ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-23377/2019

Дело № А41-18648/19

03 февраля 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  23 января 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  03 февраля 2020 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  Катькиной Н.Н., Терешина А.В.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании: 

от ФИО2 – ФИО3, выданной в порядке передоверия ФИО4, действующей по доверенности от 30.12.19 г., зарегистрированной в реестре за №77/774-н/77-2019-19-2107

от ФИО5 - ФИО6, доверенность от 22.01.19 г.,

от ФИО7 – ФИО6, доверенность от 08.04.19 г.,

от ООО «Меркурий» - ФИО8, доверенность от 02.04.19 г.,

от остальных лиц – не явились, извещены;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 11 октября 2019 года по делу  № А41-18648/19, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Московской области с иском к ООО «Меркурий», Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD), ФИО9, ФИО5, ФИО7 и ИФНС России по г. Электросталь Московской области, в котором просит (с учетом принятых судом, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнений исковых требований):

- признать недействительной (ничтожной) сделку по отчуждению ФИО10 доли в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 50%, совершенной путем включения в состав участников общества ФИО9;

- признать недействительной (ничтожной) сделку по отчуждению ФИО10 доли в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 50%, совершенной путем выхода из состава участников общества;

- применить последствия недействительности (ничтожной) сделки в виде прекращения права Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) на долю в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 47%;

- применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права ФИО5 на долю в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 26,5%;

- применить последствия недействительности сделки в виде прекращения права ФИО7 на долю в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 26,5%;

- применить последствия недействительности сделки в виде восстановления права ФИО2 на долю в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 100%;

- признать недействительным решение ИФНС России по г. Электросталь Московской области от 17марта 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись №7167746441691 от 17 марта 2016г. о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО9;

- признать недействительным решение ИФНС России по г. Электросталь Московской области от 04 августа 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись №2167748974754 от 04 августа 2016г. о выходе ФИО10 из состава участников ООО «Меркурий» и передачи доли в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 50% ООО «Меркурий»;

- признать недействительным решение ИФНС России по г. Электросталь Московской области от 04 августа 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись №8167749876055 от 26 октября 2016г. - о принятии в состав участников ООО «Меркурий» Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) с долей в уставном капитале в размере 47%;

- признать недействительным решение ИФНС России по г. Электросталь Московской области от 06 апреля 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц была внесена запись №6187747822421 от 06 апреля 2016г. о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО5 с долей в уставном капитале в размере 26,5%, о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО7 с долей в уставном капитале в размере 26,5%;

Исковые требования заявлены на основании положений статей 2-4, 34-35, 1142 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ), статей 166-170, 178, 253, 256 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статей 18, 21, 23, 24, 26 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон Об обществах с ограниченной ответственностью) и мотивированы тем, что ФИО10, в отсутствие нотариального согласия супруги (истца), распорядился совместно  нажитым имуществом, совершив противоречащие закону и требованиям к их совершению сделки по принятию решения об увеличении уставного капитала ООО «Меркурий» (далее – Общество) путем введения в состав участников Общества нового участника - ФИО9, впоследствии, 27 июля 2016г. совершив сделку по отчуждению своей оставшейся доли в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 50% путем выхода из состава участников ООО «Меркурий». Также истец полагает, что нотариальное удостоверенное заявление ФИО10 от 27 июля 2016г. о выходе из ООО «Меркурий» и выплате ему действительной стоимости доли подписано не ФИО10, а другим лицом, волеизъявление на выход из состава участников Общества у ФИО10 отсутствовало, в связи с чем заявление ФИО10 о выходе из состава участников ООО «Меркурий» является сделкой, несоответствующей требованиям закона в силу ст. 168 ГК РФ, то есть недействительной (ничтожной) сделкой. Также истец указал, что сделки были совершены ФИО10 под влиянием существенного заблуждения, что является основанием для признания их недействительными в силу положений ст. 178 ГК РФ.

Решением Арбитражного суда Московской области от 11 октября 2019г. производство по делу № А41-18648/2019 в части требований истца, заявленных к Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) прекращено,  в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, по доводам которой следует, что суд первой инстанции не учел все обстоятельства дела, неправомерно отклонил ходатайства о назначении экспертизы, не дал надлежащей оценки доводам истца.

ФИО5, ФИО7, ООО «Меркурий» представлены отзывы по доводам апелляционной жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы. Ранее представителем истца было заявлено ходатайство о проведении почерковедческой, судебно-психиатрической и оценочной экспертиз, однако в судебном заседании 23 января 2020 г. отказался от заявленных ходатайств о назначении экспертиз. 

Представитель ФИО5, ФИО7 возражал против доводов апелляционной жалобы.

Представитель ООО «Меркурий» возражал против доводов апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 266, 268 АПК РФ.

Дело рассмотрено в соответствии со ст. 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации в картотеки арбитражных дел www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей             арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции.

Как следует из материалов дела, 26 июля 1989г. между ФИО10 и ФИО11 (после заключения брака - ФИО12) (далее - истец) заключен брак, что подтверждается Свидетельством о заключении брака (повторным) от 24 мая 2018г., серии: 

<

...>.

30 июля между ООО «Дортехтранс» и ФИО10 заключен договор купли-продажи акций №1 ЗАО «Меркурий», в соответствии с которым ООО «Дортехтранс» передало в собственность ФИО10 акции ЗАО «Меркурий» в количестве 100 (сто) штук, составляющих 50% уставного капитала ЗАО «Меркурий».

30 июля 2006г. между ООО «Техойл корп.» и ФИО10 заключен договор купли-продажи акций №2 ЗАО «Меркурий», в соответствии с которым ООО «Техойл корп.» передало в собственность ФИО10. акции ЗАО «Меркурий» в количестве 100 (сто) штук, составляющих 50% уставного капитала ЗАО «Меркурий».

Таким образом, ФИО10 стал владельцем 100% акций ЗАО «Меркурий», которые были приобретены ФИО10 в период зарегистрированного брака с истцом, а доля ФИО10 является общей совместной собственностью супругов, что прямо предусмотрено в статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации.

30 сентября 2014г. ФИО10 принято решение единственного акционера ЗАО «Меркурий» о реорганизации ЗАО «Меркурий» и форме преобразования в ООО «Меркурий» с обменом акций на доли номинальной стоимостью 20 000 (двадцать тысяч) руб. 100% уставного капитала, со сменой юридического адреса.

11 декабря 2014г. внесена запись в ЕГРЮЛ (ГРН 6147748770560) о прекращении деятельности ЗАО «Меркурий» путем реорганизации в форме преобразования в ООО «Меркурий».

11 декабря 2014г. ООО «Меркурий» зарегистрировано Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службой №23 по Московской области в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером 1147748017438.

25 февраля 2016г. ФИО10 принято решение №3/2016 единственного участника ООО «Меркурий», в соответствии с которым в состав участников ООО«Меркурий» был принят новый участник - ФИО9 с денежным вкладом в размере 1 000 000 (один миллион) руб., одобрен дополнительный вклад ФИО10 на сумму 980 000 (девятьсот восемьдесят тысяч) руб., увеличен уставной капитал ООО «Меркурий» с 20 000 (двадцать тысяч) руб. до 2 000 000 (два миллиона) руб., доли в уставном капитале ООО «Меркурий» распределены следующим образом: 50% ФИО10 номинальной стоимостью 1 000 000 (один миллион) руб., 50% ФИО9 номинальной стоимостью 1 000 000 (один миллион) руб..

27 июля 2016г. ФИО10 было подписано и подано в ООО «Меркурий» нотариально удостоверенное заявление о выходе из ООО «Меркурий» и выплате ему действительной стоимости доли (зарегистрировано ВРИО нотариуса ФИО13 в реестре за № 8-6-4758).

07 мая 2018г. ФИО10 умер, что подтверждается Свидетельством о смерти от 08.05.2018 г., серии: 

<

...>, открыто наследственное дело. 

ФИО2 приняла наследство 22 октября 2018г., что подтверждается заявлением от 22 октября 2018г. (т.1, л.д. 30).

В настоящий момент, согласно данным из ЕГРЮЛ участниками ООО «Меркурий» являются: ФИО7 - доля в размере 26,5% номинальной стоимостью 563 829, 50 руб.; ФИО5 - доля в размере 26,5% номинальной стоимостью 563 829, 50 руб. и Частная компания с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) - доля в размере 47% номинальной стоимостью 1 000 000 руб.

Ссылаясь на то, что сделка по увеличению уставного капитала ООО «Меркурий» и включению в его состав нового участника – ФИО9 состоялась в период брака с истцом, доля ФИО10 является общей совместной  собственностью супругов, что прямо предусмотрено в статье 34 Семейного кодекса Российской Федерации, и в нарушение статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации истец не давала своего согласия на увеличение уставного капитала ООО «Меркурий», в результате чего доля её супруга уменьшилась со 100% уставного капитала до 50% уставного капитала, а последующее заявление ФИО10 о выходе из состава участников ООО «Меркурий» является ничтожной сделкой, несоответствующей требованиям закона в силу ст. 168 ГК РФ, ФИО2 обратилась в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истец не обосновал недействительность сделок, не представил доказательств того, что стороны спорной сделки преследовали противоправную цель при ее совершении, а также, что ФИО10 совершил ее под действием заблуждения или внушения, не осознавая последствия. В части прекращения производства по делу суд первой инстанции установил, что Частная компания с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) прекратила свою деятельность.

Апелляционный суд не установил оснований для пересмотра выводов суда первой инстанции. 

Согласно пункту 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства (п. 2 ст. 34 СК РФ).

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора купли-продажи для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Согласно части 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (п. 3 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации).

В случае оспаривания действий, совершенных одним из супругов по распоряжению общим имуществом, применительно к положениям пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации бремя доказывания обстоятельств распоряжения имуществом без согласия другого супруга лежит на стороне, оспаривающей указанные обстоятельства.

Истицей не представлено в материалы дела надлежащих доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО9 знал о несогласии ФИО2, как супруги ФИО10, на совершение действий по увеличению уставного капитала Общества за счет вклада нового участника общества.

При этом, суд апелляционной инстанции отклоняет довод о том, что истец не находилась на территории РФ в момент совершения спорной сделки, поскольку данное обстоятельство не является очевидным и достаточным доказательством неосведомленности ФИО2 об увеличении уставного капитала общества.

Довод о том, что суд первой инстанции неверно применил нормы материального права, решив, что ФИО2, не являющейся участником общества, не может оспаривать хозяйственные решения, принятые обществом, несостоятелен.

Вывод об отсутствии права на обжалование следки о выходе из состава общества ФИО10, судом первой инстанции не устанавливался, требования истца рассмотрены в соответствии со ст. 35 Семейного кодекса РФ, как супруги, обладающей правом на совместно нажитое имущество. 

Пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

Поскольку увеличение уставного капитала общества может осуществляться, в том числе, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество (п. 2 ст. 17 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что сделка на приобретение доли в уставном капитале общества не требовала нотариального удостоверения.

Нотариальное удостоверение этой сделки не требуется в случаях перехода доли к обществу в порядке, предусмотренном статьями 23 и 26 настоящего Федерального закона, распределения доли между участниками общества и продажи доли всем или некоторым участникам общества либо третьим лицам в соответствии со статьей 24 настоящего Федерального закона.

Одновременно с решением об увеличении уставного капитала общества на основании заявления третьего лица или заявлений третьих лиц о принятии его или их в общество и внесении вклада должны быть приняты решения о принятии его или их в общество, о внесении в устав общества изменений в связи с увеличением уставного капитала общества, об определении номинальной стоимости и размера доли или долей третьего лица или третьих лиц, а также об изменении размеров долей участников общества.

Апелляционным судом установлено, что ФИО9 был принят в состав участников Общества, таким образом, отчуждение доли было оформление путем распределения между участниками общества доли, возникшей вследствие увеличения уставного капитала, что в свою очередь не требует нотариального удостоверения.

Отсутствие нотариального согласия супруги ФИО10 не является основанием для признания сделок по увеличению уставного капитала общества и распределению доли в нем недействительными.

Истцом также было заявлено о признании сделок недействительными по основаниями, предусмотренным ст. 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно положениям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 2 пункта 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам относятся мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

Исходя из положений нормы пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка подлежит квалификации как притворная, если подтверждено, что воля сторон на момент совершения сделки не была направлена на установление соответствующих ей правовых последствий. Предполагается отсутствие соответствующей воли у каждой из сторон данной сделки. При  совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Порядок применения положений данной статьи разъяснен в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В рамках рассмотрения дела истец не представила доказательства, подтверждающие, что действия сторон сделки были направлены на достижение других правовых последствий и прикрывали иную волю всех участников сделки.

ФИО10 было выражено волеизъявление и совершены действия именно с целью увеличения уставного капитала ООО «Меркурий», повлекшие для ФИО9 необходимость внесения денежных средств в общества, а также внесение соответствующих изменений в ЕГРЮЛ в отношении общества.

В свою очередь, действия ФИО10 также были направлены на увеличение уставного капитала общества за счет принятия в состав общества нового участника, все действия, необходимые для увеличения уставного капитала в соответствии с указанными выше нормами закона совершены. 

Доказательств преследования ФИО9 иных целей при совершении действий по увеличению уставного капитала в материалы дела не представлено.

При этом, само по себе то, что в результате увеличения уставного капитала, размер доли ФИО10 уменьшился до 50% процентов, о притворности сделки не свидетельствует.

Доводы истца относительно наличия в действиях сторон сделки признаков злоупотребления правом не принимаются судом ввиду следующего.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу приведенных норм для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав,

 единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Между тем материалами дела не подтверждается наличие у ответчика умысла на заведомо недобросовестное осуществление прав, наличие единственной цели причинения вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Само по себе то обстоятельство, что, по мнению истца, объективная необходимость для увеличения уставного капитала до совершения сделки отсутствовала, не может свидетельствовать о недобросовестности, поскольку увеличение уставного капитала за счет вклада третьего лица законом не запрещено (ст. 17 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») и не свидетельствует о каких-либо злоупотреблениях со стороны участников сделки.

Довод заявителя жалобы о том, что отсутствовала экономическая целесообразность включения в число участников ФИО14, необоснован, поскольку ответчиками пояснено, что включение ФИО9 в состав участников и внесение им вклада в уставный капитал Общества было обусловлено наличием у ФИО9 деловых связей, необходимых, в том числе для привлечения финансирования с целью реализации Обществом проекта по развитию сети терминалов дистанционной  оплаты с собственным программным обеспечением, указанный проект был предложен ФИО9 

ФИО10 привлечено финансирование (заем) на значительную сумму для развития бизнеса ООО «Меркурий», а поручителем по данному займу выступил лично ФИО9 В частности, ФИО9 обеспечил привлечение денежных средств путем заключения договора займа с ООО «Оплот» (ОГРН 

<

***>), которое предоставило Обществу в заем денежные средства в размере 1 000 000 евро, что подтверждается договором процентного займа между ООО «Оплот» и Обществом от 25 февраля 2016 года и справкой Общества от 17 мая 2019г.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии законной цели ФИО10 развития деятельности общества и привлечения новых источников финансирования для увеличения результативности.

Истец не обосновывает, какая противоправная цель была реализована ФИО14 и ФИО10, не представляет доказательств, что спорные сделки прикрывали иную сделку, поскольку последствия, достигнутые соглашением сторон, соответствуют предмету спорных сделок.

Доказательств, позволяющих полагать, что в результате совершения оспариваемой сделки причинен вред имущественным правам кредиторов должника не имеется.

Согласно п. 2 ст. 17 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ, увеличение уставного капитала общества может осуществляться за счет имущества общества, и (или) за счет дополнительных вкладов участников общества, и (или), если это не запрещено уставом общества, за счет вкладов третьих лиц, принимаемых в общество; из п. 2 ст. 19 названного закона следует, что общее собрание участников общества может принять решение об увеличении его уставного капитала на основании заявления участника общества (заявлений участников общества) о внесении дополнительного вклада и (или), если это не запрещено уставом общества, заявления третьего лица (заявлений третьих лиц) о принятии его в общество и внесении вклада; такое решение принимается всеми участниками общества единогласно; одновременно с решением об увеличении уставного капитала общества на основании заявления третьего лица или заявлений третьих лиц о принятии его или их в общество и внесении вклада должны быть приняты решения о принятии его или их в общество, о внесении в устав общества изменений в связи с увеличением уставного капитала общества, об определении номинальной стоимости и размера доли или долей третьего лица или третьих лиц, а также об изменении размеров долей участников общества; такие решения принимаются всеми участниками общества единогласно; номинальная стоимость доли, приобретаемой каждым третьим лицом, принимаемым в общество, не должна быть больше стоимости его вклада.

Исходя из п. 1 ст. 90 Гражданского кодекса Российской Федерации, уставный капитал общества с ограниченной ответственностью составляется из стоимости долей, приобретенных его участниками, и определяет минимальный размер имущества общества, гарантирующего интересы его кредиторов.

Согласно п. 2 ст. 14 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ, действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Стоимость активов общества с ограниченной ответственностью и, как следствие, рыночная стоимость доли в уставном капитале такого общества определяются не произведенной учредителем денежной оценкой имущества, вносимого им в оплату доли, а действительной рыночной стоимостью имущества, внесенного в уставный капитал.

Учредитель при внесении в качестве вклада в уставный капитал имущества получает эквивалентный актив доли в уставном капитале общества и приобретает корпоративные полномочия по управлению делами общества в порядке, установленном Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ и уставом общества; само по себе совершение сделки по внесению участником имущества в уставный капитал общества не влечет причинения вреда имущественным интересам его кредиторов вне зависимости от номинальной стоимости доли и оценки не денежного вклада в уставный капитал; требования кредиторов участника гарантируются приобретенной им долей в уставном капитале общества.

Расчет истца действительной стоимости доли в обществе, которая подлежала оплата, в размере 28 657 000 руб. не подтвержден соответствующими доказательствами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества.

Согласно пункту 6.1 статьи 23 названного закона в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу.

Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Согласно п. 6.6.4 Устава общество обязано выплатить действительную стоимость доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать в натуре имущество такой же стоимости в течение одного года.

В материалы делу представлено Соглашение о выплате действительной стоимости доли от 28 сентября 2016г., заключенное между ФИО10 и ООО «Меркурий», а также Акт приема-передачи векселя в счет выплаты действительной стоимости доли по соглашению о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале ООО «Меркурий» от 28 февраля 2019г.

О фальсификации подписи ФИО10 на указанных документах истец также не заявил (ст. 9 АПК РФ).

Действительная стоимость доли ФИО10 была выплачена путем передачи в натуре имущества – векселя, эмитентом которого являлся ПАО «Сбербанк», данные ценные бумаги не были оспорены истцом.

Требования закона не содержат требования выплаты действительной доли в уставном капитале общества исключительно в денежном эквиваленте.

Суд апелляционной инстанции отклоняет доводы истца о том, что при спорные сделки были совершены ФИО10 под заблуждением. 

В силу пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки помимо своей воли и воли другого участника составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые снижают возможности его использования по назначению. Заблуждения относительно мотивов сделки не имеют существенного значения. Перечень случаев, имеющих существенное значение, приведенный в данной норме права, является исчерпывающим. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано существенным заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, в статье 178 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено основополагающее правило о том, что сделка, заключенная под влиянием существенного заблуждения, может быть признана недействительной, и предлагаются критерии оценки заблуждения в качестве существенного, исходя, прежде всего, из причины заблуждения, поскольку не любое заблуждение позволяет оспаривать сделку, а только то, которое послужило причиной ее заключения.

Как разъяснено в пункте 4 Информационного письма президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 года N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации", арбитражный суд отказывает в иске о признании сделки недействительной по статье 178 ГК РФ, если будет установлено, что при заключении сделки истец не заблуждался относительно обстоятельства, на которое он ссылается в обоснование своих исковых требований.

Истец в материалы дела доказательств, подтверждающих доводы иска, в том числе о наличии обстоятельств, предусмотренных положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не представил. Каких-либо доказательств того, что ФИО10 действовал под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, он не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел, истец в материалы дела не представил, судом соответствующие обстоятельства не установлены.

Каких-либо доказательств того, что при принятии решения об увеличении уставного капитала Общества путем принятия в состав участников ФИО9 и последующим выходе из состава участников Общества истец действовал под влиянием заблуждения, которое было настолько существенным, что разумно и объективно оценивая ситуацию, он не совершил бы сделку, если бы знал о действительном положении дел, истец в материалы дела не представил, судом соответствующие обстоятельства не установлены.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что доводы о том, что ФИО10 при жизни имел законный интерес в сохранении корпоративного контроля над ООО «Меркурий», поэтому желания продать долю в уставном капитале в размере 50% по номинальной стоимости, что является экономически необоснованным и не влечет к получению прибыли, ФИО10 не имел, суд полагает несостоятельными.

Пункт 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает право собственника по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие прав и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Каких-либо документов, свидетельствующих о недобросовестности действий ФИО9, в материалах дела не имеется и суду не представлено.

Истцом заявлены требования к ИФНС России по г. Электросталь Московской области о признании недействительными решения от 17 марта 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №7167746441691 от 17. Марта 2016г.  о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО9; от 04 августа 2016г.  на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №2167748974754 от 04 августа 2016г. о выходе ФИО10 из состава участников ООО «Меркурий» и передачи доли в уставном капитале ООО «Меркурий» в размере 50% ООО «Меркурий»; от 04 августа 2016г. на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №8167749876055 от 26 октября 2016г. - о принятии в состав участников ООО «Меркурий» Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA  MANAGEMENT LTD) с долей в уставном капитале в размере 47%; от 06 апреля 2018г.  на основании которого в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись №6187747822421 от 06 апреля 2016г. о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО5 с долей в уставном капитале в размере 26,5%, о принятии в состав участников ООО «Меркурий» ФИО7 с долей в уставном капитале в размере 26,5%;

Граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, для признания решения государственного органа незаконным суд должен установить наличие совокупности двух условий: несоответствие решения государственного органа закону или иному нормативному правовому акту и нарушение решением государственного органа прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Отношения, возникающие в связи с государственной регистрацией юридических лиц при их создании, реорганизации и ликвидации, при внесении изменений в их учредительные документы, государственной регистрацией физических лиц в качестве индивидуальных предпринимателей и государственной регистрацией при прекращении физическими лицами деятельности в качестве индивидуальных предпринимателей, а также в связи с ведением государственных реестров - единого государственного реестра юридических лиц и единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, регулируются Федеральным законом от 08.08.2001 №129-ФЗ «О государственной регистрации  юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон №129-ФЗ, Закон о регистрации).

Порядок государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, регламентируется главой 6 Закона №129-ФЗ.

Порядок представления документов на государственную регистрацию установлен статьей 9 Закона №129-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 17 Закона №129-ФЗ для государственной регистрации изменений, вносимых в учредительные документы юридического лица, в регистрирующий орган представляются: подписанное заявителем заявление о государственной регистрации по форме, утвержденной уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти; решение о внесении изменений в учредительные документы юридического лица; изменения, вносимые в учредительные документы юридического лица; документ об уплате государственной пошлины.

Исходя из требований статьи 9 Закона №129-ФЗ, следует, что документы, представленные в налоговый орган для осуществления регистрационных действий, должны отвечать требованиям действующего законодательства.

В соответствии с пунктом 4.1 статьи 9 Закона о государственной регистрации регистрирующий орган не проверяет на предмет соответствия федеральным законам или иным нормативным правовым актам Российской Федерации форму представленных документов (за исключением заявления о государственной регистрации) и содержащиеся в представленных документах сведения, за исключением случаев, предусмотренных этим Федеральным законом.

Поскольку решение единственного участника Общества, которое послужило основанием для внесения инспекцией изменений в отношении Общества в ЕГРЮЛ, недействительным не признано, а факты уведомления общества ФИО10 о выходе его из состава участников и подачи заявления в регистрирующий орган о государственной регистрации изменений в сведения ЕГРЮЛ, связанных с выходом ФИО2 из состава участников общества подтверждены материалами дела, оснований для признания недействительной государственной регистрации указанных изменений, вносимых в сведения о юридическом лице, содержащиеся в  ЕГРЮЛ, в том числе в отношении ответчиков Частной компании с ограниченной ответственностью «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD), ФИО5 и ФИО7, не имеется.

Истцом не представлено доказательств несоответствия принятых налоговым органом решений, а также нарушения такими решениями прав истца. Данные решения принимались регистрирующим органом с соблюдением действовавшего законодательства.

Кроме того,  апелляционный суд отмечает, что «ИНТЕРНЕШНЛ СТОРЕДЖ ДЕЙТА МЕНЕДЖМЕНТ ЛТД» (INTERNATIONAL STORAGE DATA MANAGEMENT LTD) ликвидирована 16 октября 2018г.  (т.2, л.д. 106-107)

В силу пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

Исходя из разъяснений, данных в сохранившем силу постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.10.2005 N 7278/05, в силу ликвидации юридического лица происходит полное прекращение его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим юридическим лицам, соответственно спор не может быть рассмотрен без участия одного из контрагентов, производство по делу на основании пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должно быть прекращено.

В связи с этим суд первой инстанции сделал правильный вывод о необходимости прекращения производства, поскольку ответчик утратил правоспособность в связи с ликвидацией. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отказе в удовлетворении требований истца.

При этом, доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем, не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Оценив все имеющиеся доказательства по делу, апелляционный суд полагает, что обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению, так как доводы, изложенные в ней не подтверждаются материалами дела.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, ч. 1 ст. 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Московской области от 11 октября 2019 года по делу  № А41-18648/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в двухмесячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

Н.Н. Катькина

 А.В. Терешин