ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-21981/2021

15 августа 2024 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена   07 августа 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  15 августа 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей И.Н. Барминой, А.Ю. Слоневской,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Д.С. Беляевой,

при участии:  

от ООО «Зерноком-Инвест» посредством онлайн-заседания: ФИО1 по доверенности от 17.10.2023,     

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-14731/2024) ФИО2 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.04.2024 по делу № А56-21981/2021 (судья Корушова И.М.), принятое по исковому заявлению ООО «Зерноком-Инвест» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2,

третье лицо: ФИО3,  

 

установил:

ООО «Зерноком-Инвест» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Меркурий».

В качестве третьего лица к участию в деле привлечен ФИО3.

Решением от 23.04.2024 с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности в пользу ООО «Зерноком-Инвест» взыскано 4 100 849,31 руб., в том числе 4000000 руб. основного долга, 100849,31 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение отменить, в удовлетворении иска отказать, ссылается на необоснованность вывода суда о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании непредставления документов должника. Податель жалобы считает, что привлечение к субсидиарной ответственности по приведённому основанию имеет место в случае утраты возможности осуществления действий, направленных на формирование конкурсной массы, в то время как в данном случае некорректно утверждать, что конкурсная масса не сформирована из-за непередачи ответчиком бухгалтерской и иной документации ООО «Меркурий», поскольку процедура банкротства последнего прекращена в связи с отсутствием её финансирования. При этом действия конкурсного управляющего показали отсутствие у должника имущества, а факт наличия активов на 31.12.2016 подтверждает лишь отсутствие признаков банкротства у Общества на указанную отчётную дату. Также апеллянт указывает, что полученные арбитражным управляющим сведения в ходе процедуры банкротства позволяли ему предпринять действия по формированию конкурсной массы, в том числе путём оспаривания подозрительных сделок должника, чего не было сделано исключительно из-за отсутствия финансирования и отказа единственного кредитора от несения расходов по делу о банкротстве. Кроме того, податель жалобы обратил внимание, что выводы эксперта о том, что ФИО3 не подписывал акт приема-передачи документов не могут быть приняты во внимание, поскольку акт выполнен в 2017 году, а эксперту представлены подписи 2024 года.

ООО «Зерноком-Инвест» представлен отзыв, в котором изложены возражения по апелляционной жалобе.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ООО «Зерноком-Инвест» против удовлетворения апелляционной жалобы возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Возражений против проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы – в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве - не заявлено. С учетом положений части 5 статьи 268 АПК РФ, законность и обоснованность обжалуемого определения проведена в пределах доводов апелляционной жалобы.

Исследовав доводы апелляционной жалобы, возражения ООО «Зеноком-Инвест» в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены принятого судебного акта.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 02.10.2018 в арбитражный суд поступило заявление ООО «Зерноком-Инвест» о признании ООО «Меркурий» несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.11.2018 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве.

Решением от 13.05.2019 ООО «Меркурий» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Определением от 26.11.2019 производство по делу о банкротстве № А56-121624/2018 прекращено по основанию, предусмотренному абзацем 8 частью 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) - отсутствие средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

ФИО2 являлся генеральным директором и руководителем должника в период с 08.06.2015 по 10.11.2017.

ФИО3 являлся генеральным директором с 10.11.2017.

26.02.2019 по результатам проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц внесены сведения о недостоверности сведений о юридическом лице, а именно ФИО3, как участнике ООО «Меркурий».

Обращаясь с настоящим заявлением ООО «Зерноком-Инвест» в качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Меркурий» указало:

совершение сделки - договора поставки № 07/02 от 17.02.2017 между ООО «Меркурий» и ООО «Зерноком-Инвест» (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве);

непередача документации ООО «Меркурий» конкурсному управляющему в рамках дела о банкротстве № А56-121624/2018 (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве);

неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве ООО «Меркурий» (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, арбитражный суд первой инстанции пришел к мотивированным выводам об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, поскольку истцом не доказано, что результате заключения договора поставки № 07/02 от 17.02.2017 ООО «Меркурий» стало отвечать признакам банкротства либо того, что указанная сделка была совершена на заведомо нерыночных условиях, ухудшающих положение должника. Судом учтено, что на последнюю отчетную дату, предшествующую заключению данного договора (31.12.2016), активы ООО «Меркурий» составляли 5 404 000 руб., что превышало имеющиеся у Общества обязательства. Кроме того, судом установлено, что ФИО2 по состоянию на 17.11.2017 для третьих лиц не являлся ни генеральным директором должника, ни его участником, соответственно, вменение ему обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве является необоснованным. При этом суд первой инстанции усмотрел основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы.

Доводы апелляционной жалобы ФИО2 по существу сводятся к несогласию с привлечением его к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Меркурий» применительно к положениям подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционный суд, оценив доводы ФИО2, повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: 2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы; 4) документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53) разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В связи с этим, обязанность доказывания наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности (наличия установленных законом презумпций) лежит именно на истце.

Согласно пункту 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Обязанность ведения бухгалтерского учета, обеспечения сохранности в течение определенных периодов первичной документации, на основании которой ведется такой учет и сдается отчетность, установлена положениями Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (статьи 6, 7, 9, 29). Ответственность за ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета возложена на руководителя организации.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить ему передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов. Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением, как указано выше, понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

Из материалов дела следует, что с ноября 2017 года ФИО2 не являлся директором и участником ООО «Меркурий» (последующим директором и участником являлся ФИО3), что подтверждается сведениями из ЕГРЮЛ, а также договором купли-продажи доли в уставном капитале от 28.08.2017, удостоверенным нотариусом нотариального округа Санкт-Петербург ФИО5. Между тем, при рассмотрении настоящего дела ФИО3 дал пояснения, что за плату согласился стать номинальным директором должника. Однако документы должника по копии расписки, представленной в суд ФИО2, не получал. 

Материалами электронного дела о банкротстве ООО «Меркурий» также подтверждается, что суд обязал бывшего руководителя должника ФИО2 передать конкурсному управляющему ФИО4 бухгалтерскую и иную документацию должника (в оригинале), имущество, печати, штампы, материальные и иные ценности (определение от 01.10.2019 по обособленному спору А56-121624/2018/истреб.1).

При таких обстоятельствах ФИО3 в ходе настоящего дела заявил ходатайство о проведении судебной почерковедческой экспертизы, которое удовлетворено арбитражным судом.

Согласно заключению эксперта № 789С-24 ввиду отсутствия свободных образцов подписного почерка ФИО3 провести идентификационное исследование по поставленному вопросу не представляется возможным. Однако возможно провести диагностическое исследование с ответом на вопрос «Одним или разными лицами выполнены подписи от имени ФИО3 на копии акта приема-передачи от 28.08.2017 и на представленных образцах?».

Подпись, выполненная от имени ФИО3 на копии акта приема- передачи от 28.08.2017 и представленные образцы, вероятно, выполнены разными лицами. При предоставлении оригинала исследуемого документа вывод может быть скорректирован в категоричную форму.

Подлинник акта приема-передачи от 28.08.2017 ФИО2 не представил, заявив об его изъятии правоохранительными органами по протоколу от 02.11.2018.

Судом установлено, что в протоколе от 02.11.2018 акт от 29.08.2016 не поименован, в связи с чем данный довод отклонён судом первой инстанции. Иных доказательств передачи документации должника ФИО2 не представил. В ходе апелляционного производства указанного обстоятельства не опровергал.

Полагая необоснованным привлечение к субсидиарной ответственности за непередачу документации должника, ФИО2 указал, что данное обстоятельство не повлекло невозможность формирования конкурсной массы и последующую невозможность удовлетворения требования кредитора.

Между тем, как обоснованно учтено судом первой инстанции, у должника на 31.12.2016 имелись активы на сумму 5 404 000 руб., однако сведений о них в дело о банкротстве представлено не было.

Доводы подателя жалобы о том, что наличие активов на отчётную дату лишь указывает на отсутствие признаков банкротстве у Общества, являются несостоятельными, поскольку факта их непередачи не опровергают, каких-либо приемлемых пояснений относительно расходования/отчуждения активов должника ФИО2 также не приведено.

В определении Верховного Суда РФ 30.09.2019 по делу № 305-ЭС19-10079 разъяснено, как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя. Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Истец пояснил, что на основании анализа движения денежных средств по расчетному счету ООО «Меркурий» № 40702810700040003817, открытому 06.10.2016 в АО КБ «Ланта-Банк» установлено, что в период с 06.10.2016 по 01.08.2017 контрагентам общества было перечислено 27 млн.руб. Среди наиболее крупных получателей денежных средств значатся контрагенты, которые на момент банкротства ООО «Меркурий» исключены из ЕГРЮЛ как недействующие: ООО «Торговая компания содружество» (ИНН 

<

***>) перечислено более 3 млн.руб., ООО «Барс» (ИНН 

<

***>) перечислено более 2 млн.руб., ИП ФИО6 (ИНН 

<

***>) перечислено около 2 млн.руб., ИП ФИО7 (ИНН 

<

***>) перечислено более 0,5 млн.руб., ИП ФИО8 (ИНН 

<

***>) перечислено более 1 млн.руб., ООО «СМК Марс» (ИНН 

<

***>) перечислено более 3 млн.руб., ИП ФИО9 (ИНН 

<

***>) перечислено более 11 млн.руб.

Таким образом, апелляционная коллегия полагает, что у конкурсного управляющего ФИО4 действительно не имелось возможности запросить документы у перечисленных контрагентов и оценить правомерность платежей на значительную сумму. В то же время такой документации бывшим руководителем должника не представлено, что лишило его возможности пополнить конкурсную массу путем предъявления требований третьим лицам.

Обстоятельства настоящего дела свидетельствуют о том, что неисполнение ФИО2 обязанности по передаче документации должника конкурсному управляющему находится в причинно-следственной связи с существенным затруднением проведения процедуры банкротства, в том числе с формированием и реализацией конкурсной массы, поскольку в отсутствие документации должника не имеется возможности достоверно установить, какими именно активами располагал должник и как именно этими активами он распорядился, следствием чего, применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, является невозможность для конкурсного управляющего предпринять меры к оспариванию соответствующих действий и сделок должника при установлении такой необходимости, взыскать дебиторскую задолженность, установить и проанализировать содержание принятых органами должника решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам, осуществить иные мероприятия с целью формирования конкурсной массы.

Вопреки позиции заявителя жалобы, суд правомерно заключил, что бездействие ФИО2 по непередаче документов конкурсному управляющему создало существенные затруднения для проведения процедуры конкурсного производства, препятствовало формированию конкурсной массы; отсутствие документов не позволило составить полное представление о финансово-хозяйственной деятельности должника и судьбе его активов.

Документально подтвержденных сведений о том, что спорные документы могли отсутствовать в распоряжении ФИО2 и это вызвано объективными причинами, находящимися вне зоны его ответственности, обязанным, будучи руководителем должника, вести и хранить всю документацию общества, судам не представлено.

Доводы ФИО2 о передаче документации следующему директору должника, в отношении которого установлен статус номинального руководителя Общества, объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли. Оригинал расписки ответчиком для проведения экспертизы не представлен. То обстоятельство, что копия данной расписки датирована 2017 годом, а образцы подписи взяты у ФИО3 непосредственно при рассмотрении настоящего заявления не ставят под сомнение выводы, сделанные экспертом в заключении, притом, что иных относимых и допустимых доказательств передачи документов ответчиком не представлено, а факт неисполнения ФИО3 обязанностей руководителя должника (его номинальный характер) установлен и апеллянтом не опровергается.

При таких обстоятельствах невозможность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, затруднительность пополнения конкурсной массы должника, находятся в прямой причинно-следственной связи между отсутствием у конкурсного управляющего должника документов, касающихся деятельности ООО «Меркурий», и бездействием (действиями, не отвечающими добросовестности) ФИО2 по их своевременной и полной передаче, в результате чего причинён вред имущественным правам кредитора ООО «Зеноком-Инвест», рассчитывающего на максимально полное удовлетворение своих требований.

В такой ситуации суд первой инстанции правомерно констатировал наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 23.04.2024 по делу №  А56-21981/2021  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Ю. Тойвонен

 

Судьи

 

И.Н. Бармина

 

 А.Ю. Слоневская