АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1566/18 

Екатеринбург

07 мая 2018 г.

Дело № А60-48403/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 мая 2018 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Соловцова С.Н., Артемьевой Н.А..

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алена» (далее – общество «Алена», истец) на решение  Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2017 по делу № А60-48403/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества «Алена» - Палтусов Д.А. (доверенность от 23.04.2018);

акционерного общества «Промышленные инновации» (далее – общество «Промышленные инновации», первый ответчик) – Портнягина М.А. (доверенность от 21.12.2017);

Чередник Елены Юрьевны (далее – Чередник Е.Ю., второй ответчик) Е.Ю. – Красикова Е.Б. (доверенность от 21.12.2017);

Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга (далее – инспекция ФНС России по Вер-Исетскому району г. Екатеринбурга, пятый ответчик) – Русакова Е.А. (доверенность от 01.02.2018).

Общество «Алена» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском: к обществу «Промышленные инновации» о признании недействительным решения внеочередного общего собрания акционеров общества «Промышленные инновации» от 03.06.2016; к первому ответчику и Чередник Е.Ю. о признании права общества «Алена» на 95% акций общества «Промышленные инновации», зарегистрированных за государственным номером выпуска 1-01-06690-К; к Шарафулину Марсу Мансуровичу (далее – Шарафулин М.М., третий ответчик) о признании недействительным договора купли-продажи от 10.10.2005 акций общества «Промышленные инновации» и применении последствий недействительности сделки в виде возврата обществу «Алена» всего полученного по ней;  к акционерному обществу «Регистратор Интрако» (далее – общество «Регистратор Интрако», четвертый ответчик) об обязании внести изменения в реестр акционеров общества «Промышленные инновации» о собственнике акций – обществе «Алена»; к Инспекции Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга об обязании отменить решение о государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), принятое на основании протокола общего собрания акционеров общества «Промышленные инновации» от 03.06.2016 (с учетом изменения иска и отказа от иска в части требований, предъявленных к Месилову Сергею Геннадьевичу, принятых судом первой инстанции в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.02.2017 производство по делу в части требований истца к Месилову С.Г. прекращено. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2017 (судья Лесковец О.В.) в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 (судьи Суслова О.В., Балдин Р.А., Кощеева М.Н.) решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба – без удовлетворения.

В кассационной жалобе общество «Алена» просит решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на то, что поскольку Шарафулин М.М. умер, то суды должны были привлечь к участию в деле наследников Шарафулина М.М. и до вступления в дело правопреемников ответчика необходимо было приостановить производство по делу. Заявитель полагает, что суд апелляционной инстанции неправомерно не принял представленные истцом возражения на заключение экспертов, поскольку в суд первой инстанции они не были представлены по уважительным причинам. Заявитель считает, что судом апелляционной инстанции необоснованно отказано в назначении повторной экспертизы, поскольку экспертами не выявлены все необходимые и достаточные для ответов на поставленные судом вопросы диагностические и идентификационные признаки, неправомерно переформулированы вопросы суда, использованы неизвестные современной науке  и судебно-экспертной практике методы и методики, не приведены аргументы в пользу указанных в заключении ответов, неполно описаны ход и результаты исследования, в связи с чем выводы экспертов вызывают сомнения в их компетентности, а подготовленное ими экспертное заключение является недопустимым доказательством по делу. По мнению заявителя, представленный в подтверждение прав Чередник Е.Ю. на акции общества «Промышленные инновации» регистрационный журнал, представленные ответчиком нотариальные копии договора купли-продажи акций, передаточное распоряжение иных документов, якобы подтверждающие совершение сделки по продаже акций Шарафулину М.М. являются недостоверными, соответственно, поскольку в материалах дела имеются доказательства приобретения обществом «Алена» 95 штук акций уставного капитала общества «Промышленные инновации» посредством учреждения указанного акционерного общества и отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие их отчуждение Шарафулину М.М., недействительность сделки и принадлежность акций истцу представляются доказанными. Заявитель считает, что истцом не пропущен срок исковой давности, так как  доказательств наличия и ведения реестра акционеров до 26.09.2014 ответчиками не представлено, следовательно, срок исковой давности начал течь не ранее указанной даты, а с момента получения истцом информации о неправомерном списании принадлежащих ему акций на основании сделки с                      Шарафулиным М.М. Кроме того заявитель отмечает, что изложенные в экспертном заключении выводы свидетельствуют о том, что оспариваемая сделка  не могла иметь место в 2005 году, в связи с чем выводы судов о начале течения сроков исковой давности с 2006 года и об истечении сроков исковой давности на момент рассмотрения дела противоречат установленным обстоятельствам.

В отзывах на кассационную жалобу Чередник Е.Ю., общество «Промышленные инновации» просят оставить решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения; отмечают, что иск инициирован истцом непосредственно после смены состава его участников, направлен на дестабилизацию деятельности общества «Промышленные инновации», согласно сведениям единого государственного реестра юридических лиц кассатор обладает признаками недействующего юридического лица.

Арбитражный суд кассационной инстанции, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном ст. 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оснорваний для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общее собрание акционеров общества «Промышленные инновации», оформленное протоколом № 1, на котором присутствовали акционеры – Месилов С.Г., обладающий 5% акций, и общество с ограниченной ответственностью «Фирма «Ливия» (далее – общество «Фирма «Ливия»), обладающее 95% акций, состоялось 22.12.2003.

На указанном собрании приняты следующие решения: - создать общество «Промышленные инновации», - утвердить размер уставного капитала 10 000 руб., состоящего из 100 обыкновенных именных бездокументарных акций номинальной стоимостью 100 руб. каждая, распределяемых между акционерами общества «Фирма «Ливия» – 95 штук акций, Месилов С.Г. – 5 штук акций, - утвердить Устав общества «Промышленные инновации», - избрать на должность директора общества «Промышленные инновации» Мессилова С.Г. 

Государственная регистрация общества «Промышленные инновации» состоялась 30.12.2003, ОГРН 1036604027130. 

Из представленных Центральным Банком Российской Федерации в лице Уральского главного управления и обществом «Регистратор Интрако» документов следует, что 24.09.2004 осуществлена государственная регистрация выпуска обыкновенных именных бездокументарных акций общества «Промышленные инновации» и отчета об итогах выпуска ценных бумаг по заявлению общества от 13.01.2004 со следующими параметрами: способ размещения ценных бумаг - распределение акций среди учредителей акционерного общества; количество ценных бумаг выпуска - 100 штук; номинальная стоимость одной ценной бумаги - 100 руб.; общий объем выпуска - 10 000 руб.; государственный регистрационный номер выпуска ценных бумаг - 1-01-06690-К. 

В подтверждение внесения обществом «Фирма «Ливия» вклада в уставный капитал общества «Промышленные инновации» Центральным Банком Российской Федерации в лице Уральского главного управления представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 30.12.2003 № 1 на сумму 9500 руб. 

На общем собрании участников общества «Фирма «Ливия» принято решение одобрить совершение сделки по продаже акций общества «Промышленные инновации» в количестве 95 штук по цене 9500 руб. Шарафулину М.М. (протокол от 09.11.2005 № 18). 

Между обществом «Фирма «Ливия» в лице директора Калгухина А.Г. (продавец) и Шарафулиным М.М. (покупатель) заключен договор купли-продажи акций от 10.11.2005, согласно п. 1.1 которого продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель принять и оплатить ценные бумаги, указанные в п. 1.2 названного договора, в сроки, порядке и на условиях, предусмотренных договором. 

Пунктом 1.2 договора предусмотрены следующие ценные бумаги: вид ценных бумаг – обыкновенные именные акции, эмитент ценных бумаг - общество «Промышленные инновации», номер государственной регистрации ценных бумаг – 1-01-06690-К, номинальная стоимость одной ценной бумаги – 100 руб., количество ценных бумаг – 95 штук. 

В п. 1.3 договора стороны согласовали цену договора, которая составляет 9500 руб. 

По квитанции к приходному ордеру от 10.11.2005 № 13 во исполнение договора покупателем произведена оплата акций в размере 9500 руб. 

Сторонами договора подписано передаточное распоряжение от 10.11.2005. 

Письмом от 10.11.2005 продавец уведомил общество «Промышленные инновации» о продаже акций Шарафулину М.М. 

Из представленного в материалы дела регистрационного журнала операций по лицевым счетам в системе ведения реестра владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации» за период с 30.12.2003 по 26.09.2014 следует, что акции в количестве 95 штук 10.11.2005 списаны со счета общества «Фирма «Ливия» и зачислены на счет Шарафулина М.М. на основании указанного договора. 

При этом, ранее 14.07.2005 акции общества «Промышленные инновации» в количестве 5 штук списаны со счета Месилова С.Г. и зачислены на счет Шарафулина М.М. на основании договора купли-продажи акций от 14.07.2005. 

В последующем 20.10.2008 одна акция общества «Промышленные инновации» списана со счета Шарафулина М.М. и зачислена на счет Чередник Е.Ю. на основании договора купли-продажи акций от 20.10.2008. 

Акции общества «Промышленные инновации» в количестве 20 штук 14.02.2012 списаны со счета Шарафулина М.М. и зачислены на счет Чередник Е.Ю. на основании договора купли-продажи акций от 14.02.2012. 

Акции общества «Промышленные инновации» в количестве 78 штук 09.01.2014 списаны со счета Шарафулина М.М. и зачислены на счет Чередник Е.Ю. на основании договора купли-продажи акций от 09.01.2014. 

По выписке от 03.11.2016 № РФ-ПРИ-16/5 из реестра владельцев именных ценных бумаг на 02.11.2016, выданной обществом «Регистратор Интрако», Чередник Е.Ю. является владельцем акций указанного общества в количестве 99 штук. 

На годовом общем собрании акционеров общества «Промышленные инновации» 03.06.2016 принято решение прекратить полномочия директора общества Васбиевой Э.К. с 03.06.2016, избрать с 04.06.2016 директором общества Чередник Е.Ю.

Общество «Алена», ссылаясь на то, что в октябре 2016 года из ответа регистратора узнало, что истец не является акционером общества «Промышленные инновации», 03.06.2016 состоялось внеочередное общее собрание акционеров общества «Промышленные инновации»  (о котором истцу стало известно из выписки из единого государственного реестра юридических лиц), на котором было принято решение об избрании (назначении) единоличного исполнительного органа общества «Промышленные инновации», а также на то, что общество «Алена» (прежнее наименование - общество «Фирма «Ливия») каких-либо сделок по отчуждению принадлежащих ему акций не осуществляло и не намерено было осуществлять, судебные решения по отчуждению либо изъятию в любой форме акций общества «Промышленные инновации» у общества «Алена» отсутствуют, каких-либо уведомлений, извещений и иной информации о состоявшемся отчуждении истец не получал, о состоявшемся собрании не  уведомлялся, в нем не участвовал и не голосовал за принятые решения, обратилось в суд с рассматриваемым иском.

Общество «Промышленные инновации», возражая против заявленных требований, указало на то, что в период с 11.11.2005 и до октября 2016 года истец фактически себя акционером общества «Промышленные инновации» не считал, поскольку полностью отсутствовали какие-либо коммуникации с обществом, истец не совершал каких-либо действий, связанных с правами на акции, и не исполнял обязанности акционера в течение 11 лет; поведение истца не оставляло никаких сомнений в прекращении корпоративных отношений между истцом и обществом и давало все основания ответчику считать сделку 2005 года действительной и исполненной. Общество «Промышленные инновации» заявило о пропуске истцом срока исковой давности. Кроме того, общество «Промышленные инновации» заявило, что общество «Алена» является ненадлежащим истцом  ввиду отсутствия статуса акционера и обратилось в суд намеренно, для получения под видом акционера информации с помощью суда о финансово-хозяйственной деятельности общества «Промышленные инновации» для получения сведений о реальных акционерах общества, получения персональных данных директора и акционеров общества с целью дестабилизации деятельности общества, перехвата корпоративного управления, то есть имеет место злоупотребление правом. 

Чередник Е.Ю., возражая против заявленных требований, ссылалась на то, что она является акционером общества «Промышленные инновации»с 2008 года и является собственником 99 штук обыкновенных именных акций общества, что подтверждается выпиской из реестра владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации», выданной обществу «Регистратор Интрако» 03.11.2016 № РФ-ПРИ-16/5, указанные  права на акции Чередник Е.Ю. приобрела на основании сделки, переход права был осуществлен надлежащим образом путем совершения необходимых операций в реестре акционеров эмитента, о чем свидетельствуют записи в регистрационном журнале операций по лицевым счетам в системе ведения реестра владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации»; Чередник Е.Ю. приобрела акции общества «Промышленные инновации» у Шарафулина М.М., который являлся собственником 100 штук указанных акций, что подтверждается выпиской из реестра акционеров общества «Промышленные инновации» по состоянию на 11.11.2005, и, следовательно, имел полное право их отчуждать. 

Чередник Е.Ю. также указала, что истец никогда не принимал участия в деятельности общества «Промышленные инновации», ни разу не участвовал в собраниях акционеров и никогда не заявлял никаких притязаний на акции общества, то есть поведение истца свидетельствует о том, что он не считал себя акционером общества и полагал свои права не нарушенными. Кроме того, Чередник Е.Ю. также заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Инспекция ФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга, возражая против заявленных требований, указало на пропуск истцом срока исковой давности и неправомерности исковых требований.

Общество «Регистратор Интрако», возражая против заявленных требований пояснило, что с даты ведения реестра общества «Промышленные инновации» и по настоящее время в реестре владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации» нет зарегистрированного лица общества «Алена, а такеж указало, что регистрационный журнал операций по лицевым счетам в системе ведения реестра владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации» за период с 30.12.2003 по 26.09.2014, представленный в материалы дела, полностью соответствует требованиям законодательства. Общество «Регистратор Интрако» заявило о том, что истцом пропущен срок исковой давности, указывая, что договор купли-продажи акций датирован 10.11.2005.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Согласно ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое заинтересованное лицо, полагающее, что его права или законные интересы нарушены, имеет право обратиться в арбитражный суд. 

В соответствии с абз. 4 ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки. 

В силу п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемой сделки) сделка недействительна по основаниям, установленным названным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

На основании ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. 

В соответствии с п. 1 ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело право его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу п. 1 ст. 149 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в спорный период) порядок официальной фиксации прав и правообладателей, порядок документального подтверждения записей и порядок совершения операций с бездокументарными ценными бумагами определяются законом или в установленном им порядке. 

Согласно ст. 28 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» (далее – Закон о рынке ценных бумаг) права владельцев на эмиссионные ценные бумаги бездокументарной формы выпуска удостоверяются в системе ведения реестра - записями на лицевых счетах у держателя реестра. 

В соответствии с п. 2 ст. 31 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон об акционерных обществах) - владельцы обыкновенных акций общества могут в соответствии с названным Федеральным законом и уставом общества участвовать в общем собрании акционеров с правом голоса по всем вопросам его компетенции, а также имеют право на получение дивидендов, а в случае ликвидации общества - право на получение части его имущества. 

В силу п. 1 ст. 32 Закона об акционерных обществах акционеры - владельцы привилегированных акций общества не имеют права голоса на общем собрании акционеров, если иное не установлено указанным Федеральным законом. 

Согласно п. 7 ст. 49 Закона об акционерных обществах акционер вправе обжаловать в суд решение, принятое общим собранием акционеров с нарушением требований названного Федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, устава общества, в случае, если он не принимал участие в общем собрании акционеров или голосовал против принятия такого решения и таким решением нарушены его права и (или) законные интересы. 

Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование данного акционера не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и решение не повлекло за собой причинение убытков данному акционеру. Заявление о признании недействительным решения общего собрания акционеров может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда акционер узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным. Предусмотренный названным пунктом срок обжалования решения общего собрания акционеров в случае его пропуска восстановлению не подлежит, за исключением случая, если акционер не подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы. 

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.11.2003 № 19 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об акционерных обществах», решение совета директоров (наблюдательного совета) либо исполнительного органа акционерного общества (единоличного или коллегиального) может быть оспорено в судебном порядке путем предъявления иска о признании его недействительным как в случае, когда возможность оспаривания предусмотрена в Законе (статьи 53, 55 и др.), так и при отсутствии соответствующего указания, если принятое решение не отвечает требованиям Закона и иных нормативных правовых актов и нарушает права и охраняемые законом интересы акционера. Ответчиком по такому делу является акционерное общество.

В соответствии со ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В подтверждение того, что акции, ранее принадлежавшие обществу«Фирма «Ливия» (ныне – общество «Алена») в количестве 95 штук, были отчуждены обществом-владельцем на основании договора купли-продажи от 10.11.2005, а право собственности на акции перешло к покупателю – Шарафулину М.М. обществом «Промышленные инновации» представлены: заявление Шарафулина М.М. от 14.07.2005 на открытие лицевого счета в реестре владельцев именных ценных бумаг общества «Промышленные инновации», договор купли-продажи 95 штук акций от 10.11.2005, заключенный между обществом «Фирма Ливия» в лице его генерального директора Калгухина А.Г. и Шарафулиным М.М., квитанция к приходному кассовому ордеру от 10.11.2005 № 13, передаточное распоряжение о передаче 95 штук акций от общества «Фирма Ливия» к Шарафулину М.М., протокол общего собрания участников общества «Фирма Ливия» от 09.11.2005 № 18 об одобрении сделки купли-продажи 95 штук акций, уведомление от 10.11.2005 общества «Фирма «Ливия» в адрес общества «Промышленные инновации» о совершенной сделке купли-продажи Шарафулина М.М., выписка из реестра акционеров в отношении общества «Фирма Ливия» от 11.11.2005.

Приняв во внимание, что обществом «Алена» заявлено о фальсификации представленных обществом «Промышленные инновации» доказательств, суд первой инстанции в порядке ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для проверки заявления о фальсификации доказательств определением от 30.05.2017 по ходатайству истца назначил комплексную судебно-техническую и судебно-почерковедческую экспертизу, проведение которых поручил предложенным истцом экспертам Центра правовых экспертиз и консалтинга федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Уральский государственный юридический университет» Антропову Алексею Владимировичу и Рубижанской Любови Александровне.

Оценив заключение экспертов от 11.09.2017 № А60-48403/2016, приняв во внимание, что исследования проведены по типовым методикам, на строго научной и практической основе, всесторонне и в полном объеме, установив, что указанное заключение экспертов является мотивированным, основано на представленных в материалы дела доказательствах, проведено в соответствии с требованиями действующего законодательства, и содержит все предусмотренные ч. 2 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения; наличия противоречий в выводах эксперта не установлено; учитывая, что надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертом методике исследования или о неправильном проведении оценки, истцом не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд первой  инстанции признал, что оснований для непринятия выводов, содержащихся в заключении судебной экспертизы от 11.09.2017 № А60-48403/2016, не имеется.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций с учетом результатов полученного заключения, на основе исследования и оценки представленных в материалы дела документов в их взаимосвязи и совокупности, констатировали, что 10.11.2005 общество «Фирма «Ливия» по договору купли-продажи передало право собственности на 95 штук акций общества «Промышленные инновации» Шарафулину М.М., договор подписан уполномоченными лицами, оплата произведена, сделка исполнена, соответствующие записи внесены в реестр акционеров.

Отклоняя доводы истца о недостоверности оспариваемого договора, передаточного распоряжения и квитанции, а также о недоказанности факта их подписания уполномоченными лицами, суд апелляционной инстанции указал, что содействуя истцу в получении доказательств, суд первой инстанции назначил экспертизу, привлек предложенных истцом экспертов, обязал участников процесса обеспечить явку Калгухина А.Г. и Шарафулина М.М., от имени которых поставлены подписи на оспариваемых доказательствах, однако последние в судебное заседание не явились, а отсутствие экспериментальных образцов подписей Калгухина А.Г. и Шарафулина М.М., выполнение подписей от имени Калгухина А.Г. водорастворимыми чернилами, исследование документов по истечении более 2-2,5 лет с момента их изготовления не позволило экспертам сделать выводы о принадлежности подписей указанным лицам, конкретной давности изготовления документов.

При таких обстоятельствах, а также установив, что акции выбыли из обладания общества «Фирма «Ливия» по его воле и по возмездной сделке, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о признании сделки купли-продажи акций от 10.11.2005 недействительной, признании права общества «Алена» на 95% акций общества «Промышленные инновации» зарегистрированных за государственным номером выпуска 1-01-06690-К и обязании регистратора внести изменения в реестр акционеров общества «Промышленные инновации» о собственнике акций - обществе «Алена».

При этом судами принято во внимание, что поскольку общество «Промышленные инновации не являлось и не является правообладателем своих акций, последнее не может быть ответчиком по требованию истца о признании права на акции. Кроме того, установив, что общество «Фирма «Ливия» утратило статус акционера общества «Промышленные инновации» в 2005 году и в последующем статус акционера истцом не приобретался, суды заключили, что у истца отсутствует право на предъявление иска о признании решения общего собрания акционеров. С учетом изложенного, суды также признали, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что решение от 20.06.2016 № 30065А о государственной регистрации изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, принятое на основании протокола общего собрания акционеров общества «Промышленные инновации» от 03.06.2016, принято регистрирующим органом с нарушением установленных требований, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных требований в указанной части.

В рассматриваемом случае обществом «Алена» предъявлено требование об установлении корпоративного контроля, следовательно истец должен доказать, что акции выбыли помимо его воли и имеет место быть недобросовестность конечного приобретателя. 

В обоснование доводов о том, что имущество выбыло помимо воли, общество «Алена» ссылалось на то, что договор со стороны покупателя подписан неуполномоченным лицом, при этом подлинность подписи со своей стороны (стороны продавца) истцом под сомнение при рассмотрении спора в суде первой инстанции не ставилась. Указания кассатора в суде округа об обратном противоречат фактическим обстоятельствам и материалам дела, поскольку вопреки утверждению общества «Алена» вопрос о достоверности подписи Калгухина А.Г., как руководителя и единственного участника истца на  момент совершения сделки по отчуждению акций Шарафулину М.М., перед экспертом были поставлены иными участниками спора, а не истцом. При этом судом предлагалось истцу обеспечить явку Калгухина А.Г.для отбора его подписей, вместе с тем явка не была обеспечена. 

Поскольку выводы судов первой и апелляционной инстанций о недоказанности истцом факта выбытия акций помимо его воли подтверждены материалами дела и заявителем кассационной жалобы не опровергнуты, то полномочия лица, подписавшего договор купли-продажи акций со стороны покупателя какого-либо значения не имеют и не влияют на то, что имущество выбыло из владения истца по его воле. 

Доказательств, свидетельствующих о недобросовестности конечного приобретателя обществом «Алена» в материалы дела не представлено, каких-либо аргументированных доводов относительно недобросовестности                со стороны Чередник Е.Ю. не приводилось и судами не установлено.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на недостоверность экспертного заключения от 11.09.2017 № А60-48403/2016 (в том числе метода исследования, сомнения в компетентности экспертов) отклонена судом округа, поскольку исследовав данное заключение, суды первой и апелляционной инстанций установили, что оно не содержит неясностей и противоречий, включает обоснованные выводы по поставленным вопросам и соответствует требованиям ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем посчитали это заключение достоверным доказательством по делу; экспертному заключению дана надлежащая правовая оценка наряду с другими представленными сторонами доказательствами в порядке  ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в частности, суд первой инстанции указал, что допущенные, по мнению истца, нарушения при подготовке заключения, не свидетельствуют о недостоверности выводов экспертов, при этом отметил, что именно истец представил утвержденную судом экспертную организацию и экспертов, представил информационное письмо, в котором содержалась развернутая информация, в том числе перечислялись методы, которые будут использованы экспертами при проведении исследования. Довод заявителя о необоснованном отказе судом апелляционной инстанции в назначении повторной судебной экспертизы о судебной ошибке не свидетельствует. Совокупность имеющихся в деле доказательств признана судами достаточной для рассмотрения спора, оснований для назначения повторной экспертизы не выявлено. 

Суд кассационной инстанции полагает, что с учетом предмета заявленных требований, фактических обстоятельств дела, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о выбытии имущества помимо воли истца, недобросовестности конечного приобретателя, экспертиза не имеет решающего значения.

При рассмотрении заявлений ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций пришли к следующим выводам.

Исходя из специфики бездокументарной акции невозможно владеть ею как существующей в осязаемой форме вещью в виде физического обладания. 

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении Президиума от 18.06.2013 № 3221/13, владельцами бездокументарных ценных бумаг в силу ст. 2 и 28 Закона о рынке ценных бумаг именуются лица, в отношении которых содержатся соответствующие записи на лицевых счетах у держателя реестра (а в случае учета прав на акции в депозитарии - записи по счетам депо в депозитариях). 

Исключение лица из данных учета прав на акции вследствие безосновательного осуществления соответствующих регистрационных действий ведет к утрате исключенным лицом фактического контроля над ценными бумагами, лишает его возможности распоряжаться акциями, осуществлять удостоверяемые ценными бумагами права и, как следствие, наделяет такое лицо правом на возмещение причиненных утратой акций убытков посредством привлечения к ответственности самого акционерного общества (эмитента) и его регистратору за неправомерное списание ценных бумаг (п. 4 ст. 44 Закона об акционерных обществах).

Суды установили, что в рассматриваемом случае действительный интерес истца состоит в реальном получении им статуса владельца акций.

На подобное требование о признании права на акции и об обратном зачислении акций на его счет распространяется общий трехлетний срок исковой давности, установленный ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, течение которого в силу п. 1 ст. 200 названного Кодекса начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Требования о восстановлении записи на счете (внесении изменений о собственнике акций) в реестре акционеров носят виндикационный характер (Постановление Президиума ВАС РФ от 29.08.2006 № 1877/06, Постановление Президиума ВАС РФ от 17.07.2012 № 944/12), на них распространяется общий срок исковой давности. 

Принимая во внимание, что рассматриваемый спор связан с достаточно крупным пакетом акций – 95% уставного капитала общества, учитывая, что у акционера, владеющего таким пакетом акций, возникает ожидаемое стремление проявлять интерес к судьбе своих вложений (непосредственно либо с помощью соответствующего консультанта), то есть получать сведения о деятельности акционерного общества, проверять обоснованность прогнозов относительно прироста цены акций, в том числе посредством анализа раскрываемых акционерным обществом документов, контролировать причитающийся по акциям доход (дивиденды) и т.п., отмечая, что любой разумный инвестор, вложивший в 2003 году свои средства в контрольный пакет акций общества и с 2006 года переставший получать приглашения на общие собрания акционеров, дивиденды по приобретенным ценным бумагам, учитывая общедоступные сведения о неоднократном, начиная с 2006 года, внесении в ЕГРЮЛ в отношение общества «Промышленные инновации» изменений сведений об исполнительном органе и адресе общества, в аналогичной ситуации не мог не обеспокоиться этим, поскольку эмитентом был напрямую затронут финансовый интерес такого лица, суды обеих инстанций заключили, что от акционера общества «Алена» следовало ожидать обычного при данных обстоятельствах обращения за разъяснениями к эмитенту и регистратору, из которых он еще в 2006 году мог и должен был узнать о продаже и списании ценных бумаг с лицевого счета.

Установив, что в рассматриваемом случае истец не реализовывал предусмотренные законодательством об акционерных обществах права акционера - владельца обыкновенных акций общества, в том числе начиная с 2006 года истец ни разу не участвовал в собраниях акционеров общества «Промышленные инновации», дивидендов не получал, иные права акционера также не осуществлял, учитывая отсутствие доказательств обратного (ст. 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суды первой и апелляционной инстанций заключили, что поведение истца не оставляло никаких сомнений в прекращении корпоративных отношений между истцом и обществом и давало все основании ответчикам считать сделку 2005 года действительной и исполненной.

Учитывая, что срок исковой давности начал течь с 2006 года, принимая во внимание, что в отсутствие объективных причин общество «Алена» длительное время (11лет) бездействовало, запрос о получении выписки из своего лицевого счета направило регистратору лишь в октябре 2016 года, признав, что информацию об утрате истцом спорного пакета акций и о нарушении своих прав общество «Алена» должно было узнать 10.11.2005, но не позднее 1 квартала 2006 года ввиду отсутствия уведомления об участии в годовом собрании акционеров, установив, что рассматриваемый иск подан 10.10.2016, суды пришли к верному выводу о пропуске обществом «Алена» срока исковой давности.

При таких обстоятельствах, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств, учитывая истечение сроков исковой давности, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований.

Несогласие заявителя с установленными по делу обстоятельствами и оценкой судами доказательств не свидетельствует о нарушении судом принципов состязательности и равноправия сторон, не является основанием для отмены принятых судебных актов в суде кассационной инстанции.

Указания заявителя на процессуальные нарушения, выразившиеся, по его мнению, в не выявлении и не привлечении  к участию в деле наследников Шарафулина М.М., в не приостановлении производства по делу до вступления в дело правопреемников ответчика, со ссылкой на смерть Шарафулина М.М. в 2016 году, были предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции и  правомерно отклонены, как документально неподтвержденные. Утверждение кассатора о том, что смерть Шарафулина М.М. является общеизвестным фактом несостоятельно. Ни в суде апелляционной инстанции, ни в кассационной жалобе, ни судебном заседании суда округа представитель общества «Алена» не указал на источники публикации данной информации, равно как и не дал пояснения в связи с чем представители истца, участвуя в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций, узнали об указанном, по мнению истца, общеизвестном факте только после отложения судебного заседания в суде апелляционной инстанции. Кроме того, поскольку имущественных требований или требований к наследственной массе в рамках иска не заявлено, а также учитывая конечный результат разрешения спора, то оспариваемые судебные акты непосредственно не затрагивают права или обязанности наследников (при их наличии). 

Ссылка кассатора на ненадлежащее извещение судами Шарафулина М.М. подлежит отклонению. Из материалов дела усматривается, что в ответ на запрос суда первой инстанции в материалы дела представлена справка Управления по вопросам миграции ГУ МВД России по Московской области Федеральной миграционной службы  России от 22.03.2017 № 30/2915 о том, что Шарафулин М.М.  зарегистрирован по месту жительства по адресу: Московская обл., Солнечногорский район, дер. Исакова, д.46. Материалами дела подтверждено, что судом первой инстанции судебные извещения направлялись по указанному  последнему известному адресу, что соответствует положениям ч. 5 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При таких обстоятельствах не имеется оснований считать, что ответчик не был надлежащим образом уведомлен о времени и месте судебного разбирательства. Нарушений норм процессуального права судом первой инстанции не допущено.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Данные доводы не свидетельствуют о нарушении или неправильном применении судами норм материального права; направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции. При рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов судами первой и апелляционной инстанций установлены все значимые обстоятельства и им дана надлежащая правовая оценка, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств в их совокупности и взаимосвязи; доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций материалы дела не содержат. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе, в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Суды обеих инстанций правильно применили нормы материального права, не допустили нарушений норм процессуального права, перечисленных                                  в ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены принятых судебных актов.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение  Арбитражного суда Свердловской области от 05.10.2017 по делу                       № А60-48403/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.01.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Алена» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий							О.Э. Шавейникова 

Судьи							С.Н. Соловцов 

								Н.А. Артемьева