ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 

<

***>

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-11879/2017

г. Киров

02 июня 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 02 июня 2025 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Хорошевой Е.Н.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ахмедовой О.Р.,

при участии в судебном заседании:

конкурсного управляющего ФИО2, лично, по паспорту;

представителя ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 02.12.2024,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Советский мясокомбинат» ФИО2

на определение Арбитражного суда Кировской области от 12.03.2025 по делу № А28-11879/2017

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Советский мясокомбинат» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2 

к ФИО3 

о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделки,

установил:

решением Арбитражного суда Кировской области от 08.11.2023 (резолютивная часть определения объявлена 16.10.2023) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Советский мясокомбинат» (далее – ООО «Советский мясокомбинат», должник) введена процедура – конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, ФИО2).

29.10.2024 конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительными договора займа от 19.12.2016 №260, подписанного между ООО «Советский мясокомбинат» и ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик), и выплат денежных средств, произведенных ФИО3 в период с 23.01.2017 по 03.02.2017 из кассы ООО «Советский мясокомбинат» на общую сумму 1 300 000 рублей, а также применении последствий недействительности сделок – взыскании с ФИО3 в пользу конкурсной массы денежных средств в размере 1 300 000 рублей. 

Определением Арбитражного суда Кировской области от 12.03.2025 в удовлетворении требований отказано.

Конкурсный управляющий ООО «Советский мясокомбинат» ФИО2 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт – заявление конкурсного управляющего удовлетворить в полном объеме.

По мнению заявителя жалобы, неравноценное встречное исполнение обязательств со стороны ответчика заключается в получении от должника денежных средств в значительном размере на незаконных основаниях, без равноценного встречного исполнения обязательств (безвозмездно) при отсутствии однозначных и достоверных доказательств, подтверждающих фактическую передачу должнику денежных средств, а также финансовой возможности у ответчика предоставить должнику займ в указанной в спорном договоре сумме. Договор займа и квитанция к ПКО составлены формально в целях прикрытия реальных обстоятельств – последующий незаконный вывод в период с 28.01.2017 по 03.02.2017 наиболее ликвидных активов должника (денежных средств) в целях причинения имущественного вреда кредиторам. Ответчик имел доступ к наличным денежным средствам предприятия. Как утверждает апеллянт, денежные средства в сумме 1 430 000 руб. с назначением платежа «Торговая выручка» поступившие 19.12.2016 на расчетный счет из кассы, являются аккумулированными денежными средствами предприятия, полученными от реализации продукции, а не денежными средствами, поступившими по займу. На момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности) имущества. Ответчик знал о цели причинения вреда оспариваемыми сделками имущественным правам кредиторов, поскольку являлся заинтересованным лицом. По мнению апеллянта, у должника отсутствовала экономическая целесообразность и вообще необходимость в заключении спорного договора займа; договоры займа с иными работниками предприятия не заключались. Ответчиком также не раскрыты разумные экономические мотивы совершения спорной сделки. Оспариваемые сделки имеют признаки притворной сделки, так как направлены на цели, не связанные с указанными в платежных поручениях, а именно, на цели вывода активов (денежных средств) должника на заинтересованное лицо при отсутствии между сторонами сделок реальных хозяйственных отношений. Действия сторон необходимо квалифицировать как совершенные со злоупотреблением правом. 

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 21.04.2025 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 22.04.2025.

ФИО3 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что ответчик к числу заинтересованных либо аффилированных с должником лиц не относится. Доказательств того, что стороны по договору займа имели целью причинение вреда должнику, а их волеизъявление по такой сделке не совпадало с их внутренней волей или же их обоюдная воля на момент ее совершения не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий на заемные правоотношения, не представлено. Судом первой инстанции верно приняты пояснения свидетеля – бухгалтера-кассира общества ФИО5, что ежедневно с учетом лимитированного остатка денежных средств в кассе, наличные денежные средства зачислялись на расчетный счет должника с назначением операции «Торговая выручка». В доказательство предоставления займа должником ответчику была выдана квитанция к приходно-кассовому ордеру № 7228 от 19.12.2016, которая подписана сразу двумя на тот момент времени материально ответственными должностными лицами должника – главным бухгалтером ФИО6, а также кассиром ФИО5 По мнению ФИО3, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В судебном заседании конкурсный управляющий должника и представитель ответчика поддержали доводы жалобы и отзыва на нее.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Советский мясокомбинат» по заявлению кредитора возбуждено 31.10.2017. 

Определением Арбитражного суда Кировской области от 30.10.2020 (резолютивная часть от 23.10.2020) в отношении ООО «Советский мясокомбинат» введена процедура банкротства – наблюдение.

Решением суда от 08.11.2023 (резолютивная часть от 16.10.2023) ООО «Советский мясокомбинат» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

В ходе процедуры конкурсного производства из документов, полученных от органов управления должника, а так же документов, представленных 09.10.2024 в арбитражный суд ФИО3 в рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А28-11879/2017-16, конкурсному управляющему стало известно о взаимосвязанных подозрительных сделках – договоре займа от 19.12.2016 № 260, подписанного ООО «Советский мясокомбинат» с ФИО3, и выплатах ФИО3 в период с 28.01.2017 по 03.02.2017, произведенных из кассы предприятия в счет исполнения обязательств по спорному договору займа на общую сумму 1 300 000, 00 рублей. 

Как следует из материалов дела, 19.12.2016 между ФИО3 (займодавец) и ООО «Советский мясокомбинат» (заемщик) был заключен договор займа № 260, согласно которому займодавец передает заемщику в собственность денежные средства в сумме 1 300 000 рублей, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа вместе с причитающимися процентами в размере и сроки, обусловленные договором. 

Пунктом 2.2 договора установлено, что заемщик обязуется вернуть сумму займа в срок до 28.02.2017; возврат суммы займа будет осуществляться заемщиком в течение двух месяцев с момента получения всей суммы займа путем ежемесячной выдачи наличных денежных средств из кассы заёмщика в размере 650 000 рублей начиная с января 2017 г. 

Заемщик обязуется уплачивать проценты на сумму займа в размере 15 % годовых, проценты начисляются со дня, следующим за днем передачи всей суммы займа, по день ее возврата включительно (пункты 3.1, 3.2 договора). 

В материалы дела также представлена квитанция к приходно-кассовому ордеру от 19.12.2016 № 7728, согласно которой от ФИО3 по договору займа от 19.12.2016 № 260 были приняты должником денежные средства в сумме 1 300 000 рублей. 

Согласно Журналу проводок за 1 полугодие 2017 года ООО «Советский мясокомбинат» в период с 23.01.2017 по 03.02.2017 должником производилась выдача денежных средств из кассы в пользу ФИО3 со ссылкой на спорный договор займа.

Согласно позиции конкурсного управляющего, оспариваемые сделки (договор займа и выплата денежных средств по нему) совершены при наличии задолженности перед иными кредиторами, чьи требования в настоящий момент включены в реестр требований кредиторов.

Полагая, что сделки были направлены на уменьшение конкурсной массы должника и незаконный вывод активов должника при отсутствии правовых оснований и обязательств должника перед ФИО3, были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, и фактически привели к выбытию из конкурсной массы денежных средств, за счет которых могли быть погашены требования независимых кредиторов, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Арбитражный суд Кировской области не усмотрел правовых оснований для удовлетворения заявления. 

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и статьей 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов – уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, предусмотренных абзацами 3-5 вышеназванного пункта.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (абзац 4 пункта 9 Постановления № 63).

При этом, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2), равноценная сделка не может причинить должнику или его кредиторам вред по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25) разъяснено, что к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно (пункт 87 Постановления № 25).

В предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.11.2022 № 307-ЭС22-12875).

Как установлено в пункте 1 Постановления № 25, по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Судами установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Советский мясокомбинат» возбуждено 31.10.2017.  

Конкурсным управляющим оспариваются договор займа от 19.12.2016 и выплаты, произведенные ООО «Советский мясокомбинат» в пользу ФИО3 в период с 23.01.2017 по 03.02.2017, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание наличие у ООО «Советский мясокомбинат» на дату совершения сделок задолженности перед ИП ФИО7, Федеральной налоговой службой, ООО «Мясокомбинат Советск», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник на момент совершения сделок обладал признаками неплатёжеспособности.

Указанные выводы не оспорены и не опровергнуты надлежащими доказательствами. 

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Согласно статье 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2016 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Из материалов дела следует, что ФИО3 в период с 13.09.2010 по 24.07.2017 осуществлял трудовую деятельность в ООО «Советский мясокомбинат» в должности – менеджер по сбыту продукции, что подтверждается представленными в материалы дела документами: личной карточкой работника ФИО3, приказом (распоряжением) о переводе работника на другую работу от 13.09.2010, трудовым договором от 13.09.2010.

Суд первой инстанции учел позицию, изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 по делу № 307-ЭС19-18723(2,3), согласно которой необходимо выяснение наличия у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям) и пришел к верному выводу об отсутствии доказательств того, что должник и ответчик являются заинтересованными лицами по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве.

Доказательств осведомленности ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, об осведомленности совершения должником сделки с целью ущемления интересов кредиторов должника, не представлено.

Основные признаки контролирующих должника лиц сформулированы в статье 61.10 Закона о банкротстве и в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, их суть сводится к фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его действия.

Однако подобных доказательств в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ апеллянтом суду не представлено.

В материалах дела не имеется доказательств, свидетельствующих о том, что ответчик мог влиять на деятельность должника, контролировать и определять ее, иметь доступ к финансово-хозяйственной документации ООО «Советский мясокомбинат» и, как следствие, знать о финансовом положении должника.

Убедительных аргументов в подтверждение наличия у сторон сделки интереса действовать совместно в целях причинения вреда должнику заявителем не приведено.

С учетом изложенного судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности осведомленности ответчика о цели причинения вреда спорными сделками.

Само по себе наличие у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемых сделок не является обстоятельством, достаточным для вывода о их недействительности.

В обоснование финансовой возможности предоставления обществу займа ответчик указывает на то, что на дату оспариваемой сделки (выдачи займа) у него имелись сбережения, которые складывались из доходов от предпринимательской деятельности, которой ответчик ранее занимался (оптовая торговля), от доходов по договору купли-продажи от 04.09.2009 на сумму 900 000 руб. (реализовано помещение используемое в предпринимательской деятельности), личные сбережения от трудовой деятельности и от доходов супруги.

В доказательство предоставления займа на сумму 1 300 000 руб. должником ответчику была выдана квитанция к приходно-кассовому ордеру № 7228 от 19.12.2016, которая подписана работниками ООО «Советский мясокомбинат» – главным бухгалтером ФИО6, а также кассиром ФИО5

Ходатайств о фальсификации указанного доказательства не заявлено. 

Суд первой инстанции, проанализировав движения денежных средств по расчетному счету № 

<

***> должника в АО «Россельхозбанк», с учетом пояснений ответчика, а также в соответствии с перечнем условных обозначений (шифров) документов, проводимых по счетам в кредитных организация приложения 1 «Положения о правилах ведения бухгалтерского учета в кредитных организациях, расположенных на территории Российской Федерации» (утв. Банком России 16.07.2012 № 385-П), действующего на момент совершения сделки, установил, что цифровое обозначение «04» отражается по операциям денежных средств, поступивших наличными.  

Исходя из показаний свидетеля бухгалтера-кассира ФИО5 следует, что ежедневно с учетом лимитированного остатка денежных средств в кассе наличные денежные средства, зачислялись на расчетный счет должника с назначением операции «Торговая выручка». 

В анализируемый период (ноябрь-декабрь 2016 г.) по счету должника с кодом операции «04» и назначением платежа «Торговая выручка» совершались операции в среднем на сумму в размере 200 000 рублей. 

Однако 19.12.2016 (дата заключения спорного договора займа) на расчетный счет должника с ранее указанным аналогичным кодом операции и назначением платежа поступили денежные средства в размере 1 430 000 рублей, что многократно превышало поступления от средней выручки предприятия. 

Бесспорных доказательств того, что денежные средства в размере 1 430 000 руб. поступили на счет 19.12.2016 исключительно по результатам осуществления должником хозяйственной деятельности, а не за счет предоставленных обществу ФИО3 заемных средств, не представлено.

Таким образом, совокупность исследованных судами доказательств, не опровергают факт предоставления должнику займа и наличия финансовой возможности предоставить заем.

Следовательно, при наличии доказательств фактической возможности ответчика предоставить займ должнику, основаниями последующих перечислений в адрес ответчика явились конкретные правоотношения сторон по гражданско-правовому договору (возврат заемных денежных средств). 

При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что в рассматриваемом случае имели место реальные обязательственные отношения между должником и ответчиком в рамках заключенного договора займа.

Оспариваемые платежи представляют собой возврат ранее выданного займа по договору от 19.12.2016, оснований для одностороннего отказа должника от исполнения обязательств по возврату займа в данном случае не имелось.

Поскольку представленными в материалы дела доказательствами подтверждается предоставление ФИО3 денежных средств в пользу общества по договору займа в размере, соответствующем сумме возвращенных денежных средств, оснований для вывода об убыточности оспариваемых сделок у суда апелляционной инстанции не имеется. Отсутствие признака убыточности исключает признание платежей недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Однако необходимо учитывать, что нельзя оспаривать сделку, причиняющую вред кредиторам, на основании статей 10 и 168 ГК РФ, если она не выходит за рамки понятия подозрительной сделки (данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069).

Конкурсным управляющим должника не представлено доказательств, подтверждающих наличие пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (статьи 10, 168 ГК РФ, пункт 4 Постановления № 63, пункт 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»), в частности, того, что при совершении сделки стороны злоупотребили правом, фактически осуществляли вывод активов, преследуя цель не допустить обращения взыскания на имущество для расчетов с кредиторами должника, так и умысла сторон сделки на реализацию какой-либо противоправной цели.

Доказательства, свидетельствующие о заведомой противоправной цели совершения спорной сделки ее сторонами, об их намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника, в материалах дела отсутствуют. Добросовестность участников сделки предполагается, доказательств обратного суду не представлено.

По смыслу положений статьи 65 АПК РФ именно на стороне, заявляющей о недействительности сделки, лежит бремя доказывания обстоятельств, указывающих на то, что данная сделка в действительности не исполнялась, либо исполнялась формально без реального создания тех последствий, на достижение которых направленная соответствующая договорная конструкция, причинила вред иным лицам.

В условиях юридической или фактической аффилированности участников сделки, при установлении недостаточности имущества должника на момент совершения сделки, безвозмездного характера сделки, в отсутствие у конкурсного управляющего в силу объективных причин (например, непередача документов бывшим руководителем) документального обоснования совершенных платежей, бремя доказывания обратного переходит на лицо, в отношении которого оспаривается сделка (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.11.2022 № 305-ЭС22-14706(1,2)).

Однако из материалов дела не следует наличие совокупности вышеназванных обстоятельств.

Убедительных доводов и доказательств, подтверждающих необычный характер оспариваемых сделок, подозрительный характер суду не представлено.

При этом из пояснений ответчика следует, что в это же период займ обществу был также предоставлен ИП ФИО8 (договор от 20.12.2016).

Реальность договора займа от 19.12.2016 подтверждена фактическим исполнением его участниками, преследуемая сторонами цель сделки достигнута.

Утверждения конкурсного управляющего о притворности правоотношений не нашли своего документального подтверждения, учитывая выдачу займа ответчиком и его возврат должником.

Таким образом, поскольку реальность правоотношений сторон не опровергнута, судебная коллегия приходит к выводу о том, что материалами дела не подтверждается неравноценность встречного предоставления по оспариваемым сделкам либо причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате их совершения.

С учетом изложенного у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для признания сделок недействительными на основании статей 61.2 Закона о банкротстве, 10, 168, 170 ГК РФ.

Каких-либо новых доводов, а также достаточных и надлежащих доказательств, совокупность которых позволила бы апелляционному суду в рамках рассмотрения настоящего дела прийти к иному выводу, отличному от выводов суда первой инстанции, материалы настоящего дела не содержат.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы выводы суда первой инстанции не опровергают, а по существу сводятся к несогласию заявителя жалобы с оценкой судом обстоятельств дела. Между тем иная оценка заявителем жалобы установленных судом обстоятельств, а также иное толкование норм права не свидетельствуют о нарушении судом норм права и не может служить основанием для отмены судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы. 

Руководствуясь статьями 258, 268, 269 (пункт 1), 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Кировской области от 12.03.2025 по делу № А28-11879/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Советский мясокомбинат» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий                               

Судьи

Е.Н. Хорошева

ФИО9

ФИО1