ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

27 февраля 2019 года

Дело №А21-8631-20/2017

Резолютивная часть постановления объявлена     25 февраля 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  27 февраля 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Аносовой Н.В., Бурденкова Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Потаповой А.В.,

при участии:  

от АО КБ «Рублев» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ»: Гребнева К.О. по доверенности от 03.10.2019;

от ООО «Вест-Алко»: Громак С.А. по доверенности от 04.02.2018;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-1565/2019) конкурсного управляющего                     АО КБ «Рублев» на определение Арбитражного суда  Калининградской области от 26.12.2018 по делу № А21-8631-220/2017 (судья Чепель А.Н.), принятое

по заявлению АО КБ «Рублев» 

о включении требования в реестр требований кредиторов должника и признании сделок недействительными

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Алкогрупп»,

установил:

определением Арбитражного суда Калининградской области от 09.11.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Алкогрупп»                  (ОГРН 1133926003452, ИНН 3906286883; далее – ООО «Алкогрупп») введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Киселев Вадим Анатольевич. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 25.11.2017 № 220. 

Решением суда от 16.04.2018 ООО «Аклогрупп» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден Филатов Дмитрий Николаевич.  Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 28.04.2018 № 75.

Акционерное общество Коммерческий Банк «Рублев» (далее – Банк) обратилось 26.06.2018 в суд с заявлением  о включении в реестр требований кредиторов требования в размере 199 828 898 руб. 45 коп., в том числе                  196 535 045 руб. 20 коп. основного долга, 3 293 853 руб. 25 коп. процентов (с учетом уточнений, принятых судом к рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Определением суда от 19.07.2018 к рассмотрению обособленного спора привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета, общества с ограниченной ответственностью «Вест-Алко», «Варан», «Итар», «Смайл», а также Суслов Александр Васильевич, Суслов Константин Васильевич, Попов Виктор Александрович. 

Конкурсный управляющий ООО «Алкогрупп» Филатов Д.Н. обратился в суд с заявлениями об оспаривании сделок, в которых просит признать недействительными договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 70-П/З от 26.08.2016, пункт 2.4.3 кредитного договора № 70-КЛ от 26.08.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 98-П/З от 15.11.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 98-КЛ от 15.11.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 65-П/З от 18.08.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 65-КЛ от 18.08.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 121-П/З от 28.12.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 121-КЛ от 28.12.2016, заключенного Банком и ООО «Вест-Алко». 

Определениями суда от 27.09.2018, от 04.10.2018, от 18.10.2018 заявления конкурсного управляющего    ООО «Алкогрупп» об оспаривании сделок должника и Банка о включении требования в реестр объединены для совместного рассмотрения. 

Определением суда от 26.12.2018 заявление Банка оставлено без удовлетворения; признаны недействительными договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 70-П/З от 26.08.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 70-КЛ от 26.08.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 98-П/З от 15.11.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 98-КЛ от 15.11.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 65-П/З от 18.06.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 65-КЛ от 18.06.2016, заключенного Банком и ООО «Итар»; договор поручительства, заключенный ООО «Алкогрупп» и Банком № 121-П/З от 28.12.2016; пункт 2.4.3 кредитного договора № 121-КЛ от 28.12.2016, заключенного Банкоми ООО «Вест-Алко».

Не согласившись с определением суда Банк в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять новый судебный акт.

В жалобе Банк ссылается на то, что должник на момент совершения оспариваемых договоров поручительства не отвечал признакам неплатежеспособности. По мнению подателя жалобы, наличие неоконченных исполнительных производств в отношении должника не свидетельствует о наличии признаков несостоятельности и недостаточности его имущества. Банк указывает на то, что должник, являясь поручителем, не исполнил свои обязательства  и был необоснованно освобожден от обязательств. 

В отзывах конкурсные управляющие ООО «Алкогрупп» и ООО «Вест-Алко» просят оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

В приобщении письменных пояснений Банка отказано на основании пункта 2 статьи 262, пункта 3 статьи 65 АПК РФ.

В судебном заседании представитель Банка поддержал доводы жалобы; представитель ООО «Вест-Алко» отклонила их. 

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «Аклогрупп» (поручитель) и Банк 18.08.2016 заключини договор поручительства № 65-П/З в обеспечение исполнения кредитного договора № 65-КЛ от 18.08.2016, заключенного Банком и ООО «Итар» (заемщик) 

ООО «Алкогрупп» и Банк 26.08.2016 заключили договор поручительства № 70-П/З в обеспечение исполнения кредитного договора № 70-КЛ от 26.08.2016, заключенного Банком и ООО «Итар» (заемщик). 

ООО «Алкогрупп» и Банк 15.11.2016 заключили договор поручительства № 98-П/З в обеспечение исполнения кредитного договора № 98-КЛ от 15.11.2016, заключенного Банком и ООО «Итар» (заемщик). 

ООО «Алкогрупп» и Банк 29.12.2016 заключили договор поручительства         № 121-П/З в обеспечение исполнения кредитного договора № 121-КЛ от 29.12.2016, заключенного Банком и ООО «Вест-Алко» (заемщик). 

В соответствии с казанными договорами поручительства ООО «Алкогрупп» несет солидарную ответственность с заемщиками по кредитным договорам. 

Неисполнение обязательств по кредитным договорам заемщиками и по договорам поручительства поручителем послужило основанием для обращения Банка в суд с рассматриваемым заявлением. 

Конкурсный управляющий ООО «Алкогрупп» Филатов Д.Н., ссылаясь на наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент заключения договоров поручительства, отсутствие разумных и экономически целесообразных целей заключения указанных договоров, сделав вывод о причинении вреда кредиторам оспариваемыми сделками, обратился в суд с заявлением о признании обеспечительных сделок недействительными. 

Суд первой инстанции, отказывая во включении требования Банка в реестр и удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должником об оспаривании сделок, исходил из наличия в действиях сторон сделок признаков злоупотребления правом, поскольку Банк, проверяя кредитные истории контрагентов и их финансовое положение, не мог не обладать информацией о наличии у должника значительной задолженности перед кредиторами, расчеты по которой на момент совершения сделки поручительства не производились. 

Суд апелляционной инстанции, проверив доводы лиц, участвующим в деле, оценив представленные доказательства, пришел к следующим выводам. 

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным указанным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве). 

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

В случае несоблюдения указанных требований суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве». 

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе. 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после его принятия и в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Вопрос о наличии у обеспечительной сделки признаков причинения вреда интересам кредиторов или злоупотребления правом неоднократно являлся предметом рассмотрения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.  В настоящее время выработана достаточно обширная судебная практика, определившая критерии квалификации соответствующих сделок на предмет их действительности.

Так, в частности, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель принимает на себя обязательства, превышающие его финансовые возможности. Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие: участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов; получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности; реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п.(определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 № 305-ЭС18-17611). 

В данном случае доказательства, которые могли бы подтверждать приведенные факты о злоупотреблении правами, в материалах дела отсутствуют. 

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции отклоняет доводы конкурсного управляющего о том, что оспариваемые договоры безвозмездны и их невыгодность для должника была очевидна на момент их заключения. 

Не опровергнуты лицами, участвующими в деле, пояснения Банка о том, что поручительство предоставлено должником за свое аффилированное лицо, которые входили в группу компаний  «Vestalka» и контролировались Сусловым К.В.  Заемщики и поручители представляют собой группу компаний, внутри которой сложился определенный механизм сотрудничества. Указанные лица осуществляли единую хозяйственную деятельность по закупке, хранению и поставке алкогольной продукции, обладали общим экономическим интересом, в результате чего при заключении одним из них договора, требующего обеспечения, другое лицо, становилось поручителем. Заключение кредитных договоров являлось экономически целесообразным для заемщика, при этом заемщики и поручители рассматривались Банком как одна группа компаний. 

Материалами дела подтверждается, что финансирование предоставлялось независимым кредитором, а поручитель входил в группу компаний заемщика (и потому тоже должен был получить косвенную выгоду от кредитования). Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Доказательств злоупотребления кредитором своими правами материалы дела не содержат, в связи с чем отсутствуют основания для признания обеспечительных сделок недействительными.

Вопреки доводам конкурсного управляющего ООО «Алкогрупп» тот факт, что имущественное положение поручителя не позволяла в полном объеме рассчитаться по основному долгу, не свидетельствует о причинении обеспечительной сделкой вреда иным кредиторам поручителя или о получении заимодавцем необоснованного контроля над ходом процедуры несостоятельности. Напротив, принятие в обеспечение нескольких поручительств от входящих в одну группу лиц, имущественных масс каждого из которых недостаточно для исполнения обязательства, но в совокупности покрывающих сумму задолженности, является обычной практикой, структурирование отношений подобным образом указывает на разумный характер поведения кредитора.

Кроме того, не опровергнуты доводы Банка о том, что по состоянию на 31.12.2016 у должника чистые активы составляли 45 645 тыс.руб., что по сравнению с предшествующим годом больше на 5 482 тыс.руб. и в полтора раза превышает сумму обязательств по оспариваемым договорам поручительства. При этом размер чистых активов должника больше размера неисполненных и принятых обязательств по договорам поручительства на 10 млн.руб. На момент заключения оспариваемых договоров поручительства в бухгалтерской отчетности должника за 2016 год не отражены убытки. Последующая корректировка в 2018 году конкурсным управляющим отчетности должника за 2016 год, а также сведения о неисполненных исполнительных производствах сами по себе не свидетельствуют о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества                           ООО «Алкогрупп» или возникновении таких признаков в результате совершения оспариваемых сделок и осведомленности об этом независимого кредитора (Банка). 

Банком также приведены доводы о том, что показатели хозяйственной деятельности заемщика также свидетельствовали о наличии достаточных оснований для кредитования заемщика, поскольку по данным бухгалтерской отчетности на 31.12.2016 чистые активы заемщика составили 303 752 тыс.руб.  Банк представил в материалы дела (том 3, листы 149, 150) из кредитного досье должника письма ПАО «Сбербанк» и ПАО АКБ «Связь-Банк» от 26.10.2016 и от 10.11.2016, согласно которым обороты по дебету счета составляют соответственно 48,7 млн.руб. и 492 млн.руб., обороты по кредиту – 49 млн.руб. и 451 млн.руб., документы, помещенные в очередь неисполненных отсутствуют, ссудная задолженность отсутствует. Совокупность изложенных обстоятельств позволила Банку при заключении оспариваемых договоров сделать обоснованный вывод об отсутствии у ООО «Алкогрупп» признаков неплатежеспособности. 

Учитывая изложенное, у суда первой инстанции не имелось оснований для признания оспариваемых договоров недействительными.

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает отсутствие правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего                    ООО «Алкогрупп» в части признания недействительными пунктов 2.4.3 кредитных договоров № 70-КЛ от 26.08.2016, № 98-КЛ от 15.11.2016, № 65-КЛ от 18.06.2016,     № 121-КЛ от 28.12.2016, поскольку данные договоры заключены Банком не с должником, а с иными организациями - ООО «Итар», ООО «Вест-Алко», не привлеченными к участию в настоящем обособленном споре в качестве ответчиков. 

В соответствии со статьей 142 Закона о банкротстве установление требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона. 

В силу положений статьи 100 Закона о банкротстве свои требования к должнику кредитор направляет в арбитражный суд и конкурсному управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. 

В данном случае требование Банка к ООО «Алкогрупп»  основано на договорах поручительства, заключенных в порядке обеспечения исполнения обязательств заемщиками перед Банком по кредитным договорам № 70-КЛ от 26.08.2016, № 98-КЛ от 15.11.2016, № 65-КЛ от 18.06.2016, № 121-КЛ от 28.12.2016 .

В силу статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В соответствии с пунктом 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Банк предъявил требования к должнику по основному обязательству –       ООО «Вест-Алко» - в рамках дела о его банкротстве и эти требования признаны судом обоснованными. 

Согласно пунктам 4.2 Договоров поручительства срок действия поручительств не прекратился. Размер задолженности и процентов проверен судом, признан арифметически правильным. Требование заявлено кредиторов в установленный срок. 

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленного Банком требования, в связи с чем требование кредитора подлежит включению в третью очередь реестра требований кредиторов в сумме 199 828 898 руб. 45 коп., в том числе 196 535 045 руб. 20 коп. основного долга, 3 293 853 руб. 25 коп. процентов.

Требование по взысканию неустоек (штрафов, пеней) учитывается отдельно в реестре требований кредиторов и подлежит удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов (пункт 3 статьи 137 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанций относятся на должника с учетом отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником об оспаривании сделок. При подаче апелляционной жалобы Банком уплачены 3 000 руб. государственной пошлины, которые подлежат возмещению должником. В суде первой инстанции конкурсному управляющему     ООО «Алкогрупп» предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение заявления в суде. 

Руководствуясь статьей 110, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  Калининградской области  от 26.12.2108 по делу №  А21-8631-20/2017 отменить. Принять новый судебный акт.

Требование акционерного общества Коммерческий Банк «Рублев» признать обоснованным и включить в третью очередь реестра требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Алкогрупп» в размере                        199 828 898 руб. 45 коп., в том числе 196 535 045 руб. 20 коп. основного долга, 3 293 853 руб. 25 коп. процентов.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Алкогрупп» о признании сделок недействительными отказать.

Взыскать с ООО «Алкогрупп» в пользу АО КБ «Рублев» 3 000 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ООО «Алкогрупп» в доход федерального бюджета 24 000  руб. государственной пошлины.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

Н.В. Аносова

 Д.В. Бурденков