461/2023-45941(3) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД  ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Тюмень Дело № А70-1842/2018 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 августа 2023 года Постановление изготовлено в полном объёме 10 августа 2023 года 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Шаровой Н.А., судей Доронина С.А.,  ФИО1 - 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего -  Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее также – ГК АСВ,  управляющий) на определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.11.2022  (судья Поляков В.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда  от 24.05.2023 (судьи Брежнева О.Ю., Горбунова Е.А., Дубок О.В.) по делу № А70-1842/2018  о несостоятельности (банкротстве) Сибирского банка реконструкции и развития (общество  с ограниченной ответственностью) (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее также –  должник, Банк), принятые по заявлению управляющего о взыскании с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 (далее также – ответчики) убытков.  

В заседании приняли участие: ФИО6; ФИО7 – представитель ГК АСВ  по доверенности от 15.07.2020 № 365; ФИО8 – представитель ФИО3  по доверенности от 26.03.2021; ФИО9 – представитель ФИО4 по доверенности  от 09.03.2021.  

Суд установил: 

приказами Банка России от 06.02.2018 № ОД-280, № ОД-281 у Банка отозвана  с 06.02.2018 лицензия на осуществление банковских операций, назначена временная  администрация по управлению кредитной организацией.  

 Определением суда от 16.02.2018 принято заявление Банка России о признании должника  несостоятельным, возбуждено производство по делу о банкротстве; решением суда от 22.03.2018  Банк признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на один  год, конкурсным управляющим утверждена ГК АСВ.  

 Управляющий 10.02.2021 обратился в суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ),  о привлечении ФИО5, Бранденбург И.Р., ФИО3, ФИО4, ФИО6  

к субсидиарной ответственности, взыскании убытков,  

 Определением суда от 30.11.2022, оставленным без изменения постановлением  апелляционного суда от 24.05.2023, заявление удовлетворено частично. Бранденбург И.Р.,  ФИО5 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника;  производство по определению размера субсидиарной ответственности приостановлено  до завершения расчётов с кредиторами. В удовлетворении остальной части заявления отказано.  

 В кассационной жалобой ГК АСВ просит определение и постановление судов отменить  в части отказа в удовлетворении заявления о привлечении к гражданско-правовой  ответственности ФИО6, ФИО3, ФИО4, в указанной части  обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.  

 В обоснование указывает на следующее: убыток от выдачи Банком безнадёжных кредитов  юридическим лицам, имеющим признаки технических заёмщиков, составил 520 118 930,49 руб.,  кроме того, Банк приобрёл по договору купли-продажи имущество по завышенной  на 829 688 руб. цене. В совокупности причинён убыток в сумме 520 948 618,49 руб. Сделки  одобрены кредитным комитетом Банка, в состав которого входили председатель правления Банка  ФИО5, заместитель председателя правления Банка ФИО6, заместитель  председателя правления Банка ФИО4; главный бухгалтер ФИО3, являвшийся  также членом правления Банка. Ответчики, должные действовать в интересах Банка, нарушили  принципы добросовестности и разумности, одобрив заключение таких кредитных договоров;  судами не дана оценка доводам о ненадлежащем финансовом состоянии заёмщиков, что  отражалось в протоколах заседаний кредитного комитета Банка; на момент выдачи кредитов  достаточное обеспечение их возврата не предоставлено; после выдачи кредитов заёмщики  не обслуживали долг, а выводы судов об обратном не соответствуют материалам дела;  исполнительные производства результатов не дали; масштабы деятельности заёмщиков  не соответствовали объёмам кредитования; неустановление Банком России оснований  для переквалификации заёмщиков в V категорию (в наименее благонадёжную) не исключает  необходимости оценки соответствующих актов проверки Банка России в совокупности с иными  доказательствами по делу, кроме того, имеются предписания Банка России 2016-2018 годов  о необходимости досоздания резервов по ссудам; полагает нерелевантной ссылку судов  на определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8),  в котором учтена недоказанность одобрения сделок по выводу активов кредитной организации;  ФИО3 как главный бухгалтер и член правления Банка, не подписав кредитные договоры,  мог предотвратить выдачу кредитов, кроме того, он несёт по правилам статьи 232 Трудового  кодекса Российской Федерации полную материальную ответственность.  

 В отзывах ФИО4 и ФИО6 просят в удовлетворении кассационной жалобы  отказать, указывают на наличие в материалах дела доказательств соблюдения нормативных  требований Банка России при выдаче кредитов (кредитные досье, документы для оценки  кредитного риска, оценка и проверка залогов и др.); соблюдение локальных систем внутреннего  контроля Банка; в результате регулярных проверок со стороны Банка России не установлено  фактов кредитования технических заёмщиков; результаты последующей финансово-хозяйственной деятельности заёмщиков не могут быть вменены ответчикам в качестве убытков;  

реальность финансово-хозяйственной деятельности заёмщиков подтверждена материалами дела;  грубых нарушений при оценке кредитного риска не выявлено; условия кредитования обычные,  спорные кредиты не являются впервые выданными или единичными, их выдача не выходит  за пределы обычной деятельности кредитной организации и свойственного  ей предпринимательского риска; заинтересованность ответчиков отсутствует; кредитный  комитет принимает во внимание заключения иных подразделений банков и не осуществляет  перепроверку их достоверности; ФИО4 полагает необоснованной формулу расчёта  убытков (сумма невозвращённых кредитов – «ликвидное обеспечение» (содержание которого  ГК АСВ не мотивировано)), не учитывающую иные обеспечения кроме залогов, учитывающую  заниженную залоговую, а не рыночную стоимость имущества, часть которого до сих пор  находится на реализации; расчёт составлен произвольно и не имеет ссылок на первичные  учётные документы, касающиеся исполнения кредитных договоров.  

 Представитель управляющего в судебном заседании поддержал доводы, изложенные  кассационной жалобе. ФИО6, представители ФИО3 и ФИО4 возражали  против удовлетворения кассационной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на неё.  

 Изучив материалы обособленного спора, заслушав представителей, обеспечивших явку  в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ по доводам,  изложенным в кассационной жалобе, законность обжалуемых определения и постановления, суд  округа не находит оснований для их отмены.  

 Как следует из материалов дела и уставлено судами, Банк создан в соответствии  с решением собрания учредителей-пайщиков от 12.10.1990 и зарегистрирован Государственным  банком РСФСР 25.12.1990 за № 1284.  

 С указанной даты по 20.04.2018 председателем правления Банка являлся ФИО5  (владелец 14,29 % доли в его уставном капитале), а его заместителями – ФИО6  (с 16.07.2015 по 21.05.2018), ФИО4 (с 10.02.2011 по 21.05.2018), Бранденбург И.Р.  (с 13.10.2017 по 20.04.2018).  

 Функции главного бухгалтера Банка возложены на ФИО3 (одновременно  являвшегося членом правления Банка) с 22.03.2010 по 21.05.2018.  

 В соответствии с уставом органами управления Банка являлись: общее собрание  участников, совет директоров, правление - коллегиальный исполнительный орган, председатель  правления – единоличный исполнительный орган.  

 Руководство текущей деятельностью Банка осуществлялось коллегиальным  исполнительным органом – правлением Банка и единоличным исполнительным органом –  председателем правления Банка.  

 Основные задачи правления Банка: обеспечение сохранения и приумножения капитала;  поддержание ликвидности активов; недопущение банкротства.  

 Правление Банка решало вопросы организации бухгалтерского учёта и отчётности;  рассматривало текущие и перспективные планы работы; принимало решения о совершении  крупных сделок (связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения  прямо или косвенно имущества, стоимость которого составляет от 10 % до 25 % стоимости  имущества Банка).  

 В течение 2016-2017 годов Банком заключены кредитные договоры с обществами  с ограниченной ответственностью «Демис», «АрмСтройСервис», «М-Групп», «Тюменские  телефонные сети», «Сити+», «СтройИнструмент», «СМ Трейд», СК «Генезис», «СтройТехСнаб»,  «Акриат».  

Также Банком у иных лиц приобретено недвижимое имущество, облигации. 

 Полагая, что предоставленные кредиты выданы «техническим» заёмщикам, а купленные  ценные бумаги не отвечают критерию ликвидности, ссылаясь на приобретение имущества  по завышенной стоимости и причастности ответчиков к хищению средств банка, управляющий  обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

 Удовлетворяя заявление в части привлечения Бранденбург И.Р. и ФИО5  к субсидиарной ответственности, суды пришли к выводу о том, что в результате неправомерных  действий указанных лиц, способствующих хищению непосредственными исполнителями средств  Банка, а также действий по приобретению неликвидных еврооблигаций Avanti Products s.r.o  и облигаций общества «ТКК» должнику причинён ущерб в совокупном размере  1 631 527 490,48 руб.  

 Отказывая в удовлетворения заявления в остальной части требований, суды исходили из  того, что поведение ФИО4, ФИО6 и ФИО5  при принятии коллегиальным органом Банка по выдаче кредитов заёмщикам  не отклонялось от стандартов разумности и добросовестности, обычно применяемых  в этой сфере деятельности, а также указали на недоказанность наличия у ФИО3  возможности принятия решений о заключении кредитных договоров и договора купли-продажи  недвижимости в силу того, что в компетенцию главного бухгалтера не входят вопросы  целесообразности либо экономического обоснования совершения сделок кредитной организации.   Выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле  доказательствам и сделаны с правильным применением норм права.  

 В случае, когда причинённый контролирующими лицами, указанными в статье 53.1  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), вред исходя из разумных  ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны  компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом  по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

 Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ (в редакции, действующей на дату совершения  неправомерных действий) лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать  в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.  

 Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица  (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).  

 В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3  статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей  (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причинённые по его вине  юридическому лицу.  

 Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа  юридического лица уполномочено выступать от его имени, несёт ответственность, если будет  доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало  недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали  обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

 Согласно пункту 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими  в состав органов юридического лица» содержатся разъяснения, согласно которым  недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда  директор совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения  соответствующих органов юридического лица; знал или должен был знать о том, что его  действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица,  например, совершил сделку (голосовал за её одобрение) на заведомо невыгодных для  юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.).  

 Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия  которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или)  иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки  (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более  раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).  Невыгодность сделки определяется на момент её совершения; если же невыгодность сделки  обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из неё обязательств, то директор  отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с  целью её неисполнения либо ненадлежащего исполнения.  

 Как уже отмечено, судами установлено то, что органами управления Банка являлись: общее  собрание участников, совет директоров, правление – коллегиальный исполнительный орган,  председатель правления – единоличный исполнительный орган.  

 Руководство текущей деятельностью Банка осуществлялось правлением Банка  и председателем правления Банка.  

 В исследуемый временной промежуток в Банке был образован и действовал кредитный  комитет, являвшийся рабочим органом по обсуждению и принятию решений по проведению  активных операций, содержащих кредитный риск, а также по вопросам управления кредитными  рисками.  

 К полномочиям кредитного комитета относилось определение условий проведения  операций и сделок, подверженных кредитным рискам. При принятии решения и формировании  рекомендаций члены кредитного комитета должны были учитывать утверждённую Банком  кредитную политику; соблюдение установленных ограничений по проведению операций,  имеющих для Банка кредитный риск; соблюдение нормативов ликвидности; учитывать  и предотвращать риски невозврата размещённых средств, в том числе вследствие неверной  оценки известных и существовавших на стадии выдачи кредита обстоятельств; члены комитета,  проголосовавшие за проведение операции, подверженной кредитному риску, отвечают  

за обоснованность рекомендательного решения на стадии его формирования.  

 Принятые на кредитном комитете в рамках его компетенции решения для председателя  правления Банка имели рекомендательный характер, а решения, утверждённые председателем  правления - обязательными для исполнения всеми должностными лицами и подразделениями  Банка.  

Ответчики участвовали в заседаниях кредитных комитетов Банка по вопросам  о заключении кредитных договоров с обществами с ограниченной ответственностью «Демис»,  «АрмСтройСервис», «М-Групп», «Тюменские телефонные сети», «Сити+», «СтройИнструмент»,  «СМ Трейд», СК «Генезис», «СтройТехСнаб», «Акриат».  

 Согласно части 3 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском  учёте», руководитель кредитной организации обязан возложить ведение бухгалтерского учёта  на главного бухгалтера; под бухгалтерским учётом понимается формирование  документированной систематизированной информации об объектах, предусмотренных данным  законом, в соответствии с требованиями, установленными этим законом, и составление  на её основе бухгалтерской (финансовой) отчётности.  

 Суды, учитывая положения должностной инструкции главного бухгалтера и статус  ФИО3 как члена правления, исходили их отсутствия в материалах дела доказательств  наличия у него возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным  образом определять его действия; блокировать заключение кредитных договоров; того, что он  являлся выгодоприобретателем вменяемых ему действий, состоял в сговоре с иными  привлекаемыми к ответственности лицами или принимал участие в реализации изначально  разработанной схемы по причинению Банку убытков.  

Отклоняя доводы ГК АСВ об одобрении остальными ответчиками выдачи кредитов  «техническим» заёмщикам, суды приняли во внимание правовые позиции, изложенные  в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439 (3-8),  о том, что при разрешении споров о привлечении бывшего руководства банка к субсидиарной  ответственности необходимо поимённо устанавливать вовлеченность каждого конкретного  ответчика в совершение каждой из вменяемых сделок; общие абстрактные выводы  об их недобросовестности (неразумности), основанные исключительно на их принадлежности  к числу контролирующих лиц недопустимы; необходимо проверить, являлся ли конкретный  ответчик инициатором, потенциальным выгодоприобретателем существенно убыточной сделки  либо действовал ли он с названными лицами совместно (статья 1080 ГК РФ).  

При этом, возражая против доводов истца, ответчик вправе ссылаться на правило о защите  делового решения, а именно, что он действовал разумно и добросовестно (пункт 3 статьи 53.1  ГК РФ). Так, в частности, совершение (одобрение) сделки на основании положительного  заключения (рекомендации) профильного подразделения банка (в том числе кредитного  департамента) предполагает, что действия ответчика не отклонялись от стандартов разумности  и добросовестности, обычно применяемых в этой сфере деятельности. В ситуации, когда  задолженность контрагента в достаточной степени обеспечена, отсутствуют основания  для квалификации действий лица, заключившего или одобрившего соответствующий договор,  как неразумных или недобросовестных (определения Верховного Суда Российской Федерации  

от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210, от 22.04.2022 № 305-ЭС18-20160).  

Однако данная презумпция является также опровержимой, в связи с чем в определениях  Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 № 305-ЭС18-13210, от 09.12.2021   № 307-ЭС19-18598, от 18.08.2022 № 305-ЭС17-12877 высшая судебная инстанция указывает  на категорию крайней, очевидной невыгодности одобряемых сделок, связанной с тем,  что ответчик достоверно знал о нарушении принципов объективности при подготовке  профильным подразделением заключения по сделке или, по крайней мере, обладал неполной  (недостоверной) информацией по соответствующему контрагенту, либо имело место очевидное  отсутствие ликвидности обеспечения по этим сделкам, следующее из самих их условий  и необычности этих условий для деловой практики при сходных обстоятельствах.  

Суды установили отсутствие у ответчиков признаков аффилированности с заёмщиками,  выгодоприобретателей совершенных сделок либо получателей средств в результате транзитного  перемещения таковых по счетам заёмщиков.  

Условия всех кредитных договоров, заключение которых вменяется ответчикам, носят  стандартный характер; не отклоняются от аналогичных, заключаемых при схожих  обстоятельствах; не содержат положений, свидетельствующих о привилегированном отношении  заёмщиков к Банку.  

Вопреки доводам кассационной жалобы, договоры заёмщиками исполнялись в той или  иной степени, о чём имеются сведения в пояснениях к апелляционной жалобе самой ГК АСВ;  ни один из кредитных договоров не был расклассифицирован регулятором – Банком России  в ходе плановых и внеплановых проверок до V (низшей) категории качества.  

До 13.07.2017 применялось Положение о порядке формирования кредитными  организациями резервов на возможные потери по ссудам, по ссудной и приравненной к ней  задолженности, утверждённое приказом Банка России от 26.03.2004 № 254-П (далее –  Положение № 254), а с указанной даты – одноименное положение от 28.06.2017 № 590-П (далее  – Положение № 590).  

Указные нормативные акты предписывали кредитным организациям формировать резервы  на возможные потери по ссудам и предусматривали следующее регулирование.  

Оценка ссуды и определение размеров резервов осуществляется кредитными  организациями самостоятельно на основе профессионального суждения в установленном  указанным нормативными актами порядке. Залог отнесён к обеспечению II категории качества,  к нему применяется справедливая стоимость, определяемая кредитной организацией.  Источниками получения информации о рисках являются правоустанавливающие документы,  бухгалтерская, налоговая, статистическая и иная отчётность заёмщика, средства массовой  информации и другие источники, определяемые кредитной организацией самостоятельно.  

Кредитная организация должна обеспечить получение информации, необходимой  и достаточной для формирования профессионального суждения о размере расчётного резерва  (данные официальной отчётности заёмщика (годовая бухгалтерская отчётность), о движении  денежных средств; о просроченной дебиторской и кредиторской задолженности, непогашенных  в срок кредитах и займах, о просроченных собственных векселях; сведения о существенных  событиях, затрагивающих производственную и финансово-хозяйственную деятельность; наличие  

положительной (отрицательной) кредитной истории; вероятность открытия в ближайшем  будущем или фактическое начало процедуры банкротства или ликвидации заёмщика).  

Указанными нормативными актами определены общие принципы оценки рисков.  

В целях определения размера резерва элементы расчётной базы резерва классифицируются  на основании профессионального суждения в одну из пяти категорий качества.  

При классификации кредитная организация оценивает финансовое положение контрагента  с целью выявления вероятности неисполнения договорных обязательств в соответствии  с методикой, утверждённой внутренними документами кредитной организации.  

Во исполнение указанных требований Банком в спорный период времени наряду  с Положением о кредитном комитете, также были разработаны и действовали Положение  о кредитовании юридических лиц, Положение о кредитовании субъектов малого и среднего  бизнеса, Положение об организации управления кредитным риском в Банк), Методика оценки  финансового состояния заёмщиков, Методика оценки финансового состояния заёмщиков- субъектов малого и среднего бизнеса, Положение по работе с залогами Банка.  

Предусмотренная указанными внутренними документами процедура кредитования  состояла из последовательных этапов, выполняемых разными подразделениями Банка  (и ответственными в соотвествующей части): 1) отбор кредитных проектов (ответственные  подразделения – кредитное подразделение, управление по развитию бизнеса). 2) первоначальное  рассмотрение документов, посещение потенциального заёмщика, сбор и проверка данных  (ответственное подразделение – кредитное подразделение): проверка полученных от клиента  документов на предмет полноты и соответствия требованиям Банка, посещение клиента  по адресу ведения бизнеса с целью визуальной оценки его масштабов, проведение бесед,  проверка предмета залога и необходимых контактов. По результатам посещения готовится акт  о реальности бизнеса с приложением фотоотчёта места ведения бизнеса; 3) комплексная  экспертиза кредитного проекта, в том числе: экспертиза экономической безопасности  (ответственное подразделение – главный специалист по экономической безопасности; итог –  заключение о проверке клиента с выводом о возможности выдачи кредита с указанием риска  кредитования; экспертиза, оценка залога (ответственное подразделение – отдел управления  рисками, результат - акт проверки залога/залоговое заключение); юридическая экспертиза  (ответственное подразделение – юридическое управление, результат - юридическое заключение);  экономическая экспертиза и структурирование кредитного проекта (оценка финансового  состояния заёмщика, определение его кредитоспособности, качества ссудной задолженности,  сроки и источники погашения, ответственное подразделение – кредитное подразделение).  

Применительно к обстоятельствам выдачи кредитов, вменяемых ответчикам как повлёкших  убытки для Банка, судами полно и всесторонне проанализированы процедуры взаимодействия  структурных подразделений Банка при формировании и направлении на рассмотрение  кредитного комитета обширного перечня документов по итогам указанной выше проверочной  и экспертной деятельности, в том числе профессиональное суждение об оценке уровня  кредитного риска, и сделан обоснованный вывод о том, что задачей кредитного комитета  (в работе которого принимали участие ответчики) являлась не ревизия выводов каждого из  указанных выше подразделений Банка, готовивших свои суждения и заключения, а комплексная  

оценка сложившейся ситуации с учётом содержания всех документов.  

Заключения по оценке финансового состояния заёмщиков в обязательном порядке  согласовывались с регулятором в лице Отделения Банка России по Тюменской области.  

Меры по контролю и надзору за деятельностью по кредитованию Банка с 21.07.2017  Банк России осуществлял на ежедневной (еженедельной) основе с обязательным мониторингом  всех заёмщиков, что указывает на то, что деятельность кредитного комитета по рекомендациям  к выдаче кредитов осуществлялась открыто, в рамках утверждённых внутренних документов,  под надзором регулятора.  

В деле имеются кредитные досье, в значительном объёме - первичные учётные документы,  подтверждающие реальность финансово-хозяйственной деятельности заёмщиков,  предоставленных обеспечений, частичного исполнения кредитных обязательств.  

 Платёжеспособность заёмщиков на момент выдачи кредитов позволяла им обслуживать  их.  

Судами установлено, что все заёмщики обслуживали кредиты и уплачивали проценты (как  минимум) вплоть до отзыва у Банка лицензии.  

 Доводами кассационной жалобы указанные выводы со ссылкой на неправильную оценку  каких-то конкретизированных материалов дела не опровергаются.  

Судами проанализировано соотношение кредитных обязательств и предоставленных  залогов и иных обеспечений, учтено, что предметом множественных залогов явились объекты  недвижимого имущества, производственное оборудование, транспортные средства, права  требования, принято во внимание отсутствие доказательств их неликвидности или отсутствия,  или того, что представленное на обсуждение кредитного комитета обращение сопровождались  поддельными заключениями отдела управления рисками.  

Вопреки позиции ГК АСВ, последующие (только для некоторых из спорных кредитных  договоров) залоги предусмотрены законом, допущены в банковской практике и отсутствующими  не являются, а иные обеспечительные сделки (поручительства) в расчётах управляющий  не учитывал без оснований.  

 Учёт в расчётах ГК АСВ залоговой стоимости предметов залога не обосновывает его довод  о несоответствии обеспечения объёмам кредитования, поскольку залоговая стоимость, как  правило, существенно ниже действительной рыночной стоимости имущества.  

Привлечение к ответственности в виде взыскания убытков предполагает обоснование  неправомерного поведения ответчиков.  

Вместе с тем, в данном случае инициатором спора не указано, какие положения  нормативно-правовых актов в области банковской деятельности, или внутренних локальных  документов Банка, должностных инструкций или индивидуальных трудовых договоров  нарушены ответчиками, что находилось бы в причинно-следственной связи с убытками Банка.  

 Обстоятельства, возникшие после выдачи кредитов, в качестве оснований требования  не заявлены, что правильно отмечено судами.  

Выводы судов о недоказанности отклонения действий ответчиков от стандартов  разумности и добросовестности, обычно применяемых в сфере кредитования бизнеса,  материалам дела не противоречат и доводами кассационной жалобы не опровергаются.  

Изложенные в кассационной жалобе возражения направлены на переоценку доказательств  по делу, что в соответствии со статьёй 287 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной  инстанции.  

 Фактические обстоятельства установлены судами двух инстанций в результате полного и  всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи  по правилам статьи 71 АПК РФ, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно,  нарушений норм процессуального права не допущено.  

 Поскольку оснований, предусмотренных статьёй 288 АПК РФ, для отмены обжалуемых  судебных актов не имеется, кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.  

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа  

постановил:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 30.11.2022 и постановление Восьмого  арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023 по делу № А70-1842/2018 оставить без  изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего – Государственной корпорации  «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия,  в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации.  

Председательствующий Н.А. Шарова  

Судьи С.А. Доронин  

 ФИО1