ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А45-6147/2021

г. Новосибирск

11 июня 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 июня 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 11 июня 2021 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Цыбиной А.В., при ведении протокола помощником судьи Рышкевич И.Е., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ОГРН 1145476068880), г. Новосибирск,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца общество с ограниченной ответственностью «СтройСервис» (ИНН 

<

***>),

к обществу с ограниченной ответственностью «Бэгриф» (ОГРН 

<

***>), г. Бердск, о взыскании 1 013 496,16 рублей,

по встречному иску о признании договора недействительным и о взыскании 1 820 140,20 рублей,

при участии представителей

истца: ФИО1, директор, выписка из ЕГРЮЛ от 03.01.2021, паспорт,

третьего лица: ФИО2, директор, выписка из ЕГРЮЛ от 03.01.2021, паспорт,

ответчика: ФИО3, доверенность от 21.04.2021, паспорт, копия диплома,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ОГРН 

<

***>, далее – истец, цессионарий) обратилось с иском о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Бэгриф» (далее – ответчик, заказчик) 1 013 496,16 рублей, в том числе 635 420,79 рублей долга по оплате выполненных работ по договору подряда от 04.07.2018 № НСО-07/18-04/1 и 378 075,37 рублей неустойки на основании п. 9.7 договора за нарушение срока оплаты за период с 02.07.2019 по 15.02.2021.

Исковые требования мотивированы тем, что общество с ограниченной  ответственностью  «СтройСервис» (ИНН 

<

***>, далее – третье лицо, подрядчик) выполнило для ответчика на основании указанного выше договора работы, ответчик стоимость выполненных работ оплатил не полностью. 15.01.2020 третье лицо уступило истцу право требования с ответчика долга и неустойки на основании договора об уступке прав требования. Основываясь на статьях 309, 310, 382, 385, 702, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил суд взыскать с ответчика суммы долга и неустойки.

Третье лицо поддержало исковые требования.

Ответчик исковые требования не признал, заявил встречный иск к истцу и третьему лицу о признании договора уступки права требования (цессии) от 15.01.2020 недействительным и о взыскании с третьего лица 1 820 140,20 рублей неустойки на основании п. 9.3 договора подряда от 04.07.2018 № НСО-07/18-04/1 за нарушение срока выполнения работ за период с 05.03.2019 по 10.06.2019.

По утверждению ответчика, договор уступки является недействительной (оспоримой) сделкой в силу нарушения третьим лицом запрета на передачу прав по договору подряда, установленного п. 12.3 договора подряда. В отсутствие письменного согласия ответчика на заключение договора уступки оспариваемый договор уступки, по мнению ответчика, является недействительной сделкой (статьи 166, 168, 174, 382 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовая позиция, изложенная в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2011 по делу № 10900/11).

В судебном заседании ответчик так же указал на то, что по п. 2.3 договора уступки расчет по нему осуществляется наличными денежными средствами в кассу цедента, что не соответствует (исходя из размера уступленного права требования) правилам наличных денежных операций.

Во встречном иске ответчик так же указал, что истец не учел при расчете суммы долга и неустойки по первоначальному иску, что 01.03.2021 ответчик оплатил третьему лицу 400 000 рублей по платежному поручению № 321 за работы по договору подряда, вследствие чего, по мнению ответчика, расчет сумм долга и неустойки по первоначальному иску выполнен не правильно.

Истец и третье лицо представили отзывы на встречный иск, которыми требования встречного иска не признали по идентичным основаниям.

Возражая против искового требования встречного иска о взыскании неустойки за нарушение срока выполнения работ, истец и третье лицо указали на представление ответчиком давальческих материалов (металлоконструкций), изготовленных с отступлениями от технической документации, что повлекло переделку части металлоконструкций. О данных обстоятельствах, по утверждению третьего лица, он ответчика письменно предупреждал и приостанавливал выполнение работ.

Так же истец и третье лицо сочли необоснованным начисление ответчиком неустойки на всю стоимость работ по договору, а не от стоимости работ, выполненных с нарушением договорного срока.

Истец и третье лицо просили суд применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагая заявленную ответчиком неустойку чрезмерной.

Дополнительно истец и третье лицо отметили, что доводы ответчика о нарушении третьим лицом сроков выполнения работ появились только после обращения истца в суд с иском о взыскании стоимости выполненных работ.

Относительно требования встречного иска о признании договора уступки недействительным, истец и третье лицо указали на несоответствие доводов ответчика пункту 3 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации и правовым позициям, изложенным в пунктах 17, 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

По поводу оплаты ответчиком третьему лицу 400 000 рублей, истец и третье лицо указали, что данная сумма была уплачена ответчиком после получения уведомления о состоявшейся уступке, вследствие чего не должна учитываться при определении судом суммы долга (статья 385 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исследовав материалы дела, выслушав доводы участвующих в деле лиц, суд пришел к следующим выводам.

Обществом с ограниченной  ответственностью  «СтройСервис» (ИНН 

<

***>, подрядчик) и ответчиком (заказчик) заключен договор подряда от 04.07.2018 № НСО-07/18-04/1 (далее – договор подряда) на выполнение всего комплекса подготовительных, строительно-монтажных, и иных работ, поставку материалов и оборудования, выполнение которых необходимо для исполнения подрядчиком работ по объекту – столовая на 300 мест (номер здания 11/19, инв. № 6465-057), в рамках проекта «Производство нестерильных лекарственных средств. Корпус № 19. Реконструкция» по адресу: 

<

...>. Заказчик обязался принять и оплатить результат работ на условиях договора.

В соответствии с п. 3.1 договора стоимость работ определена как сумма стоимости работ согласно всем локальным сметным расчетам и составляет 18 201 402,00 рублей. В соответствии с п. 3.2 договора, окончательная стоимость работ по договору, подлежащая оплате подрядчику, определяется из расчета стоимости фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ по актам о приемке выполненных работ формы № КС-2, справкам о стоимости выполненных работ и затрат формы № КС-3 в пределах сумм, установленных договором. 

В ходе выполнения работ по договору подрядчиком выполнены, а заказчиком приняты работы на сумму 16 818 939,57 рублей, в подтверждение чего суду представлены подписанные сторонами договора подряда акты формы № КС-2 о приемке выполненных работ и соответствующие им справки формы № КС-3 о стоимости выполненных работ и затрат от 25.07.2018  1 на сумму 3 471 686,40 рублей, от 24.08.2018 № 2 на сумму 5 083 445,38 рублей, от 01.10.2018 № 3 на сумму 2 811 051,29 рублей, от 01.11.2018 № 4 на сумму 2 457 178,31 рублей, от 01.12.2018 № 5 на сумму 1 992 529,81 рублей, от 10.06.2019 № 6 на сумму 1 003 048,38 рублей.

Суд отклонил довод ответчика о том, что выполнение работ по договору подряда не закончено, так как сторонами на подписаны акты формы № КС-11 и формы № КС-14.

С момента окончания выполнения подрядчиком работ заказчик не заявлял претензий, связанных с неполным выполнением работ, при рассмотрении дела заказчик (ответчик), утверждая о неполном выполнении подрядчиком (третьим лицом) работ, не указал, какие работы остались не выполненными. Несоответствие стоимости выполненных работ указанной в п. 3.1 договора подряда стоимости работ само по себе не означает неполное выполнение работ, особенно, с учетом п. 3.2 договора, в котором указано, что окончательная стоимость работ по договору, подлежащая оплате заказчиком, определяется из расчета стоимости фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ по актам о приемке выполненных работ формы № КС-2 и справкам о стоимости выполненных работ и затрат формы № КС-3 в пределах сумм, установленных договором.

С учетом того, что окончательная стоимость выполненных работ определяется по совокупности сумм, отраженных сторонами в актах формы № КС-2, суд полагает достаточным для определения обстоятельства окончания выполнения подрядчиком работ по договору в отсутствие спора сторон о необходимости выполнения еще каких-либо работ наличия указанных выше актов формы № КС-2.

Так же судом приняты во внимание пояснения третьего лица и истца о том, что третье лицо при выполнении работ по договору подряда не выполняло функций генерального подрядчика, а ввод объекта в эксплуатацию является мероприятием (обстоятельством), срок выполнения (наступления) которого от подрядчика в рассматриваемом случае не зависит.

В соответствии с п. 3.6.2 договора подряда окончательный расчет за выполненные работы по соответствующему этапу за вычетом авансового платежа и гарантийных удержаний, предусмотренных п.п. 3.7, 3.8 договора, осуществляется заказчиком подрядчику в течение 15 рабочих дней с момента получения заказчиком счета от подрядчика при условии подписания сторонами акта о приемке выполненных работ формы № КС-2, справки о стоимости выполненных работ и затрат формы № КС-3 по этапу.

Суд согласился с определением истцом момента возникновения обязательство заказчика (ответчика) по оплате всех выполненных подрядчиком (третьим лицом) работ по истечении 15 рабочих дней после подписания сторонами последних актов формы № КС-2 о приемке выполненных работ от 10.06.2019, то есть 01.07.2019.

С учетом частичных оплат, долг ответчика по оплате выполненных по договору подряда работ по состоянию на 15.01.2020 составил 635 420,79 рублей.

Пунктом 9.7 договора подряда стороны согласовали, что за нарушение сроков оплаты выполненных и принятых заказчиком работ по акту о приемке выполненных работ формы № КС-2, заказчик уплачивает подрядчику пени в размере 0,1 % от невыплаченной в срок суммы за каждый день просрочки.

По расчету истца, неустойка за нарушение срока оплаты 635 420,79 рублей долга за период с 02.07.2019 по 15.02.2021 составила 378 075,37 рублей.

15.01.2020 третье лицо (цедент) и истец (цессионарий) заключили договор об уступке прав требования (цессии) – далее – договор уступки, в соответствии с которым третье лицо уступило истцу права требования с ответчика уплаты суммы долга в размере 941 612,94 рублей по договору подряда от 04.07.2018 №НСО-07/18-04/1 с дополнительным соглашением от 26.11.2018 № 1, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на установленную договором неустойку, пени, а также проценты за неисполнение денежного обязательства.

15.05.2020 третье лицо (цедент) и истец (цессионарий) заключили дополнительное соглашение к договору уступки, которым уменьшили размер уступаемого требования уплаты долга до 635 420,79 рублей.

18.05.2020 цедент направил ответчику уведомление об уступке права требования. Из отчета об отслеживании почтового отправления следует, что почтовое отправление с РПО 63001546030352 вручено ответчику 21.05.2020.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно пункту 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливает: «Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права».

В порядке пункта 1 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора.

В рассматриваемом случае ответчика о состоявшейся уступке уведомил цедент (первоначальный кредитор), оснований не исполнять обязательства истцу у ответчика не было.

Суд отклонил утверждение ответчика о недействительности договора уступки ввиду отсутствия согласия на его заключение.

Действительно в п. 12.3 договора подряда указано, что подрядчик не вправе передавать (уступать) свои права по договору третьим лицам, за исключением передачи всех прав и обязанностей по договору третьим лицам в порядке статьи 392.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, - в этом случае подрядчик обязуется получить письменное согласие заказчика.

Согласно пункту 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

По общему правилу, личность кредитора не имеет значения для уступки прав требования по денежным обязательствам, если иное не установлено договором или законом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2013 № 64-КГ13-7).

В соответствии с пунктом 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В ходе рассмотрения дела ответчик не утверждал о том, что личность кредитора имеет для него существенное значение. Утверждение ответчика о разглашении третьим лицом информации при передаче документации, составленной при исполнении договора подряда, не имеет правового значения при установлении легитимности уступки прав требования.

То обстоятельство, что истец и третье лицо вносили изменения в договор уступки, не влияет на действительность данного договора.

Дополнительно суд отмечает, что хоть в предмет доказывания по настоящему делу не входит выяснение расчетов сторон договора уступки, но истец в обоснование возмездности договора уступки представил суду акт зачета взаимных однородных требований от 16.05.2020, что свидетельствует о возмездном характере договора уступки.

При изложенных обстоятельствах суд соглашается с возражениями истца и третьего лица относительно отсутствия нарушения оспариваемым договором каких-либо прав ответчика (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) и отсутствия в связи с этим процессуальной заинтересованности (часть 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковое требование встречного иска о признании недействительной сделкой договора уступки права требования (цессии) от 15.01.2020, заключенного истцом и третьим лицом, удовлетворению не подлежит ввиду его необоснованности.

Исследуя обстоятельство уменьшения размера денежного обязательства ответчика по договору подряда в связи с оплатой ответчиком третьему лицу 400 000 рублей в 2021 году, суд пришел к выводу о том, что после получения ответчиком от третьего лица (цедента) уведомления об уступке права требования действия ответчика по оплате третьему лицу не означают исполнение надлежащему кредитору. Данная оплата ненадлежащему кредитору не уменьшила размер обязательства ответчика перед истцом (цессионарием) по договору подряда.

Довод ответчика по п. 2.3 договора уступки отклонен судом, так как ответчик изложил текст данного пункта договора уступки не в соответствии с его действительным содержанием.

Согласно п. 2.3 договора уступки: «Оплата указанной в п. 2.2 настоящего договора суммы производится цессионарием путем внесения денежных средств в кассу цедента, или иным способом, не запрещенным законодательством Российской Федерации».

Данный пункт договора уступки не содержит императива в отношении расчета по договору уступки одной суммой наличными денежными средствами и толкование данного пункта договора уступки ответчика существенно отличается от текста п. 2.3 договора уступки.

Дополнительно суд отмечает, что нарушение истцом и третьим лицом (при наличии такового) правил расчетов не нарушает прав ответчика и не может свидетельствовать о наличии у ответчика процессуального интереса в целях заявления искового требования о признании договора уступки недействительной сделкой.

Таким образом, на момент рассмотрения дела долг ответчика перед истцом по оплате по договору подряда составляет 635 420,79 рублей, неустойка за нарушение обязательства по оплате долга за период с 02.07.2019 по 15.02.2021 составляет 378 075,37 рублей.

Исковые требования первоначального иска о взыскании 635 420,79 рублей долга и 378 075,37 рублей неустойки подлежат удовлетворению на основании статей 329, 339, 711, 746 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 9.3 договора подряда сторонами согласовано, что за нарушение подрядчиком сроков выполнения работ, подрядчик уплачивает заказчику пеню в размере 0,1 % от общей стоимости работ по договору за каждый день просрочки.

Ответчик, утверждая о нарушении третьим лицом срока выполнения работ, указал на то, что по договору подряда работы подлежали выполнению по 05.03.2019, а последний акт приемки выполненных работ формы № КС-2 датирован 10.06.2019.

По расчету ответчика, неустойка за нарушение срока выполнения работ на 100 дней, рассчитанная от общей стоимости работ 18 201 402 рубля, составила 1 820 140,20 рублей.

Исследуя наличие оснований для наступления ответственности третьего лица за нарушение срока выполнение работ, суд пришел к следующим выводам.

Из приложения № 7 к договору подряда «График производства работ» следует, что начало выполнения работ 05.07.2018, окончание – 05.03.2019.

Как указано в п. 1.1.8 договора подряда, возможны два варианта поставки материалов и оборудования: самостоятельное приобретение заказчиком (ответчиком); после согласования объемов и стоимости материалов и оборудования стороны заключают дополнительное соглашение, согласно которому поставщиком материалов и оборудования является подрядчик (третье лицо). В дополнительном соглашении оговариваются все условия поставки и оно является неотъемлемой частью договора.

Доказательств подписания дополнительного соглашения сторонами не представлено, исходя из подписанных сторонами актов приемки выполненных работ формы № КС-2, в которых отсутствуют материалы, суд делает вывод о том, что при исполнении договора подряда поставка материалов осуществлялась только заказчиком.

Из Графика производства работ следует, что устройство лестниц должно производиться в период с 01.08.2018 по 05.09.2018, в то время как по товарной накладной от 17.12.2018 № 519 ответчик передавал третьему лицу в производство работ ступени.

В акте от 29.11.2018 стороны ответчик и третье лицо отразили неточности изготовления металлоконструкций, переданных третьему лицу в работу, указали количество трудозатрат третьего лица на устранение данных неточностей.

24.12.2018 третье лицо вручило ответчику письмо исх. № 24-12/209, в котором указало на несоответствие длины элементов монтируемой конструкции и на отсутствие на строительной площадке ряда элементов. В связи с изложенным, третье лицо заявило о приостановлении выполнения работ.

Из представленных третьим лицом писем от 11.01.2019 исх. № 11-01/4, исх. № 11-01/3 следует, что в процессе выполнения работ установлено отсутствие необходимых узлов и наличие недостатков представленных металлоизделий.

Письмом от 24.01.2019 исх. № 24-01/7 третье лицо сообщало ответчику о выявлении в процессе монтажа недостатков металлоконструкций – отсутствие прогонов, деталей, необходимости усиления узлов.

Таким образом, судом установлено, что в ходе выполнения третьим лицом работ по договору подряда ответчик представлял давальческие материалы для выполнения работ не в соответствии с Графиком выполнения работ и представлявшиеся третьему лицу материалы имели несоответствия, что требовало дополнительных временных затрат на выполнение работ.

Из представленных третьим лицом вышепоименованных доказательств следует, что обеспечение материалами для выполнения работ выполнялось ответчиком с нарушением согласованного сторонами договора подряда Графика выполнения работ до четырех месяцев, третье лицо заявляло о приостановлении выполнения работ и вынуждено было тратить дополнительное время на приведение переданных ответчиком в работу материалов в состояние, пригодное для монтажа.

Согласно пункту 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

В порядке пункта 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии со статьей 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств. Ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.

Как следует из пункта 1 статьи 406 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор считается просрочившим, если он отказался принять предложенное должником надлежащее исполнение или не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

В течение срока выполнения третьим лицом работ существовали зависящие от ответчика обстоятельства, препятствовавшие исполнению договора подряда третьим лицом – ответчик несвоевременно передавал третьему лицу в работу материалы, переданные материалы имели недостатки, требовавшие их устранения. При изложенных обстоятельствах, суд пришел к выводу о наличии просрочки кредитора, об отсутствии оснований считать третье лицо виновным в нарушении срока выполнения работ и об отсутствии оснований для применения к третьему лицу меры ответственности в виде неустойки (пени) за нарушение установленных договором подряда сроков выполнения работ.

Исковое требование встречного иска о взыскании с третьего лица 1 820 140,20 рублей неустойки удовлетворению не подлежит ввиду его необоснованности.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному и встречному искам суд в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отнес на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р  Е   Ш  И  Л:

По первоначальному иску.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Бэгриф» (ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (ОГРН 

<

***>) 635 420,79 рублей долга, 378 075,37 рублей неустойки и 23134,96 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины по иску, а всего 1 036 631,12 рублей.

По встречному иску.

Отказать во встречном иске.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока с момента его принятия.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

СудьяА.В. Цыбина