АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru         

E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А83-33/2022

23 января 2023 года

город  Симферополь

 

Резолютивная часть решения объявлена 16 января 2023 года.

В полном объеме решение изготовлено 23 января 2023 года.

Арбитражный суд  Республики Крым в составе судьи Плотникова И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассматривает в открытом судебном заседании в помещении Арбитражного суда Республики Крым по адресу: 

<

...>, каб. 106 дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «МИ-2» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>),

о прекращении незаконного использования товарного знака, взыскании компенсации,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «МИ-2» с требованиями (с учетом уточнений от 21.10.21022, принятых судом 10.01.2023):

- обязать ответчика прекратить незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая»;

- обязать ответчика удалить за свой счет с киосков по розливу питьевой воды незаконно используемый товарный знак «Андреевская питьевая» или сходное с ним до степени смешения обозначение;

- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию за незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая» в размере 1 560 264 руб. 52 коп. 

Исковые требования основаны на положениях статей 1225, 1229, 1233, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав истца на товарный знак № 542926 «Андреевская питьевая» путем размещения на киосках по розливу воды обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком, право на который принадлежит истцу, в период с сентября 2021 года по 25.12.2021 без заключения с ИП Мигель А.Г. соответствующего лицензионного договора на право использования товарного знака истца. 

Определением от 11.01.2022 исковое заявление принято к производству, возбуждено производство по делу № А83-33/2022, назначено предварительное судебное заседание.

Протокольным определением от 03.03.2022, руководствуясь положениями статьи 137 АПК РФ, суд окончил стадию досудебной подготовки и перешел к судебному разбирательству.

Судебное разбирательство откладывалось.

Ответчик против исковых требований возражал, в частности ссылаясь на то, что им 17.11.2021 была подана заявка № 2021775235 в Федеральную службу по интеллектуальной собственности (Роспатент) на государственную регистрацию товарного знака «Андреевская Нова». Также указал, что истцом не обоснован размер заявленной ко взысканию компенсации, в том числе принимая во внимание, что у ответчика имелась устная договоренность с истцом о безвозмездном использовании товарного знака до конца 2021 года.

Исследовав представленные доказательства, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Из материалов дела следует, что индивидуальный предприниматель ФИО2 является обладателем исключительных прав на товарный знак № 542926 в виде словесного обозначения «Андреевская питьевая», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 542926, зарегистрированным 21.05.2015 в Государственном Реестре товарных знаков, знаков обслуживания Российской Федерации, приоритет товарного знака 14.02.2011, зарегистрированном в отношении товаров 32 и услуг 35 класса МКТУ, срок действия исключительного права продлен до 14.02.2031.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что по достигнутой договоренности между истцом и ответчиком срок безвозмездного пользования ООО «МИ-2» товарного знака «Андреевская питьевая» в своей хозяйственной деятельности был установлен до 31.08.2021.

По окончании указанного срока ответчик продолжил использовать товарный знак истца путем размещения спорного обозначения на нестационарных торговых объектах - киосках по розливу питьевой воды без заключения лицензионного договора на право использования товарного знака № 542926.

Истец направил ответчику письма с просьбой прекратить использование товарного знака № 542926 по истечении срока безвозмездного пользования ООО «МИ-2» либо заключить с ИП Мигель А.Г. лицензионный договор о предоставлении прав использования товарного знака с правообладателем, которые были получены представителем ответчика 09.04.2021 и 31.05.2021 соответственно, о чем свидетельствует почтовое уведомление с подписью о получении.

В связи с истечение срока безвозмездного пользования товарным знаком «Андреевская питьевая» истец обратился к ответчику с предложением о заключении договора о предоставлении права использования товарного знака № 542926 сроком с 01.09.2021 по 31.08.2022 на условия ежемесячной оплаты в размере 2000 руб. за каждый киоск в месяц либо прекратить незаконное использование товарного знака (письмо от 30.08.2021 № 20).

09.11.2021 истцом в адрес ответчика направлена претензия № 22 с требованием о прекращении нарушения исключительных прав истца и оплате компенсации за нарушение исключительных прав истца на товарный знак № 542926.

Указанная претензия получена ответчиком 26.11.2021, о чем свидетельствует почтовое уведомление с подписью о получении, однако оставлена ООО «Ми-2» без удовлетворения, что и послужило основанием для обращения ИП Мигель А.Г. в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Правоотношения истца и ответчика, связанные с защитой исключительных прав, регулируются положениями части 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из п. 1 ст. 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации). Правила ГК РФ о товарных знаках соответственно применяются к знакам обслуживания, то есть к обозначениям, служащим для индивидуализации выполняемых юридическими лицами либо индивидуальными предпринимателями работ или оказываемых ими услуг.

В соответствии со статьей 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Как указано в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. № 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

В обоснование факта размещения спорного обозначения на нестационарных торговых объектах – киосках по розливу питьевой воды, принадлежащих ответчику истцом предоставлены соответствующие фотоматериалы за период с 09.10.2021 по 12.12.2021, а также сведения из карты нестационарных торговых объектов.

Исключительные права истца на товарный знак № 542926 подтверждены соответствующим свидетельством.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Согласно правовой позиции выраженной в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы. Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При визуальном осмотре и сравнении обозначений, размещенных на киосках, принадлежащих ответчику с представленными истцом в материалы дела Свидетельством на товарный знак, судом установлено, что указанные обозначения сходны до степени смешения с товарным знаком истца на основании свидетельства № 542926. При визуальном и графическом сходстве охраняемого обозначения и обозначения размещенного на нестационарных торговых объектах ответчика, позволяют ассоциировать сравниваемые объекты один с другим.

Руководствуясь общим восприятием не отдельных элементов, а в целом (общим впечатлением), учитывая не только визуальное и графическое сходство, но и различительную способность, суд усматривает возможность реального их смешения в глазах потребителей.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование указанного товарного знака ответчиком в материалы дела не представлено.

Возражая против исковых требований, ответчик в частности ссылался на то, что 17.11.2021 им была подана заявка № 2021775235 на государственную регистрацию товарного знака «Андреевская Нова» в отношении товаров 32 класса МКТУ.

Однако согласно предоставленного суду ответа Федеральной службы по интеллектуальной собственности заявленное ООО «МИ-2» комбинированное обозначение «Андреевская Нова» сходно до степени смешения с товарным знаком «Андреевская питьевая», зарегистрированным на имя ФИО2 в отношении однородных товаров 32 класса, в связи с чем ООО «МИ-22» было отказано в регистрации заявленного обозначения «Андреевская Нова» в качестве товарного знака для всех заявленных товаров 32 класса.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу о наличии факта нарушения исключительного права истца на товарный знак № 542926.

ООО «МИ-2» доказательства в подтверждение использования обозначения, сходного до степени смешения с товарным знаком истца, на законных основаниях не представил. Договор о передаче Обществу исключительных прав на использование товарного знака № 542926 в материалы дела ответчиком не представлен.

Согласно пунктам 2, 3 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения.

 Лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

На основании вышеизложенного, принимая во внимание, что ответчиком нарушено исключительное право истца на товарный знак № 542926, суд считает, что исковые требования об обязании ответчика прекратить незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая» и обязании ООО «МИ-2» удалить за свой счет с киосков по розливу питьевой воды незаконно используемый товарный знак «Андреевская питьевая» или сходное с ним до степени смешения обозначение являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Способы защиты исключительных прав предусмотрены пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ. Одним из них является предъявление в порядке, предусмотренном ГК РФ, требования о возмещении убытков к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 ГК РФ (подпункт 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 23.04.2019 № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения.

В пункте 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 подчеркивается, что ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ определил компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «Андреевская питьевая» в размере 1 560 264 руб. 52 коп., то есть в размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Таким образом, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

Данная правовая позиция отражена в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П. 

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Таким образом, ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иной стоимости права использования соответствующего товарного знака, исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака суду необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем, за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования. 

На основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, суд устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, то суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, или иная территория); иные обстоятельства.

Заявляя исковые требования в порядке подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, истец (лицензиат) предоставил в материалы дела лицензионный договор № 1 от 22.04.2019, заключенный с обществом с ограниченной ответственностью «Крымский завод минеральной воды «Андреевский» (лицензиат). 

Согласно пункту 1.1 договора № 1 от 22.04.2019 лицензиату предоставляется простая (неисключительная) лицензия на использование товарного знака по свидетельству № 542926 в отношении всех товаров 32 класса и всех услуг 35 класса МКТУ, в отношении которых знак зарегистрирован.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаж, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении этих работ, на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В соответствии с пунктом 4.1. размер лицензионного вознаграждения, сроки платежей и порядок расчетов за предоставление права на использование товарного знака по свидетельству № 542926 определены Соглашением о порядке расчетов за предоставление права использования товарного знака.

Согласно пункту 2 Соглашения о порядке расчетов за предоставление права использования товарного знака лицензиат за предоставление права на использование товарного знака «Андреевская питьевая», свидетельство № 542926 обязуется оплатить лицензиару лицензионное вознаграждение из расчета 2,00 рубля, НДС не облагается, за каждый реализованный литр продукции лицензиата.

Указанный договор, недействительным не признан, о его фальсификации лицами, участвующими в деле, не заявлено, из числа доказательств по делу он не исключен. Какие-либо иные лицензионные договоры или иные сведения о цене, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование спорного товарного знака, в материалы дела не представлены. 

Из материалов дела следует, что при расчете размера компенсации истец исходил из того, что на основании лицензионного договора № 1 от 22.04.2019 ООО «Крымский завод минеральной воды «Андреевский» выплатило истцу вознаграждение в размере 8 198 000 руб. за период с 01.05.2019 по 31.12.2020, соответственно среднемесячных размер вознаграждения за пользование товарным знаком «Андреевская питьевая» составил 409 900 руб. Размер компенсации произведен истцом за период с 01.09.2021 по 25.12.202 из расчета 409 900 руб. в месяц. Таким образом, размер заявленной ко взысканию компенсации составил 1 560 264 руб. 52 коп. из расчета размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака. 

Поскольку доказательства заключения иных лицензионных договоров в материалы дела не представлено, а суд не вправе изменять выбранный истцом порядок определения компенсации за использование товарного знака, суд считает возможным использовать положения указанного лицензионного договора для расчета размера компенсации в порядке пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. 

Заявление о снижении размера компенсации от ответчика не поступало.

На основании изложенного требование о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая» подлежит удовлетворению в заявленном размере 1 560 264 руб. 52 коп.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. 

Размер государственной пошлины по заявленным исковым требованиям составляет 40 603 руб.

Истцом при обращении с иском в суд оплачена государственная пошлина в размере 28 603 руб.

Таким образом, на основании ст. 110 АПК РФ расходы истца по оплате государственной пошлины в размере 28 603 руб. подлежат отнесению на ответчика, а государственная пошлина в размере 12 000 руб. подлежи взысканию с ООО «МИ-2» в доход федерального бюджета. 

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд                                                           

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить полностью.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «МИ-2» прекратить незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая».

Обязать общество с ограниченной ответственностью «МИ-2» удалить за свой счет с киосков по розливу питьевой воды товарный знак «Андреевская питьевая» или сходное с ним до степени смешения изображение.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МИ-2» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 компенсацию за незаконное использование товарного знака «Андреевская питьевая» в размере 1 560 264 руб. 52 коп.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МИ-2» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 28603 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МИ-2» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 12 000 руб.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Республики Крым в порядке апелляционного производства в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд (299011, 

<

...>) в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

 

Судья                                                                                                       И.В. Плотников