ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-15238/2023

Дело № А41-64576/2022

05 октября 2023 года

г. Москва

 

           Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2023 года

           Постановление изготовлено в полном объеме 05 октября 2023 года

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Пивоваровой Л.В., 

судей Бархатовой Е.А., Коновалова С.А., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «МАГ+С» на решение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2023 по делу № А41-64576/2022.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «МАГ+С»–директор                        ФИО2, представитель ФИО3 по доверенности от 01.07.2023; 

Федерального агентства воздушного транспорта – ФИО4 по доверенности от 30.12.2022; 

Центрального МТУ Росавиации – ФИО5 по доверенности от 10.01.2023;

ФГУП «Госкорпорация по ОРВД» – ФИО6 по доверенности от 31.03.2023.

 

Общество с ограниченной ответственностью «МАГ+С» (далее – истец, ООО «МАГ+С», общество) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании с Российской Федерации в лице Федерального агентства воздушного транспорта (далее – ответчик, Росавиация, агентство) убытков в размере 8 837 416 руб. 15 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФГУП «Госкорпорация по ОРВД», Минфин России, Межрегиональное территориальное управление воздушного транспорта Центральных районов Федерального агентства воздушного транспорта (далее - Центральное МТУ Росавиации).

Решением суда первой инстанции исковое заявление оставлено без удовлетворения.

Истец с решением не согласился, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе истец (далее также – податель жалобы) просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы её податель указывает на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, неверное применение судом норм материального и процессуального права. Так, настаивает на наличии прямой причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и понесенными истцом убытками.

От ответчика и Центрального МТУ Росавиации поступили отзывы на апелляционную жалобу, в которых указано на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании представители подателя жалобы поддержали доводы апелляционной жалобы, представители ответчика и указанного третьего лица возражали против доводов жалобы. 

Законность и обоснованность судебного акта проверяются арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование иска истец указывает, что в связи с принятием Центральным МТУ Росавиации решения от 16.08.2018 о приостановлении действия сертификата летной годности на самолет RA-31507 и решения от 17.09.2018 об аннулировании свидетельства эксплуатанта № АР-08-11-019 ООО «МАГ+С» были причинены убытки. 

Вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Московской области от 18.06.2019 по делу № А41-618/2019 и от 20.02.2020 по делу № А41-566/2019 указанные решения о приостановлении сертификата летной годности и аннулировании свидетельства эксплуатанта были признаны незаконными. 

В связи с принятием незаконных решений истец весь период их обжалования был лишен возможности осуществлять деятельность, связанную с выполнением перелетов, и участвовать в конкурсах и тендерах на выполнение авиационных работ, а также эксплуатировать и перебазировать воздушное судно RA-31507. 

Также в связи с отсутствием свидетельства эксплуатанта и приостановлением сертификата летной годности с истцом были расторгнуты два уже заключенных контракта № ФЗУ/36945 от 21.06.2018 и № Ф.2018.69354 от 07.03.2018. На даты принятия решений о приостановлении действия сертификата летной годности от 16.08.2018 и об аннулировании свидетельства эксплуатанта от 17.09.2018 у истца были заключены и выполнялись вышеназванные контракты. 

Контракт № Ф.2018.69354 от 07.03.2018 был заключен с КУЗ Воронежской области «Воронежский областной клинический центр медицины катастроф» на оказание услуг воздушного транспорта. Контракт был заключен сроком до 31.12.2018. Общая сумма контракта составляла 3 187 217 руб. 58 коп. По указанному контракту было оказано услуг на сумму 2 237 610 руб. 15 коп. После аннулирования свидетельства эксплуатанта решением от 17.09.2018 заказчик решением от 03.10.2018 в одностороннем порядке расторг контракт с указанием на то, что после аннулирования свидетельства эксплуатанта ООО «МАГ+С» не соответствует требованиям к участникам закупки. В связи с расторжением контракта истец был лишен возможности оказания услуг и не смог получить остаток денежных средств в размере 949 607 руб. 43 коп. Кроме того, для участия в торгах для заключения указанного контракта истец потратил 69 267 руб. на получение банковской гарантии, без которой заключение контракта было невозможно. Данные затраты подтверждаются договорами № 46101816-2018 от 16.02.2018 и № 16022018 от 16.02.2018, платежными поручениями № 34, № 46, № 42. 

Контракт № Ф34/36945 от 21.06.2018 был заключен с ФГУП «Госкорпорация по ОРВД» на оказание услуг по поисково-спасательному обеспечению в части дежурства поисково-спасательных судов и экипажей и тренировочным вылетам. Срок контракта до 31.12.2018. Сумма контракта составляла 9 098 754 руб. 76 коп., из них было оказано услуг на сумму 1 534 971 руб. 60 коп. После приостановления действия сертификата летной годности по воздушному судну RA-31507 истец был исключен из плана дежурств с 21.08.2018 распоряжением начальника Центрального МТУ Росавиации ФИО7 Письмом от 04.12.2018 ФГУП «Госкорпорация по ОРВД» сообщило о расторжении контракта и предложило подписать соглашение о расторжении контракта. Поскольку действие сертификата летной годности на дату расторжения восстановлено не было и также было аннулировано свидетельство эксплуатанта, что полностью лишило истца возможности исполнения своих обязательств по контракту, истец был вынужден подписать соглашение о расторжении контракта. Таким образом, по настоящему контракту недополучено                     7 563 783 руб. 16 коп. Также истцом были понесены затраты на получение банковской гарантии № 13/8593/8593/057 от 13.06.2018 в сумме 44 027 руб. 31 коп. Данные затраты подтверждаются платежным поручением № 152.

Таким образом, по мнению истца, потери от расторжения двух контрактов составили в общей сложности 8 626 684 руб. 90 коп. 

Кроме того, в связи с невозможностью перелетов ООО «МАГ+С» понесло невозмещаемые расходы на аэропортовые услуги в аэропорту в г. Воронеж в сумме 210 731 руб. 25 коп. за период с 17.08.2018 по 06.03.2020. Факт несения расходов подтверждается счетами и платежными поручениями. В связи с приостановкой действия сертификата летной годности истец не имел возможности перебазировать самолет RA-31507 и вынужден был платить за пользование стоянкой. 

С учетом изложенного, общая сумма убытков, по мнению истца, составила                       8 837 416 руб. 15 коп. (949 607 руб. 43 коп. + 69 267 руб. + 7 563 783 руб. 16 коп. +                  44 027 руб. 31 коп. + 210 731 руб. 25 коп.).

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из его необоснованности.

Проверив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками согласно пункту 2 указанной статьи понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из статьи 16 названного Кодекса, убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Статьей 1069 названного Кодекса предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. 

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 14 названного постановления Пленума, по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Лицо (потерпевший), защищающее свои гражданские права путем возмещения убытков, причиненных органом местного самоуправления, должно доказать совершение этим органом или его должностным лицом противоправных действий (бездействия), возникновение у потерпевшего убытков и их размер, причинно-следственную связь между действием (бездействием) и его последствиями. Истец также должен доказать, что предпринял все возможные меры для предотвращения возникновения убытков и уменьшения их размера. Доказыванию подлежит каждый элемент названного состава.

Истец указывает на возникновение убытков в виде упущенной выгоды в связи с принятием Центральным МТУ Росавиации решения от 16.08.2018 о приостановлении действия сертификата летной годности на самолет RA-31507 и решения от 17.09.2018 об аннулировании свидетельства эксплуатанта № АР-08-11-019.

Размер убытков был определен следующим образом: 949 607,43 руб. и                        7 563 783,16 руб. истец недополучил в связи с расторжением государственных контрактов на выполнение авиационных работ, 69 267 руб. и 44 027 руб. истец потратил на приобретение банковских гарантий по расторгнутым договорам и                      210 731,25 руб. истец потратил на аренду стояночного мета в аэропорту Чертовицкое (г. Воронеж) в связи с невозможностью перебазирования самолета, по которому было приостановлено действие СЛГ.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7), упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Аналогичный подход к определению упущенной выгоды содержится в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации». При этом отмечено, что поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Пунктом 3 постановления Пленума № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода в заявленном размере не была бы получена кредитором.

Незаконность действий Росавиации установлена вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Московской области от 18.06.2019 по делу № А41-618/2019 и от 20.02.2020 по делу № А41-566/2019.

В обоснование своей правовой позиции ответчик ссылается на добровольное расторжение государственного контракта Ф34/36945 от 21.06.2018г. и расторжение контракта № Ф.2018.69354 от 07.03.18г. по основаниям, не связанным с изданием незаконных актов.

В решении о расторжении контракта № Ф.2018.69354 от 07.03.18г., действительно, указано два основания для его расторжения: 

несоответствие общества установленным документацией о закупке требованиям к участникам закупки, а именно - наличие действующего сертификата эксплуатанта с правом выполнять авиационные работы с целью оказания медицинской помощи; 

неисполнение и ненадлежащее исполнение обязательств по контракту с существенным нарушением его условий.

Первое основание, как обоснованно указывает истец, напрямую связано с аннулированием сертификата эксплуатанта.

Более того, суд в решении по делу А14-24792/2018 от 29.05.2019г. указал, что именно в связи с аннулированием СЭ заказчик обязан был принять решение о расторжении контракта на основании п. 15 ст. 95 Закона о контрактной системе, поскольку истец перестал соответствовать требованиям контрактной документации. То есть, если при нарушении обязательств расторжение являлось правом заказчика, то при аннулировании СЭ расторжение стало обязанностью.

В решении о расторжении контракта указано на неисполнение заявок заказчика 12, 13, 14 и 17 сентября 2018г. 

Общество указывает, что именно в эти дни решался вопрос об аннулировании СЭ. Данный довод общества подтверждается тем, что период с 4 по 7 сентября 2018 года комиссия проводила проверку с составлением актов от 04.09.2018, которыми установила, что ООО «МАГ+С» не подтвердило соответствие требованиям ФАП. 

14 сентября 2018 года был составлен акт о несоответствии ООО «МАГ+С» требованиям ФАП с рекомендацией об аннулировании СЭ. А 17.09.2018 сертификат эксплуатанта был аннулирован.

Данные обстоятельства, по мнению апелляционного суда, подтверждают доводы общества, что полеты были приостановлены с целью избежания ответственности за эксплуатацию воздушных судов без СЭ.

В отношении добровольного расторжения контракта от 21.06.18 № Ф34/36945 судебная коллегия отмечает следующее.

В соответствии с указанным контрактом общество обязано было обеспечить организацию дежурства воздушного судна для осуществления поисково-спасательных работ. Такое дежурство было организовано и в июле 2018г. Общество выполнило свои обязательства в полном объеме, что подтверждается заключением от 01.08.2018г. В период с 1 по 22 августа 2018г. дежурство ВС RA-31507 также осуществлялось в штатном порядке. 

Однако, 22.08.2018 обществу стало известно об исключении ООО «МАГ+С» из плана дежурств от ФКУ «Центральный АПСЦ РКС ПС».

В ответе на запрос о причинах исключения от 23.08.2018г. № 152 сообщено, что ООО «МАГ+С» исключено из плана дежурства поисково-спасательных сил решением начальника Центрального МТУ Росавиации. К письму был приложен план дежурств с указанием об исключении истца из плана дежурств согласно акту проверки от 26.07.2018г. (этот же акт являлся основанием для приостановления действия СЛГ). 

Решение об исключении истца из графика дежурств фактически сделало невозможным исполнение обществом своих обязательств по контракту с Госкорпорацией уже с 23.08.2018. 

При этом, как указывалось выше, менее чем через месяц был аннулирован СЭ, то есть истец перестал соответствовать условиям контракта, что сделало его исполнение невозможным. 

Именно в связи с указанными обстоятельствами контракт и был расторгнут соглашением сторон. 

Судебная коллегия полагает, что расторжение договора по взаимному согласию не исключает вывод о влиянии решения об аннулировании сертификата эксплуатанта на правоотношения сторон по договору, поскольку обстоятельства правоотношений сторон названного контракта в период августа-сентября 2018 года свидетельствует о том, что расторжение контракта лишь зафиксировало фактическое положение дел. Аннулирование СЭ исключало дальнейшее выполнение обязательств обществом.

В обоих случаях, именно аннулирование СЭ имело принципиальное значение для расторжения контрактов, поскольку, утратив его, истец автоматически перестал соответствовать условиям конкурсной документации и требованиям к исполнителю, указанным в самих контрактах. Именно в связи с решением агентства истец стал нарушителем существенного условия договора о наличии сертификата эксплуатанта, что фактически обязало заказчиков расторгнуть оба контракта.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу о наличии причинно-следственной связи между незаконными решениями Росавиации и расторжением государственных контрактов, что подтверждает причинение обществу убытков в виде упущенной выгоды.

При рассмотрении жалобы общества апелляционный суд поставил вопрос о возможности снижения суммы убытков по расторгнутым государственным контрактом путем привлечения к их исполнению субподрядчиков или третьих лиц.

Отвечая на данный вопрос, общество указало на отсутствие такой возможности в силу условий государственных контрактов. 

Изучив позицию общества по данному вопросу, судебная коллегия признает ее правомерной.

Условиями контракта с ГК ОРВД от 27.06.18 № Ф34/36945 было предусмотрено, что исполнитель обязан иметь действующий сертификат эксплуатанта (СЭ) в течение всего времени выполнения авиационных услуг (п. 3.4.1 контракта), аналогичное требование содержалось и в конкурсной документации. 

Пунктом 10.7 контракта предусмотрено также, что заказчик обязан отказаться от исполнения контракта, если исполнитель не соответствует требованиям закупочной документации. Данный пункт, по сути, дублирует положения п. 15 ст. 95 Закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 05.04.13 № 44-ФЗ. 

Таким образом, если в случае утраты исполнителем сертификата эксплуатанта у заказчика возникла обязанность по расторжению договора, то привлечение субподрядчиков или иных лиц было невозможно.

Кроме того, истец уже с 22.08.2018 был исключен из списка дежурств решением руководителя Центрального МТУ ФАВТ, то есть фактически был отстранен от исполнения контракта, что исключало возможность привлечения кого-либо для его исполнения.

Аналогичная ситуация имела место и со вторым государственным контрактом, который был заключен с КУЗ «Воронежская больница скорой помощи» от 07.03.2018 № Ф.2018.69354.

Пункты 3.1 и 3.2 данного контракта предусматривают, что предоставляемое в рамках контракта для осуществления авиационных работ воздушное судно должно соответствовать требованиям предусмотренным ФАП «Подготовка и выполнение полетов в гражданской авиации Российской Федерации» (утв. приказом Минтранса РФ от 31.07.2009 № 128) и должно быть укомплектовано всей необходимой документацией.

Пункт 12.10 государственного контракта предусматривает возможность его расторжения по основаниям предусмотренным Законом «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» от 05.04.2013 № 44-ФЗ.

Указанными нормами и воспользовалось КУЗ «Воронежская больница скорой помощи» при одностороннем расторжении контракта. 

Арбитражный суд Воронежской области при рассмотрении дела №А14-24792/2018 согласился с тем, что контракт расторгнут правомерно и в своем решении указал на то, что в связи с изъятием СЭ у заказчика возникла обязанность по расторжению контракта. 

Кроме того, решение о расторжении контракта было принято КУЗ уже 03.10.2018, то есть спустя 15 дней с даты принятия решения об аннулирования СЭ. Судебная коллегия соглашается с доводом общества, что за такой короткий срок невозможно было найти субподрядчика или иное лицо для исполнения контракта.

Также заслуживают внимания доводы общества, что привлечение субподрядчика было бы экономически нецелесообразно в связи со следующим. Заключению обоих контрактов предшествовали конкурсы в виде аукциона, в котором участвовали несколько авиакомпаний. Общество стало победителем аукционов и заключило контракты, поскольку предложило наименьшую цену оказания услуг. Учитывая, что другие авиакомпании региона при проведении аукциона не были готовы предложить меньшую цену, нет оснований полагать, что они согласились бы работать за меньшую цену как субподрядчики. То есть обществу пришлось бы заплатить им как минимум столько же, сколько оно само рассчитывало получить при реализации контрактов или даже больше. В обоих случаях убытки общества не уменьшились, а могли бы только возрасти.

Кроме того, государственным контрактом с ГК ОРВД пунктом 14.5 предусмотрено, что при исполнении контракта не допускается перемена исполнителя, кроме случаев правопреемства в связи с его реорганизацией. Аналогичное положение содержится в контракте с КУЗ, где в пункте 5.1.14 указано, что не допускается привлечение 3-х лиц для оказания услуг за исключением условий по страхованию. 

При данных обстоятельствах истец не вправе был привлекать кого-либо для исполнения своих обязательств. 

В отношении расходов в размере 210 731,25руб., возникших в связи с несением расходов на аренду стояночного места в аэропорту г. Воронежа, за период с даты приостановления СЛГ по самолету RA-31507 17.08.2018 по 06.03.2020 (дата перебазирования самолета из Воронежа в Стебаево), судебная коллегия отмечает следующее.

Истец обоснованно указывает, что местом постоянного базирования (то есть  местом осуществления деятельности) самолетов общества являлись в 2018г. аэропорты в г. Липецк и Брянск,  что подтверждается свидетельством эксплуатанта.

 В свою очередь Аэропорт в г. Воронеж являлся местом временного базирования, поэтому там и арендовались стояночные места для исполнения государственных контрактов. 

Общество указывает, что договор на аэропортовое и наземное обслуживание был заключен в феврале 2018г., поскольку истец готовился к исполнению одного из контрактов № Ф.2018.69354 от 07.03.2018 с КУЗ Воронежской области «Воронежский областной клинический центр медицины катастроф».

Самолет RA-31507 не мог осуществлять полеты до 20.02.2020 (решение по делу № А36-566/2019), следовательно, истец нес расходы на его стоянку.

06 марта 2020 года, то есть в разумный срок с момента признания незаконным решения Росавиации, названный борт был перебазирован в аэропорт постоянного базирования Стебаево (Липецк).

Судебная коллегия обращает внимание, что убытки возникли в связи с тем, что истец не мог покрыть расходы на аренду стояночных мест в аэропорту временного базирования в период, когда СЛГ был приостановлен, а СЭ аннулирован. В этот период истец не мог исполнять уже существующие контракты, не мог участвовать в конкурсах и заключить новые контракты, поскольку не мог осуществлять полеты.

Доводы ответчика со ссылкой на Административный регламент, утвержденный Приказом Минтранса РФ № 43 от 14.02.2013, отклоняются судебной коллегией.

Указанный приказ Минтранса, действительно, предусматривает возможность обращения за выдачей разрешения на разовый полет для воздушных судов, в том числе к месту базирования, ремонта, техобслуживания и т.п., но только в случаях, когда условия предстоящего полета не позволяют выполнить требования эксплуатационной документации или федеральных авиационных правил (ФАП). 

Однако, приказ не предусматривает возможности выдачи разрешений на разовый перелет, если при этом будут нарушены требования Воздушного кодекса РФ, имеющего большую юридическую силу чем эксплуатационная документация и ФАП.

Статья 66 Воздушного кодекса РФ предусматривает, что к полету допускается воздушное судно, имеющее государственный и регистрационный или учетный опознавательные знаки, прошедшее необходимую подготовку и имеющее на борту соответствующую документацию.

Наличие на борту судна для допуска к любому полету сертификата эксплуатанта (СЭ) и сертификата летной годности (СЛГ) является обязательным требованием в силу статьи 67 Воздушного кодекса РФ.

Соответственно, ответчик не мог выдать обществу разрешение на разовый перелет, даже если бы общество подало такую заявку, не нарушив нормы Воздушного кодекса.

Таким образом, апелляционный суд признает обоснованными исковые требования о взыскании расходов на оплату стоянки в аэропорту, а также упущенной выгоды по государственным контрактам.

Однако апелляционный суд не усматривает оснований для взыскания в качестве убытков расходов на приобретение банковских гарантий по указанным ранее договорам, поскольку факт несения истцом расходов на оплату банковских гарантий обусловлен его намерением заключить государственные контракты и, исполнив их в полном объеме, получить оплату за выполненные работы, за счет которой компенсировать названные расходы. 

С учетом изложенного, так как банковские гарантии являлись необходимым условием для заключения контрактов, данные расходы были понесены истцом в результате обычной хозяйственной деятельности и не являются убытками, которые возникли по вине ответчика.

Ввиду указанного обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене, а исковые требования - удовлетворению в сумме 8 724 121 руб. 84 коп.                         (949 607 руб. 43 коп. + 7 563 783 руб. 16 коп. + 210 731 руб. 25 коп.).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции  

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 20.06.2023 по делу                       № А41-64576/2022 отменить. 

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «МАГ+С» удовлетворить частично. 

Взыскать с Российской Федерации в лице Федерального агентства воздушного транспорта в пользу общества с ограниченной ответственностью «МАГ+С» (ИНН 

<

***>) убытки в сумме 8 724 121 руб. 84 коп., а также расходы по государственной пошлине по апелляционной жалобе в сумме 3000 руб. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Московской области.

 

 

Председательствующий судья                                                      Л.В. Пивоварова

 

Судьи:                                                                                              Е.А. Бархатова

 

                                                                                               С.А. Коновалов