ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-17422/2019

г. Киров

28 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июля 2023 года.       

Полный текст постановления изготовлен 28 июля 2023 года.

 

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судей Калининой А.С., Кормщиковой Н.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

представителя ФИО2 ФИО3, по доверенности от 11.07.2019,

конкурсного управляющего ООО «Кировская меховая компания» ФИО4, лично,

представителя ФИО5, представителя собрания кредиторов ФИО6, по доверенности и протоколу,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на определение Арбитражного суда Кировской области от 23.05.2023 по делу № А28-17422/2019

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Кировская меховая компания» ФИО4 к индивидуальному предпринимателю   ФИО2 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно  предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Техносерв  Консалтинг», ФИО7  

 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Кировская меховая компания» (далее - ООО «Кировская меховая компания», должник) конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании недействительной сделки по перечислению 11.01.2018 с расчетного счета должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик) денежных средств в сумме 11 603 665 рублей, а также применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в указанном размере.

Определением Арбитражного суда Кировской области от 23.05.2023 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признано недействительной сделкой перечисление 11.01.2018 с расчетного счета ООО «Кировская меховая компания» в пользу ИП ФИО2 денежных средств в сумме 11 603 665 рублей; применены последствия недействительности сделки: взысканы с ИП ФИО2 в пользу ООО «Кировская меховая компания» денежные средства в сумме 11 603 665 рублей.

ИП ФИО2 с принятым определением суда не согласился, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Кировской области от 23.05.2023 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «Кировская меховая компания» отказать.

Заявитель жалобы указывает, что совокупность обстоятельств, определенных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявителем не доказана, однако суд в определении сделал однозначный вывод о доказанности всех составляющих элементов конструкции. На момент совершения оспариваемой сделки у ООО «Кировская меховая компания» отсутствовали кредиторы, в связи с чем, сделка не отвечала цели причинения вреда и фактически никому его не причинила. Оспариваемая сделка по перечислению денежных средств с расчётного счёта ООО «КМК» на счёт ИП ФИО2 была совершена 11.01.2018. На указанную дату у ООО «Кировская меховая компания» отсутствовала кредиторская задолженность. Кредиторская задолженность у ООО «КМК» возникла только 27.05.2019, то есть спустя 1 год и 5 месяцев после совершения должником сделки по перечислению денежных средств ИП ФИО2 Суд необоснованно признал ответчика заинтересованным по отношению к должнику лицом. На момент совершения сделки ответчик акционером ОАО «Киров-Лада» не являлся и определять действия указанного общества не мог. ФИО2 действительно приобретал акции ОАО «Киров-Лада» по договорам купли-продажи акций от 27.04.2016, от 07.09.2016, от 26.12.2016. Однако переход права собственности на указанные акции состоялся только после вынесения Арбитражным судом Кировской области решений в декабре 2018г. и в мае 2019г. о внесении записи в реестр акционеров ОАО «Киров-Лада» о переходе прав на акции к ФИО2, то есть акционером ОАО «Киров-Лада» ФИО2 стал не ранее декабря 2018г. Заключённый между ОАО «Киров-Лада» и ФИО2 договор о сотрудничестве от 01.11.2015 не предоставлял ФИО2 тех полномочий, реализуя которые, он мог бы определять действия ОАО «Киров-Лада» и ООО «Кировская меховая компания». Суд неверно оценил действия ФИО2, в связи с чем, необоснованно наделил его статусом заинтересованного лица. 

В дополнении к апелляционной жалобе апеллянт указывает на историю взаимоотношений ФИО2, ФИО4 и ФИО5, ссылается на недобросовестность действий ФИО5 и ФИО4, в процедуре банкротства ООО «Кировская меховая компания».

Также апеллянт заявил об истребовании из 3-го отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Кировской области постановления о прекращении уголовного дела №12202330021000017.

ФИО5 в отзыве на апелляционную жалобу просит в ее удовлетворении отказать.

Указывает, что на дату совершения оспариваемой сделки ООО «Кировская меховая компания» имело неисполненные обязательства перед ОАО «Киров-Лада» в сумме 20 290 000 рублей. Перечисление должником денежных средств ИП ФИО2, по сути, являлось безвозмездным, какие-либо правовые и фактические основания для возмещения расходов ответчику, на что указано в назначении оспариваемого платежа, отсутствовали. ФИО2 не мог не знать о цели причинения вреда кредитору должника, поскольку он фактически осуществлял полномочия руководителя ОАО «Киров-Лада» на основании договора о сотрудничестве (совместной деятельности) от 01.11.2015. Также ФИО2 являлся акционером ОАО «Киров-Лада». Факт несения ИП ФИО2 расходов за должника материалами дела не подтвержден. Характер действий должника и ответчика нельзя назвать экономически обоснованным поведением добросовестных хозяйствующих субъектов. Реальность поставки майнингового оборудования должнику вызывает сомнения. Вопреки доводам заявителя, обстоятельства, установленные судом в рамках обособленного спора №А28-17422/2019-27. не имеют преюдициального значения для настоящего дела. Если факт не был предметом разбирательства и не являлся предметом доказывания по делу, то он не имеет преюдициального значения для суда, рассматривающего другое дело по спору №А28-17422/2019 между теми же сторонами. В данном случае в рамках рассмотрения обособленного спора №А28-17422/2019-27 судами первой и апелляционной инстанций не исследовались обстоятельства наличия/отсутствия правоотношений между ООО «Кировская меховая компания» и ООО «Техносерв Консалтинг» по поставке оборудования. На основании изложенного суд пришел к выводу о недоказанности факта поставки ООО «Техносерв Консалтинг» майнингового оборудования должнику.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 22.06.2023 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 23.06.2023.

В судебном заседании обеспечено участие конкурсного управляющего должником, представителей ФИО2, ФИО5, собрания кредиторов, которые поддержали вышеизложенное.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

С учетом положений статей 159 184, 185 АПК РФ судом апелляционной инстанции рассмотрено ходатайство апеллянта об истребовании доказательств по делу и отклонено, о чем вынесено протокольное определение.  

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, 11.01.2018 ООО «Кировская меховая компания» перечислило на счет ИП ФИО2 денежные средства в сумме 11 603 665 рублей с назначением платежа «Возмещение расходов плательщика по договору купли-продажи оборудования ASIC Antminer S9 от 07.12.2017».

Согласно протоколу общего собрания участников ООО «Кировская меховая компания» от 05.02.2018 участники приняли решение ликвидировать общество в связи с нерентабельностью, ликвидатором назначен ФИО7, срок ликвидации – 4 месяца с момента принятия решения о ликвидации.

Определением суда от 16.12.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кировская меховая компания».

Решением Арбитражного суда Кировской области от 29.07.2020 ООО «Кировская меховая компания» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Полагая, что указанный платеж от 11.01.2018 имеет признаки подозрительной сделки в соответствии со статьей 61.2 Закона о банкротстве, а также сделки, совершенной при злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, счел их подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), в частности, действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе, наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 Постановления № 63 указано, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Согласно данным нормам Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (пункт 6 Постановления № 63).

Согласно пункту 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, презумпция добросовестности является опровержимой. Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Из материалов дела следует, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 16.12.2019, оспариваемая сделка совершена 11.01.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как отмечалось ранее, денежные средства в сумме 11 603 665 рублей перечислялись должником ИП ФИО2 11.01.2018 с назначением платежа «Возмещение расходов плательщика по договору купли-продажи оборудования ASIC Antminer S9 от 07.12.2017».

Конкурсный управляющий в обоснование причинения вреда кредиторам  и должнику в результате совершения оспариваемой сделки ссылался на то, что должнику не было представлено ответчиком встречное исполнение. 

В свою очередь ответчиком в подтверждение исполнения перед ООО «Кировская меховая компания» со своей стороны обязательств в материалы дела были представлены:

- копия агентского договора от 07.12.2017, согласно которому ООО «Кировская меховая компания» в лице директора ФИО7 (принципал) поручило, а ИП ФИО2 (агент) принял на себя обязательство за вознаграждение совершить от имени и за счет принципала комплекс юридических и фактических действий, направленных на приобретение и дальнейшую продажу оборудования ASIC S9 (далее - оборудование). В силу пункта 2.1 агентского договора агент обязался, в том числе: осуществить поиск лиц, потенциальных продавцов и покупателей; приобрести оборудование у одного или нескольких продавцов/поставщиков путем заключения договора купли-продажи или поставки, осуществить оплату, принять и передать оборудование принципалу; организовать доставку оборудования в г. Киров. В пункте 2.2 агентского договора предусмотрено право агента заключать предварительные договоры купли-продажи, основной договор купли-продажи, договор поставки, соглашения о задатке, иные договоры, а также принимать или передавать по ним денежные средства;

- договор поставки оборудования от 07.12.2017, согласно которому ООО «Техносерв Консалтинг» (поставщик) обязалось поставить оборудование, а ООО «Кировская меховая компания» (покупатель) в лице ФИО2 – принять и оплатить вычислительное оборудование (Antminer S9 14Т) в количестве 65 единиц (далее – товар). В пунктах 2.1-2.3 договора предусмотрено, что поставка оборудования осуществляется поставщиком в течение 150 рабочих дней с даты поступления оплаты по договору. Поставка оборудования осуществляется со склада поставщика. Приемка-передача оборудования подтверждается подписанием покупателем либо указанным им лицом товарной накладной. Датой поставки оборудования является дата подписания сторонами товарной накладной без замечаний. В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость оборудования составляет 17 300 000 рублей. Покупатель осуществляет авансовый платеж общей стоимости оборудования согласно выставленному счету поставщика. Расчеты осуществляются безналичными банковскими переводами в российских рублях по реквизитам, указанным в счете на оплату, наличными денежными средствами либо иным способом, в том числе через третьих лиц. Стороны признают, что действия третьих лиц, направленные на исполнение обязательств покупателя по настоящему договору одобрены покупателем, и не требуют предоставления отдельного документа. Поставщик не вправе отказаться от принятия исполнения от третьего лица за покупателя по причине отсутствия у такого лица отдельного документа, подтверждающего полномочия;

-приходный кассовый ордер от 19.12.2017 № 274, согласно которому ООО «Техносерв Консалтинг» приняло наличные денежные средства в сумме 2 300 000 рублей от ООО «Кировская меховая компания» через ФИО2, основание – договор поставки оборудования от 07.12.2017;

-приходный кассовый ордер от 21.12.2017 № 283, согласно которому ООО «Техносерв Консалтинг» приняло наличные денежные средства в сумме 5 000 000 рублей от ФИО8 за ООО «Кировская меховая компания», основание – договор поставки оборудования от 07.12.2017;

-акт приема-передачи векселей от 19.12.2017, подписанный между ООО «Техносерв Консалтинг» и ООО «Кировская меховая компания» в лице ФИО2, согласно которому в счет расчетов по договору поставки оборудования от 07.12.2017 ФИО2 передал, а ООО «Техносерв Консалтинг» приняло простые векселя Сбербанка России в количестве 10 штук на общую сумму 10 000 000 рублей (каждый номиналом 1 000 000 рублей; дата срока платежа по векселю – по предъявлении, но не ранее 2,5 декабря 2014 г., конец срока платежа – 2,5 декабря 2015 г.);

- товарная накладная от 11.09.2018 № 725/86, согласно которой ООО «Кировская меховая компания» в лице директора ФИО7 приняло от ООО «Техносерв Консалтинг» товар Antminer S9 14Т в количестве 65 единиц на общую сумму 17 299 945 рублей.

Однако конкурсный управляющий ООО «Кировская меховая компания» в суде первой инстанции ходатайствовал о назначении судебно-технической экспертизы давности изготовления документов. Определением Арбитражного суда Кировской области от 01.08.2022 ходатайство удовлетворено, назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению от 24.01.2023 № 4212/4247/08-3 эксперт пришел к следующим выводам:

-дата, указанная в акте приема-передачи векселей от 19.12.2017, составленном между ООО «Техносерв Консалтинг» в лице ФИО9 (поставщик) и ФИО2, действующим от имени и в интересах покупателя - ООО «Кировская меховая компания», не соответствует дате составления документа; исследуемый документ составлен не ранее августа 2019г.;

-дата, указанная в товарной накладной от 11.09.2018 № 725/86, не соответствует дате составления документа; исследуемый документ составлен не ранее августа 2020г.;

-установить давность составления приходного кассового ордера от 19.12.2017 № 274 не представляется возможным, поскольку: печатный текст не пригоден для применения методики ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 «Методика определения давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей» (реквизиты не содержат в качестве основных компонентов высококипящие летучие растворители); подпись с расшифровкой в строке «Главный бухгалтер» и подпись в строке «Получил кассир» не пригодны для применения вышеуказанной методики (недостаточно штрихового материала); оттиск круглой печати ООО «Техносерв Консалтинг» не пригоден для применения вышеуказанной методики (летучий растворитель в штрихах отсутствует);

-акт приема-передачи векселей от 19.12.2017, товарная накладная от 11.09.2018 № 725/86 и приходный кассовый ордер от 19.12.2017 № 274 подвергались внешнему агрессивному световому и/или термическому воздействию; характер проявления признаков указанных видов воздействия на рукописные реквизиты, при отсутствии признаков воздействия на печатные реквизиты, оттиски круглых печатей и бумагу документов, не исключает возможности их появления в процессе «жизни» документов; признаки внешнего агрессивного химического воздействия на реквизиты (печатный текст, рукописные реквизиты, оттиски круглых печатей) на основу (бумагу) отсутствуют.

Заключение эксперта соответствует требованиям статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, содержит все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, является ясным, выводы полными, заключение составлено квалифицированным экспертом, имеющим соответствующее образование, специальность и стаж работы и обладающим специальными познаниями, выводы эксперта в достаточной степени обоснованы и мотивированы, не содержат противоречий.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о недостоверности сведений, изложенных в экспертном заключении, ответчиком не представлено. Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

При этом судом апелляционной инстанции нарушений порядка проведения экспертизы не установлено, соответственно, с учетом официальных разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» у суда отсутствуют основания сомневаться в достоверности результатов исследования.

Таким образом, с учетом заключения судебной экспертизы товарная накладная от 11.09.2018 № 725/86 составлена не ранее августа 2020 г., то есть после признания ООО «Кировская меховая компания» банкротом и утверждения конкурсного управляющего – в период инициирования настоящего обособленного спора об оспаривании сделки должника.

Кроме того, апелляционный суд учитывает, что ООО «Техносерв Консалтинг» не представлено доказательств приобретения оборудования, впоследствии поставленного ООО «Кировская меховая компания», а из представленных по запросу суда банковских выписок по счетам не усматривается, что должник являлся контрагентом данного общества.

Изложенное не позволяет суду апелляционной инстанции признать товарную накладную от 11.09.2018 № 725/86 надлежащим доказательством поставки оборудования в адрес должника.

Представленные ответчиком видеоматериалы также обоснованно не признаны судом первой инстанции относимыми и допустимыми доказательствами по делу, поскольку не позволяют установить ни дату, ни место происходящих на видео событий, ни тем более идентифицировать спорное оборудование.

Показания свидетеля ФИО15, подтвердившего факт поставки майнингового оборудования должнику, правомерно отклонены судом первой инстанции на том основании, что указанные показания не могут восполнить отсутствие допустимых письменных доказательств.  Доводы ответчика о том, что оборудование было похищено ФИО5 не нашли документального подтверждения.

Ссылка апеллянта на обстоятельства, установленные судом в рамках рассмотрения обособленного спора об истребовании у ликвидатора ООО «Кировская меховая компания» ФИО7  документации должника, подлежит отклонению на основании нижеследующего.

Действительно, вступившим в законную силу постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 суд обязал ФИО7 передать конкурсному управляющему ООО «Кировская меховая компания» ФИО4 в том числе  оборудование для майнинга ASIC Antminer S9 14Т в количестве 70 единиц, сопутствующее оборудование.

Однако высшими судебными инстанциями неоднократно высказывалась правовая позиция, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, то оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело. В том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод. При этом иная оценка может следовать, например, из иного предмета судебного рассмотрения, иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение по первому делу. (пункт 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57, пункт 4 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22).

В рамках настоящего обособленного спора подлежат установлению обстоятельства, которые не были предметом исследования и оценки судов при рассмотрении ранее требований конкурсного управляющего об истребовании документации должника у ликвидатора (обстоятельства заключения и исполнения агентского договора, договора поставки оборудования, его оплаты), в то же время оценка данных обстоятельств в рамках настоящего обособленного спора позволяет суду прийти к иным выводам.

Оснований полагать, что ИП ФИО2 перечислил денежные средства ООО «Техносерв Консалтинг» за ООО «Кировская меховая компания» по договору поставки оборудования от 07.12.2017, апелляционный суд также не усматривает.

Как отмечалось ранее, в подтверждение произведенной оплаты в материалы дела представлены приходный кассовый ордер от 19.12.2017 № 274 на сумму 2 300 000 рублей, акт приема-передачи векселей от 19.12.2017 на общую сумму 10 000 000 рублей.

Между тем, судебной экспертизой было установлено, что акт приема-передачи векселей от 19.12.2017 составлен не ранее августа 2019 г., кроме того акт приема-передачи векселей от 19.12.2017, приходный кассовый ордер от 19.12.2017 № 274 подвергались внешнему агрессивному световому и/или термическому воздействию.

При этом в ходе рассмотрения дела ответчик не пояснил, у кого, когда и при каких обстоятельствах он приобрел векселя, указанные в акте от 19.12.2017, а из ответа ПАО «Сбербанк России» и приложенных к нему справкам по векселям следует, что в качестве первых держателей векселей указаны иные лица, векселя к оплате не предъявлялись, списаны в декабре 2018г. Представитель ООО «Техносерв Консалтинг» также не пояснил когда и с кем был произведен расчет с помощью векселей.

Более того, в силу правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце 3 пункта 26 постановления от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В подтверждение финансовой состоятельности ФИО2 указал на получение им денежных средств от продажи объектов недвижимости, представил: 

-договор купли-продажи от 02.03.2018, заключенный между ответчиком (продавец) и ФИО16 (покупатель) в отношении нежилого помещения; согласно пункту 2.1 договора стоимость объекта составила 10 000 000 рублей, расчет произведен в полном объеме до подписания договора, в связи с чем договор имеет силу расписки;

-договор купли-продажи от 29.05.2018, заключенный между ответчиком (продавец) и ИП ФИО17 (покупатель) во исполнение условий предварительного договора от 30.11.2017; согласно пункту 2.1 договора стоимость объектов составила 4 600 000 рублей (4 200 000 рублей – стоимость помещения, 400 000 рублей – стоимость земельного участка), расчет произведен полностью до подписания договора (в предварительном договоре купли-продажи от 30.11.2017 стороны предусмотрели следующий порядок оплаты: 2 500 000 рублей - в течение 30 дней с момента подписания договора, 2 100 000 рублей - до заключения основного договора купли-продажи).

Однако указанные договоры купли-продажи заключены позднее предполагаемой даты передачи денежных средств (19.12.2017); первичные документы, подтверждающие перечисления денежных средств покупателями не представлены.

В части нотариально удостоверенных пояснений ФИО16 о передаче ФИО2 денежных средств в течение ноября-декабря 2017 г. суд отмечает, что в отсутствие первичных документов данные пояснения не могут быть приняты во внимание, при этом  в соответствии со статьей 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, свидетельствуя подлинность подписи, нотариус удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе. 

Доводы ФИО2 о получении им от  ФИО18 20 000 000 рублей по договору займа 14.07.2017  не приняты судом во внимание, поскольку денежные средства по указанному договору были предоставлены ответчику почти за полгода до предполагаемой даты передачи денежных средств, при этом заем носил целевой характер.

Также судом отклонена ссылку ответчика на определение арбитражного суда по обособленному спору №А28-17422/2019-2. Данное определение не имеет преюдициального значения для рассмотрения настоящего дела, поскольку в рамках названного спора, исходя из совокупности представленных доказательств, судом установлен факт предоставления ФИО2 денежных средств по договору займа ФИО19, что не подтверждает наличие в распоряжении ответчика наличных денежных средств в сумме 2 300 000 рублей по состоянию на 19.12.2017.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции апелляционный суд не усматривает.

Следовательно, ответчиком надлежащим образом не подтверждено наличие у него возможности передать за должника третьему лицу единовременно 2 300 000 рублей.

Таким образом, факт несения ИП ФИО2 расходов за должника материалами дела не подтвержден.

Учитывая изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что должником денежные средства в сумме 11 603 665 рублей перечислялись ИП ФИО2 безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного исполнения.

При этом на дату совершения спорного платежа должник и ответчик являлись аффилированными лицами.

Так в соответствии с решением единственного участника ООО «Кировская меховая компания» от 03.10.2016 № 2 в состав участников общества принято ОАО «Киров-Лада». 10.10.2016 в ЕГРЮЛ внесены соответствующие сведения о новом участнике ООО «Кировская меховая компания», его доле в уставном капитале.

01.11.2015 ОАО «Киров-Лада» и ИП ФИО2 пописали договор о сотрудничестве (совместной деятельности), который, как отражено в самом договоре, содержит условия сотрудничества, предоставления займа, агентские отношения и заключен в целях обеспечения рационального управления имуществом, ресурсами и денежными средствами, принадлежащими каждой из сторон, использования такого имущества в общих интересах и извлечения прибыли. В целях рационального использования объектов недвижимости ОАО «Киров-Лада» предоставило ИП ФИО2 права проводить переговоры по продаже и сдаче в аренду объектов, заключать от своего имени договоры с любыми ресурсоснабжающими компаниями, осуществлять оплату энергоресурсов, заключать от своего имени договоры на выполнение работ, оказания услуг, поставки материалов в отношении объектов, производить за счет собственных средств оплату по таким договорам, заключать от своего имени договоры аренды объектов, осуществлять в полном объеме полномочия арендодателя по таким договорам, погашать задолженность общества перед третьими лицами, в том числе перед бюджетом, представлять интересы в судебных органах, в том числе по вопросам взыскания задолженности. Кроме того, общество предоставило ИП ФИО2 право самостоятельно определять условия договоров, заключение которых предусмотрено названным договором. В соответствии с пунктами 3.1, 3.2 договора все финансовые расходы индивидуального предпринимателя являются для общества займом. Срок действия договора о сотрудничестве – 5 лет.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 10.12.2018 по делу № А28-10838/2018, вступившим в законную силу, предписано внести запись в реестр акционеров ОАО «Киров-Лада» о переходе права ООО «Сервисно-торговый центр» на обыкновенные акции ОАО «Киров-Лада» общим количеством 1350 штук к ФИО2 Решение основано на договоре купли-продажи акций от 07.09.2016.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 20.12.2018 по делу № А28-10292/2018, вступившим в законную силу, предписано внести запись в реестр акционеров ОАО «Киров-Лада» о переходе права ФИО20 на обыкновенные акции ОАО «Киров-Лада» общим количеством 1320 штук к ФИО2 Решение основано на договоре купли-продажи акций от 26.12.2016.

Решением Арбитражного суда Кировской области от 27.05.2019 по делу №А28-10837/2018, вступившим в законную силу, предписано внести запись в реестр акционеров ОАО «Киров-Лада» о переходе права ФИО21 на обыкновенные акции ОАО «Киров-Лада» общим количеством 1150 штук к ФИО2 Решение основано на договоре купли-продажи акций от 27.04.2016.

В определении Арбитражного суда Кировской области от 20.07.2019 по делу №А28-13894/2017-83 по заявлению ООО УК «Синергия» о включении требований в реестр требований кредиторов ОАО «Киров-Лада» отражено, что в материалы дела представлены договоры аренды недвижимого имущества ОАО «Киров-Лада», арендодателем в которых выступал ИП ФИО2 Этим же определением установлено, что ФИО2, наряду с подконтрольными ему обществами, входит в одну группу лиц с ОАО «Киров-Лада».

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО2 являлся акционером ОАО «Киров-Лада», а также лицом, осуществлявшим с данным обществом совместную деятельность.

Учитывая, что ОАО «Киров-Лада» с октября 2016 года являлось учредителем должника, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу об аффилированности сторон по сделке.

Довод апеллянта о том, что решения о внесении записей в реестр акционеров ОАО «Киров-Лада» были приняты после спорного платежа, сам факт заключения договоров купли-продажи акций в 2016 году не опровергает.

Заключение ФИО2 договора о сотрудничестве от 01.11.2015, договоров купли-продажи акций, обстоятельства перечисления 11.01.2018 денежных средств должником ответчику  в совокупности также  свидетельствуют о фактической аффилированности ОАО «Киров-Лада», ФИО2 и ООО «Кировская меховая компания».

Суд также отмечает, что спорный платеж в пользу ИП ФИО2 был произведен за счет денежных средств, перечисленных 26.12.2017 ИП ФИО19 в сумме 13 337 000 рублей по договору купли-продажи недвижимого имущества от 26.12.2017.

По указанному договору должником продавалось административно-производственное здание стоимостью 18 500 000 рублей.

Данное недвижимое имущество ранее принадлежало ОАО «Киров-Лада» и согласно протоколу внеочередного общего собрания от 01.11.2016 № 3 было внесено ОАО «Киров-Лада» в качестве вклада в уставный капитал должника (балансовая стоимость 4 800 703 рубля 70 копеек). Недвижимое имущество от ОАО «Киров-Лада» к ООО «Кировская меховая компания» передано по акту приема-передачи от 02.11.2016; государственная регистрация перехода права собственности произведена 04.10.2017.

В последующем в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Киров-Лада» №А28-13894/2017 определением суда от 27.05.2019 сделка по отчуждению административно-производственного здания по решению общего собрания участников ООО «Кировская меховая компания» от 01.11.2016 признана недействительной, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Кировская меховая компания» в пользу ОАО «Киров-Лада» 20 290 000 рублей (рыночная стоимость здания).

Право требования ОАО «Киров-Лада» к ООО «Кировская меховая компания» на сумму 20 290 000 рублей реализовано на открытых торгах, проведенных в рамках процедуры банкротства, было приобретено ФИО5 Предъявив указанное требование к ООО «Кировская меховая компания» и не получив удовлетворения, ФИО5 10.12.2019 обратился в Арбитражный суд Кировской области с заявлением о признании ООО «Кировская меховая компания» несостоятельным (банкротом).

В настоящее время в реестр включен единственный кредитор – ФИО5 с суммой требования 20 315 000 рублей (основной долг).

Таким образом, в результате безвозмездного перечисления должником денежных средств аффилированному лицу ИП ФИО2, полученных от реализации имущества, приобретенного должником у ОАО «Киров-Лада»  по недействительной сделке, в последующем стало невозможно погашение ООО «Кировская меховая компания» задолженности перед ОАО «Киров-Лада»  (его правопреемника ФИО5).

 В свою очередь доводы апеллянта об отсутствии признаков неплатежеспособности должника и кредиторов на момент совершения сделки не могут быть приняты во внимание.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710 (4) по делу №А40-177466/2013 выражена правовая позиция, в соответствии с которой из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

С учетом изложенного, сами по себе доводы апеллянта об отсутствии на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности должника основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований являться не могут.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К таким основаниям может быть отнесен факт заключения спорной сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, заключение сделки с аффилированным лицом, что в своей совокупности является обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем, указанные обстоятельства могут служить основанием для констатации наличия у оспариваемой сделки состава подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, недоказанность установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций не может рассматриваться как единственное основание для отказа в удовлетворении заявления, в подобном случае суду надлежит исследовать все обстоятельства совершения сделок по общим процессуальным правилам доказывания.

Административно-производственное здание являлось единственным ликвидным активом ООО «Кировская меховая компания», за счет реализации которого должник мог бы рассчитаться по своим обязательствам. После совершения сделки по перечислению 11.01.2018 ответчику денежных средств в размере 11 603 665 рублей должник окончательно утратил возможность произвести расчеты с кредитором. 

Следовательно, материалами дела подтверждено, что в результате безвозмездного перечисления денежных средств аффилированному лицу стало невозможно удовлетворение требований ОАО «Киров-Лада».

При этом ИП ФИО2 на момент перечисления денежных средств 11.01.2018, являясь аффилированным лицом  с должником и ОАО «Киров-Лада», не мог не осознавать, что отчуждение имущества должнику по решению общего собрания участников ООО «Кировская меховая компания» от 01.11.2016 является недействительным и будет признано таковым в рамках уже возбужденного на 11.01.2018 дела о банкротстве ОАО «Киров-Лада». Действия сторон были направлены на вывод ликвидного имущества должника во избежание обращения на него взыскания.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно признал безналичный платеж со счета должника в пользу ответчика на сумму 11 603 665 рублей недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу ООО «Кировская меховая компания» денежных средств в сумме 11 603 665 рублей.

Иные доводы апелляционных жалоб не влияют на существо спора и не могут выступать в качестве оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 23.05.2023 по делу № А28-17422/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

 

Председательствующий                               

 

Судьи

 

Е.В. Шаклеина

 

А.С. Калинина

 

Н.А. Кормщикова