ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-25265/2017

г. Саратов

30 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 декабря 2019 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Самохваловой А.Ю.,

судей  Грабко О.В., Макарихиной Л.А.,         

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев  в открытом судебном заседании апелляционную жалобу  общества с ограниченной ответственностью «Объединенная Электросетевая Компания» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

на определение Арбитражного суда Саратовской  области  от 08 ноября 2019 года по делу №А57-25265/2017   

по требованию общества с ограниченной ответственностью «Объединенная Электросетевая Компания» о включении в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Кронгласс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 413100, 

<

...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании представителя конкурсного управляющего ФИО2 – ФИО3, действующей на основании доверенности от 02 октября 2019 года, представителей общества с ограниченной ответственностью «Объединенная Электросетевая Компания»  – ФИО4, действующей на основании доверенности от 09 января 2019 года, ФИО5, действующего на основании доверенности от 23 декабря 2019 года,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 16 октября 2018 года (резолютивная часть объявлена 11 октября 2018 года) должник - ООО «Кронгласс»

признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на 6 (шесть)   месяцев, до 11 апреля 2019 года. Определением

Арбитражного суда Саратовской области от 16 октября 2018 года (резолютивная часть объявлена 11 октября 2018 года) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в сводном реестре арбитражных управляющих 16156, адрес для направления почтовой корреспонденции: 454001, г. Челябинск, а/я 13455), член ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных «Южный Урал» (454020, 

<

...>).

19 декабря 2018 года в Арбитражный суд Саратовской области поступило требование кредитора ООО «ОЭК» о включении в реестр требований кредиторов должника - ООО «Кронгласс» для удовлетворения в третью очередь требований в сумме 4 257 250 руб.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25 декабря 2018 года требование общества с ограниченной ответственностью «Объединенная Электросетевая Компания» принято к производству.

До рассмотрения требования по существу, кредитором уточнены заявленные требования: просит включить в реестр требований кредиторов должника - ООО «Кронгласс» требования в размере 2012 923 руб. 64 коп., в том числе: основной долг - 1 437 333 руб. 33 коп., неосновательное обогащение - 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 75 590 руб. 31 коп.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 08 ноября 2019 года требование      кредитора      -   общества   с   ограниченной   ответственностью

«Объединенная Электросетевая Компания» о включении в реестр требований кредиторов должника - общества с ограниченной ответственностью «Кронгласс» требования в размере 2 012 923 руб. 64 коп. оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Объединенная Электросетевая Компания»  просит определение отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Двенадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи, с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 142 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», установление размера требований кредиторов на стадии конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Закона.

Согласно пункту 1 статьи 100 Федерального Закона «О несостоятельности (банкротстве)», кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Материалами дела установлено, что требование кредитором предъявлено в установленный законом срок.

Как следует из заявления кредитора, обязательство основано на задолженности по договору займа № 5 от 15.03.2016 и № 64 от 07.09.2016.

Кредитор указывает, что между ООО «ОЭК» и ООО «Кронгласс» заключен договор займа № 5 от 03.04.2016. По указанному договору ООО «ОЭК» передало денежные средства в сумме 500 000 (пятьсот тысяч) руб. 00 коп. путем перечисления денежных средств на расчетный счет заемщика, что подтверждается платежным поручением № 40 от 15.03.2016. Должник со своей стороны обязался вернуть денежные средства с процентами по истечении 60 (шестидесяти) месяцев. До настоящего момента ООО «Кронгласс» никаких действий в погашение займа не предпринял.

Как указывает кредитор, задолженность по договору займа от 03.04.2016 № 5 составляет 1 437 333 руб. 33 коп.

Договор займа от 07.09.2016 № 64 исключен кредитором из числа доказательств, ввиду отсутствия его оригинала.

Однако, кредитор указывает, что во исполнение договора от 07.09.2016 № 64 платежным поручением от 07.09.2016 № 298 были перечислены денежные средства в размере 500 000 руб. и не возращены Должником, ввиду чего, у последнего, по мнению кредитора возникло неосновательное обогащение. Также, кредитором рассчитаны проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 08.09.2016 по 18.05.2018 в размере 75 590 руб. 31 коп.

Таким образом, по мнению кредитора, общая сумма задолженности составляет 2 012 923 руб. 64 коп., в том числе: основной долг - 1 437 333 руб. 33 коп., неосновательное обогащение - 500 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами - 75 590 руб. 31 коп.

Согласно данным информационной системы «Сбис. Проверка контрагентов» в период совершения рассматриваемых сделок директором ООО «Кронгласс» являлся ФИО6, единственным участником - ФИО7

В ООО «СКБИ» (ИНН 

<

***>) директорами являлись ФИО8 с 25.01.2016 по 25.02.2016, ФИО6 в период с 25.02.2016 по 21.07.2016, при этом, ФИО7 в период с 25.01.2016 по 01.09.2017 являлась единственным участником данного общества.

В  ООО  «Энгельсский завод железо-бетонных  изделий»  (ИНН 

<

***>)

директором с 25.01.2016 по 25.02.2016 был ФИО8, с 25.02.2016 по 18.09.2017.

ФИО6, а с 18.09.2017 - ФИО9 (также являвшийся руководителем должника), учредитель с 25.01.2016 по 06.09.2017 ФИО7

В ООО «Саратовский комбинат бетонных изделий» (ИНН 

<

***>) учредителем являлась ФИО7, директорами в разный период времени - ФИО6, ФИО8

В ООО «Кронгласс» (ИНН 

<

***>) учредителями в разное время являлись ФИО7, ФИО9, директорами - ФИО6, ФИО9

В ООО «ПЭК» (ИНН 

<

***>) директорами являлись ФИО8 в период с 29.03.2013 по 14.02.2014 и ФИО10 с 14.02.2014, единственным участником общества с 29.03.2013 по 14.112016 являлся ФИО8, а с 15.11.2016 - ФИО11

В ООО «Тепловые системы» (ИНН 

<

***>) директором с момента регистрации Общества является ФИО10, а единственным участником являлись в период с 06.07.2012 по 14.11.2016 ФИО8, с 15.11.2016  ФИО11

В ООО «Объединенная Электросетевая Компания» (ИНН 

<

***>) ФИО10 являлся директором в период времени с 01.03.2016 по 21.07.2018.

Из этого следует, что ООО «Кронгласс» и ООО «Объединенная Электросетевая Компания» принадлежат к группе компаний, которые взаимосвязаны между собой посредством руководителей и участников.

Также, в рамках дела № А57-25265/2017 конкурсным управляющим помимо заявления ООО «ОЭК» получены заявления от ООО «Энгельс Тепло Сервис» за подписью директора ФИО12 и от ООО «Тепловые системы» за подписью директора ФИО10 Во всех трех заявлениях указан одинаковый номер телефона заявителя. Заявления написаны по одной форме, одинаковым шрифтом, в просительной части заявлений от ООО «ЭнгельсТеплоСервис» и ООО «Объединенная Электросетевая Компания» кредиторы просят включить в реестр требований кредиторов требования ООО «Тепловые системы». По мнению конкурсного управляющего, данный факт свидетельствует о подготовке заявлений о включении в реестр требований кредиторов ООО «Кронгласс» одним лицом, что при отсутствии связанности данных юридических лиц маловероятно.

Более того, представителем ООО «ОЭК» по данному заявлению о включении в реестр требований кредиторов является ФИО4 При анализе судебных дел, к которых принимал участие кредитор, конкурсным управляющим выявлено, что представителем ООО «Тепловые системы» являлась также ФИО4 Также, ФИО4 являлась представителем ООО «ОЭК» в деле о банкротстве ООО «Кронгласс» (Определение АС Саратовской области по делу № А57-25265/2017 от 25.03.2019), ООО «Тепловые системы» в деле о банкротстве ООО «Кронгласс» (Определение АС Саратовской области по делу № А57-25265/2017 от 25.03.2019), ООО «ЭТС» (Определение АС Саратовской области по делу № А57-25265/2017 от 25.03.2019).

Наличие общего представителя в судах также указывает на связность сторон.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. 

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 ГК РФ, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

В случае предоставления заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях т.д.

Вместе с тем, понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.).

В соответствии с пунктом 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, требование кредитора, основанное на произведенных платежах по договору займа, является фактически предоставлением оборотных средств компании, входящей в одну группу, то есть, корпоративным обязательством, не подлежащим включению в реестр требований.

Так, при анализе заявления и имеющихся у конкурсного управляющего выписок банков выявлено:

в платежном поручении № 40 от 15.03.2016 на сумму 500 000,00 руб., на которое указано в заявлении, в назначении платежа указано «оплата процентного займа по договору займа № 5 от 15.03.2016». В заявлении указано на перечисление денежных средств по договору займа № 5 от 03.04.2016. Таким образом, информация кредитора противоречит сведениям, указанным в выписке банка. Кроме того, платежное поручение датировано 15.03.2016, а договор займа -03.04.2016, т.е. исходя из заявления кредитора 15.03.2016 был исполнен еще несуществующий и незаключенный договор займа;

в платежном поручении № 298 от 07.09.2016 на сумму 500 000,00 руб., на которое указано в заявлении, в назначении платежа указано «оплата процентного займа по договору займа № 64 от 07.09.2016». В заявлении же указано на перечисление денежных средств по договору займа № 64 от 07.09.2015. Таким образом, информация кредитора противоречит сведениям, указанным в выписке банка.

В требовании кредитора указывается на перечисление двух займов двумя платежными поручениями. Однако при анализе выписок ООО «Кронгласс» выявлено, что за период, указанный в заявлении (с 15.03.2016 по 07.09.2016) со счета ООО «ОЭК» на счет ООО «Кронгласс» были перечислены средства по 5 разным договорам займа 5 платежными поручениями. Помимо указанных в заявлении займов производились следующие расчеты по договорам займа между ООО «Кронгласс» и ООО «ОЭК»:

-29.03.2016 был получен займ в размере 300 000,00 руб., 30.03.2016 произведен возврат займа в размере 300 000,00 руб.,

-12.04.2016 был получен займ в размере 300 000,00 руб., 14.04.2016 произведен возврат займа в размере 300 000,00 руб.,

18.04.2016 г.был получен займ в размере 300 000,00 руб., 19.05.2016 г. произведен возврат займа в размере 300 000,00 руб.,

По мнению конкурсного управляющего, по своему экономическому смыслу данные перечисления денежных средств являлись временным пополнением оборотных активов предприятия участниками экономической группы, а не займами независимого кредитора. Также обращает на себя внимание, что договоры займа, указанные в заявлении, являются долгосрочными (60 месяцев), в то же время оборот по прочим займам между теми же контрагентами составлял от 1 дня до 1 месяца, что противоречит общепринятой практике получения займов и также указывает на взаимное кредитование компаний одной группы.

Кроме того, по условиям договора займа №5 от 03.04.2016 между ООО «Кронгласс» и ООО «ОЭК», размер процентов по договору займа равен 11% в месяц, что составляет 132 % годовых. Согласно информации Центрального банка Российской Федерации, ключевая ставка по состоянию на 03.04.2016 составляла 11% годовых. Таким образом, процентная ставка по договору займа на момент заключения превышала ключевую ставку в 12 раз.

По условиям договора займа №64 от 07.09.2015 между ООО «Кронгласс» и ООО «ОЭК», размер процентов по договору займа равен 10,5% в месяц, что составляет 126 % годовых. Согласно информации Центрального банка Российской Федерации, ключевая ставка по состоянию на 03.04.2016 составляла 11% годовых. Таким образом, процентная ставка по договору займа на момент заключения превышала ключевую ставку в 11,5 раз.

Следовательно, указанная сделка заключена на заведомо невыгодных для должника условиях и имеет признаки сделки, совершенной со злоупотреблением правом. Договор займа содержит условие о том, что проценты за пользование денежными средствами не выплачиваются в случае досрочного возврата суммы займа.

На практике, возможность заключения таких договоров между хозяйствующими субъектами вызывает существенные сомнения, так как, в случае досрочного погашения задолженности начисление и уплата процентов не предполагается вообще, а, с другой стороны,  устанавливается чрезвычайно высокий процент за пользование в  случае нарушения сроков возврата. Безвозмездное предоставление денежных средств нехарактерно для несвязанных между собой юридических лиц, так как, целью деятельности коммерческих организаций является получение прибыли.

Кроме того, требования кредитора заявлены только в процедуре конкурсного производства, после проведения первого собрания кредиторов и вступления в дело о банкротстве прочих кредиторов (т.е. при наличии известного объема требований кредиторов, включенных в реестр требований).

Судом первой инстанции была назначена экспертиза, перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1.Определить дату изготовления Договора займа № 5 от 15.03.2016?

Соответствует ли дата подписания Договора займа № 5 от 15.03.2016 датам, указанным в реквизитах документа?

Мог ли Договор займа № 5 от 15.03.2016 быть изготовлен позднее тех дат, которые указаны в документе?

4.Указать, одновременно ли были заполнены реквизиты на всех листах Договора займа № 5 от 15.03.2016?

Согласно заключению эксперта от 02.10.2019 № 551, фактическое время изготовления Договора займа № 5, датированного 15.03.2016, не соответствует указанной дате. Договор займа № 5, датированный 15.03.2016, составлен, вероятно, не ранее сентября 2017 года.

Фактическое время подписания Договора займа № 5, датированного 15.03.2016, не соответствует указанной дате, поскольку подпись от имени ФИО13 выполнена, вероятно, не ранее сентября 2017 года.

Договор займа № 5, датированный 15.03.2016, мог быть изготовлен позднее даты, указанной в документе.

Следовательно, учитывая положения статей 168, 170 Гражданского кодекса российской Федерации, заключение спорного договора направлено на создание искусственной кредиторской задолженности Должника перед заинтересованным по отношению к Должнику кредитором, с целью последующего контроля процедуры банкротства Должника, а также получения наравне с другими незаинтересованными кредиторами денежных средств из конкурсной массы Должника, а не на возникновение соответствующих правовых последствий по договору займа.

Доводы апелляционной жалобы в указанной части отклоняются апелляционным судом как не состоятельные.

Данные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12, в котором отмечено, что суд, рассматривая дело об оспаривании сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из доводов о том, что сделка имеет признаки мнимой, направлена на создание искусственной задолженности кредитора, и обстоятельств дела, должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по договору. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Как предусмотрено в пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления ничтожности договора на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган другой стороны по сделке при заключении договора действовал явно в ущерб последнему (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 16 от 14.03.2014 «О свободе договора и ее пределах» указано, что в случаях, когда будет доказано, что сторона злоупотребляет своим правом, вытекающим из условия договора, отличного от диспозитивной нормы или исключающего ее применение, либо злоупотребляет своим правом, основанным на императивной норме, суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает этой стороне в защите принадлежащего ей права полностью или частично либо применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). При этом возможны ситуации, когда злоупотребление правом допущено обеими сторонами договора, недобросовестно воспользовавшимися свободой определений договорных условий в нарушение охраняемых законом интересов третьих лиц или публичных интересов.

Таким образом, само заключение договора займа носит мнимый характер с целью искусственного создания задолженности для дальнейшего включения в реестр требований значительных требований по процентам в составе основного долга и установления заинтересованными к должнику лицами контроля над процедурой. В соответствии с пунктом 2 статьи 10 и статьи 170 ГК РФ злоупотребление правом влечет за собой отказ в защите права лица, злоупотребившего правом.

В соответствии со ст.1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо наличие трех условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение произведено за счет другого лица; отсутствие правовых оснований для приобретения или сбережения имущества.

Согласно ст.8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем кодексе (ст.307 ГК РФ).

Статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определяет понятие доказательств, которыми могут являться полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, при этом в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио и видеозаписи,  иные документы и материалы.

Исходя из ст.65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания отсутствия установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для получения или сбережения имущества лежит на истце.

Исходя из содержания указанной нормы, необходимым условием возникновения обязательства из неосновательного обогащения является приобретение и сбережение имущества в отсутствие правовых оснований, т.е. приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого, не основанное на законе, иных правовых актах, сделке (Определение Верховного Суда РФ от 22.12.2015 по делу № 306-ЭС15-12164, А55-5313/2014 (Судебная коллегия по экономическим спорам).

Как указывает кредитор, во исполнение договора от 07.09.2016 № 64 платежным поручением от 07.09.2016 № 298 были перечислены денежные средства в размере 500 000 руб. и не возращены Должником, ввиду чего, у последнего, по мнению кредитора возникло неосновательное обогащение.

Отсутствие у кредитора документов, подтверждающих наличие договорных, либо иных правоотношений между кредитором и Должником (с учетом исключения кредитором договора от 07.09.2016 № 64 из числа доказательств) само по себе не означает, что таких правоотношений не существовало в период проведения соответствующих расчетов.

Кроме этого, каких-либо доказательств ошибочности перечисления упомянутых денежных средств заявитель не представил. 

Согласно ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, оценивая все представленные в материалы дела доказательства во взаимной связи и совокупности, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности факта образования задолженности общества с ограниченной ответственностью «Кронгласс» в виде неосновательного обогащения.

С учетом изложенного, правовых оснований для включения требования ООО «Объединенная Электросетевая Компания» в реестр требований кредиторов, у суда первой инстанции не имелось.

Доводы апелляционной жалобы ООО «ОЭК» о том, чтоо в силу норм ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» ООО «ОЭК» и ООО «Кронгласс» не являются связанными лицами, отклоняется апелляционным судом.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В отрыве от прочих доводов сама по себе подготовка заявлений о включении в реестр требований кредиторов ООО «Кронгласс» одним лицом, наличие общего представителя, регистрация юридических лиц по одному адресу или нахождение офисов на одном этаже офисного здания не доказывают однозначно наличия связанности сторон. Однако в совокупности, при наличии многочисленных косвенных связей между потенциальными кредиторами и должником, а также наличии связи посредством руководителей и участников складывается картина организованных связанных действий группы компаний. Исходя из судебной практики, совпадение адресов юридических лиц, наличие общего представителя являются допустимыми косвенными доводами взаимосвязанности юридических лиц.

Доводы апеллянта о том, что законом не ограничены условиязаключения договоров между сторонами и размеры возмещения по гражданскимдоговорам, следовательно, договор займа между юридическими лицами может бытьзаключен на любых условиях, установленных соглашением сторон, являются ошибочными.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, о наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, отличных от рыночных.

Как установлено судом, по условиям договоров займа размер процентов по договору равен 11% в месяц, что составляет 132 % годовых. И 10,5% в месяц, что составляет 126 % годовых.  

Следовательно, указанные сделки заключены на заведомо невыгодных для должника условиях и имеет признаки сделки, совершенной со злоупотреблением правом. Договоры займа содержат условие о том, что проценты за пользование денежными средствами не выплачиваются в случае досрочного возврата суммы займа.

На практике, возможность заключения таких договоров между хозяйствующими субъектами вызывает существенные сомнения, так как, в случае досрочного погашения задолженности начисление и уплата процентов не предполагается вообще, а, с другой стороны, устанавливается чрезвычайно высокий процент за пользование в случае нарушения сроков возврата. Безвозмездное предоставление денежных средств нехарактерно для несвязанных между собой юридических лиц, так как, целью деятельности коммерческих организаций является получение прибыли.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с вышеизложенными выводами суда несостоятельны и по существу сводятся к изложению субъективного и документально не подтвержденного мнения апеллянта и подлежат отклонению с учетом вышеизложенного как опровергающиеся материалами дела.

Заявителем апелляционной жалобы документально не опровергнуты выводы, к которым пришел суд первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования представленных в дело доказательств (статьи 9, 65 АПК РФ).

Несогласие апеллянта с произведенной судом первой инстанции оценкой имеющихся в деле доказательств, а также иное толкование заявителем положений гражданского законодательства не свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального и процессуального права и не является в рассматриваемом случае основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 08 ноября 2019 года по делу № А57-25265/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

       Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через  Арбитражный суд 1-ой инстанции, принявший определение.

   Председательствующий                                                                А.Ю. Самохвалова

   Судьи                                                                                               О.В. Грабко

 

                                                                                                              Л.А. Макарихина