РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-129824/24-159-928

г. Москва

24 октября 2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 02 октября 2024года

Полный текст решения изготовлен 24 октября 2024 года

 

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судьи Константиновской Н.А., единолично,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Бахматовой Е.А.

рассмотрев в  судебном заседании дело

по иску Индивидуального предпринимателя ФИО1

к ФИО2

к ФИО3

о взыскании 597 901,64 руб.

при участии:

от истца: неявка

от ответчика: неявка

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков   по обязательствам ООО «Каралети».

Стороны, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства в судебное заседание не явились. Суд рассматривает дело в соответствии со ст.156 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,  02 апреля 2018 г. Инспекция ФНС России № 25 по г. Москве зарегистрировано ООО «Каралети».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2020 г. по делу № А40-34727/19 ООО «ДБА-ГРУПП» (ИНН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020 г. по делу № А40-34727/19-74-45Б признана недействительной сделка ООО «ДБА-ГРУПП» по перечислению денежных средств в размере 597 901 руб. 64 коп. в пользу ООО «Каралети».

25 января 2021 г. взыскателю ООО «ДБА-ГРУПП» арбитражным судом города Москвы по делу № А40-34727/19-74-45Б на вышеуказанный судебный акт выдан исполнительный лист ФС № 037799081.

19 марта 2021 г. УФССП России по городу Москва вынесено Постановление № 28674/21/77005-ИП о возбуждено исполнительного производствами взыскании   с должника ООО «Каралети» в пользу взыскателя ООО «ДБА-ГРУПП» денежной суммы в размере 597 901,64 рублей.

28 марта 2022 г. УФССП России по городу Москва вынесено Постановление обокончании исполнительного производства в отношении должника на основании пункта3 части 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительномпроизводстве» (если невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях), в отношении должника вынесены также и другиеПостановления об окончании исполнительных производств.

12 сентября 2023 г. между ООО «ДБА-Групп» (ИНН 

<

***>) «Цедентом», в лице Конкурсного управляющего ФИО4, действующей на основании Решения Арбитражного суда города Москвы от 12.02.2020 г., Определения Арбитражного суда города Москвы от 17.02.2023 г. по делу № А40-34727/19 и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ОГРНИП 

<

***>) «Цессионарием» действующего на основании Листа записи Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, заключен договор уступки права требования (цессии) № 1209/23-1 в соответствии с которым «Первоначальный кредитор» передает «Новому кредитору» в полном объеме права требования ООО «ДБА-Групп» (ИНН 

<

***>) к Должнику ООО «Каралети» (ИНН 

<

***>) в размере 597 901,64 рублей, подтвержденное Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020 г. по делу № А40-34727/19-74- 45Б.

30 ноября 2023 г. арбитражным судом города Москвы по делу № А40-34727/19-74-45Б произведена замена первоначального кредитора ООО «ДБА-ГРУПП» на правопреемника ИП ФИО1

29 ноября 2023 г. в ЕГРЮЛ внесена запись о прекращении деятельности должника ООО «Каралети» в административном порядке (в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом  лице, в отношении которого внесена запись о недостоверности).

Таким образом, на момент исключения ООО «Каралети» из ЕГРЮЛ, у него имелась подтвержденная вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда города Москвы от 30.12.2020 г. по делу № А40-34727/19-74-45Б задолженность перед кредитором в размере 597 901,64 рублей.

В соответствии с выпиской ЕГРЮЛ следует, что исполнительным органом ООО «Каралети» (ИНН 

<

***>) с 18 июня 2018 г. являлась ФИО5     (ИНН 

<

***>),            учредителем   -   участником   100  %  доли ООО «Каралети» с 02 апреля 2018 г. являлся ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Следовательно, ФИО2, а также ФИО3 являются лицами, контролирующими вышеназванного должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

05 марта 2024 г. ИП ФИО1 направил в адрес ответчиков претензии о необходимости возместить истцу солидарно в порядке субсидиарной ответственности причиненные убытки по обязательствам ликвидированного юридического ООО «Каралети»   в общей сумме 597 901,64 рублей.

Однако, до настоящего времени претензии ответчиками не получены, денежные средства на расчетный счет истца не поступали.

Истец считает, что ответчики - ФИО5, а также ФИО3 несут субсидиарную ответственность по обязательствам исключенного из ЕГРЮЛ ООО «Каралети» перед истцом в сумме непогашенных требований.

Истец полагает, что недобросовестность и неразумность действий (бездействий) Ответчиков выразилась в следующем:

- зная о наличии перечисленных первоначальным кредитором денежных средств на расчетный счет ООО «Каралети», ответчики не предприняли никаких действий, направленных на возврат денежных средств, что является неразумным поведением;

- после вступления в законную силу судебного акта, ответчики не предприняли никаких действий по его исполнению;

- неисполнения ответчиками обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «Каралети» несостоятельным (банкротом);

- непредставление ответчиками за 2021, 2022 год необходимых документов отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;

- непринятие ответчиками никаких действий по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений об адресе ООО «Каралети»;

- обладая информацией о наличии у должника ООО «Каралети» задолженности перед кредиторами ответчики не приняли меры к направлению в налоговый орган заявления о невозможности принудительной ликвидации юридического лица либо отмене процедуры исключения вышеуказанного общества из ЕГРЮЛ;

- отсутствие цели восстановления платежеспособности ООО «Каралети»;

- наличия непогашенной задолженности перед истцом, иными кредиторами и уполномоченным органом на момент исключения должника из Единого государственного реестра юридических лиц, является так же неразумным и недобросовестным поведением ответчиков.

Истец считает, что ФИО5, являясь исполнительным органом ООО «Каралети» в период осуществления своих полномочий действовала неразумно, либо недобросовестно, в частности, надлежащим образом не осуществляла должный контроль за обществом, так зная о наличия у общества непогашенных обязательств перед кредиторами не извещала кредиторов о невозможности обществом исполнять принятые обязательства, при наличии признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества у общества, не предпринимала никаких действий к ее погашению, являясь исполнительным органом должника не предоставляла в ИФНС бухгалтерскую отчетность за 2021- 2022 гг., не обратилась в установленный законом срок в суд с заявлением о признании должника банкротом; не приняла меры к направлению в налоговый орган заявления о невозможности принудительной ликвидации юридического лица либо отмене процедуры исключения вышеуказанного общества из ЕГРЮЛ.

При этом  ФИО3 являясь учредителем ООО «Каралети» также действовал неразумно, либо недобросовестно, в частности, надлежащим образом не осуществляли должный контроль за обществом, так зная о наличия у общества непогашенных обязательств перед кредиторами не извещала кредиторов о невозможности обществом исполнять принятые обязательства, при наличии признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества у общества, не предпринимал никаких действий к ее погашению; не инициировал требования закона о проведения общего собрания участника общества «Каралетти» для принятия решения об обращении в установленный законом срок в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом либо добровольной ликвидации ООО «Каралети»; не принял действий по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений о юридическом адресе; не принял меры к направлению в налоговый орган заявления о невозможности принудительной ликвидации юридического лица либо отмене процедуры исключения вышеуказанного общества из ЕГРЮЛ.

Кроме того, зная об обязательствах должника перед истцом и иными кредиторами, а также об отсутствии хозяйственной деятельности, ответчики в нарушение требований пункта 4 ст. 21.1 Федерального закона о государственной регистрации не предприняли меры к направлению в налоговый орган заявления о невозможности принудительной ликвидации юридического лица либо отмене процедуры исключения вышеуказанного общества из ЕГРЮЛ, такое бездействие ответчиков является противоправным и доказывает наличие вины в причинении убытков кредиторам юридического лица.

Не проявление должной меры заботливости и осмотрительности со стороны ответчиков к ООО «Каралети» повлекло так же за собой не соблюдение прав и законных интересов истца как кредитора и причиненных ему убытков, действуя неразумно и недобросовестно ответчики неправомерно лишили кредитора возможности взыскать задолженность в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать в деле о банкротстве общества, в том числе требовать привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Таким образом, истец указал, что ответчики не предприняли никаких действий направленных к погашению задолженности перед истцом.

На основании изложенного,  истец просил взыскать солидарно с ФИО2, ФИО3 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 убытки в размере 597 901,64 рублей.

Полагая, что в результате действий (бездействия) указанных лиц истец лишен возможности взыскать с названного юридического лица образовавшуюся задолженность, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, приходит к выводу об удовлетворении иска ввиду следующего.

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) исключение общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ) для отказа основного должника от исполнения обязательства; в данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц по решению регистрирующего органа в порядке статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры.

Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Предусмотренная пунктом 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников  оборота (статья 1064 ГК РФ) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №I (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.07.2020 №305-ЭС 19-17007(2)).

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1,401 и 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. Необходимо учитывать приведенные в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 обстоятельства, при которых недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, а также пункта 3 указанного постановления Пленума, где перечислены обстоятельства, при которых считается доказанной неразумность действий (бездействия) директора.

Из материалов дела следует, что исполнительным органом ООО «Каралети» с 18 июня 2018 г. являлась ФИО5,      учредителем   участником   100  %  доли ООО «Каралети» с 02 апреля 2018 г. являлся ФИО3.

Действующим законодательством предусмотрены способы защиты нарушенных прав кредиторов юридического лица, в случае ликвидации последнего, в том числе путем привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролировавших деятельность ликвидированного юридического лица (пункт 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункт 3 ст. 64.2, ст. 53.1 ГК РФ.)

В соответствии с пунктом 4 статьи 53.1. ГК РФ в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1-3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно. В силу статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

Следовательно, ФИО2, а также ФИО3 являются лицами, контролирующими вышеназванного должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьями 307 и 309 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.  Обязательства возникают, в том числе из договоров и других сделок. Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Согласно положениям статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 56 ГК РФ учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом.

Согласно пункту 1 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом при этом исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса (ч.З).

Часть 3.1 ст. 3 ФЗ от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» устанавливает, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В соответствии с пунктом 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Конституционный Суд РФ в своем Постановлении от 21.05.2021 г. № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО6» указал следующее: «По смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика»

Как отмечено в Постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 № 20-П. наличие доли участия в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не только означает принадлежность ее обладателю известной совокупности прав, но и связывает его определенными обязанностями (Определение от 3 июля 2014 года № 1564-0).

Гражданское законодательство, регламентируя правовое положение коммерческих корпоративных юридических лиц, к числу которых относятся общества с ограниченной ответственностью, также четко и недвусмысленно определяет, что участие в корпоративной организации приводит к возникновению не только прав, но и обязанностей (пункт 4 статьи 65.2 ГК Российской Федерации).

Корпоративные обязанности участников сохраняются до прекращения юридического лица - внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц. Ряд из них непосредственно связан с самим завершением деятельности организации -это обязанности по надлежащему проведению ликвидации юридического лица.

В пункте 2 статьи 62 ГК РФ закреплено, что учредители (участники) юридического лица независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица; при недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия за свой счет.

В случае недостаточности имущества организации для удовлетворения всех требований кредиторов ликвидация юридического лица может осуществляться только в порядке, предусмотренном законодательством о несостоятельности (банкротстве) (пункт 6 статьи 61, абзац второй пункта 4 статьи 62, пункт 3 статьи 63 ГК Российской Федерации).

На учредителей (участников) должника, его руководителя и ликвидационную комиссию (ликвидатора) (если таковой назначен) законом возложена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом (статья 9. пункты 2 и 3 статьи 224 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона от 08.02.1998 №14-ФЗ общество не отвечает по обязательствам своих участников. Однако имеются исключение из общего правила о самостоятельности и независимости юридического лица, в том числе и от своих участников (членов). Оно оправдано в ограниченном числе случаев, в том числе привлечение к ответственности лиц, фактически определяющих действия юридического лица за убытки, виновно ему причиненные - субсидиарная ответственность.

По общему правилу субсидиарная ответственность, как и солидарная, применяется в случаях, установленных законодательством или договором. При субсидиарной ответственности субсидиарный должник несет дополнительную ответственность по отношению к ответственности, которую несет основной должник.

Положениями ст. 399 ГК РФ предусмотрено, что до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Как разъяснено в п. 22 Постановления Пленума ВС РФ №6 и Пленума ВАС РФ №8 от 01.07.1996г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч.2 п.3 ст.56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Требуемая к применению ответственность является гражданско-правовой ответственностью за неисполнение органом юридического лица возложенных на пего законом и документами о статусе юридического лица обязанностей, для применения которой необходимо, в том числе наличие причинно-следственной связи между неправомерными действиями и наступившими последствиями (ст.ст. 15, 1064 ГК РФ).

В силу п.1 ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Спор о взыскании убытков в рамках субсидиарной ответственности относится к имущественному спору, а положения ст.ст.9,10 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» являются специальными по отношению к ст.399 ГК РФ.

Согласно п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998г. №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. 1-3 ст.53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Как следует из содержания п.1 и п.2 ст.9 Федерального закона от 26.10.2002г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п.1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обязательств.

В соответствии со ст.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Положениями п.2 ст. 10 вышеуказанного Закона предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст.9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного п.2 и п.3 ст.9 настоящего Федерального закона.

Из содержания вышеприведенных положений ст.ст.9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 г. №127-ФЗ в их взаимосвязи следует, что сам факт неисполнения обязанности руководителем юридического лица по подаче заявления о банкротстве предприятия в арбитражный суд является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Субсидиарная ответственность для указанного выше лица является одной из мер обеспечения надлежащего исполнения возложенной на него законом обязанности. Причем не имеет значения, умышленно бездействует руководитель или нет.

В рамках разрешения вопроса о своевременности подачи заявления о банкротстве в арбитражный суд не требуется доказывать факт совершения ответчиком противоправных действий (бездействия), вызвавших несостоятельность юридического лица, а также причинно-следственную связь между действиями ответчика (бездействием), выразившимся в неподаче заявления и наступившим вредом, поскольку несвоевременность подачи руководителем юридического лица подобного заявления является самостоятельным основанием для наступления субсидиарной ответственности.

В соответствии с п.1 ст. 10 Закона о банкротстве в случае нарушения руководителем должника положений настоящего Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Согласно положениям ст.61 (п.2, абз.2) ГК РФ, юридическое лицо может быть ликвидировано   по   решению   его   учредителей   (участников)   либо   органа юридического лица, уполномоченного на то учредительными документами, в том числе в связи с истечением срока, на который создано юридическое лицо, с достижением цели, ради которой оно создано.

Обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо (по требованиям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, и др.) (ст.419 ГК РФ).

С 26.05.2021 действует постановление Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 года №20-П об ответственности контролирующих лиц в случае исключения организации из ЕГРЮЛ.

Если компания не рассчиталась с кредиторами и ее исключили из реестра как недействующее юридическое лицо, кредиторы могут взыскать долги с контролирующих лиц, которые вели себя недобросовестно или неразумно.

Конституционный Суд РФ разъяснил:  - кредиторы объективно ограничены в доказывании того, что контролирующие должника лица вели себя неразумно и недобросовестно; -перенос бремени доказывания исключительно на кредиторов нарушает процессуальное равенство сторон; - контролирующие лица должны исчерпывающим образом пояснить, почему компанию исключили из реестра. Иначе они должны доказывать свою добросовестность. Если истцом выступает физлицо-потребитель, действует презумпция недобросовестности контролирующих лиц.

Согласно пункту 3.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П при обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации, от 21.05.2021 года №20-П, предусмотренная данной нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения. 

При этом, как отмечалось Верховным Судом Российской Федерации, долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2020), утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020). 

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя. Указанные факты необходимо устанавливать в отношении каждого лица, о привлечении к субсидиарной ответственности которых заявляет истец. 

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации по смыслу п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 53, ст. ст. 53.1, 401 и 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, образовавшиеся в связи с исключением из единого государственного реестра юридических лиц общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении общества, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности. 

Соответственно, привлечение к ней возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном  порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия). 

Неосуществление контролирующими лицами ликвидации общества с ограниченной ответственностью при наличии на момент исключения из единого государственного реестра юридических лиц долгов общества перед кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, может свидетельствовать о намеренном, в нарушение предписаний ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества, приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей. 

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Занимая должность генерального директора общества ответчик обязан был действовать добросовестно по отношению к обществу и его кредиторам, исполнять предусмотренные законом, имея возможность контроля за расходованием денежных средств и средства для исправления финансового положения организации, генеральный директор не совершили никаких действий по оздоровлению финансового состояния должника и не составили никакого экономически обоснованного плана.

Конституционный Суд Российской Федерации ранее неоднократно обращался к вопросам, связанным с исключением юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц в порядке статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», и, в частности, указывал, что правовое регулирование, установленное данной нормой, направлено на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц, предотвращение недобросовестного использования фактически недействующих юридических лиц и тем самым - на обеспечение стабильности гражданского оборота (Постановление от 6 декабря 2011 года № 26-П; определения от 17 января 2012 года № 143-0-0, от 24 сентября 2013 года № 1346-0, от 26 мая 2016 года № 1033-О и др.).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

Распространенность случаев уклонения от ликвидации обществ с ограниченной ответственностью с имеющимися долгами и последующим исключением указанных обществ из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке побудила федерального законодателя в пункте 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (введенном Федеральным законом от 28 декабря 2016 года № 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") предусмотреть компенсирующий негативные последствия прекращения общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур правовой механизм, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При реализации этой ответственности не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности - для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправное поведение, вред, причинная связь между ними и вина правонарушителя.

В соответствии с п. 1 и 9 постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» положения ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что в соответствующих условиях гражданского оборота, исключение сведений о юридическом лице из государственного реестра в административном порядке является прямым следствием неисполнения органами управления такого юридического лица возложенных на них корпоративных обязанностей.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении Общества.

В данном случае, ответчики, не обратились с заявлением о банкротстве Общества или о его ликвидации, что не позволило кредиторам заявить свои требования в установленном законодательстве порядке.

Как указано в постановлении Конституционного Суда РФ от 21.05.2021 по смыслу названного положения статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения.

В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснил, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Так, ответчики, имели возможность действовать добросовестно по отношению к обществу и его кредиторам, исполнять предусмотренные законом обязанности, в том числе, обязанность инициировать банкротство организации в случаях предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), а также предоставление соответствующей  информации в государственные органы.

Такое поведение ответчиков, свидетельствует об их недобросовестном поведении, поскольку не отвечает интересам юридического лица. 

Фактически действия ответчиков, повлекшие исключение Общества  из ЕГРЮЛ лишили истца возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации должника путем включения требования в промежуточный ликвидационный баланс. 

В данном случае  недобросовестность и неразумность действий (бездействий) Ответчиков  также выразилась в следующем:

- зная о наличии перечисленных первоначальным кредитором денежных средств на расчетный счет ООО «Каралети», ответчики не предприняли никаких действий, направленных на возврат денежных средств, что является неразумным поведением;

- после вступления в законную силу судебного акта, ответчики не предприняли никаких действий по его исполнению;

- неисполнения ответчиками обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «Каралети» несостоятельным (банкротом);

- непредставление ответчиками за 2021, 2022 год необходимых документов отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;

- непринятие ответчиками никаких действий по внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений об адресе ООО «Каралети»;

- обладая информацией о наличии у должника ООО «Каралети» задолженности перед кредиторами ответчики не приняли меры к направлению в налоговый орган заявления о невозможности принудительной ликвидации юридического лица либо отмене процедуры исключения вышеуказанного общества из ЕГРЮЛ;

- отсутствие цели восстановления платежеспособности ООО «Каралети»;

- наличия непогашенной задолженности перед истцом, иными кредиторами и уполномоченным органом на момент исключения должника из Единого государственного реестра юридических лиц, является так же неразумным и недобросовестным поведением ответчиков.

Вышеуказанные  бездействия и бездействия, а также сам факт наличия непогашенной задолженности на момент исключения из Единого государственного реестра юридических лиц, является так же неразумным и недобросовестным поведением ответчиков ФИО7, а также ФИО3

Субсидиарная  ответственность по обязательствам должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей для целей защиты прав и законных интересов лиц, чьи права были нарушены неисполнением обязательств со стороны ликвидированного общества. 

Доказательства того, что ответчиками  предпринимались меры по своевременному исполнению денежных обязательств перед истцом, отсутствуют. 

На основании статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, имеющими отношение к рассматриваемому делу. 

В данном случае суд полагает, что истцом доказаны и материалами дела подтверждены значимые для разрешения дела обстоятельства.

При этом ответчики не приняли все меры для надлежащего исполнения обязательств, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от них требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

На момент исключения общества из ЕГРЮЛ ответчики, являясь учредителем и единоличным исполнительным органом Общества, ответственные за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не могли не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы.

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

Таким образом,  бездействие ответчиков, повлекшие исключение ООО «Каралети» из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с общества в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать в деле о банкротстве.

При этом неисполнение обязательств общества перед истцом  обусловлено недобросовестными и неразумными действиями Ответчиков, являвшимися лицами, контролирующими деятельность должника-общества согласно положениям п.п. 1 -3 ст. 53.1 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, Ответчики, должны быть привлечен к субсидиарной ответственности, поскольку организация была ликвидирована по их вине, как недобросовестно действующих в рамках вверенных им полномочий, учитывая, что в результате действий (бездействий) Ответчиков сложилась ситуация, при которой на данный момент истец  не имеет возможности возвратить принадлежащие ему денежные средства, присужденные судом.

Вышеуказанные обстоятельства и доводы, на которые ссылается истец, свидетельствует о недобросовестном и противоправном поведении ответчиков, так как указанные обстоятельства нельзя признать нормальной практикой, а действия ответчиков противоречат основной цели деятельности коммерческой организации, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Согласно ост. 322 ГК РФ, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

 Обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное.

Учитывая, что в настоящее время Общество исключено из ЕГРЮЛ, обязательства считаются прекращенным с момента исключения и в силу и. 3.1 ст. 3 Закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ и относятся на его исполнительные органы и учредителей, поскольку субсидиарная ответственность напрямую зависит от исполненного обществом до момента исключения из ЕГРЮЛ и тем самым затрагивает права и законные интересы, в том числе ответственность указанных лиц.

Следовательно, Ответчики подлежат к привлечению солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Каралети».

Признавая обоснованными исковые требования, суд также исходит из того, что ответчиками не предоставлено ни одного доказательства в обоснование отсутствия в их действиях недобросовестного или неразумного поведения, в то время, как по смыслу п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в случае отказа лица от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение недобросовестным (ст. 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом такое лицо.

При рассмотрении настоящего дела истец последовательно указывал, что Общество впоследствии исключенное регистрирующим органом из ЕГРЮЛ в связи с недостоверностью сведений о юридическом лице, имело непогашенную задолженность перед истцом, которая носила бесспорный характер, поскольку была подтверждена судебным актом.

 Несмотря на это ответчики не приняли никаких мер для погашения задолженности и способствовали исключению Общества  из ЕГРЮЛ как недействующего лица. 

Ответчики,  его представители ни в одном судебном заседании не участвовали, возражения по иску не подавали. 

Такое поведение ответчиков, обязанных действовать в интересах контролируемого юридического лица и кредиторов, в том числе формировать и сохранять информацию о хозяйственной деятельности должника, раскрывать ее при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства, давать пояснения относительно причин неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности, является недобросовестным процессуальным поведением, препятствующим осуществлению права кредитора на судебную защиту. 

На основании данных обстоятельств, суд приходит к выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков солидарно   к субсидиарной ответственности. 

В соответствии с частью 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. 

Оценив все представленные в материалах дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения пункта 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что обоснованность заявленных истцом требований в ходе судебного разбирательства дела нашла свое подтверждение. 

Расходы по уплате государственной пошлины, распределяются в соответствии со статьями 110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями  17, 28, 102, 110, 167-171, 176, Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО2, ФИО3   к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Каралети».

Взыскать солидарно с  ФИО2  и ФИО3  в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО1 денежные средства в размере   597 901 (Пятьсот девяносто семь тысяч девятьсот один)руб. 64 коп., а также 14 958 (Четырнадцать тысяч девятьсот пятьдесят восемь) руб. – расходы по госпошлине.

Решение может быть обжаловано в Девятый Арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

 

Судья:

Н.А. Константиновская