Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А52-5053/2018

город Псков

16 сентября 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена 09 сентября 2019 года

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Стренцель И.Ю., 

при    ведении    протокола    судебного    заседания    секретарем    судебного    заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Технопром» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 182330, 

<

...>, пом.1021) в лице представителя по закону ФИО2 (место нахождения: Ленинградская область, Всеволожский р-н, д.Юкки)

к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «СВ» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; место нахождения: 182330, 

<

...>)

Третье лицо: ФИО3 (место нахождения: г.Санкт-Петербург)

о признании договора цессии недействительным

при участии в заседании: 

от Общества: не явился, извещен;

от представителя Общества по закону ФИО2: ФИО4 - представитель по доверенности;

от ответчика: ФИО5 - генеральный директор;

от третьего лица (ФИО3): не явился, извещен;

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Технопром» (далее - Общество, ООО «УК «Технопром») в лице представителя Общества по закону ФИО2 - участника корпорации (далее – ФИО2), обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью Управляющая компания «СВ» (далее - ООО УК «СВ», Компания), о признании недействительным договора цессии, заключенного 10.08.2018 между Обществом и Компанией.

В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечен ФИО3 (далее – ФИО3).

В судебном заседании представитель ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, уточнениях и дополнениях к нему; считает, что сделка между Обществом и Компанией, не является сделкой, совершаемой в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества, при этом является крупной, поскольку сумма сделки составляет более 65 % от баланса активов Общества; кроме того, в обоснование заявленных требований, ссылается на то, что оспариваемая сделка имеет признаки сделки с заинтересованностью, совершена в ущерб интересам Общества, носит безвозмездный характер, поскольку дополнительное соглашение относительно определения  возмездности сделки директором Общества не подписывалось. В подтверждения заявленных доводов о фальсификации доказательств, по ходатайству ФИО2, в рамках настоящего дела на основании определения суда от 18.04.2019 была проведена почерковедческая экспертиза подписей со стороны Генерального директора ООО УК «Технопром» ФИО6 на дополнительном соглашении к договору цессии от 10.08.2018 и на приложении №1 к договору цессии от 10.08.2018. Представленное по результатам указанной экспертизы заключение ФИО2 не оспорено. 

В судебном заседании представитель Компании исковые требования не признал по мотивам, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к нему, при этом отрицал факт заинтересованности и крупности оспариваемой сделки, а также безвозмездный характер (в том числе с учетом выводов проведенной в рамках дела почерковедческой экспертизы, результаты которой также не оспорил); одновременно указал на необоснованность расчета истца при определении крупности сделки, а также на недоказанность и необоснованность доводов истца о том, что в результате заключения оспариваемой сделки Обществу причинен ущерб. 

В судебное заседание Общество и ФИО3 своих представителей не направили, о времени и месте слушания дела надлежащим образом уведомлены; возражений по рассмотрению дела в отсутствие своих представителей не заявили. Ранее в ходе рассмотрения дела и в отзывах на иск Общество заявленное требование поддержало; ФИО3 - требования заявителя не оспорил, при этом сослался на недоказанность всей суммы задолженности, переданной по спорному договору. В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного разбирательства. 

Исследовав материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Технопром» зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №1 по Псковской области 07.11.2008.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) учредителями Общества являются ФИО6 и ФИО2, каждому из которых принадлежит по 50% доли уставного капитала Общества; директором ООО «УК «Технопром» является ФИО6, о чем 11.10.2012 в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись (№2126031003822). 

Основным видом деятельности Общества в ЕГРЮЛ указано управление эксплуатацией нежилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Согласно пункту 2.1 Устава предметом деятельности Общества является управление эксплуатацией нежилого фонда; деятельность по учету и технической инвентаризации недвижимого имущества; деятельность по обеспечению работоспособности электрических сетей; распределение газообразного топлива; передача пара и горячей воды (тепловой энергии); распределение пара им горячей воды (тепловой энергии); деятельность по обеспечению работоспособности котельных; деятельность по обеспечению работоспособности тепловых сетей; сбор, очистка и распределение воды; производство общестроительных работ; устройство покрытий зданий и сооружений; производство электромонтажных работ; производство изоляционных работ, санитарно-технических работ, монтаж прочего инженерного оборудования; производство отделочных, штукатурных, столярных и плотничных работ; а также прием платежей за сдачу внаем нежилого недвижимого имущества; прием платежей и управление платежами; платежное агентирование и прочие.

01.01.2009 между ООО «УК «Технопром» (исполнитель) и ФИО3 (заказчик) было заключено соглашение о порядке участия долевых собственников в оплате коммунальных и иных услуг с целью организации управления зданием, находящимся по адресу: г.Опочка, Советская площадь, д.9, возмещение расходов управляющей компании по оплате коммунальных услуг, текущему ремонту, содержанию управляющей компании и иных услуг, осуществление иной, направленной на достижение целей управления деятельности (далее – Соглашение).

В соответствии с разделом 2 Соглашения исполнитель по заданию заказчика обязуется: осуществлять управление зданием, выполнять работы и предоставлять услуги по содержанию и ремонту общего имущества здания. Исполнитель по заданию заказчика приобретает для заказчика от своего имени коммунальные и иные услуги, а заказчик возмещает расходы исполнителя на оплату коммунальных и иных услуг по содержанию и ремонту.  

По сведениям Общества, в рамках заключенного соглашения, за период май-декабрь 2017 года у ФИО3 перед ООО «УК «Технопром» образовалась задолженность по жилищно-коммунальным платежам в размере 1236923 руб. 90 коп. 

10.08.2018 между ООО «УК «Технопром» в лице генерального директора ФИО6 (цедент) и ООО УК «СВ» в лице генерального директора ФИО5 (цессионарий) был подписан договор цессии (далее – договор), согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает права (требования) долга к собственнику нежилых помещений площадью: 555,6 кв.м (пом.20, 1359 кв.м (пом. 1001) и 98,7 кв.м (пом. 1026), а всего в общей сложности – 2013,2 кв.м, находящихся по адресу Псковская область, г.Опочка, Советская площадь, д.9, ФИО3 по «соглашению о порядке участия долевых собственников в оплате коммунальных и иных услуг» от 01.01.2009 и дополнительному соглашению от 01.12.2015 «к соглашению о порядке участия долевых собственников в оплате коммунальных и иных услуг от 01.01.2009» по взысканию денежных средств за услуги по управлению, содержанию, текущему ремонту общего имущества и теплоснабжению здания, расположенного по адресу: Псковская область, г.Опочка, Советская площадь, д.9, в соответствии со сроком исковой давности.

Сумма задолженности оговорена сторонами в Приложении №1 к договору от 10.08.2018 и составляет 1236923 руб. 90 коп., согласно выставленных счетов, а также 212210 руб. 43 коп. пеней, общая сумма задолженности 1449134 руб. 33 коп.

В соответствии с пунктом 1.2 договора цедент передает цессионарию все необходимые документы, удостоверяющие право требования, а именно: оригинал соглашения о порядке участия долевых собственников в оплате коммунальных и иных услуг от 01.01.2009, подписанного между ООО «УК «Технопром» и ФИО3; оригинал дополнительного соглашения от 01.12.2015 к соглашению о порядке участия долевых собственников в оплате коммунальных и иных услуг от 01.01.2009; выписку лицевого финансового счета должника с момента возникновения долга и выставленные счета на услуги.

11.08.2018 сторонами было подписано дополнительное соглашение к договору от 10.08.2018, согласно которому стороны договорились о встречном предоставлении, а именно: цессионарий из своих денежных средств со своего расчетного счета до 01.04.2019 обязуется погасить задолженность по налогам и сборам, имеющуюся у цедента на 31.12.2018, в том числе пени, штрафы. Взысканными денежными средствами после их взыскания в судебном порядке в натуре с должника ФИО3, цессионарий обязуется погасить задолженность, имеющуюся у цедента перед поставщиками услуг по договорам о возмещении затрат по услугам, заключенным ООО «УК «Технопром» с ФИО7 (договор от 01.12.2016); с ФИО8 (договор от 01.12.2016) и с ФИО9

ФИО2, являясь участником Общества, согласие на заключение спорного договора не давал, в связи с чем, полагая, что оспариваемая сделка не относится к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности Общества, при этом является крупной и имеет признаки сделки с заинтересованностью, а также является экономически необоснованной, так как ее совершение повлекло причинение вреда имущественным интересам участников Общества, поскольку сделка заключена на заведомо невыгодных для Общества условиях, в результате чего Общество утратило возможность истребования реальной к взысканию задолженности, не получив взамен надлежащего встречного представления, обратился в суд с настоящим иском, ссылаясь на статьи 168, 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также на статью 46 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ). 

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемы прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации вправе, в частности, оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Как указано в пункте 32  Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума №25), участник корпорации, обращающийся в установленном порядке от имени корпорации в суд с требованием о возмещении причиненных корпорации убытков (статья 531 ГК РФ), а также об оспаривании заключенных корпорацией сделок, о применении последствий их недействительности и о применении последствий недействительности ничтожных сделок корпорации, в силу закона является ее представителем.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 50 постановления Пленума №25, по смыслу статьи 153 ГК РФ при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение граждански прав и обязанностей.

Из представленных в дело документов следует, что предметом спора является оспаривание договора уступки права требования. 

Пунктом 1 статьи 382 ГК РФ предусмотрено, что право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно статье 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Пунктом 1 статьи 388 ГК РФ установлено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Таким образом, под уступкой права требования понимается соглашение о замене прежнего кредитора, который выбывает из обязательства, на другого субъекта, к которому переходят все права прежнего кредитора; при этом для уступки права требования кредитор должен обладать этим требованием, а уступаемое право требования должно быть действительным, то есть возникшим из действительного и существующего обязательства.

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 423 ГК РФ и разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление Пленума №54) договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа этого договора не вытекает иное. Отсутствие в таком договоре условия о цене передаваемого требования само по себе не является основанием для признания его недействительным или незаключенным. Договор, на основании которого производится уступка, может быть квалифицирован как дарение только в том случае, если будет установлено намерение цедента одарить цессионария (статья 572 ГК РФ).

Таким образом, действующим законодательством закреплена презумпция возмездности договора уступки права требования, пока не доказано обратное. 

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительная по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 171.1 ГК РФ, поскольку законом не установлено иное, оспоримая сделка, совершенная без необходимого в силу закона согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, может быть признана недействительной, если доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об отсутствии на момент совершения сделки необходимого согласия такого лица или такого органа.

В статье 173.1 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

При этом не требуется доказывания наступления неблагоприятных последствий в случаях оспаривания сделки по основаниям, указанным в статье 173.1, пункте 1 статьи 174 ГК РФ, когда нарушение прав и охраняемых законом интересов лица заключается соответственно в отсутствие согласия, предусмотренного законом, или нарушении ограничения полномочий представителя или лица, действующего от имени юридического лица без доверенности (пункт 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу пункта 1 статьи 46 Закона №14-ФЗ крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки.

Согласно пункту 5 статьи 46 Закона №14-ФЗ крупная сделка, совершенная с нарушением предусмотренных настоящей статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Соответствующий иск может быть удовлетворен в том случае, если совершение сделки повлекло за собой возникновение неблагоприятных последствий для общества, что привело к нарушению прав и охраняемых законом интересов последнего, и целью обращения в суд является восстановление этих нарушенных прав и интересов.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 №27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - постановление Пленума №27) разъяснено, что для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства, связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. 

Статьей 45 Закона №14-ФЗ определено понятие сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, а также порядок совершения обществом таких сделок, предусматривающий необходимость одобрения таких сделок общим собранием участников общества.

В соответствии с пунктом 1 названной статьи сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, в частности признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность единоличного исполнительного органа. Указанное лицо признается заинтересованным в совершении обществом сделки, например, в случаях, если он, его супруга, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации) являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке или контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Согласно абзацу второму пункта 6 статьи 45 Закона №14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 ГК РФ) по иску общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

В силу пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в пункте 93 постановления Пленума №25 пунктом 2 статьи 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 ГК РФ.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ должны быть установлены: сговор (совместные действия) представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого либо совершение представителем сделки в ситуации отсутствия доказательств сговора (или совместных действий), но с причинением явного и очевидного для контрагента в момент совершения сделки ущерба интересам представляемого.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума №27, по общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка сделкой с заинтересованностью для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению списков аффилированных лиц, контролирующих и подконтрольных лиц контрагента, устава общества). Третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абзац второй пункта 2 статьи 51 ГК РФ).

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обстоятельств в обоснование своих требований и возражений лежит на той стороне, которая на эти обстоятельства ссылается. В соответствии со статьями 9, 41 названного Кодекса риск наступления негативных последствий совершения или несовершения лицом, участвующим в деле, процессуальных действий и неисполнения процессуальных обязанностей несет это лицо.

Как следует из материалов дела в рамках оспариваемого договора Общество уступило ООО УК «СВ» право требования с третьего лица - ФИО3 денежных средств в сумме 1449134 руб. 33 коп., в том числе 1236923 руб.90 коп. задолженности по жилищно-коммунальным платежам, 212210 руб. 43 коп. пеней.

В приложении №1 к договору от 10.08.2018 сторонами определен период задолженности ФИО3 (май-декабрь 2017 года), указаны реквизиты соответствующих счетов, сумма задолженности и пеней по каждому из счетов, а также в итоговом выражении.  Дополнительным соглашением №1 от 11.08.2018 к договору стороны согласовали порядок и сроки расчетов по договору. Согласно представленным в дело пояснениям и расчетам ответчика от 23.07.2019 (Т.4 л.д.86-92, 98), не оспоренным истцом и ФИО2, сумма встречного предоставления составляла 506304 руб. 72 коп. 

В ходе рассмотрения дела ФИО2 было заявлено о фальсификации представленных Компанией в дело доказательств в обоснование своей позиции по спору, а именно: приложения №1 к договору и дополнительного соглашения №1 от 11.08.2018 к договору, в связи с оспариванием подписи, выполненной в указанных документах от имени генерального директора Общества ФИО6

С целью проверки заявления о фальсификации в рамках дела проведена почерковедческая экспертиза. На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

1. ФИО6 или иным лицом осуществлена подпись, содержащаяся в документе, обозначенном как «Дополнительное соглашение к договору цессии от 10.08.2018 (г.Опочка, 11 августа 2018 г.), локализованная на 2 (второй) странице в левой нижней части листа под машинописным текстом: «ООО УК «ТЕХНОПРОМ» Генеральный директор» и справа от машинописного текста «ФИО6.»; 

2. ФИО6 или иным лицом осуществлена подпись, содержащаяся в документе, обозначенном как «Приложение №1 к договору цессии от 10 августа 2018 г.», локализованная на 1 (первой) странице в левой части листа под машинописным текстом: «Генеральный директор ООО «УК «ТЕХНОПРОМ» и между машинописными текстами: «генеральный директор» и «ФИО6.». Надлежит предупредить эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно заключению эксперта №22-А52-5053/2019-ПЭ от 06.06.2019 ответить на поставленные судом вопросы не представляется возможным ввиду высокой степени вариационности собственных подписей ФИО6.

Сторонами выводы эксперта не оспорены, на проведении повторной экспертизы  стороны не настаивали. 

С учетом изложенного, в отсутствие утвердительного вывода эксперта о фальсификации подписей ФИО6 на исследуемых документах (приложении №1 к договору и на дополнительном соглашении №1 от 11.08.2018 к договору), принимая во внимание наличие печати Общества на данных документах, принадлежность которой  Обществу ФИО6 не оспорена, а также наличие у Компании всех первичных документов, подтверждающих сумму переданного требования по договору, суд приходит к выводу о недоказанности истцом как факта фальсификации ответчиком представленных доказательств, так и безвозмездного характера оспариваемой сделки. Намерения цедента одарить цессионария судом в ходе рассмотрения спора не установлено. Доказательств обратного суду не представлено. 

Довод ФИО10 о том, что в настоящий момент большая часть задолженности, перечисленной в приложении №1 к договору, погашена самим Обществом либо третьими лицами (напр. ФИО11), не имеет правового значения для настоящего спора, так как данные обстоятельства на момент совершения оспариваемой сделки отсутствовали, а следовательно не могут влиять на уменьшение суммы встречного предоставления, в отношении которой сторонами, на тот момент, было достигнуто соглашение. Между тем стороны не лишены возможности изменить или заменить способ расчетов по договору с целью исполнения ответчиком взятых на себя договорных обязательств по выплате встречного предоставления в первоначально согласованной сумме. 

В качестве доказательства того, что оспариваемая сделка является крупной истцом в материалы дела представлены бухгалтерские балансы за 2017 и 2018 года.

Согласно пункту 2 статьи 46 Закона №14-ФЗ стоимость отчуждаемого обществом в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого обществом имущества - на основании цены предложения.

Решение о совершении крупной сделки принимается общим собранием участников общества (пункт 3 статьи 46 Закона), являющимся его высшим органом.

В пункте 12 постановления Пленума №27 разъяснено, что балансовая стоимость активов общества для целей применения пункта 2 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, по общему правилу, определяется в соответствии с данными годовой бухгалтерской отчетности на 31 декабря года, предшествующего совершению сделки (статья 15 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете»); при наличии предусмотренной законодательством или уставом обязанности общества составлять промежуточную бухгалтерскую отчетность, например ежемесячную, упомянутые сведения определяются по данным такой промежуточной бухгалтерской отчетности.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «УК «Технопром», составленной за последний отчетный период, предшествующий дню заключения договора цессии а именно на 31.12.2017, баланс активов Общества составлял 2215000 руб.

Таким образом, оспариваемая сделка отвечает количественному признаку крупной сделки, поскольку стоимость уступаемого долга (без штрафных санкций) превышает 25% (1236923,9:2215000х100=55,8%) стоимости имущества Общества. Данные обстоятельства сторонами надлежащим образом не опровергнуты. Расчеты и доводы ответчика в этой части подлежат отклонению судом как основанные на неверном толковании норм права, в ходатайства о назначении судебной экспертизы с целью установления действительной стоимости активов Общества ответчиком в ходе рассмотрения спора не заявлялось.

В то же время судом не принимаются доводы истца о наличии у оспариваемой сделки второго квалифицирующего признака крупной сделки, а именно качественного.

В обоснование своих требований истец указывает на то, что заключенный договор  является сделкой, выходящей за пределы обычной хозяйственной деятельности.  В силу вышеизложенных разъяснений данная сделка, отвечая указанному критерию, должна была бы привести к прекращению деятельности Общества.    

Между тем, как следует из материалов дела (Т.2 л.д.39), по итогам общего собрания от 15.11.2017 собственников нежилого здания по Советской площади, дом 9, город Опочка, Псковская область, отказавшихся от услуг ООО «УК «Технопром», генеральным директором Общества ФИО6 30.11.2017 был вынесен приказ №3, согласно которому принято решение о приостановлении производственно-хозяйственной деятельности Общества с 01.01.2018; об уведомлении поставщиков и потребителей ресурсов и расторжении договоров; о выставлении до судебных претензий на взыскание задолженности. 

Таким образом, утверждение истца о том, что данная сделка, заключенная в августе 2018 года (спустя более полугода с даты приказа №3 от 30.11.2017), привела к прекращению деятельности Общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов, также противоречит фактическим обстоятельствам дела. Напротив, с учетом изданного ФИО6 приказа №3 от 30.11.2017, оспариваемая сделка была направлена на получение денежных средств для погашения имеющейся у Общества задолженности во исполнение указанного приказа. При этом, согласно представленным в дело документам и пояснениям сторон, в спорный период Обществом, в отсутствие достаточной численности сотрудников и приостановления уставной деятельности, с целью получения аналогичных задолженностей от третьих лиц, была совершена целая серия подобных сделок с Компанией, но с меньшей стоимостью, в рамках которых Компания реализовала переданные ей права на взыскание уступленной задолженности, в том числе в судебном порядке; в свою очередь о наличии претензий к Компании по расчетам  по аналогичным сделкам с Обществом, истцом и ФИО2 не заявлялось. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что на момент совершения оспариваемой сделки заключение договоров уступки в отношении имевшейся задолженности третьих лиц было обычной практикой Общества с целью принятия мер к погашению дебиторской задолженности.

В ходе рассмотрения спора, также, не нашли своего подтверждении и доводы ФИО2 о наличии у оспариваемой сделки признаков заинтересованности, а также  о наличии сговора между контрагентами по сделке. 

Надлежащих доказательств того, что ФИО5, будучи директором Компании, являлась заинтересованным лицом по отношению к ООО «УК «Технопром», материалы дела не содержат. Данный довод ФИО2 носит предположительный характер и опровергается как материалами дела, так и пояснениями ФИО6 и ФИО5, данными в заседаниях. Ранее выданная ФИО5 доверенность на представление интересов Общества таким доказательством также не является, поскольку от имени Общества сделка подписана ФИО6, а от имени Компании – ФИО5, которая на тот момент уже не состояла в трудовых отношениях с Обществом. При таких обстоятельствах подписание оспариваемой сделки руководителями юридических лиц не противоречит действующему законодательству, при недоказанности обратного. 

Кроме того, суд критически относится к утверждению истца о наличии явного ущерба для Общества ввиду совершения оспариваемой сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях. Исходя из анализа представленных в дело документов в отношении уступленного права следует, что задолженность ФИО3 носила длящийся характер, Общество каких-либо мер по взысканию спорной задолженности в течение длительного периода самостоятельно не принимало, вследствие чего задолженность ФИО3 за 8 месяцев 2017 года выросла и превысила 50% активов Общества; к моменту заключения спорного договора Общество приостановило свою деятельность, имело задолженность по налогам и сборам, по исполнительным листам. С учетом изложенного  в сложившейся ситуации суд приходит к выводу, что у Общества на момент заключения оспариваемой сделки, а также ряда аналогичных с ней сделок, имели место обстоятельства, позволяющие считать данную сделку экономически оправданной, способствовавшей предотвращению еще больших убытков для юридического лица, включая расходы на судебные тяжбы, вследствие чего ООО «УК «Технопром» по сделке получило выгоду в виде уменьшения задолженности по налогам, штрафам, исполнительным листам, по расчетам с поставщиками услуг. Вместе с тем, вопрос о возможности взыскания Компанией с ФИО3 всей суммы уступленного по договору требования остается неразрешенным до настоящего времени (в том числе и с учетом заявления ФИО3 в ходе рассмотрения спора об отсутствии долга), в связи с чем, при таких обстоятельствах наличие безусловной выгоды для ООО УК «СВ» не является доказанным.

Также суд полагает необходимым отметить следующее.

В ходе рассмотрения спора Обществом было представлено уведомление о расторжении спорного договора. Однако, данное уведомление судом не принимается во внимание, исходя из следующего.

Согласно статье 450.1 ГК РФ, пункту 1, предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. При этом пунктом 2 статьи 450.1 ГК РФ установлено, что в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Как усматривается из текста договора цессии, а именно пункта 2.1 договора, договор вступает в силу с момента подписания и действует до полного исполнения своих обязательств по настоящему договору. При этом сторонами не установлена возможность расторжения договора при волеизъявлении одной из сторон отказа от исполнения договорных обязательств, что исключает применение положения о расторжении договора в одностороннем порядке. Данное право не предусмотрено и нормами действующего законодательства.

Таким образом, представленное в материалы дела уведомление о расторжении спорного договора от 10.08.2018 в одностороннем порядке как доказательство допустимое и относимое не принимается и не свидетельствует о прекращении действия договора цессии. Доказательств расторжения указанного договора в судебном порядке либо по соглашению сторон в материалы дела не представлено. Вместе с тем, суд отмечает, что требование о признании договора недействительным по корпоративным основаниям может быть заявлено и в отношении договора, который прекратил свое действие вследствие его исполнения, расторжения либо одностороннего отказа от договора. 

В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Учитывая изложенное, с учетом установленных в деле фактических обстоятельств и представленных доказательств, суд приходит к выводу о недосказанности истцом обоснованности заявленных требований, в связи с чем, в удовлетворении иска следует отказать. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума №27, отказ в иске о признании недействительной крупной сделки, сделки с заинтересованностью или то обстоятельство, что сделка не оспаривалась, сами по себе не препятствуют удовлетворению требования о возмещении убытков, причиненных обществу лицами, названными в статье 53.1 ГК РФ, пункте 5 статьи 71 Закона об акционерных обществах и пункте 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, а также не препятствуют удовлетворению иска об исключении из общества участника (акционера) (пункт 1 статьи 67 ГК РФ, статья 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), заключившего данную сделку в ущерб интересам общества (в том числе в качестве единоличного исполнительного органа) либо давшего указание ее заключить или голосовавшего за ее одобрение на общем собрании участников (акционеров).

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Как определено в статье 101 АПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся, в том числе денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном  суде.

С целью установления значимых для дела обстоятельств входе рассмотрения дела, по ходатайству Общества и ФИО2 была проведена почерковедческая экспертиза по делу, проведение которой было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Петербургская экспертная организация» – ФИО12.  

Выводы, сделанные по указанному экспертному заключению сторонами не оспорены. Экспертное заключение №22-А52-5053/2019-ПЭ от 06.06.2019, представленное по результатам проведения судебной экспертизы в рамках настоящего дела исследовано и оценено судом при рассмотрении дела в порядке статьи 71 АПК РФ, в связи с чем у суда отсутствуют основания для отказа эксперту в возмещении 18000 руб. 00 коп. стоимости проведения экспертизы, и соответственно, в силу статьи 109 АПК РФ обществу с ограниченной ответственностью «Петербургская экспертная организация» подлежат выплате с депозитного счета арбитражного суда денежные средства в сумме 18000 руб. 00 коп. 

Учитывая результат рассмотрения спора, принимая во внимание, что ФИО2 при заявлении ходатайства о проведении экспертизы денежные средства в счет ее оплаты были уплачены в большем размере, в соответствии со статьей 110 АПК РФ, статьей 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 6000 руб. 00 коп. за рассмотрение иска, а также расходы в сумме 18000 руб. 00 коп. в счет оплаты стоимости экспертизы, подлежат отнесению на ФИО2, как непосредственного инициатора данного спора. Кроме того, с депозитного счета Арбитражного суда Псковской области, надлежит возвратить ФИО2 перечисленные в счет оплаты за проведение экспертизы по делу №А52-5053/2018 денежные средства в сумме 16626 руб. 00 коп. как излишне уплаченные. 

Руководствуясь статьями 106, 109, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Финансово–экономическому отделу Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от ФИО2 по чеку-ордеру от 01.04.2019, перечислить за проведение обществом с ограниченной ответственностью «Петербургская экспертная организация» экспертизы по настоящему делу денежные средства в сумме 18000 руб. 00 коп. по реквизитам, указанным в счете №86 от 07.06.2019. 

Финансово–экономическому отделу Арбитражного суда Псковской области со счета средств, поступивших во временное распоряжение Арбитражного суда Псковской области от ФИО2 по чеку-ордеру от 01.04.2019, возвратить ФИО2 денежные средства в сумме 16626 руб. 00 коп. как излишне уплаченные. 

На решение в течение месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

Судья                                                                                                           И.Ю.Стренцель