Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 50/52

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-163443/2018

21 марта 2019 года

г.Санкт-Петербург

Резолютивная часть решения объявлена 12 марта 2019 года. Полный текст решения изготовлен 21 марта 2019 года.

Арбитражный суд  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

в составе: судьи Лебедевой И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению:

заявитель - Общество с ограниченной ответственностью "ТРИГО Экспертиза качества"

заинтересованное лицо - Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №26 по Санкт-Петербургу 

об оспаривании постановлений 

при участии

от заявителя: ФИО2, по доверенности от 06.03.2019; ФИО3, по доверенности от 06.03.2019;  

от заинтересованного лица: ФИО4, по доверенности от 25.01.2019; ФИО5, по доверенности от 25.02.2019; ФИО6, по доверенности от 04.03.2019; 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ТРИГО Экспертиза качества" (далее – заявитель, Общество, ООО "ТРИГО Экспертиза качества") обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконными и отмене постановлений Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №26 по Санкт-Петербургу (далее – заинтересованное лицо, Инспекция, налоговый орган) №АД-65/2018 - №АД-469/2018 от 11.12.2018, от 17.12.2018 о назначении административного наказания, в соответствии с которыми Общество привлечено к административной ответственности по ч. 4 ст. 15.25 Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), с назначением административного наказания в виде штрафа. 

В судебном заседании представители Общества поддержали заявленные требования.

Представители Инспекции возражали против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Стороны представили дополнительные документы, которые приобщены к материалам дела.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы сторон, суд установил следующее.

В  соответствии с ч.2 ст.22 Федерального закона от 10.12.2003 №173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее - Закон №173-ФЗ) и Указом Президента РФ от 02.02.2016 №41 «О некоторых вопросах государственного контроля и надзора в финансово-бюджетной сфере» налоговые органы осуществляют государственную функцию по контролю за соблюдением резидентами и нерезидентами валютного законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования.

12.11.2018 в соответствии с поручением заместителя начальника Инспекции №7814201811120593 должностным лицом налогового органа проведена проверка Общества по вопросу своевременного получения от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями договоров (контрактов) за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы, оказанные им услуги, переданные им информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе, исключительные права на них. 

По результатам проверки составлен акт № 615 от 12.11.2018. 

В ходе проверки установлен ряд нарушений Обществом требований Закона №173-ФЗ, выявлены признаки составов административных правонарушений.

В отношении заявителя составлены протоколы об административных правонарушениях, ответственность за которые установлена частью 4 статьи 15.25 КоАП РФ.

Постановлениями №АД-65/2018 - №АД-469/2018 от 11.12.2018, от 17.12.2018 о назначении административного наказания Общество признано виновным в совершении административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 4 статьи 15.25 КоАП РФ.

Не согласившись с вынесенными постановлениями, Общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Оценив представленные доказательства, суд считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 19 Закона №173-ФЗ при осуществлении внешнеторговой деятельности резиденты, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом, обязаны в сроки, предусмотренные внешнеторговыми договорами (контрактами), обеспечить получение от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями указанных договоров (контрактов) за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы, оказанные им услуги, переданные им информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе, исключительные права на них. 

В силу части 4 статьи 15.25 КоАП РФ невыполнение резидентом в установленный срок обязанности по получению на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающихся за переданные нерезидентам товары, выполненные для нерезидентов работы, оказанные нерезидентам услуги либо за переданные нерезидентам информацию или результаты интеллектуальной деятельности, в том числе, исключительные права на них, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере одной стопятидесятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации от суммы денежных средств, :зачисленных на счета в уполномоченных банках с нарушением установленного срока, за каждый день просрочки зачисления таких денежных средств и (или) в размepe от трех четвертых до одного размера суммы денежных средств, не зачисленных на счета в уполномоченных банках. 

Вступая в соответствующие правоотношения, резидент должен не только знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений (в данном случае обязанности, установленной в соответствии с п. 1 ч.1 ст. 19 Закона №173-ФЗ), но и обеспечить их выполнение. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного суда РФ, изложенной в постановлении от 27.04.2001 № 7-П, а также Определениях от 02.04.2009 № 486-О-О; от 19.05.2009 № 572-О-О по делам о проверке конституционности п. 1 ч. 1 ст. 19 Закона №173-ФЗ и ч. 4 ст. 15.25 КоАП РФ исполнение резидентом своих публично-правовых обязанностей не должно обеспечиваться в меньшей степени, чем выполнение обязательств в имущественных отношениях: на нем лежит забота о выборе контрагента и об обеспечении выполнения последним принятых обязательств любыми законными способами, резидент отвечает за неисполнение публичных обязанностей, связанных в том числе, с действиями (бездействием) контрагентов. 

Ссылаясь на отсутствие вины во вменяемых ему правонарушениях, заявитель указывает направление работников Общества в служебные командировки в качестве одной из достаточных мер по обеспечению репатриации валютной выручки. 

Согласно трудовому договору №23.05.2016Spb, предоставленному заявителем, специалист по дебиторской задолженности состоит в трудовых отношениях с ООО «ТРИГО Экспертиза качества» с 23.05.2016. 

При этом необходимо отметить, что ни в одну из указанных служебных командировок, целью которых по утверждению заявителя, являлось участие в совещании по урегулированию дебиторской задолженности, указанный специалист отправлен не был. 

В частности, согласно приказам, предоставленным ООО «ТРИГО Экспертиза качества», в некоторых случаях для участия в совещаниях по урегулированию вопроса по погашению задолженности были командированы работники, состоящие на должностях «Инженер по качеству», «Инженер - резидент». 

Между тем, заявителем не представлены трудовые договоры, должностные инструкции или какие-либо иные локальные нормативные акты организации, которые бы подтверждали наличие компетенции данных работников в решении вопросов по урегулированию просроченной задолженности. 

Следует также обратить внимание на несоответствие между датами командировок для участия в совещаниях по урегулированию дебиторской задолженности и периодом существования самих задолженностей, наличие которых и повлекло привлечение Общества к ответственности в оспариваемых постановлениях. 

Как видно из сопоставления дат, представленных Инспекцией в отзыве в виде таблицы, в большинстве случаев работники Общества были командированы на совещания задолго до наступления срока оплаты по договору (от месяца до года до наступления указанной даты). Кроме того, имеются случаи направления в командировку спустя 6 месяцев после поступления оплаты, некоторые из заявленных командировок и вовсе осуществлялись к контрагентам, не фигурировавшим в оспариваемых постановлениях.

Кроме того, необходимо отметить, что единственным документальным подтверждением служебных командировок, на которые ссылается заявитель, являются приказы о направлении работника в командировку. Обществом не представлены документы, подтверждающие реальность указанных командировок с целью проведения совещания (отсутствуют копии билетов, подтверждения бронирований и оплаты гостиниц, деловая переписка с контрагентами относительно предстоящих совещаний, документы, принятые по итогам таких совещаний).

В этой связи, суд также обращает внимание на то, что анализ предоставленных заявителем приказов о направлении работников в командировку обладают рядом существенных недостатков, а именно:

- преимущественное большинство приказов не содержит дату ознакомления работника с указанным актом,

- в ряде приказов визуальная оценка подписи позволяет обнаружить идентичность подписи генерального директора, издавшего приказ и подписи работника, в отношении которого издан акт. 

В частности Приказ в отношении №00000000040 ФИО7 от 22.07.2016, Приказ №00000000006 от 26.01.2016 в отношении ФИО8, Приказ №00000000037 от 11.07.2016 в отношении ФИО9 Ж, Приказ №00000000067 от 26.01.2016 в отношении ФИО10, Приказ №00000000040 от 16.06.2017, Приказ №00000000055 от 01.11.2016, Приказ №00000000036 от 04.07.2016, Приказ №0000000001 в отношении ФИО11, Приказ №00000000023 от 12.05.2017 в отношении ФИО12 

Совокупность указанных фактов указывает на недостоверность указанных приказов, а потому данные документы об отправлении сотрудников в служебные командировки не могут рассматриваться в качестве доказательств, свидетельствующих о принятии Обществом достаточных мер, направленных на своевременное получение валютной выручки от контрагента. 

Также в качестве одной из предпринятых мер, оцениваемой заявителем как достаточной для побуждения контрагента своевременно перечислить денежные средства, приводится факт проведения совещаний с руководителями подразделений с целью обсуждения заказчиков, имеющих существенную задолженность.  

В доказательство их проведения заявителем приводится таблица, составленная по результатам одного из совещаний. 

Между тем, анализ данных указанной таблицы показал, что в большинстве случаев обнаружения фактов просрочки в оплате (длительность варьировалась от 8 до 447 дней) специалистом по дебиторской задолженности не разрабатывалось никаких  возможных  мер  по  ее  скорейшему  погашению.  Преимущественно, Общество  ограничивалось   1   контактом  с  контрагентом,  не  предпринимало дальнейших   попыток   к   урегулированию   вопроса.   Имеются случаи, когда заявитель был извещен о намерении другой стороны произвести оплату не менее чем через 60 дней после направления ему сообщения с напоминанием об уже существующей задолженности. После указанного неправомерного поведения должника Обществом не предпринимались меры по пресечению дальнейшей задержки оплаты.

Общество ни разу не воспользовалось возможностью взыскания  пени  за  каждый день просрочки (соответствующий механизм был прямо предусмотрен договором, заключаемым ООО «ТРИГО Экспертиза качества»). 

При этом в ходе проведения Инспекцией опроса главного бухгалтера Общества ФИО3 (протокол опроса №1 от 07.12.2018), на вопрос №8 «Взыскивались ли пени? Была ли оплата пеней?» был получен ответ «Пени предусмотрены условиями контракта, но не начислялись, с целью не потерять клиента».

Заявителем не было предпринято попыток по урегулированию разногласий путем подачи соответствующего иска в арбитражный суд. 

Непредъявление Обществом требований об оплате пеней и соответствующего искового заявления о взыскании задолженности в судебные органы не способствовало пресечению нарушений условий контракта и не может расцениваться как разумное и осмотрительное поведение в сложившейся ситуации. Иные же предпринятые заявителем меры, направленные на получение денежных средств от иностранного контрагента, были лишены должной оперативности и не привели к достижению юридически значимой цели.

Довод Общества о пропуске срока давности привлечения к ответственности в постановлении от 17.12.2018 №АД-249/2018 о назначении административного наказания отклоняется судом как необоснованный. 

В указанном постановлении дата совершения правонарушения определена как 16.12.2017, в связи с чем, срок привлечения не пропущен.

Нарушения процедуры привлечения к административной ответственности, судом не установлено, срок давности привлечения к административной ответственности, установленный статьей 4.5 КоАП РФ, не пропущен, наказание назначено Обществу в пределах санкции, предусмотренной частью 4 статьи 15.25 КоАП РФ с учетом характера и степени вины.

Доказательств наличия исключительных обстоятельств, повлекших нарушения, не представлено. Оснований для освобождения Общества от административной ответственности по правилам статьи 2.9. КоАП РФ не имеется.

Оценив все обстоятельства дела, степень общественной опасности совершенных правонарушений, суд считает, что совершенным правонарушениям соответствуют наказания в виде штрафов в назначенном размере.

На основании изложенного, заявленные Обществом требования не подлежат удовлетворению.

В соответствии с частью 4 статьи 208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается. 

Государственная пошлина в размере 3000 руб., уплаченная Обществом при подаче заявления по платежному поручению № 7380 от 24.12.2018, подлежит возврату заявителю на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-170, 208, 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «ТРИГО Экспертиза качества» излишне уплаченную государственную пошлину в размере 3000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение 10 дней со дня принятия.

Судья Лебедева И.В.