Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2590/2024

Дело № А58-3240/2016

31 июля 2024 года

город Иркутск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29 июля 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 31 июля 2024 года

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Бронниковой И.А.,

судей:   Варламова Е.А., Волковой И.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем вебконференции помощником судьи Бомштейн В.В.,

при участии в судебном заседании с использованием систем вебконференц-связи представителей ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 16.11.2020, паспорт), конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «северная строительная компания» - ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 01.12.2023, паспорт),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 30 августа 2023 года по делу № А58-3240/2016, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 апреля 2024 года по тому же делу,

установил:

решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 23 декабря 2016 года общество с ограниченной ответственностью «Северная строительная компания» (далее – должник, ООО «ССК»)  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий 13.10.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с контролирующего должника лица ФИО1 (далее – ФИО1) в порядке субсидиарной ответственности денежной суммы в размере 683 594 332 рубля 13 копеек.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 12 июля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 26 сентября 2022 года, заявленные управляющим требования удовлетворены.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа постановлением от 10 марта 2023 года отменил определение и постановление судов первой и апелляционной инстанций, направив спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия).

Суд кассационной инстанции в постановлении указал, что при новом рассмотрении необходимо дать правовую оценку доводу конкурсного управляющего относительно даты возникновения у ФИО1 обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «ССК», определить наличие на данную дату признаков объективного банкротства должника (в критическом моменте, когда должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов), с учетом редакции Закона о банкротстве, действующей на данную дату, рассмотреть заявление ответчика об истечении срока исковой давности. В отношении требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за действия, приведшие к невозможности погашения требований кредиторов, суду первой инстанции необходимо оценить наличие в действиях ФИО1 противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника, относительно совершенных сделок необходимо дать оценку тому, насколько значимыми указанные сделки являлись относительно масштабов деятельности должника, явились ли они необходимой причиной банкротства должника, без которых объективное банкротство не наступило бы. Также  необходимо верно определить вид ответственности с применением надлежащих норм права  либо об убытках в их редакции на дату совершения вменяемых в вину ответчику действий с учетом правовой позиции, изложенной в абзаце четвертом пункта 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, разрешить заявление об истечении срока исковой давности с учетом даты совершения таких действий и редакции Закона о банкротстве, действующей на данную дату.

При новом рассмотрении спора от конкурсного управляющего поступило уточнение к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам должника, в котором он уточнил размер субсидиарной ответственности до 698 443 974 рубля 54 копейки, поскольку определением суда от 23 августа 2023 года установлены проценты по вознаграждению конкурсному управляющему должника в размере 14 849 642 рубля 41 копейка.

Определением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 30 августа 2023 года ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с него в пользу должника взыскано 698 443 974 рубля 54 копейки.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 апреля 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального права, и принять по обособленному спору новый судебный акт.

По мнению заявителя кассационной жалобы, суды не в полной мере выполнили рекомендации суда кассационной инстанции при направлении обособленного спора на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. Ссылаясь на возникновение у должника признаков неплатежеспособности в 2010 году, суды не указали каких-либо денежных обязательств, существовавших на тот период времени и оставшихся непогашенными, а при определении размера субсидиарной ответственности судами учтены обязательства, возникшие в период с 31.08.2013 по 17.06.2016. Кроме того, судами неверно применен срок исковой давности.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий просит оставить судебные акты без изменени.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru).

В судебном заседании представитель заявителя поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе с дополнительными пояснениями.

В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 15 июля 2024 года объявлялся перерыв до 10 часов 20  минут 29 июля 2024 года, о чем сделано публичное извещение в сети Интернет на официальном сайте Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа http://www.fasvso.arbitr.ru.

После перерыва представители лиц, участвующих в деле, поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судами норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности указано:

-  неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд не позднее 30.04.2011, в связи с наличием признаков неплатежеспособности;

- совершение сделок в период с 03.05.2012 по 03.03.2014, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов должника, вследствие чего полное погашение требований кредиторов стало невозможным.

В качестве правового обоснования предъявленных требований, конкурсный управляющий сослался на статьи 9, 10, 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Арбитражный суд первой инстанции, при повторном рассмотрении обособленного спора,  удовлетворяя требования конкурсного управляющего, пришел к выводу о том, что бывший руководитель должника не выполнил требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве в срок до 30.04.2011, совершенные ответчиком действия и сделки причинили вред должнику, эти действия и сделки  признаны значимыми и существенно убыточными для должника, приведшими к банкротству должника.

Четвертый арбитражный апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Судами установлено, что руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73), если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 названного Закона.

Согласно пункту 1 статье 61.12 Закона о банкротстве в действующей редакции, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Предусмотренное пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд» по существу не отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.12 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд», следовательно, значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим, в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Как разъяснено в абзаце первом пункта 9 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Таким образом, при разрешении вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве существенное значение имеет установление момента возникновения соответствующей обязанности. Этот момент определяется тем, когда обычный, разумный и добросовестный руководитель, поставленный в ту же ситуацию, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования.

Суды установили, что уже по состоянию на 30.03.2011 у должника имелись признаки объективного банкротства.

Определяя момент, с которым Закон о банкротстве связывает обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника, суды первой и апелляционной инстанции сослались на  постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 27 ноября 2020 года по настоящему делу, и определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 8 июня 2020 года, которыми установлены признаки неплатежеспособности должника с 2010 года.

Суды указали, что с 2010 года в отношении должника неоднократно возбуждались производства по делам о признании должника несостоятельным (банкротом).

Производство по данным делам о банкротстве должника прекращены, в связи с частичным погашением задолженности должником или третьими лицами за должника после возбуждения дела о банкротстве (2010, 2014, 2016 годы).

Настоящее дело о банкротстве должника № А58-3240/16 возбуждено 17.06.2016.

То есть, должник выборочно гасил задолженность с целью недопущения введения в отношении него процедуры банкротства.

Оценив указанные обстоятельства в совокупности, суды указали, что поскольку в 2010 году возбуждалось два дела о банкротстве должника, по которым задолженность частично погашалась третьими лицами, после возбуждения дела о банкротстве, до суммы менее 100 000 рублей, то должник по итогам 2010 года имел признаки объективного банкротства, так как стал неспособен в полном объеме удовлетворить все требования кредиторов.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, представленные участниками спора, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о том, что ФИО1 как добросовестный и разумный руководитель должен был осознать критичность сложившейся ситуации (неплатежеспособность должника - одно из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве), очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, по финансовым итогам 2010 года, а именно с 30.03.2011, и соответственно, в порядке пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств, то есть не позднее 30.04.2011 направить в суд заявление должника о собственном банкротстве.

Поскольку ФИО1 данную обязанность не исполнил, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно пришли к выводу о наличии оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, образовавшимся после 30.04.2011.

Учитывая период совершения вменяемых ФИО1 действий (бездействие) в качестве основания для привлечения его к субсидиарной ответственности, применению подлежали нормы материального права - статьи 9 и 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту - Закон № 73-ФЗ).

При этом, делая вывод об отсутствии оснований для признания срока исковой давности пропущенным при подаче заявления конкурсным управляющим о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности за не направление в суд заявления о собственном банкротстве, суды неправомерно сослались на то, что срок исковой давности при действующей на тот момент статье 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ мог исчисляться не ранее даты завершения реализации имущества предприятия и окончательного формирования конкурсной массы.

Суд округа полагает, что данные выводы неверны по следующим основаниям.

В данной редакции Закона о банкротстве не имелось указаний на специальные сроки исковой давности, в связи с чем, сложившаяся судебная практика исходила из того, что действуют общегражданские сроки исковой давности, которые определяются моментом, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В отдельных случаях применялись разъяснения Президиума ВАС РФ от 07.06.2012 N 219/12 по делу № А21-10191/2005 о начале течения срока исковой давности, который не может начаться ранее продажи имущества предприятия.

Вместе с тем, на дату принятия решения о признании должника банкротом и открытия конкурсного производства (23.12.2016) специальный срок исковой давности был законодательно определен в статье 10 Закона о банкротстве, которой введен объективный срок исковой давности продолжительностью в три года, подлежащий исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом). Следовательно, в настоящем деле конкурсный управляющий должен был обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в пределах данного срока, который истек 23.12.2019.

Ссылка судов на определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.09.2018 по делу №  305-ЭС18-7255 несостоятельна, так как оно принято при других фактических обстоятельствах.

Поскольку заявление конкурсным управляющим ФИО3 о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) подано в арбитражный суд 13.10.2021, то срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

Проверяя основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ, действующего в период с 30.06.2013 по 27.06.2017), судами установлено следующее.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 названного Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (пункт 18 Обзора судебной практики № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

В силу пункта 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчиков обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, и потому для их привлечения к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными и противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

Судами установлено, что причинение вреда имущественным правам кредиторов произошло в результате совершения руководителем должника подозрительных сделок, что подтверждается судебными актами, вынесенными судом, в рамках настоящего дела о банкротстве должника, по заявлениям конкурсного управляющего должником, в соответствии с которыми признаны недействительными две сделки должника по выводу активов за период с 18.12.2013 по 14.12.2017 на сумму 11 941 800 рублей.

Причинение вреда имущественным правам кредиторов произошло и в результате невыполнения ФИО1 обязательств перед участниками долевого строительства за период с 10.04.2009 по 31.12.2016 на общую сумму 331 034 053 рубля 57 копеек в связи с нецелевым использованием денежных средств, поступивших от участников долевого строительства.

Кроме того, суды пришли к выводу, что увеличение кредитной нагрузки на должника путем заключения с акционерным обществом «Российский Сельскохозяйственный банк» начиная с 27.09.2011 семи кредитных договоров  на сумму 205 869 050 рублей 79 копеек,  а также заключения с сельскохозяйственным кредитным потребительским кооперативом «Якутское республиканское кредитное общество», начиная с 20.02.2013, трех договоров займов на сумму 41 497 240 рублей  92 копейки  под 33% годовых при ставке рефинансирования в 2013 году - 8,25%, являются неправомерными, поскольку совершены ФИО1 с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе при установленной неплатежеспособности должника с 2010 года, заключение (одобрение) сделок на заведомо невыгодных условиях, результат деятельности бывшего руководителя должника, очевидно не соответствует интересам возглавляемой организации, путем создания и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды ответчиком во вред должнику и его кредиторам, путем нецелевого использования средств должника, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов и банкротству должника.

При этом совершенные ФИО1 действия и сделки, причинившие вред должнику, суды признали значимыми и существенно убыточными для должника, приведшие к  его банкротству.

Таким образом, установив, что действия и сделки  бывшего руководителя должника, явились объективной причиной банкротства должника и привели к невозможности в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, суды пришли к выводу о наличии совокупности обстоятельств являющихся основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, предусмотренной  пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Суды, проверяя довод о пропуске срока исковой давности в данной части, пришли к выводу, что Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ начало течения срока давности связывалось с осведомленностью истца о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Приняв во внимание пояснения конкурсного управляющего о том, что о нецелевом использовании денежных средств, поступивших от участников строительства (с учетом основной деятельности должника – строительство жилых и нежилых зданий), недобросовестном поведении ответчика, впоследствии повлекшим банкротство должника, конкурсный управляющий мог узнать не ранее ознакомления с заключением эксперта от 06.12.2020, суды пришли к выводу о том, что годичный срок исковой давности в редакции Закона о несостоятельности (банкротстве) № 134 - ФЗ истекает после 06.12.2021, а  поскольку конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности 13.10.2021, то срок исковой давности не пропущен.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не может согласиться с данным выводом судов с учетом ранее изложенной правовой позиции о том, что конкурсный управляющий должен был обратиться с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в пределах объективного срока исковой давности, который истек 23.12.2019.

Статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ установлен также годичный срок исковой давности для обращения в ходе конкурсного производства с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, который исчисляется с момента, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии соответствующих оснований. При этом годичный срок исковой давности мог быть восстановлен судом.

Конкурсный управляющий ФИО3, заявляя о том, что она ранее не имела потенциальной возможности установить нецелевой характер использования денежных средств, поступивших от участников строительства, обоснования тому не приводит. Конкурсный управляющий имела доступ к расчетным счетам должника и, следовательно, обладала возможностью провести финансовый анализ деятельности предприятия, в том числе путем привлечения специалиста.

Изменение срока исковой давности с одного года до трех лет для обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности внесено в абзац 5 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве с 01.07.2017 (в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ).

После введения Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ главы III.2 в Закон о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности можно подавать в ходе любой процедуры (пункт 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ).

Как указано в пункте 5 статьи 61.14 действующей редакции Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III.2, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Таким образом, и ранее действующая статья 10 Закона о банкротстве, и положения действующей редакции статьи 61.14 Закона о банкротстве устанавливают два срока исковой давности: субъективный, подлежащий исчислению со дня, когда подавшее заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности и объективный (пресекательный), подлежащий исчислению со дня признания должника несостоятельным (банкротом).

Пропуск хотя бы одного из двух названных в абзаце 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ сроков исковой давности (субъективного или объективного) является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 23 декабря 2016 года  ООО «ССК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3

Заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности подано 13.10.2021, то есть спустя 4 года и 10 месяцев с даты принятия решения о банкротстве.

Таким образом, объективный (пресекательный) срок исковой давности, который не подлежит восстановлению, конкурсным управляющим был пропущен.

При этом началом исчисления срока исковой давности по заявленному требованию суды определили не ранее 06.12.2020 (дата ознакомления конкурсного управляющего с заключением эксперта в рамках уголовного дела). Именно с этого момента в обжалуемых судебных актах определен момент осведомленности истца об обстоятельствах, послуживших основаниями для привлечения к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, при принятии обжалуемых актов в указанной части не были учтены вышеприведенные положения Закона о банкротстве в редакции федеральных законов № 488-ФЗ от 28.12.2016 и № 266-ФЗ от 29.07.2017, а также нормативные акты и сформированные в судебной практике подходы о необходимости при исчислении сроков на обращение за судебной защитой исходить не только из реальной (когда заявитель узнал о соответствующих обстоятельствах), но и потенциальной осведомленности (когда он мог и должен был узнать).

Поскольку в рассматриваемом случае пресекательный срок исковой давности по привлечению  ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ССК» по пункту 2 статьи и пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве пропущен, у судов отсутствовали основания для  удовлетворения требования конкурсного управляющего ФИО3

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда  Республики Саха (Якутия) от 30 августа 2023 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 апреля 2024 года  подлежат отмене.

Учитывая, что все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, судами установлены, суд округа считает возможным, не направляя дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 30 августа 2023 года по делу № А58-3240/2016, постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 2 апреля 2024 года по тому же делу отменить, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

И.А. Бронникова

Е.А. Варламов

И.А. Волкова