООО «Перевозка59»,

вынесенное в рамках дела № А50-28799/2023 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН 

<

***>),

третьи лица: ФИО3, 

установил:

В Арбитражный суд Пермского края 20.11.2023 поступило заявление Индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИП ФИО2) о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 24.11.2023 заявление ИП ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом) оставлено без движения.

В Арбитражный суд Пермского края 24.11.2023 поступило заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ИП ФИО2 несостоятельным (банкротом).

Определением от 28.11.2023 заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ИП ФИО2 несостоятельным (банкротом) принято к производству; ПАО «Сбербанк России» уведомлено о том, что его заявление о признании ИП ФИО2 несостоятельным (банкротом) рассматривается в качестве заявления о вступлении в рамках дела № А50-28799/2023, дата рассмотрения его обоснованности будет определена после решения вопроса об обоснованности заявления ИП ФИО2 о признании его несостоятельным банкротом.

Определением суда от 29.12.2023 заявление ИП ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Решением арбитражного суда от 22.03.2024 предприниматель ФИО2 (должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим утверждена ФИО4, член Ассоциации «Межрегиональная Северо-Кавказская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Содружество».

Объявление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (ЕФРСБ) 25.03.2024, а также в газете «Коммерсантъ» - 30.03.2024.

23 декабря 2024 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего ФИО4 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 12.04.2023, заключенного между ФИО2 и ООО «Перевозка 59»  по продаже транспортного средства – полуприцепа KRONE SD, VIN: 

<

***>, г/н АО7635/59 RUS; применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО2 указанного транспортного средства с документами к нему. 

ООО «Перевозка 59» в лице руководителя ФИО5 против удовлетворения заявленных требований возражал; пояснял, что полуприцеп KRONE SD 2013 года выпуска приобрел при следующих обстоятельствах. В конце марта 2023 года ФИО5 узнал, что ИП ФИО2 продает транспортные средства; продажей занимался знакомый директора ответчика ФИО3, который в марте-апреле 2023 года работал у должника механиком и логистом. Директор должника с ним созвонился и договорился о встрече на территории базы должника по адресу 

<

...>; все транспортные средства стояли по вышеуказанному адресу, где можно было выбрать понравившийся прицеп. В назначенное время ФИО5 приехал и посмотрел несколько прицепов, выбрал транспортное средство, совместно с ФИО3 обсудив детали сделки и цену, которую хотел получить должник за данное транспортное средство; после согласования цены в сумме 2 800 000 руб. договорились встретиться для оплаты наличными средствами и получения полуприцепа 12.04.2023. В назначенное время ФИО5 приехал с деньгами, совместно с ФИО3 поднялись в административное здание по адресу: 

<

...>, где на втором этаже находилась комната бухгалтерии; денежные средства в присутствии ФИО3 были переданы бухгалтеру должника, которая пересчитала всю сумму на счетном аппарате; после передачи денег ФИО3 с тремя экземплярами договора купли-продажи ушел к должнику для подписания данных документов. Вскоре он вернулся с документами (подписанными договорами и паспортом транспортного средства 52 УК 642750 с печатями и подписанным со стороны должника) и передал их ФИО5 После за прицепом приехал водитель, работающий у ответчика ФИО6 на седельном тягаче и забрал купленный прицеп; произведена перерегистрация приобретенного полуприцепа в ГИБДД РФ по Пермскому краю на ответчика. Также ответчик пояснил, что обладал достаточными денежными средствами для приобретения спорного транспортного средства, деятельность ответчика связана с перевозкой грузов, на текущий момент спорное транспортное средство используется ответчиком.

 Определением Арбитражного суда Пермского края от 16 июня 2025 года в удовлетворении заявление финансового управляющего отказано. В порядке распределения судебных расходов  суд взыскал за счет конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 54 500 руб.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО4 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, заявленные требования о признании сделки недействительной удовлетворить.

В обоснование апелляционной жалобы управляющий указывает на то, что судом первой инстанции указано на то, что финансовым управляющим избрана тактика сплошного оспаривания сделок должника с транспортными средствами, совершенными в соответствующий период; данное обстоятельство, по мнению апеллянта, подтверждает тот факт, что должником была избрана тактика сплошной продажи, принадлежащего ему имущества, приведшая к выводу активов, с одновременным отсутствием поступления денежных средств на расчетные счета должника, что не позволило в должной мере обеспечить исполнение обязательств перед уже имевшимися кредиторами, в том числе включенными в настоящее время в реестр. Ссылается на то, что основанием для обращения с заявлением о признании сделки недействительной явился вывод о неравноценности совершенной сделки, а именно об отсутствии какого-либо исполнения по ней вовсе, который не был принят судом во внимание; суд, основывал свои выводы на пояснениях третьего лица, участвующего в деле, который ссылался на плохое техническое состояние транспортных средств, принадлежащих ФИО2, без предоставления каких-либо доказательств. При этом апеллянт отмечает, что рассматриваемая в настоящем обособленном споре сделка является не единственной, совершенной цене значительно ниже рыночной; оспариваемая сделка совершена при наличии у должника признаков неплатежеспособности; представленная в качестве доказательств оплаты квитанция, не отвечает принципам достаточности, поскольку в последующем денежные средства не были внесены ни на один из расчетных счетов должника. По мнению апеллянта, учитывая правовую позицию, приведенную в п. 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утв. Президиумом ВС РФ 26.04.2023), а также установленные судом обстоятельств дела, при наличии факта одновременной продажи значительного объема имущества ФИО2 при повсеместном занижении его стоимости, суд должен был прийти к выводу о наличии оснований для признания действий сторон недобросовестными и признании совершенной сделки недействительной, как по п. 1, так и по п. 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте  и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, должник с 30.03.2013 являлся собственником транспортного средства KRONE SD, VIN 

<

***>, г/н АО7635/59.

12 апреля 2023 года между должником (продавец) и ООО «Перевозка59» (покупатель) был заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил транспортное средство KRONE SD, VIN 

<

***> по цене 2 800 000 руб.

Полагая, что указанная сделка совершена должником в отсутствие равноценного встречного исполнения, а также в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании ее недействительной на основании ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной как по специальным основаниям, предусмотренных пунктами 1 и 2 ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 61.1 названного Закона установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу положений п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, а также неравноценность встречного исполнения обязательств контрагентом должника.

Пунктом 2 названной статьи Закона предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В п. 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (Постановление № 63) разъяснено, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а)      сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б)      в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в)      другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, содержащихся в абзацах 3-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу абзаца 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 7 Постановления № 63). 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом п. 9 названного Постановления установлено, что при определении соотношения п.п. 1 и 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных п. 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом п. 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, п. 4 Постановления № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из п. 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства заключен 12.04.2023, то есть в течении 7,5 месяцев до возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве (определение от 28.11.2023) – в период подозрительности, установленный как в п. 1, так и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось ранее, в п.п. 3,4 оспариваемого договора купли-продажи стороны согласовали, что транспортное средство продано покупателю за 2 800 000 руб., расчет произведен наличным способом, путем передачи денежных средств в полном объеме в срок до 12.04.2023.

Также ответчиком в подтверждение факта оплаты приобретенного у должника транспортного средства представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 12.04.2023 № 1 на сумму 2 800 000 руб. и документы, свидетельствующие о наличии у него такой финансовой возможности.

Принимая во внимание данные обстоятельства, в отсутствие претензий сторон договора друг к другу после его исполнения и государственной регистрации перехода права собственности, следует признать, что обязательства сторон по оспариваемому договору были исполнены в полном объеме.

То обстоятельство, что полученные должником за транспортное средство наличные денежные средства не были внесены на банковский счет, факт исполнения договора со стороны ответчика (покупателя) не опровергает. 

С учетом данных обстоятельств, в отсутствие документально обоснованных доводов об обратном, а также доказательств наличия между сторонами договора признаков заинтересованности, оснований для сомнений в том, что по оспариваемому договору должник получил встречное предоставление в размере согласованном в договоре, у суда апелляционной инстанции не имеется.  

Относительно утверждения финансового управляющего о предоставлении должнику по сделке неравноценности встречного обеспечения следует отметить, что согласно разъяснениям, изложенными в п. 8 Постановления № 63, в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В обоснование неравноценности встречного предоставления финансовый управляющий ссылается на заключение специалиста о рыночной стоимости от 14.02.2025 № 090-25, в соответствии с которым рыночная стоимость спорного транспортного средства на дату совершения оспариваемой сделки составляет 2 865 000 руб.

Однако учитывая, что имущество было реализовано должником за 2 800 000 руб., а также принимая во внимание, что отклонения в сторону повышения или понижения цены в пределах 20% не являются нарушением и цена признается действительной для целей сделки (п. 3 ст. 40 Налогового кодекса Российской Федерации), незначительное расхождение в цене (чуть более 2%), никак не может свидетельствовать о реализации имущества по заниженной стоимости.

Кроме того, как справедливо отмечено судом первой инстанции, представленное заключение специалиста составлено только при применении сравнительного подхода путем сопоставления стоимости трех аналогичных транспортных средств; осмотр объекта исследования не осуществлялся. При этом, само по себе размещение в общем доступе предложений о продаже еще не свидетельствует о том, что имущество будет реализовано по указанной в них цене, без ее снижения исходя из технического состояния транспортного средства, необходимости срочной продажи, а также разумного торга.

Иных доказательств, подтверждающих приведенное выше предположения, которые бы могли быть проверены на соответствие их действительности финансовым управляющим ни в материалы дела при рассмотрении спора судом первой инстанции, ни апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Более того из материалов дела судом установлено, что на сегодняшний день должник владельцем транспортного средства не является; пользование транспортным средством прекращено должником с момента его отчуждения. Согласно сведениям, представленным органами ГИБДД, спорный автомобиль с 10.05.2023 зарегистрирован за ответчиком. 

Обстоятельств того, что транспортное средство фактически находится во владении должника, из материалов спора не усматривается. Напротив, как следует из пояснений ответчика, не опровергнутых иными участниками спора, спорное транспортное средство используется обществом «Перевозка 59» в коммерческой деятельности, основным видом которого является – деятельность автомобильного грузового транспорта (код ОКВЭД 49.41).

Учитывая вышеизложенное, продажу спорного транспортного средства на внешнем рынке (размещение ФИО3 объявлений о продаже транспортных средств AUTO.RU и DROM.RU), пояснения руководителя ООО «Перевозка 59» ФИО5 относительно обстоятельств его приобретения у должника, а также принимая во внимание доказанность материалами дела факта предоставления должнику по сделке встречного предоставления, в отсутствие доказательств его несоответствия рыночным условиям, суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением финансового управляющего о реализации спорного имущества по заниженной стоимости, что исключает возможность выводов о причинении вреда имущественным правам кредиторов, а также преследование участниками оспариваемой сделки противоправной цели.

Также, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что наличие у ООО «Перевозка 59» возможной осведомленности ответчика о наличии у последнего признаков неплатежеспособности финансовым управляющим не обоснованно. 

Довод финансового управляющего о возможной осведомленности ответчика о преследуемой противоправной цели реализации имущества, в виду недоказанности факта причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, следует признать несостоятельным.

Пояснений, в чем именно выраженное недобросовестное поведение должника и ответчика с учетом установленных по делу обстоятельств финансовым управляющим апелляционному суду также не приведено.

В отсутствие доказательств наличия совокупности условий влекущих признание сделки недействительной (ничтожной), таких как причинение оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность контрагента по сделке о наличии у должника признаков неплатежеспособности, а также преследуемый сторонами противоправный интерес, апелляционной суд согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной как по специальным основаниям (п.п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ. 

Оснований полагать, что оспариваемая сделка является мнимой (ст. 170 ГК РФ), учитывая наличие в материалах дела, представленные органами ГИБДД сведения, свидетельствующих о своевременном переоформлении прав собственности покупателей на спорное транспортное средство после его приобретения, суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Вопреки доводам финансового управляющего, сам по себе факт совершения должником в преддверье банкротства ряда сделок по отчуждению имущества, автоматически не влечет их недействительность в отсутствие иных подтверждающих наличие совокупности необходимых для этого условий.

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе финансовым управляющим не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, влекущее отмену обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не выявлено. 

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В силу положений ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на ее заявителя. Поскольку при принятии апелляционной жалобы финансовому управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета в размере 10 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края от 16 июня 2025 года по делу № А50-28799/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы должника ФИО2 в доход федерального бюджета 10 000 (десять тысяч) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

Председательствующий

О.Н. Чепурченко 

Судьи

Э.С. Иксанова 

М.А. Чухманцев